22 глава
Пока он пытался их расстегнуть мои джинсы, в лабовое стекло ударил камень попадая на того мужика и вырубая его. Холод резко развеялся по всему телу, а осколки попадали на мужиков.
Мне вид был закрыт этими ублюдками, но я услышали крики каких-то парней. За рулем больше никого не было, только вырубленный наркоман.
- Блять! Гоните тачку от сюда быстрее! - крикнул один и перелез на водительское сидение.
Но он не успел даже и повернуть ключ, как двери машины открылись, и какие-то пацаны вытолкали их. Началась драка. Я все еще лежала на сидениях, в джинсах, но без кофты, тяжело дыша и плача.
Голова гудела, уши звенели, глаза расплывались, а живот болел от голода и крутил от тошноты. Я вытерла рукой губы и надела кофту. Но вдруг кто-то сзади резко меня обнял.
- Господи! Ты как родная? Я бежала как могла! Я...я так переживала... мы же успели? - громкие рыдание, заикание и родной щебетной голосок. Анечка. Я быстро развернулась и прижалась к ней всем телом и раздрыдалась по полной.
Пока на заднем плане была кровь, крики, удары, я выплескивала всю боль сестре, радость, что они успели, благодарность, что спасли и печаль, от осознания того, что могла произойти, если бы они не успели. Они. Кто они? Саша, она и... Может его пацаны? Но как они за пару минут успели бы прибежать? Наверняка тут далеко. Не хочу думать.
Я не обращала внимания на холод, что уже отморозил мне все. Мне было плевать. Но все-таки хотелось в горячую ванную смыть всю грязь с себя, все прикосновения, поцелуи, уродские чужие помыслы и слова. Абсолютно все. Я ненавидела даже это в себе. Чувствовала себя виноватой, что позволила даже это. Но хоть сестру не тронули, это хорошо.
Анечка часто гладила меня, целовала, плакала и шептала что-то успокаивающее, но я не слышала.
- Давай пожалуйста оденем курточку, ты вся ледяная. - она отстранилась трясущимися руками, и нашла мою куртку.
Пока она одевала меня, я не сопротивлялась, тело ломило уже от усталости и холода. Я не могла даже идти, просто облакотилась на сестру. Вдруг раздался свист.
- Девочки идемте! - кто-то сказал и Аня обернулась, а я все смотрела куда-то в сиденье, думая о своем.
Раздаются шаги рядом, но сестра не дергается, она привстает и отдает меня кому-то другому. Я поднимаю голову и вижу Сашу. Сашеньку. Я смотрела на него пустыми глазами, а он был весь злой и в крови.
- Господи, Лерочка... - он сел на корточки и смотрел на меня. Не трогал даже.
- Я... Саш... - голос осип и охрип, я не могла говорить, но попыталась - Ничего не было... честно.
Саша замер, а потом встал и резко обнял меня. Очень сильно, целуя в макушку. Я так и сидела, обняв брата, несколько минут. Молча.
- Очень хорошо... Это очень хорошо, Лерунь. - он прошептал тихо, а после отстранился. - Пойдем домой. Покушаешь, умоешься, спать ляжешь - он улыбнулся и поправил мне волосы. - Идти можешь? Ты вся околела.
Я уже перестала чувствовать холод, но идти не могла, потому покачала головой. Брат взял меня на руки и понес. Я лишь прижалась к нему сильнее, не смотря никуда. Не хотела.
- Мы успели - негромко сказал Саша, видимо пацанам, а потом еще тише. - Спасибо, пацаны. - он остановился, но потом снова пошел, но уже молча.
Дома меня прикрыли от бабушки с дедушкой, чтобы они ничего не знали и я сразу отправилась в ванную.
- Ба, она упала прям в сугроб и сразу в ванную пошла, чтобы не заболеть. Она потом поест - говорила Аня бабушке, пока Саша обрабатывал раны и снова ушел к парням.
Первым делом я собрала волосы в пучок, взяла кусок мыла и начала тереть рот. Горький привкус убивал наиболее ужасный вкус, но не убирал полностью.
После намыливала лицо всеми пенками, масками, которые нашла. Я помню как они держали мою голову своими лапами.
Залез, в уже набравшуюся кипятком ванну, я принялась намыливать уже голову. Я брала все что видела в ванной комнате на полках, в рамках приличия конечно.
Оставив маску на волосах, мне надо было подождать 10 минут, в это время я взяла главное - мочалку. Я терла все: шею, руки, живот, грудь, ноги. Я чувствовала эти липкие прикосновения здесь хуже всего.
Я поняла по-настоящему, что такое быть грязной. Я была грязной.
