9
Зейн пакует вещи в дорожную сумку, оглядываясь на спящего Лиама на его кровати. Простынь еле накрывает обнаженное тело парня, когда Малик закусывает губу и садится на небольшой пуфик напротив кровати. Он тяжело вздыхает, когда в голове всплывает их короткий разговор прошлой ночью о том, что они разъезжаются по разным странам и местам. Лиам относится на самом деле безболезненно и целует его крепко-крепко, обещая о том, что с радостью проведет свой последний год вместе с Маликом.
Решая не будит парня после бессонной ночи, Зейн складывает сумку на пол и заваливается место рядом с Лиамом, поправляя домашние штаны, которые еле держатся на его бедрах, и легко касается губами плеча Пейна, который недовольно ворочается во сне и прижимается ближе к Зейну, который вдыхает аромат своего геля для душа и прикрывает блаженно глаза.
— Доброе утро, — хриплым ото сна голосом бормочет Лиам, нехотя разлепляя веки, когда Зейн убирает спавшие ему на лицо волосы и целует в щеку. — От тебя пахнет сигаретами, — отмечает парень.
Зейн улыбается ему в плечо и не собирается сдвигаться с места, когда парень рядом с ним начинает нетерпеливо елозить по простыням и требовать, что Малик выпустил его из крепких оков. Но Зейн действительно не хочет отпускать его, путаясь пальцами в волосах и оттягивая их на затылке, зажмуриваясь настолько сильно, что звездочки скачут перед глазами.
— Я хочу запомнить тебя, — шепчет брюнет, отстранившись. Они соприкасаются лбами, глаза закрыты, и оба кусаю губы. Чувствуют дыхание на своей коже и вновь сливаются в поцелуе, оттягивая лишнюю ткань между ними, а воздуха катастрофически мало, комната катастрофически маленькая, и Лиама так мало для Зейна, слишком мало, необходимо немного больше. И они целуются до полудня, не желая вылазить из комнаты Зейна, где уже стоит готовый завтрак и улыбка миссис Малик не сходит с лица весь завтрако-обед.
— Спасибо, миссис Малик, — улыбается парень, поправляя футболку Зейна на себе, когда брюнет не таит широкой улыбки и прижимается ближе к парню, сидя на диване в гостиной.
— Не за что, Лиам, — улыбается женщина, собирает посуду, ставя её в посудомоечную машину и включая её, и уходит прочь из комнаты, оставляя парней один на один и позволяя насладиться последними минутами вместе этим летом. Парни полулежат на диване, бездумно смотря в телевизор, когда телефон Лиама безбожно пищит от новых сообщений, и он откидывает его в сторону, выключая звук.
— А если что-то важное? — спрашивает Зейн, получая усмешку.
— Это Гарри со своими члено-шутками, — закатывает глаза и слышит тихий смешок Малика. — Не смешно.
— Их все придумал Луи, — проговаривает он тихо, закрывая глаза. — Все до единой.
— Пусть наслаждаются спокойными минутами, — усмехается Лиам и касается губ Зейна своими.
***
— Отвали от них, Гарольд, — недовольно шикает Лу, оборачиваясь к Гарри, который разваливается на своей кровати, мотая ногами в воздухе и отправляя Лиаму глупые шутки. Парень мотает головой из стороны в сторону в такт играющей музыке, когда Томмо прыгает на него сверху, целуя, и вытягивая телефон из рук. — Отвали от них.
— Защитничком заделался? — надувает губы Стайлс, скрестив рука на груди, лежа под Томлинсоном, который в мгновение разнимает их и прижимается своей грудью к груди кудрявого, целуя. — Защитничек.
— Ты напрашиваешься?
— Я не хочу, чтобы ты уезжал, Луи, ещё недельку, м?
— Билеты на десять вечера, прости, — пожимает плечами. — Когда мы спланировали это, не было даже намека на вас с Лиамом. Если бы могли перекроить наши планы за пять секунд, то мы обязательно бы сделали это, понимаешь? Потому что мы оба...
— Я знаю, Лу, и это нормально. У вас двоих была собственная жизнь до нас, — он улыбается. — Только, пообещай мне кое-что, ладно? — Гарри хмурится.
— Что?
— Не соситесь там. Я, конечно, понимаю, что вы бро, но... не соситесь.
— Нормальные бро сосутся, а не целуются?
— Нормальные бро не суют свои члены в задницы друг другу, — он смолкает, — и не целуются.
— Фу, какой у тебя отвратительно грязный ротик, Стайлс., — проговаривает с улыбкой Луи. — И ты в курсе, что твоя речь не связана между собой?
— Сколько у нас ещё есть времени? — Томмо кидает взгляд на часы, которые показывают почти третий час дня, и он сообщает об этом Гарри, который задумчиво разглядывает парня перед собой и кусает губу. — Тогда не будем терять время?
***
Они стоят в аэропорту вместе: Гарри с Лиамом на одной стороне, а Зейн с Луи — на другой. Они просто улыбаются, молча смотря друг на друга, когда Зейн вытягивает из кармана сложенные надвое листок и протягивает его Лиаму, который сжимает его крепко в руке и обещает прочесть.
