✨Глава 3✨
«— Оставлю шрам на теле метко
Послужит он клеймом на век.
Я. словно птица. заперт в клетку.
Спасти не сможет человек.
Сижу один во тьме глубокой.
Вокруг ни света. ни души.
И жизнь, порой, была жестока.
И люд вокруг - источник лжи.
А человек я добродушный.
Всегда прощал, любил. ценил.
Уж слишком был великодушным
Себя ж в могилу загубил....»
После быстрого душа я побрела в столовую. Тесса редко туда ходит и несмотря на то, что я считаю её близкой подругой, сейчас мне не хотелось, чтобы она доставала меня. Я иду туда одна, кстати, в первый раз. Попробую местную стряпню. Райли ударила бы меня по лбу, со своей любовью к еде. Думаю, столовая первое, что бы она попробовала здесь.
В столовой вкусно пахло выпечкой, а на прилавках пирожные с творожным кремом выглядели так аппетитно, что живот предательски заурчал. Сколько энергии я потратила из-за физкультуры? Ещё и этот.. навязался. Я не испытываю ни одного положительного чувства к нему, но должна признать, игра и спор мне понравились. Черт, что из напитков взять?
У милой тети-продавца с белой шапочкой на голове я купила овощной салат, пудинг и картошку фри. Аллах, как же я хотела картошку! Теперь осталось найти место. Вижу вдалеке Молли и улыбаюсь своей мысли. Иду к ней, натягиваю самую добродушную улыбку в своем резерве. Она сидит одна, в больших наушниках, ботфорты (почти как у меня!), красной юбке в клетку и чёрной кофте, открывающие плечи. Мне нравится её стиль, но сама я бы такое не носила. Не настолько я раскрепощена. Я подхожу к её столу и она даже не сразу замечает меня, отстукивая ритм мелодии пальцами по столу.
— Привет. — но она даже не взглянула на меня. Я нагнулась ближе к ней и повторила громче. — Привет!
Она замечает меня и я вижу целую гамму эмоций на её лице. От удивления до испуга, она оглядывается по сторонам и замыкается в себе. Я даже не сразу заметила, что многие смотрят на нас. Кажется, даже тише стало.
— Можно я сяду с тобой? — говорю я самым добрым тоном на свете. Она снимает наушники и говорит:
— Что?
— Я говорю, здесь свободно? Можно подсесть к тебе?
— Да, здесь свободно.
Я каждой мурашкой своего тела чувствовала напряжение за столом. Она больше не сидела в наушниках, но молча, глядя на свой обед. У неё был один сэндвич. Я бы сказала, не первой свежести и банка колы.
— Это весь твой обед? — спрашиваю я.
— Да, мне много не надо.
— Молли, ты можешь смело разговаривать со мной. Тессы здесь нет.
— Ты знаешь, что случилось? — резко спрашивает она с широкими глазами.
— Нет, но мне и не нужно знать. Я сама могу понять, какой ты человек.
— Прости, Айрин. Ничего не выйдет. Не нужно пытаться со мной подружиться. — она встала из-за стола.
— Эй, не уходи.
— Я же сказала, я не завожу друзей! Пожалуйста, оставь меня в покое. Ты не знаешь, что случилось. Ты не знаешь, что про меня говорят. Ты ничего не знаешь.
— Молли. — я встала из-за стола за ней. — Пожалуйста, подожди! — я пытаюсь догнать её.
— Отвали от меня! — она оборачивается и выливает колу на меня.
Не вооруженным глазом было видно, что это сделано не специально. Она просто резко обернулась и кола выпала из подноса. Холодная, липкая жидкость просачивалась через ткань моей одежды и я незамедлительно схватила горсть салфеток, принялась оттирать и проговаривала вслух.
— Всё нормально, все хорошо.
— Прости, я.. — выдавливала из себя Молли, в ужасе застывшая передо мной.
— Всё в порядке, это же просто одежда.
— Нищенка вылила колу на Айрин!! — послышались голоса.
— Боже, она реально отшибленная.
— А она то тебе что сделала?
— Фрик.
— Ненормальная.
— Убогая.
Все наговаривали на Молли и она поспешила выйти из столовой. Я не пошла за ней, потому что винила себя. Она случайно разлила эту чертову колу, такое ведь могло случиться с каждым, но они налетели на неё как рой из-за случившегося. А ведь это я её остановила. Из-за меня она теперь чувствует себя ужасно.
Что же с ней случилось?
