Часть 1.
СССР — 9 Января. Нижний Тагил.
Ночь стояла глухая, как сама система. Фонари жгли тускло, будто нехотя, отбрасывая длинные, рваные тени на заиндевевший асфальт. Снег валил хлопьями, крупный и тяжелый, ложился на плечи, волосы, ладони, таял на горячем дыхании, а потом снова замерзал. Мороз кусал лицо, пробирался под пальто, щипал за щиколотки в тонких носках. Ветер выл между панельных домов, словно предупреждая: «Назад дороги нет».
Девочка — ей не было и восемнадцати — шла быстро, почти бежала.
Пальто чужое — явно мамино, большое, плечи проваливаются. В руках рюкзак с тем, что успела схватить: документы, рубашка, пачка хлеба, зубная щётка и сто рублей. Слишком мало, что бы жить, но достаточно, что бы уйти прямо сейчас.
Сзади осталась квартира — с облупленными стенами, кухней, пропахшей табаком и перегаром, и он. Отец её. Бывший мастер с завода, сейчас — злобный, пьяный, непредсказуемый. Раньше бил мать. Потом — её. Без причины или с причиной, неважно. Просто за то что, та — дочь, а не сын.
Мать не выдержала, умерла весной. И с тех пор дом стал для неё окончательной тюрьмой.
Сегодня — перешёл черту. И она поняла: не уйдет сейчас, завтра будет поздно.
Снег всё валил, казалось, даже небо плакало за неё.
Шла через двор, где днем играли пацаны, а сейчас лишь торчали ржавые качели и советский лозунг на стене:
«Семья - ячейка общества»
Ирония.
Она не знала, куда пойдет. Но знала — что не вернется, никогда. Впереди ночь. Поезд. Или просто вокзал. Где-то свет, может, приют. А может — свобода.
Холодно.
Но легче чем дома.
***
Поезд на котором она уехала, был товарным. Удалось пролезть в один из вагонов с углём - через дежурного на станции, который отвёл взгляд и будто бы не заметил. Возможно, у него была дочь. Возможно, просто устал. Никто не спрашивал.
Дорога длилась два дня. Холод стоял адский — она куталась в пальто, пряталась за мешки и досыпала по минутам. Ела чёрствую корку хлеба, запивала снегом. Казань появилась, как мираж: не город — целый мир. Станция Казань-Пассажирская казалась шумной и живой, хотя в ней, как и везде, витал тот же запах сырости, железа и дешевых пирожков.
На вокзале её никто и не ждал. Она стояла у стены с рюкзаком и пустыми глазами. Вокруг — люди: военные в шинелях, рабочие, бабушки с авоськами, подростки с магнитофонами. Кто-то курил, кто-то ругался, а кто-то витал в своих мыслях.
Первая ночь в Казани — на вокзале. В туалете закрылась изнутри и дремала сидя. Никто не выгнал, но и не помог. Утром пошла по городу — просто шла. Ноги сами несли. Попробовала спросить, не нужна ли помощь, не сдаются ли комнаты. На лице страх, но в голосе вежливость. У многих вызывала жалость, но никто не спешил впускать в дом чужую девчонку.
Нашлась одна бабка - Зоя Сергеевна, бывшая бухгалтерша и вдова. Жила одна в двухкомнатной квартире. Осталась от покойного-второго мужа.
Встреча была неожиданной. Будто сами небеса послали бабку к девочке.
Беглянка ночевала в одном из подъездов — это был третий день пребывания в Казань. Метель не давал ей спать, но она не заметила как из-за сильного холода и поднявшейся температуры — вырубилась прямо в холодном подъезде.
Так её и нашла бабка Зоя. Женщина несла в руках два больших пакета с продуктами и увидев спящего человека в своем подъезде, не придала этому значения и собиралась перейти. Но её интерес к персоне дал ей вовремя понять — это совсем не уличный бомж, это молодая девушка, с ледяным телом.
На следующее утро девочка проснулась в чужой квартире, на чужом диване. Рядом стоял стакан с водой и какая-то таблетка. На лбу лежала холодная тряпка. Похоже, совсем недавно ей сделали холодный компресс.
