Глава IV
В определенный момент становится просто трудно себя контролировать и ты неосознанно делаешь какую нибудь глупость. Как сделала Я. Я пошла против него, когда должна была быть послушной. И он преподал мне урок. Теперь сидя перед зеркалом я пытаюсь скрыть синяк на лице от его удара. Было ли больно? Да. Скажу ли я ему ещё что либо? Нет.
— Мичахь ю и зуд? (Где эта женщина?) – слышу я голос снаружи.
Это наша соседка, Аймани. Уверена услышала какой то слух и пришла устраивать разборки как всегда. Она даже не моя свекровь, но постоянно кричит на меня. Я молча всё сглатываю, ибо не хочу ещё больше проблем. Зная, что она ищет меня, я за несколько секунд закончила свое дело и вышла.
— Де дика хуьлда. Что - то случилось? (Добрый день). – подала я голос.
— Соьг де дика ма делахь. Хьо кху декх т1е нус йолш еан, хьой лел ма еззар лелар ю хьо. (Не здоровайся со мной. Ты в этот дом пришла в качестве невестки, будешь вести себя подобающе).
Я итак еле держалась, а её слова довели меня ещё больше.
— Х1у ца дина ас нийса? (Что неправильного я сделала?) – спросила я.
— Хьо тха к1анте йа йезаш яцар. Дукх ца 1аш ц1а хьажор ю. (Ты не должна была выходить за нашего сына. Ты тут не задержишься). – я видела как она улыбается и как она довольна собой.
— Во - первых, вы мне не свекровь, чтобы приходить сюда и кричать на меня. Во - вторых, это не вы решаете насколько я тут задержусь и мой муж не ваш сын. Будьте добры, уходите. – не выдержала я и сказала.
Аймани не стала что либо говорить, она просто подняла руку для удара. Я не отошла, не прикрыла лицо руками, я просто ждала удара. Но тут её руку схватил Рахьман и отодвинул.
— Что ты себе позволяешь Аймани? – спросил он прямо.
— У твоей жены слишком острый язык. Пусть знает своё место. – Аймани отвела взгляд в сторону, зная что она виновата.
— Было бы славно, если бы все знали свои места. – сказал он и повернулся в мою сторону. – Извинись. – потребовал он.
— Я прошу прощения. Я не хотела вас задевать. – выдавила я из себя сразу же без раздумий.
— Всё в порядке. – ответила она мне.
— Больше не смей сюда приходить и вести себя так будто ты хозяйка этого дома и тем более поднимать руку на мою жену. Если бы я не знал тебя, то поверил бы, но Аймани, я знаю тебя лучше чем кто либо. – потом он указал пальцем на меня. – Она хозяйка этого дома. Она моя жена. Оскорбляя её, ты оскорбляешь меня. А я этого не потерплю и твой возраст меня не остановит, ты прекрасно это знаешь. Если я услышу хоть какой то слух в округе, то о последствиях думай сама. – он был взбешен.
— Сынок... – Аймани была шокирована.
— Я тебе не сын.
— Я ж заменила тебе мать. Я воспитывала вас.
— Где? Когда? Покажи мне это. Ты всегда только приходила чтобы поесть, забирала из дома всё возможное и уходила. Думаю тебе пора тетушка.
— Моя нога больше не вступит в этот дом.
Аймани ушла, громко хлопнув воротами. Видно её задели слова Рахьмана. Мне даже стало жалко её.
— Почему ты заставил меня извиниться? – спросила я, зайдя вместе с Рахьманом в дом.
— Потому что ты была неправа.
В чём же я была неправа? Но таково уж общество, что ты всегда неправа. Ты неправа потому что молчишь. Ты неправа, когда говоришь правду, заступаешься за себя. Ибо этим ты выказываешь неуважение к старшим. Я считаю, что уважение нужно заслужить, а не требовать. Ты неправа, когда с ломанным внутренним состоянием пытаешься улыбаться, но плохо выходит и тебе говорят "Свой характер не показывай". Ты неправа...ведь у тебя нет прав....просто живи по нашим указаниям. Ты девушка. Что в переводе с их языка - ты ничто.
