Эпилог
Чонгук
Десять лет спустя…
— Ральф, батарейки снова сели, — говорит Джису, заходя на кухню, и я улыбаюсь про себя.
Это очень похоже на наше первое совместное Рождество, только на этот раз мы в новом доме. После того, как все случилось, мы ненадолго оставались в том доме. Не только из-за того, что произошло, но и потому, что Лиса действительно была беременна, и нам нужно было больше комнат. С тех пор у нас родились три мальчика, один за другим, и они держали нас в напряжении.
— Знаешь, часть меня хочет, чтобы ты была независимой женщиной, которой не нужно, чтобы мужчина что-то для нее делал, — произношу я ей, отцепляя блок с батарейками от ее свитера. — Но, когда я действительно думаю об этом, я надеюсь, что ты никогда не перестанешь просить меня.
— Как я могу? — она тычет меня в плечо, когда я меняю батарейки в ее рождественском свитере на новые. — Это своего рода отцовские штучки, так что да. Ты должен это сделать.
Слышать, как она называет меня папой, никогда не надоест. Нас с Лисой предупреждали, что подростковый возраст будет трудным, но пока что Джису, возможно, исключение. Конечно, у нее бывают моменты, когда они с Лисой расходятся во мнениях, но это ненадолго. Они обе так сблизились за эти годы, и я просто рад, что могу быть частью этого.
— Вот так. Должно хватить еще на двадцать четыре часа, — говорю я, закрывая отсек с батарейками.
— Идеально. Джин заедет за мной, и мы пойдем на городскую площадь смотреть, как зажигают елку. Ты хочешь, чтобы я взяла мальчиков, или вы с мамой сами их поведете?
— Только вы вдвоем? — спрашиваю я, хмуря брови. Эй-Джей только в прошлом году начал водить машину, но сегодня ночью выпал снег. Я также вспоминаю, что Лиса сказала мне несколько дней назад о том, что застала их вдвоем в кинозале. Теперь я начинаю сомневаться, не упустил ли я что-то.
— Нет, Бабушка и Дедушка поведут. — Джису преувеличенно закатывает глаза, но я замечаю ее улыбку. — Я сказала им, что не хочу опоздать. У них не так много печенек с ирисками, которое я люблю.
В этот момент в гостиную входит Лиса, и все трое наших мальчиков одеты и готовы.
— Они уже приехали? — спрашивает она, и в этот момент я слышу, как с подъездной дорожки доносится сигнал клаксона.
— Думаю, да, — отвечаю я, понимая, что все строили планы без моего ведома.
— Ладно, мальчики, стройтесь в ряд, — говорит им Джису, и мальчики встают в ряд, как хорошие солдатики.
Она держит их в строю всю дорогу до выхода, и я смеюсь, когда наш младший отдает нам честь, прежде чем закрыть за ними дверь. Она лучшая старшая сестра, о которой только можно мечтать, и очень их любит.
— Что все это значило? — спрашиваю я Лису, когда все они уходят.
— Я подумала, что было бы неплохо немного побыть одним, прежде чем наряжать елку. — Она приподнимает брови, глядя на меня, и мой член немедленно реагирует.
— Кто-то оказался подлым эльфом. — Прежде чем она успевает ответить, я издаю низкий грудной рык и бросаюсь к ней.
Она визжит, когда я перекидываю ее через плечо, а затем сажаю на край кухонного стола. Мы по-прежнему умудряемся находить время друг для друга, несмотря на то, что очень заняты детьми, но, когда весь дом в нашем распоряжении, это одно удовольствие.
— Почему бы тебе не снять все это и не надеть тот фартук, который мне нравится? — говорит мне Лиса, расстегивая мою фланелевую рубашку.
— Ты серьезно? — спрашиваю я, и она кивает, прикусив губу.
— Ну же, позволь мне воплотить мою фантазию.
Я качаю головой, но позволяю ей снять с меня рубашку, пока я тянусь за фартуком. Когда я надеваю его через голову, я стягиваю джинсы и боксеры, и передняя часть фартука натягивается от моей эрекции. Спереди на нем написано: «Скрудж на улицах, Санта в простынях».
— Знаешь, я не должен быть таким возбужденным, когда ношу его, но я могу думать только о том, как бы полизать твою сладкую киску. — На ней платье-свитер, поэтому я поднимаю его вверх по ее бедрам, раздвигая колени. — Давай, мамочка, дай мне немного попробовать, прежде чем я оттрахаю тебя до бесчувствия.
Лиса придвигается к краю стола и широко разводит колени. Когда я встаю на колени, она оттягивает свои трусики в сторону, и, к моему удивлению, я разражаюсь лающим смехом. Прямо над щелочкой своей киски она приклеила наклейку с омелой.
— Думаю, теперь у меня нет выбора, — говорю я ей и облизываю губы.
— Я подумала, что тебе будет на что посмотреть, пока ты там.
Ее смех переходит в стон, когда я накрываю ее киску своим ртом.
Она уже влажная, и ее клитор жаждет, пока я снова и снова облизываю то место, которое она так любит. Она такая чертовски мягкая и теплая, когда я пью ее сладость и стону от того, какая она чертовски вкусная. Я убеждаюсь, что Лиса кончает дважды, прежде чем, наконец, встаю и отбрасываю фартук в сторону.
— Давай, забирайся на мой член, — говорю я, притягивая ее к себе и погружаясь в нее до основания одним сильным толчком. — Блядь, да, вот так.
Я жестко трахаю ее, и она позволяет мне брать ее так, держась за стойку. Мы целуемся, и я позволяю ей ощутить вкус ее киски на своих губах, пока трахаю ее сильнее. Боже мой, каждый раз, когда я оказываюсь внутри нее, это становится только лучше, и я не могу насытиться.
— Я сейчас кончу, — стонет Лиса, и я чувствую, как она сжимает меня.
— Черт, — ругаюсь я, потому что, когда она начнет, я уже не смогу остановиться.
Следующее, что я помню, это то, что мы оба кончаем, и так сильно, что у меня начинают подгибаться колени. Вместо того, чтобы выйти, я обхватываю ее руками и притягиваю к себе. В конце концов я оказываюсь на полу, а она на мне, и мы оба тяжело дышим.
— Этот фартук меня действительно заводит, — хихикает она, и я шлепаю ее по заднице. Лиса тихонько взвизгивает, но я чувствую, как сжимается ее киска.
— Для тебя все, что угодно, красавица. — Я целую ее в висок, и она приподнимается, чтобы посмотреть на меня сверху вниз. — Я люблю тебя.
— Я тоже люблю тебя, Чонгук. Навсегда.
Конец!
На данный момент…