Я выхожу из столовой, хватаю форму из шкафчика (свою единственную сменную одежду) и захожу в ближайшую уборную. Пытаюсь отмыть пятно с белой футболки, но тщетно. Боюсь, кофта от Луи не предназначена для того, чтобы на неё выливали колу. Замечаю, что у меня ещё и волосы липкие, а ведь я только была в душе. Он беспомощности хочется плакать. Я стою в джинсах и Боди у раковины и отмываю всё липкое наощупь. Вдруг двери открываются и в проходе стоит Дин. Я мышинально прикрываюсь мокрой кофтой, а он резко закрывает дверь. Потом открывает и улыбается.
— Что ты там прикрываешь? Доску с гвоздями?
— Ты хамло! Это женский туалет!
— Я в курсе, пошли за мной. — он берет меня за руку и выводит.
— Ты идиот! Отпусти меня, я не пойду по универу так! — кричу я на него.
Он осматривает меня с ног до головы и фыркает. Забирает из рук мокрую кофту и выбрасывает в мусорное ведро.
— Что ты делаешь?
— Идем за мной. Никому не нужны твои укусы комариков, прикрытые топиком. Кто-то ведется на такое? Я сочувствую твоему будущему парню, — он снова берет меня за руку и не смотря на мои сопротивления, все же выводит из туалета. В коридоре студенты и они смотрят на нас. — Ни грамма женственности, ещё и мозгами не блещешь...
На мои глаза выступают слёзы. Какой позор. Я всхлипываю и очень злюсь. Мы отошли на пару шагов, я вырываю руку, хотя это было больно и отвешиваю Эвансу звонкую пощечину, а потом закрываю себя руками. Он удивленно уставился на меня и я быстро вернулась в туалет.
Меня трясет, и я плачу. Мне кажется я так громко плачу. Водой умываю лицо и двери снова открываются. Парень входит молча и смотрит на меня. Я вижу в его глазах сожаление? Не знала, что Дин способен на это чувство. Он некоторое время смотрит, как я умываю лицо. Я тоже молчу, но это не значит, что мне нечего ему сказать. Жду нападки и уже знаю, что ответить, но брюнет просто снимает с себя куртку, затем майку и остается у одних джинсах.
— Что ты делаешь? — но он молча протягивает мне свою футболку.
В этот момент двери распахиваются и группа девушек пялятся на нас.
— Здесь занято. — бросает Дин и хлопает дверью перед их длинными носами. — Надень.
— Нет. Дин. Ну что ты творишь? — слезы снова наполняют глаза. — Теперь все будут говорить, что мы здесь переспали.
— Можем это сделать, если не хочешь, чтобы про тебя разносили лживые сплетни. Хотя бы правду скажут. — он не улыбается, язвит и нервничает.
Я беру его футболку, все ещё не понимая его намерений, и надеваю. Он протягивает мне руку. Он серьезно думает, что я дам ему руку в ответ? Он понимает это очень быстро и раздраженно накидывает куртку на свое голое тело, хватает меня за локоть и выводит из туалета. Боже, да тут собралась целая толпа посмотреть «Кого в этот раз Дин Эванс положил под себя?». Мне было стыдно. А ведь я даже ничего не сделала. Парень быстро выводит меня из универа и ведет к машине.
— Я могу сама идти, необязательно держать меня за руку. — он останавливается, отпускает руку и поворачивается. Он раздражен.
— Почему ты такая, м? — Дин засовывает руки в карманы джинс.
— Какая?
— Недальновидная.
— Перестань вечно оскорблять меня.
— Перестану, когда ты перестанешь тупить.
— Какого хрена? Ты зачем вообще за мной пришел?
— Отупела? Я помог тебе. Не хочу, чтобы ты портила репутацию моему брату и Тессе.
— Их репутацию? А что насчет моей репутации? Ты не помог, ты только хуже сделал! — его глаза сузились. — Чего ты добиваешься вообще? Чего пристал ко мне? Напыщенный индюк, оставь меня в покое!
— Идиотка, лучше заткнись.
— Ты только и умеешь, что оскорблять и затыкать меня. Больше ты ничем не блещешь. И что вообще в тебе находят девушки? Ты отвратителен. Что вообще ты сам в себе хорошего находишь? Твоя мама видимо перехватила тебя в детстве, раз сейчас ты строишь из себя непонятно что. — он резко взглянул на меня и, я не поняла, что он почувствовал. Словно что-то скользкое и липкое пробежалось по нему. — А может ты наоборот самоутверждаешься за счет других? Папа не хвалил тебя за успехи в школе и спортивных секциях? Ты просто...
