Таинственное убийство. (16+) [ЗАВЕРШЁН]

Однако именно это и происходит.

Миссис Ким узнает, что ее муж и мисс Джису замышляют убийство, но не знает, с какой стороны ждать опасность. Решив пока ничего не говорить мужу, она сжигает только что составленное завещание и пишет нотариусу, чтобы тот назавтра приехал в Сеул. Записку она оставляет у себя.

— Так значит, Юнги взломал замок розовой папки, чтобы извлечь оттуда записку?

— Да, и раз Мин шел на такой риск, значит, он понимал важность этой — по сути дела единственной улики.

— Но почему же он не уничтожил письмо?

— Потому что боялся держать его при себе.

— Вот бы и уничтожил его сразу!

— Не так все просто. У него имелось всего пять минут, как раз перед нашим приходом, ведь до этого Лин Ю мыла лестницу и могла заметить, что кто-то прошел в правое крыло здания. Представьте, как Мин дрожащими руками пробует различные ключи, наконец, один подходит, и он вбегает в комнату. Но папка заперта! Если он взломает замок, то тем самым выдаст свой приход. Однако выбора нет — письмо оставлять нельзя.

Мин ломает замок и лихорадочно перебирает бумаги. Вот и письмо! Но куда его деть? Оставлять при себе нельзя, если заметят, что он выходит из комнаты покойной, его могут обыскать. Наверное, в этот момент снизу доносятся голоса Джуна и Кан Тэ О, поднимающихся по лестнице. В распоряжении Мина всего несколько секунд. Куда же девать это чертово письмо?! В корзину? Нельзя, ее содержимое наверняка проверят! Сжечь? Нет времени! Он растерянно озирается по сторонам и видит… как вы думаете, что?

Я пожал плечами.

— Он видит вазу, стоящую на каминной полке. В мгновение ока Мин разрывает письмо и, скрутив поплотнее три тонкие полоски, бросает их в вазу.

От удивления я не мог вымолвить ни слова.

— Никому не придет в голову, — продолжал Сухо, — искать улики в вазе, стоящей, на самом виду. При первом же удобном случае он сюда возвратится и уничтожит эту единственную улику.

— Неужели письмо все время находилось в вазе?

— Да, друг мой, именно там я и отыскал «недостающее звено». И это место подсказали мне вы.

— Я?

— Представьте себе — да! Помните, вы говорили, как я трясущимися руками выравнивал безделушки на каминной полке?

— Помню, но при чем тут…

— Тэхен, я вдруг вспомнил, что когда мы в то утро заходили в комнату, я тоже машинально выравнивал эти безделушки. Но через некоторое время мне пришлось их выравнивать заново. Вывод напрашивается сам собой!

— Так вот почему вы как угорелый выскочили из комнаты и помчались в Сеул!

— Совершенно верно, главное было не опоздать.

— Но я все равно не понимаю, почему Мин не уничтожил письмо. Возможностей у него было предостаточно.

— Ошибаетесь, друг мой. Я позаботился, чтобы он не смог этого сделать.

— Но каким образом?

— Помните, как я бегал по дому и рассказывал каждому встречному о пропаже документа?

— Да, я вас еще упрекнул за это.

— И напрасно. Я понимал, что убийца (неважно, Мин или кто-то другой) спрятал украденный документ. После того, как я рассказал о пропаже, у меня появилась дюжина добросовестных помощников. Мина и так подозревал весь дом, теперь же с него вообще не спускали глаз, он даже близко не мог подойти к комнате покойной. Юнги ничего не оставалось, как уехать из Сеула, так и не уничтожив злополучное письмо.

— Но почему это не сделала мисс Джису?

— Мисс Джису? Да она и не подозревала о существовании письма. За Мином постоянно следили, к тому же, они разыгрывали взаимную ненависть, поэтому уединиться для разговоров было очень рискованно. Мин надеялся, что сможет в конце концов сам уничтожить письмо. Но я не спускал с него глаз, и Юнги решил не рисковать. Ведь несколько недель в вазу никто не заглядывал, вряд ли заглянет и впредь.

— Понятно. А когда вы начали подозревать мисс Джису?

— Когда понял, что она лгала на дознании. Помните, она говорила о письме, полученном от миссис Ким?

— Да.

— А теперь вспомните, как выглядело письмо.

— Ничего особенного я не заметил. Письмо как письмо.

— Не совсем, друг мой. Как известно, почерк у миссис Ким был очень размашистый, и она оставляла большие промежутки между словами. Однако дата на письме — «июль, 18» — выглядела несколько иначе. Вы понимаете, о чем я говорю?

— Честно говоря, нет.

— Тэхен, письмо было отправлено 8 июля, то есть на следующий день после отъезда Джису, а мисс Джису поставила перед семеркой единицу.

— Но зачем?

— Я тоже задавал себе этот вопрос. Зачем мисс Джису понадобилось подделывать дату? Может быть, она не хотела показывать настоящее письмо от 18 июля? Но по какой причине? И тут мне в голову пришла любопытная мысль. Помните, я говорил, что надо остерегаться людей, которые скрывают правду?

— Да, но вы же сами указывали на две причины, по которым мисс Джису не может быть убийцей.

— Ким, я тоже долгое время не мог в это поверить, пока не вспомнил, что мисс Джису — троюродная сестра Мина. И что, если она не убийца, а сообщница убийцы? Если предположить, что преступников двое, то становится понятной ее бешеная ненависть к Мину: под ней Джису скрывала совсем иные чувства! Думаю, их роман начался задолго до приезда Джуна в Сеул. Тогда же в голове у мисс Джису созрел коварный план: Мин женится на богатой, но недалекой хозяйке поместья, глупая делает его своим наследником, затем ей помогают отправиться на тот свет, а влюбленная парочка отправляется на континент, где до конца своих дней ведет безбедное существование.

Казалось, все предусмотрено. Пока Мин отмалчивался на дознании, она возвращается с полным набором улик против Джуна. Никто за ней не следит, и мисс Джису спокойно подкидывает стрихнин и пенсне в комнату Джуна, затем кладет черные батинки на дно сундука, справедливо полагая, что рано или поздно эти улики будут обнаружены.

— Не понимаю, почему они решили сделать своей жертвой Джуна? По-моему, было бы гораздо легче все валить на Хосока.

— Правильно, но так получилось, что подозревать стали именно Джуна. Поэтому нашей парочке выбирать не пришлось и, чтобы у следствия отпали последние сомнения, мисс Джису подкидывает яд и пенсне в комнату Джуна.