— Только после того, как мы взлетим, ладно?
— Почему? — брюнет подходит ближе, наклоняясь к уху.
— Потому что я боюсь свернуть с намеченного пути.
Они не прощаются, потому что знают, что встретятся совсем скоро и все происходящее кажется им чем-то искусственным. Зейн уходит первым, поводя пальцами по щекам, не говоря ни слова, когда Лу задерживается взглядом на Лиаме, чуть дольше на Гарри, и, поцеловав того целомудренно в лоб, разворачивается и уходит следом за другом, обнимая его за плечи и целуя в щеку, когда на том конце коридора слышится:
— Запомните, мы увидимся скоро! — и они исчезают на повороте.
Пейн смотрит на лист в своей руке, когда они с Гарри садятся в машину Стайлса и выруливают со стоянки, убедившись, что самолет взлетел. Лиам решает прочесть все же записку Зейна, поэтому опираясь лбом о стекло, он включает небольшую лампочку и вчитывается в неровные буквы, выведенные Зейном.
«Мы уже летим, Лиам, да?
Уверен, что ты прочтешь именно в тот момент, когда мы взлетим.
В общем, ещё некоторое время назад я и представить не мог, что буду рядом с тобой, буду целовать тебя и чувствовать то, на сколько ты дорог мне. Когда я говорил с Гарри в неделю нашего молчания, он рассказал мне о том, что ты не мог признать себя, но после я узнаю о том, что я не был первым. Странно, учитывая, что я боялся разрушить тебя. Но сейчас я чувствую, что ты рядом, словно невидимые ниточки переплелись между собой, связывая нас.
Все, что неожиданно изменяет нашу жизнь, — не случайность. Оно — в нас самих и ждет лишь внешнего повода для выражения действием. (В. Брюсов)
Был ли ты моей судьбой, Лиам Пейн? Наверное, да, потому что меня тянуло к тебе. Помнишь наш первый поцелуй, тот, на вечеринке? Потому что я помню его так, что до сих пор чувствую твои горячие губы с привкусом алкоголя на своих. И это то, что я хочу повторять раз за разом.
Я не говорил этого прежде, но, Лиам Джеймс Пейн...
Я люблю тебя.
— твой Зейн»
Лиам закрывает глаза, дочитывая, когда Гарри тормозит на светофоре и поворачивает к другу, который сидит, тяжело дыша.— Что он написал? — встревоженно интересуется Стайлс, когда Лиам сглатывает и произносит тихо-тихо.— Он любит меня, Гарри, — отзывается Пейн, — Зейн написал, что любит меня.***
Август вступает полноправно в свои права в десятых числах месяца, когда Пейн, сжимая в руке ключи от своего дома, проходит дальше, направляясь в сторону дома Зейна. Он, на самом деле, проводит все лето в раздумьях над его посланием, но в текстовом виде они не обсуждают эту тему. Парень проходит мимо несколько домов, которые совершенно не меняются, сворачивает на подъездную дорожку и проходит мимо старого гаража, который приоткрыт и чьи-то ноги (ему кажется, что Гарри) торчат снизу. Пейн, оглянувшись ещё раз, присаживается на корточки и тянет вверх за ручки, когда столб дыма накрывает его и парень, размахивая руками, проходит внутрь, видя небольшой дряхлый диванчик, на котором сидят Луи с Зейном, раскуривая косяк, а те ноги принадлежат спящему на мягком матрасе Стайлсу.
Зейн поспешно выдыхает дым, когда щурится и видит очертания Пейна, подрываясь на ноги и обнимая его, стискивая в объятьях. За время, которое они не видятся (не считая переписки в whatsapp'е с весьма откровенными фотографиями) Малик слегка подкачался и набрал массу, от чего выглядит еще более сексуально и презентабельно.
— Лиам, это ты, — выдыхает парнишка ему в шею, закрывая глаза. Луи пытается бочком вылезти из гаража, подпихивая следом и Стайлса, когда Лиам разглядывает лицо Зейна, отмечая то, насколько красными выглядят его глаза. — прости, мы немного подымили, — улыбается он.
— Немного? — усмехается.
— Чу-у-уть.
— Я заметил, — они отстраняются друг от друга, глядя перед собой, когда Малик сглатывает и проводит пальцами по шее. — Я прочел тогда твою записку.
Неловкое молчание наполняет задымленный гараж, когда Лиам подходит ближе к Зейну и целует.
— И я тоже люблю тебя, кажется, — выдыхает ему на ухо.
— Гарольд, открываем шампанское, мои мальчики признались в чувствах друг-другу! — восклицает довольно Томлинсон, прыгая на кровати. — Мой бро нашел свою вторую половинку наконец-то!
— Пусть он наконец ебанется в этого дивана, а, — проговаривает Малик, обнимая Пейна.
чуточку больше Зейну нравится сидеть с Лиамом на литературе.
чуточку больше Луи нравится ходить на занятия в класс драмы.
чуточку больше Лиама в жизни Зейна.
чуточку больше Гарри в жизни Луи.
И да, Луи все же падает с дивана.