Он не дослушал меня и молча ушел в сторону автомобиля. Кажется, я задела его.
Дин
Кажется, я теряю хватку, раз позволяю этой девочке так разговаривать со мной.
Сначала мне было грустно. Мне было грустно? Нет, не так. Я не знаю, как описать это, мне не было грустно, просто это меня задело и заставило задуматься. Потом мне было всё равно. А потом я просто вышел из себя. Вернувшись в дом, я застал Эйдана на кухне, жующим стейк с овощами и наорал на него.
— Чтобы ноги этой дуры не было в нашем доме!!! Ты понял?
— Чьей?
— Этой идиотки!
— Ты об Айрин?
— Да!! Я о хреновой Рейдмунт!
— Эй, успокойся. — Эйдан растерялся. — Я первый раз вижу тебя таким злым. Что случилось?
— Она случилась!
Нас прервал звук хлопающей двери. На кухню врывается злобная Тесса.
— Эванс! Что ты натворил?
— Я? Ничего. — испуганно ответил Эйдан.
— Да не ты. Дин! Что ты сделал с Айрин?
— Что я с ней сделал? Эта истеричка...
— Мне вся группа пишет в личку, что вы переспали в туалете! И этот секс был настолько страстным, что ты разорвал на ней одежду и она вышла в твоей футболке!! Я знаю, что это неправда, но теперь весь универ говорит об этом! Ты понимаешь, что натворил? Ты опозорил её на глазах у всей толпы! Ты должен извиниться перед ней.
— Извиниться?! Да хрен. — я был так взбешен, что швырнул настольную вазу в стену. Тесса дернулась, Эйдан встал на её сторону.
— Дин. Возьми себя в руки.
— Она раздражает меня и она это заслужила!
— Чем? Тем, что ты сам постоянно цепляешь её? — я молчу, потому что это правда. Эйдан продолжил говорить. — Думаю, она раздражает тебя, потому что не стелится перед тобой, как все остальные девушки.
— Чего?
— Того.
— Она влепила мне пощечину!
— Я бы тоже влепила тебе пощечину за то, что ты сделал!
Я поджал губы от злости и пошел в свою комнату. Сел на кровать и закурил сигарету.
Ну да, это ведь я был неправ. Так, вспоминаю главное правило. Я делаю все, ради своей семьи. Успокаиваюсь, тушу сигарету и спускаюсь обратно на кухню к ребятам. Чувствую себя совсем немного виноватым, поэтому мои глаза выражают сожаление.
— Я... — я никогда не извиняюсь. — Я был не прав, так что... Я извинюсь перед Айрин.
— Хорошо. — сказал Эйдан.
— И ты, прости, Тесса, что напугал тебя.
— Всё в порядке.
— Скинь мне номер её телефона.
Выхожу из дома, сажусь в машину и направляюсь в кампус. После того как Тесса сбрасывает мне её номер телефона, я звоню ей.
— Алло? — отвечает она.
— Это Дин. Можешь спуститься? Машина на задней парковке от кампуса.
— Пошел нахер. — отвечает она и сбрасывает.
На моем лбу выступает вена. Я снова перезваниваю.
— Я сказала пошел...
— Если ты сейчас не спустишься, я зайду в твою общагу и перебужу всех. А когда найду твою комнату, то вынесу на руках. — она молчит пару секунд.
— Сейчас спущусь.
Ждать долго не приходится, я вижу её, выхожу из машины и облокачиваюсь на неё задней ногой.
— Ну? Зачем позвал? — я прохожу на другую сторону и открываю двери пассажирского сидения.
— Садись.
Она была одета не по погоде, явно не собиралась куда-то ехать. Серые спортивные штаны, белый топ и черная ветровка. Она недолго стоит, но дует холодный ветер, ежится от октябрьского холода и садится.
— Не знала, что ты умеешь открывать двери девушкам.
— Я джентльмен.
Ну и зачем я приехал? Я извинюсь и она с меня поржет. И правильно сделает.
— Куда мы едем?
— Просто прокатимся. На улице холодно, ты замерзнешь.
— Что я слышу, это забота? — она опять язвит, это опять меня бесит, но я терплю.
— Да, это забота. — она удивленно смотрит на меня, но ничего не отвечает.
Дальше мы едем молча. Я заехал на парковку возле какой-то кафешки, чтобы взять кофе.