Она встала с места и вышла из комнаты. В квартире пахло очень вкусно. На кухне что-то трепетно готовила старая женщина в совсем легком халате с домашними тапочками.
Выглянув, тихонько и смущённо девочка наконец заговорила.
— Здравствуйте..
Зоя: О, проснулась, слава Богу! А я уж боялась, что не очнёшься. Иди, садись, доченька. Горячее только сняла.
— Вы.. вы меня нашли?
Зоя: А кто-же ещё? Подъезд то мой. Захожу - гляжу: кто-то на ступеньках свернулся. Сначала подумала, опять кто-то из местных под шофе. А потом волосы твои вижу - чистые. Лицо вижу, красивое, нежное. Аж сердце кольнуло. Ну как мимо пройти? Притащила, как есть. Тяжеленькая, между прочим!
— Я..я не знаю что сказать.. Спасибо вам. Вы мне помогли.
Бабка улыбнулась и села напротив, разливая чай.
Зоя: Говорить ничего не надо. Главное - с тобой всё в порядке. Температура вчера была под сорок. Я уж думала — скорую вызывать. Да передумала. Боялась, что заберут, начнут расспрашивать.. - она колебалась, но всё же решилась. - Ты ведь не просто так в подъезде спала?
— Нет.. Я из Тагила. Уехала. - она сглотнула ком в горле и посмотрела вниз. - Отец.. Он..
Зоя: Я всё понимаю. Слов не надо. - уловив на себе благодарный взгляд девочки, который был наполнен слезами, она улыбнулась ей. - У меня в жизни тоже всякое было. Люди добрые помогали, теперь моя очередь.
— Я могу помогать. Убирать, готовить, стирать. Всё что угодно. Только.. не выгоняйте меня.
Зоя: Глупенькая. Куда ж я тебя выгоню? Ты мне теперь как внучка будешь, живи, сколько нужно. А там видно будет.
— Вы первая кто ко мне с добром. С тех пор, как мама..
Зоя: Ничего, милая. Ты теперь не одна. Всё плохое будет позади. - она глотнула свой чай и взяла оладушку, которую приготовила сама. - А впереди чай с малиной и горячие оладьи. А ну-ка ешь, пока не остыло.
— Спасибо.. Правда. Я устроюсь на работу и буду вам помогать. Я не забуду вашей доброты, тетя..
Зоя: Зоя. Зови меня Зоей. - она взяла тряпку рядом с раковиной и вытерла руки с губой. - А тебя-то как звать нужно, дорогая?
— Альбина. Альбина Кузьмина.
Зоя: Тебе хоть восемнадцать есть, Альбиночка?
— Семнадцать. В июле будет восемнадцать.
Зоя: Ну какая тебе тогда работа, внученька? Тебе учиться нужно, а не о деньгах думать. - она промолчала и женщина вздохнула, понимая, что ей сейчас не до этого. - Кушай, внученька, кушай.
***
Так и прошел месяц. Зоя как могла, старалась восстановить девочку. За это время Альбина начала улыбаться, бабка начала замечать в ней маленькую девочку, которой так долго не хватало тепла. Хоть и редко, но всё же. Вечерами они пили горячий чай, читали книги с полки старой бабки, а по воскресеньям вместе ходили в церковь. Зоя молилась за упокой мужа, а Альбина, за то, чтобы больше не быть одна.
Бабка Зоя устроила девочку продавщицей в ближайший магазин, ведь видела, как ей было тяжело сидеть в квартире. Да и, в Альбине она увидела любовь к работе, к трудолюбию.
Смена у неё была не долгой. Так как та несовершеннолетняя, с 12:00 до 20:00 она сидела за кассой.
Тетя Люда — давняя подруга и по совместительству соседка Зои, добро протянула руку помощи и устроила её на работу в свой магазин. За 8 часов та платила девочке приемлемую сумму, в размере 9 рублей.
Альбина наконец начала забывать свою прошлую жизнь. Она полностью погрузилась в работу, постоянной мыслей в голове, было лишь то, как отплатить бабке за её доброту. Если бы не та, Альбине пришлось бы тяжко.
***
Начала новую историю. Надеюсь, вам понравится читать! У меня довольно много планов на этот фанфик:)