Я правда не знаю что мне сделать, чтобы он меня принял. Прошел уже месяц, но я как будто целую вечность в этом аду. После той новости, что мне сообщили Ясмина и Хадижа, в моей голове тысячи вопросов которые я боюсь задать. Он не знает, что я в курсе причины его ненависти ко мне. Я пыталась спросить у мам насчет дяди, но она просто накричала меня. Сказала, как я могла вообще подумать об этом. Но я знаю, что какая то тайна есть. Просто меня не хотят в неё вовлечь.
— Ты в курсе, что сегодня отец приезжает домой? – спросил меня Рахьман.
— Да.
— Будь готова через десять минут. Я отвезу тебя к родителям. И девочек с собой прихвати.
— Я не могу поехать домой, отец же сегодня возвращается. Это будет некрасиво с моей стороны. – возразила я.
— Что ты все так яро воспринимаешь? В этом нет ничего такого.
— Я невестка в этом доме. Мне такое недобает.
— Эран къамелш х1унд до ахь? Хьо нус сан кху чохь цхьамма лорш йоци хуъш хилч. Дас цхьан йо1 сан т1е лаьцн хилч хьо. (Зачем пустые разговоры? Если никто здесь не воспринимает тебя как невестку. Если даже отец принял тебя как родную дочь). – он встал напротив меня.
Я моментально опустила голову. Каждый раз встречаясь с ним взглядом, мне кажется будто меня убивают.
— Почему ты никогда не смотришь мне в глаза? Подними голову.
— Потому что моё тело бросает в дрожь видя, как на меня смотрят твои холодные глаза. И от этого становится еще больнее. – ответила я почти что шёпотом.
— Ты боишься меня? – его голос дрогнул.
Интересно, чего он ожидает услышать в ответ?
—А у меня есть повод не бояться? – задала я ответный вопрос, поднимая глаза.
Раз удар, два удар. Кровь учащается вместе с ударами сердца. Страх сковал конечности.
— Ты не должна меня бояться. – делает он заключение.
— Ты знал, что ты странный? – я боялась говорить, но не смогла бы промолчать. – В один день ты тиран и издеваешься надо мной. Даже позволяешь себе бить меня. В другой, ты спокойный, защищаешь меня и говоришь что я не должна тебя бояться. Пожалуйста определись, каким ты будешь со мной. Я устала каждый день жить в страхе. Я боюсь даже сделать даже шаг без твоего ведома. – я не сдержалась и заплакала.
Он подошел ко мне ещё ближе и я уткнулась головой о его плечо. Я чувствовала себя маленьким ребенком, который плакал на плече у матери. От него веяло теплом, которого мне так не хватает. "Прими меня" - пронеслось в голове.
— Я сам себя не понимаю.
Мы простояли так минут семь, а потом он вышел сказав, что ждет меня и девочек в машине. Это был тот редкий случай, когда у него получалось быть "нормальным". В моменты слабости он часто говорит, что не понимает себя. Мне очень хотелось бы спросить, что случилось с его матерью, но я боюсь что его гнев обрушится на меня. Девочки больше ничего не знают.
Собравшись за полчаса мы все вышли из дома. Рахьман всегда с осторожностью водит машину, и сегодня не исключение.
— Рахьман давай быстрее. – ноет Хадижа.
— Может ты за руль сядешь неугомонная? – спрашивает Рахьман.
— А можно? – лицо Хадижы сразу озаряется светом.
— Не сегодня и не через век, не хочу умирать молодым.
— Рахьман!! – недовольно кричит Хадижа.
Мы с Ясминой наблюдаем за картиной и просто смеемся. Сестры единственные, кто могут заставить Рахьмана искренне улыбнуться. Доехали мы быстро так как живем не очень то далеко.
Я взяла пакет с вещами и встала в сторонку, чтобы девочки попрощались.