— Подожди пару минут.
Быстро покупаю какао для Айрин и эспрессо для себя. Возвращаюсь в машину и протягиваю ей стаканчик.
— Держи.
— Что ты делаешь? — спрашивает раздраженно она.
— Даю тебе стакан.
— Я имею в виду, зачем ты меня позвал. — ерзаю на сидении.
— Черт, это гораздо сложнее, чем я думал. — она выгибает бровь и ждёт продолжения. Я начинаю психовать. — Ты можешь просто взять это какао?
— Нет. Я не хочу. — спокойно отвечает она.
Я смотрю на неё пару секунд. На её нейтральное выражение лица, ничего не выражающее. Стараюсь не сорваться, но у меня не получается. Я открываю двери и выбрасываю оба стаканчика на асфальт.
— Зачем ты... — грозно смотрю на неё, жевачки дергаются. Она пугается и хватается за ручку двери, готовая сбежать в любой момент.
Завожу машину и резко стартую с места.
Айрин вжимается в сидение. Я обгоняю каждую машину, жму педаль газа до упора в пол.
— Дин, перестань!
— Почему ты так делаешь всегда?!
— Хватит, уже не смешно, сбавь скорость! Мы же разобьемся!
Выворачиваю на спорт площадку и с разворотом торможу. Я паркуюсь прямо возле обрыва с видом на город. Уже даже не стараюсь сдерживаться.
— Ты даже не представляешь, насколько сильно ты выводишь меня из себя!
— Ты тоже выводишь меня из себя!!
— Ты неуравновешенная истеричка!
— А ты псих ненормальный!!!
— Ты идиотка!! Даже шанса не даешь мне сказать, что я хочу.
— По-моему у тебя отлично получается говорить мне то, что хочешь!
— Я хочу сказать не это!! Я не звал тебя для того, чтобы ругаться!
— А для чего тогда?
— Чтобы извиниться, ясно?! — смотрю на неё и она замолкает. Её перемена в лице заставляет меня успокоится и говорить тише.
— Ты.. что? — глупо хлопает глазами.
— Ты вынуждаешь меня говорить тебе гадости, я не знаю, как с тобой по другому. У тебя отвратительный характер. — тяжело выдыхаю и молчу собираясь с мыслями. Она молчит и ждёт, за что я благодарен.
Девушка, кажется, даже немного нервничает, дергает себя за пальцы и заправляет прядь волос за ухо. Я закрываю глаза, потому что не могу смотреть на её довольное лицо после того, что собираюсь сказать. Снова тяжело выдыхаю.
— Прости меня. — она молчит. Явно улыбается. — Я был неправ.
— Ничего. — отвечает она. Я открываю глаза и смотрю прямо на неё. — Бывает. Я тоже была хороша. Так что ты тоже извини меня.
Теперь удивлен я.
— Ты... — я ухмыльнулся. — Ты, серьезно, извинилась?
Она хмурится. Я ничего не говорю в добавок и завожу машину.
— Ты меня с ума сведешь, Рейдмунт.
Еду уже спокойно. Она легко улыбается и смотрит на ночной вид. Я стараюсь ехать медленнее, чтобы она все хорошо успевала рассматривать.
Я по-другому на неё посмотрел. Она действительно не такая как все. В её глазах я вижу прежний блеск. Кажется, будто она становится счастливее просто рассматривая витрины магазинов.
— Я люблю, когда ночью горят всякие огоньки. — неожиданно говорит она.
— От гирлянды наверное вообще упадешь.
Она улыбается. Смотрит в окно, а я смотрю на неё. Что-то заставляет меня смотреть на неё. Айрин замечает это и спрашивает.
— Чего смотришь? У меня что-то на лице?
— Нет, всё в порядке.
Мы подъехали к кампусу и я поймал себя на мысли, что хочу чтобы она ещё немного побыла рядом. Что-то исходит от неё, какое-то близкое тепло. Хотя странно, ведь у неё всегда холодные руки.
— Приехали.
— Я надеюсь, теперь ты больше не будешь меня доставать? — уточняет она.
— Я искренне постараюсь.
— Ладно. — она улыбается и я засматриваюсь на эту улыбку. — Хорошего вечера.
Ничего не отвечаю. Только выдавливаю подобие улыбки. Она выходит из машины и, даже не оборачиваясь, скрывается за стенами кампуса.
А я еду домой, даже не подозревая, что только что произошло где-то внутри меня.