Но я ведь не виновата? Не виновата же...? Не знаю. Я хочу это обсудить с Сашей. Никому не скажу. Останется между нами троими и пацанами. Я боюсь реакции остальных. Миши и Валеры. Но ведь они любят меня оба? Сильно-сильно... Не знаю. Обговорю с Сашей лучше.
Мочалка и горячий душ вроде помогли, я чувствовала себя довольно и чисто и свежо. Снаружи. Но внутри отголоски остались. Я принялась заново тереть все тело. И снова.
Я утратила сорок минут на банные процедуры. Я слышала как бабушка с дедушкой возмущались, но Аня что-то им лепетала и те отставали.
Вышла я снова разбитой. Я попыталась, но до конца не получилось. Ладно, пусть так.
Придя в комнату уже в пижаме и с полотенцем на голове, я села на диван и поджала колени. Опять думала обо всем. Не могла успокоиться. Но мои мысли приврало открытие двери, тихонько зашла сестра и тут же оказалась рядом.
- Ты как девочка моя? - она крепко обняла меня. - Лерочка, скажи правду пожалуйста, я никому не скажу. - брюнетка с мольбой заглянула мне в глаза. Я снова хотела плакать, но сдержалась.
- Ничего, Ань. Я тебе слово даю. - я грустно улыбнулась. - Спасибо тебе, что за Сашей побежала. Главное что ты цела. - я погладила ее по голове. - Я бы не пережила если бы ты там оказалась.
- Лера, ты дура? Господи! Лучше я чем ты! - с ее глаз стало течь слез. Сестра сжала мои плечи.
- Ань, замолчи. Главное, что все хорошо. - я снова ее обняла, чуть убаюкивая. Мы успокаивали друг друга.
Спустя время сестра отстранилась.
- Ба с дедом у себя, пойдем покушаешь. - я кивнула и мы направились в кухню.
Только вкусив пищу, я вспомнила как голодна. Остатки энергии потратив на слезы и попытки. Ладно, надо смириться с этим. По факту же, ничего не было. Надо будет Сашу отблагодарить.
- Ань, а Саня во сколько придет не знаешь? Мне с ним поговорить надо. - я повернулась к сестре, закончив кушать.
- Нет, можно ему позвонить.
- Давай. - после моим слова она взяла телефон и принялась звонить. Спустя время он ответил.
- Саш, Лера спрашивает во сколько ты придешь? Говорит серьезно поговорить. - пауза. - Хорошо, она помылась, сейчас кушает... Не знаю, бабушка с дедушкой не отпустят, если только ты придешь... Сейчас спрошу у нее. - сестра обернулась ко мне.
- Мы можем пойти на базу к пацанам, сейчас к нам придут и проведут, ты как?
- Давай, только попозже, чтобы волосы довысохли.
- Хорошо, к семи подходи. - последнее сказала Аня и бросила трубку.
К семи пришел какой-то парень. Мы уже собрались, предупредили бабушку с дедушкой и ушли.
Мы шли молча, под ночную зиму. Вдруг пацан повернулся ко мне.
- Ты как вообще? - он словно переживал, либо сделал из вежливости. - Хайдер просто рвал и метал, хотя он тебя младше, но все же. Я думал ты ровесница ему.
Парень был высоким, крепким, но лет бы дала ему 15-16, хотя и Саша выглядел старше своих 14.
- Хайдер? - я нахмурилась. - Кличка его?
- Да, от фамилии же. - он ответил. По его манеры речи я бы сказала что он довольно приятный и нормальный пацан.
По фамилии, а фамилии я его не знаю.
- А у тебя тоже вроде брат есть он говорил. - закурил и снова глянул на меня. Пытался разбавить обстановку.
- Да, старший. - я кивнула. - У него кстати тоже погоняло от фамилии.
- Да? А какая у тебя фамилия? Надеюсь не сложная как Хантимиров. - он усмехнулся. Хантимиров видимо фамилия их.
- Не, легче, Туркина. А брат у меня турбо. - я сама улыбнулась.
- Турбо... - он задумался, будто оценивая. - Я слышал у вас в Казани сейчас какие-то траблы. - Траблы - мягко сказано.
- Есть такое, потому я и здесь. Брат отправил, пока не успокоиться все.
- Ясно. Не переживай, здесь потише. Ну кроме этого... - он замялся. Я бы вообще поспорила бы. - Не, серьезно я тебе говорю. Такие случаи - один на миллион, Анька потверди. - он перевел взгляд на брюнетку, что просто молча наблюдала за нами. Та кивнула. Ну значит я очень удачлива, подхватываю шанс один на миллион.