— Мы обидимся, если вы не оставите нам вкусной еды. – говорит Ясмина, обнимая брата.
— Вы едите вкусную еду каждый день или ты жалуешься на Айшу? – спрашивает он, смотря в мою сторону.
— Нет, я не это имела ввиду. Почему ты все переворачиваешь вверх дном? – нахмурилась Ясмина.
— Делай выводы женушка. – его искренняя улыбка заставила меня тоже улыбнуться.
— Хватить буллит мою сестру. – обнимать брата настала очередь Хадижы.
— Будь хорошей девочки и слушайся Айшу, защитница ты моя. – в его словах столько любви и ласки к сестрам, что я невольно начинаю завидовать. У меня никогда не было такого с братом.
— Я итак самая хорошая. – довольна собой Хадижа.
Рахьман встряхивает ее волосы и подходит ко мне. Я немного шокирована и делаю шаг назад.
— Спокойно. – говорит он тихим голосом. И достает бумажник. – Это деньги на затраты. Купи там что нибудь поесть к себе в дом и всё такое.
— Не стоит. – мне сразу же становится неловко.
Он просто молча отдает их мне и уходит.
Нас встречает мама и Ислам.
— Буьйс дик хил. (Доброй ночи). – одновременно здороваются девочки.
— Дала йезийл. (Пусть будете любимы Всевышним). – по маме видно, что она безмерно рада нам. – Как вы девочки?
— Отлично, вы как? – отвечают они опять синхронно.
— Вы ж не близняшки. – в голосе Ислама слышится недовольство. Мама щипает его и виновато улыбается. – Я скучал сестренка. – Ислам подходит и обнимает меня, не обращая внимания на маму.
— Я тоже Ислам. Как ты поживаешь?
— Без тебя плохо. Меня заставляют делать вещи, которые я не должен. Убирать, даже готовить. – вся его поза говорила о том, как же он недоволен.
Мы все громки засмеялись и зашли в дом, пока Ислам еще не начал жаловаться. Я поздоровалась с отцом, не услышав в ответ ничего я просто ушла из его комнаты. Малика не было дома, как и всегда.
Мы в этот день решили устроить девичник. Пригласили Мадину, купили много вкусностей и включили фильм. Но прежде все, каждая поголовно позвонила отцу и поговорила с ним. Я попросила прощение за то, что в день его приезда мне пришлось уехать. Он сказал, что сам попросил Рахьмана чтобы он увел нас из дома. Спрашивать ещё что то я не стала, так как это не моё дело. Мадина была холодна. Хоть она и говорила что её не ранила ситуация, но её поведение изменилось. Да, она улыбалась, смеялась, даже разговаривали нормально. Но я всё равно чувствую её отстраненность. Хадижа и Ясмина сразу нашли с ней общий язык, что я почувствовала даже укол ревности. Спустя тридцать минут как идет фильм Мадина попросила пойти на кухню, чтобы выпить воды. Я налила ей холодной воды.
— Как же я скучала по тебе Мади. – искренне улыбнулась я.
— Я не думаю, что тебе стоило меня приглашать. Вообще я думаю, что нам пора перестать общаться. Сегодня я пришла чисто из-за вежливости.
Ну вот. Я знала, что так будет. Я была готова к её словам. И поэтому просто спросила:
— Почему?
— Ты вышла за человека, которого я люблю. Ты мне противна. – меня укололи её последние слова.
— Ты ж сказала, что всё хорошо. Ты же знаешь, что я вышла за него по не воле.
— Ты могла бы противиться. Если бы ты не захотела, тебя бы не выдали замуж. – её голос даже не дрогнул, когда у меня в горле уже стоял ком.
Мне захотелось заплакать. Моя Мадина, моя самая близкая подруга. Часть меня, часть моей души. Как она может так говорить? Как может разбивать мое сердце? В какой то мере она права, что возненавидела меня. Но будь я на её месте, я бы простила. Я бы спрятала боль и показала бы ей, что всё хорошо.