Мы подошли к какому-то дому, похожему на бывший магазин. Внутри были довольно прилично, но с привкусом группировщиков - запах, сырость, немного грязи, мусор и куча парней. На нас все обернулись и тут же подошел Саша.
- Не переживай, все хорошо, здесь тебя никто не тронет не обидет. И развеешься. - он улыбнулась и приобнял меня за плечи. Он повел меня к дивану и мы сели, вместе с Аней. - Ну чего? Что поговорить хочешь? Или на улицу пойдем?
- Лер, я могу выйти - сестра посмотрела на меня обеспокоенно.
- Нет, нет. Хочешь оставайся мне все равно, а поговорить можно и здесь. - я тяжело выдохнула и оглянусь, чтобы никто не слышал. Аня с Сашей подсели ближе ко мне. - Саш, я хочу услышать от тебя правду. Я... Я считаюсь грязной теперь? От меня могут все отвернуться? - мне далось это тяжело сказать, но я смогла.
Брат ошарашенно посмотрел на меня, а потом обнял. Аня же ахнула.
- Лера, что ты такое говоришь? - шепнула она.
- Лер, послушай меня. - он взял меня за руки и заглянул в глаза успокающе. - Ты не грязная и ничего подобного такого. Даже не говори такое. Ты не причем, ты наоборот молодец. Я вообще тебе хотел огромное спасибо сказать за Аню. Она мне все рассказала. - он вдруг очень сильно обнял меня. - Правда... Большое спасибо что ты сестру мою спасла... Я... Я бы не пережил если бы не успел к тебе или на твоем месте была бы она... Это очень смело было, Лер. Я... Я повечно тебе благодарен. - говорил он шепотом, но очень откровенно и тепло. - Если бы ее кто-то тронул... Я бы сука всех перерезал бы.
Я чувствовала как сильно он любит Аню, даже не смотря на их ссоры. Он за нее горой стоит. Мне стало даже так тепло от их отношений. И я задумалась, если бы это были мы с Валерой, он бы также меня защищал и говорил? Наверное. Сколько себя помню, брат всегда защищал меня и говорил:
- Лер, если кто-то обижать будет - сразу мне говори, я разберусь.
- Пусть только пальцем тронет тебя... Сразу убью.
- Я запрещаю тебе вообще встречаться с кем-либо. Узнаю - я лично ему яйца отрежу.
- Я в ответе за свою сестру и ее поступки.
Вроде и грубо, но все же, в них была забота. Я знала, что он делает так, как может. Он группировщик, он ребенок без детства, бежавший из родного дома. Я никогда его за это не осуждала, он все равно всегда делал мне во благо, по крайней мере я в это верила.
Я помню как ее в детстве воровал для меня шоколадки и жвачки, как на мое десятилетие купил мне платье красивое, со словами:
- Тебе наверное должно это нравится, мне сказали что красивое.
То платье и вправду было красивым, ему помогала купить девчонка, которая ему нравилась, а потом вроде она начали мутить, но не долго.
Помню как отец на мое семилетие, при всех своих друзьях позорил меня.
- На ее день рождение я ей даже хлеба не подарю! Не заслужила! И я считаю что это правильно. Позорит только меня! А вы, мужики знаете еще че она натворила?
А его бухие дружки лишь кивали, соглашаясь. А брат мне вечером принёс красивого зайчика, с сердечком на животике с буквой «Л». Где откопал, не известно. Принес и улыбался вне себя, обнимая меня.
- Нравиться? Мне тоже! Тебе на днюху, а отца не слушай. Он бухой чепуху мелит.
Помню даже как выручал меня.
- Валер... - тихо зашла я в комнату к старшему брату.
- Что? - пацан лет 17, посмотрел на меня.
- Отца в школу хотят вызвать - я замялась, теребя футболку - Я сказала что он уехал и они вызывают тебя...Можешь сходить пожалуйста. Отец меня убьет ты же знаешь. - я с надеждой посмотрела на кучерявого.
- А то что я тебя убить могу, тебе все равно?
- Лучше ты чем отец. Пожалуйста.
- Хорошо, схожу. - он улыбнулся и потер меня за макушку.
Я могу много случаев вспомнить, в которых проявлялась забота и любовь моего брата. Но вспоминать чтобы доказать не надо было. Я и так знала что он меня любит. Даже после того вызова к директору, он не сильно ругался, а отец бы меня к стене пригвоздил бы.
И я поняла что рада за своего брата. Да, я редко слышала «Люблю» или «Дорожу», но поступки говорят выше слов. Или больше, я не знаю. Смысл один и тот же.