— Я ненавижу тебя Айша. – сказала она напоследок.
— Да, я захотела за него замуж. Да, я люблю его. Да, он мой муж и он не намерен меня бросать. – я затолкнула слёзы обратно.
— Знаю я, насколько твой муж тебя любит. – усмехнулась она. – Пишет мне ежедневно, признается мне в любви. Думаешь ты ему нужна?
— Будь я ему ненужной на моем месте была бы ты. Его женой была бы ты, а не я. Ты думала об этом? – на языке застряла смесь горечи и обиды.
Возможно я и выгляжу робкой, но я не дам себя в обиду даже самым близким.
— Ты слишком наивная.
— Ты знаешь где дверь, доберешься сама. – сказала я.
Стоило ей выйти, как я дала волю слезам. Я плакала насколько тихо, насколько это возможно. Уйти в комнату я не могла, так как девочки бы увидели. Не хочу их расстраивать. Благо все в своих комнатах. Я закрыла дверь кухни на замок и дала волю эмоциям. Через некоторое время я услышала телефонный звонок. Это был Рахьман. Я вытерла слёзы и придала голосу естественность.
Айша: Алло? Буьйс дик хил хьа. (Доброй ночи).
Рахьман: Дала йезийла. Х1у деш ду шу? (Пусть будешь любима Всевышним. Что делаете?).
Айша: Устроили девичник. Смотрим фильм. Ты не дозвонился до девочек? Они в комнате, я на кухню зашла воды взять.
Рахьман: Я не звонил им.
Это было странно. Он обычно мне не звонит. Я забеспокоилась.
Айша: Что случилось?
Рахьман: У меня ничего, но у тебя походу что то произошло. Ты плакала?
Айша: Нет. С чего ты взял?
А потом до меня дошло. Мадина скорее всего донесла ему о разговоре.
Рахьман: По твоему голосу всё понятно. Говори, что случилось? Кто тебя обидел?
Айша: А если я скажу, что это ты. Что будет тогда?
Я хочу знать, что он скажет. Сейчас по голосу понятно, что он в спокойном состоянии. А он бывает честным, когда такой.
Рахьман: Я прошу прощение...за все. За издевательства. За то, что ударил. Я не гарантирую, что перестану разбивать тебе сердце. Каждый раз я жалею что ранил меня, но потом я вспоминаю о ней и мне становится еще больнее.
Айша: О ком?
Я знала ответ на свой вопрос. Глядя на меня он вспоминает свою мать. Он один раз упоминул об этом, после чего пригрозил мне. Сказал, чтобы я не задавала вопросы о его матери.
Рахьман: Забудь.
Айша: Я поссорилась с Мадиной. Она сказала, что ненавидит меня и что я ей противна. Еще она сказала, что вы переписываетесь и что ты влюблен в неё.
Я решила быть максимально честной. Пусть будет, что будет.
Рахьман: Ты из - за этого плакала? Тут даже повода же нет. Всевышний показал тебе какая на самом деле твоя подруга. А про остальное она врет. После женитьбы на тебе, я никому не писал и удалил все номера. И чувств у меня к ней больше нет.
Айша: Я должна тебе верить?
Рахьман: Да. Потому что я не такой человек, что стал бы ставить под сомнения свой выбор.
Я поняла о чем он. Он выбрал меня своей женой (по факту не он, но что есть, то есть), а значит он будет уважать свой выбор.
Рахьман: Айша, не бойся меня, пожалуйста. Возможно я завтра пожалею что дал слабину. Но я так устал Айша.
Айша: Давай все обсудим Рахьман. Поговорим обо всем честно.
Рахьман: Хорошо. Завтра. Спокойной ночи.
Айша: Спокойной ночи.
Отключив телефон, я невольно улыбнулась. Возможно он не такой плохой человек. Возможно, ему просто нужна помощь.
Я пошла обратно в комнату. Девочки уснули и сладко спали на кровати. Укрыв их легким одеялом, я продолжила в одиночестве смотреть фильм. Но мысли были не о сюжете.