26 глава
Напоминаю очередной раз, что я исправляю главы, поэтому перезагружайте wattpad)))
В автобусе все в удивлении уставились на меня, ведь с моих глаз продолжают литься слезы. Быстренько я начинаю стирать мокрые дорожки на щеках, надеясь, что они не услышали мою ссору со Стайлсом. Я не хочу, чтобы надо мной смеялись или издевались, что я смогла поверить ему и так легко отдалась. Я сама знала на что иду, но до последнего верила, что это неправда и что он действительно испытывает ко мне хотя бы симпатию. Но я оказалась слишком глупой, поверив в невозможное.
Найл предупреждал с самого начала, что мне не стоит проводить время с Гарри. Он говорил не раз, что наше общение ничем хорошим не закончится. Я не верила ему и думала, что он ревнует меня из-за того, что я стала меньше проводить с ним время. Он переживал за меня и пытался пробудить из иллюзии, которую я сама и создала. Ненавижу это. Ненавижу, что посмела поддаться Гарри. Ненавижу себя за свою легкомысленность. Ненавижу.
– Эшли, что произошло? Почему ты плачешь? – Найл вскакивает со своего места и подходит ко мне, положив ладони но мои щеки.
– Ничего не произошло... все в порядке, – я убираю его руки и отворачиваю голову в сторону.
– Это из-за Гарри, не так ли? Он что-то сказал тебе? – он с сжатой челюстью поворачивает голову в сторону окна и с ненавистно смотрит на кудрявого.
– Нет, Гарри здесь не при чем, – я всхлипываю из-за большого количества слез.
– Я прикончу его, – ноздри Найла расширяются, когда он сжимает руки в кулаки, собираясь пройти мимо меня.
– Найл, остановись. Не надо ничего с ним делать, – я сжимаю его серую футболку в кулаки, не давая прохода.
– Пусти меня, он должен ответить за то, что заставил тебя плакать, – он пытается вырваться, продолжая прожигать взглядом Стайлса через окно.
– Гарри ничего не делал. Мы даже не разговаривали. Он вообще не подходил ко мне сегодня. Беттани была со мной все это время, – я сильнее вцепляюсь пальцами в футболку и отталкиваю его назад.
– Ты прикрываешь этого придурка, после того, как он заставил тебя плакать? – он свирепо заглядывает в моих глаза, и я вижу в его расширенных до предела зрачках злость.
– Я не защищаю его. Можешь спросить у Беттани, если не веришь мне.
– Но я же ведь... – Спайс встает и удивленно смотрит на нас.
– Это правда? Ты была все время с Эшли? – Хоран поворачивается к Беттани, подойдя к ней.
– Я не... – Беттани растерянно смотрит на меня, отчего я умоляющим взглядом прошу ее помочь. – Да, Эшли все время была со мной. Гарри даже не подходил к ней.
– Тогда почему ты плачешь? Ты никогда не плачешь без причины, я же это знаю, – Найл вновь поворачивается ко мне и недоверчиво смотрит на меня.
– Я просто дочитала роман и расстроилась из-за концовки, – говорю я первое, что приходит в голову, надеясь, что он поверит мне.
Меньше всего мне хочется, чтобы Найл причинил физическую боль Гарри. Хотя он заслужил, чтобы ему несколько раз врезали, но я не желаю мести или еще чего-то похуже. В конце концов он не виноват, что у него нет ко мне чувств. Он виноват только в том, что воспользовался мной, зная, что для меня это что-то значит. Сволочь. Но я все еще продолжаю любить его, несмотря на то, что он сделал. Я никогда не смогу отключить чувства и боюсь, что никто не сможет возбудить во мне хоть что-то, как Гарри.
– Ох, черт, Робертс, – Найл плюхается на сиденье и проводит обеими ладонями по лицу.
– Прости, я не думала, что ты так отреагируешь, – я все еще не пришла в себя, слезы никак не могут остановиться, но я стараюсь сдержать их, пока это видит Найл.
– Я правда подумал, что Гарри причинил тебе боль. Я минуту назад хотел разукрасить ему лицо, – он поднимает голову на меня, сожалея.
– Ты же знаешь, что я слишком сентиментальная. Я всегда плачу из-за плохих концовок, – я натягиваю на лицо еле заметную улыбку.
– Твоя страсть к литературе убьет меня быстрее, чем мне предназначено. Мне кажется, тебе стоит перестать так часто читать.
– Ни за что. Книги - единственное, чем я живу. Я никогда не перестану читать, даже не пытайся переубедить меня.
– Я не прошу перестать читать насовсем. Просто не делай это постоянно. Ты кроме книг ничего не видишь. Не забывай, что помимо дешевых страниц романа, есть еще я.
– Найл прав, ты проводишь слишком много времени с книгой в руках. Может, отдохнешь от них? – Беттани садится рядом с ним у окна.
– Хорошо, я постараюсь больше не читать так много, но только ради тебя, Хоран.
– С сегодняшнего дня ты оставляешь свои романы на полках и идешь вместе со мной и Беттани в паб.
– Но я не смогу так сразу отвыкнуть.
– Это не обсуждается. Ближе к восьми я заеду за тобой. Если не будешь готова, потащу в том, в чем будешь одета, – предупреждает он с серьезными выражением лица.
– Ладно, я поеду с вами, раз ты этого так хочешь, – киваю я и плюхаюсь на сиденье, что находится спереди них.
– Отлично, только не забудь позвонить, когда будешь готова.
– Окей, – я подпираю кулаком голову и упираюсь локтем о подлокотник окна.
– Занимайте места, через минуту выезжаем! – мистер Харрисон поднимается по ступенькам и садится рядом с водителем.
Я сглатываю, когда за ним поднимается Гарри. Он останавливается, поднявшись на последнюю ступеньку и пробегается взглядом по автобусу. В его руках находится моя книга, которую я уронила и оставила, совершенно забыв о ней. Я не хочу, чтобы он подходил или начал со мной разговаривать. Пусть оставит роман себе и катится вместе с ним к черту.
Он останавливает глаза на мне и с тревогой смотрит на меня. Я ерзаю на сиденье и отворачиваю голову к окну; я не собираюсь играть с ним в гляделки и поддаваться его новой игре. Мне это надоело. Довольно его игр. Но, не сдержавшись, я кидаю краткий взгляд на него. Он все также стоит возле дверей и не сдвигается с места, прожигая во мне тысячи дыр. Меня это напрягает и удивляет. Что ему нужно? Он и так высказался достаточно ясно, чтобы я поняла, что между нами ничего не было и никогда не будет.
– Стайлс, долго будешь стоять? Иди займи свободное место и не задерживай всех, – мистер Харрисон указывает глазами на задние ряды.
– Да, простите, – Гарри кивает и, опустив голову, быстрым шагом направляется ко мне.
Нет, нет, нет. Я не хочу находиться рядом с ним. Я не выдержу еще одной ссоры и унижений.
– Ты забыла свою книгу, – он откидывается на спинку сиденья рядом со мной и протягивает мне роман.
Я игнорирую его и делаю вид, будто не слышу. Мне абсолютно плевать на эту книгу. Совсем необязательно нужно было забирать ее и возвращать мне. Я не просила его об этом. И зачем он это только делает?
– Если ты сейчас не возьмешь книгу, я выкину ее через окно, – шипит он.
– Можешь оставить себе. Мне она больше не нужна, – выплевываю я, даже не взглянув на него.
– Возьми книгу, пока я действительно не швырнул ее.
– Я не просила тебя забирать ее. Можешь выкидывать, если так сильного этого хочешь. Мне плевать, ясно? – раздраженно говорю я и поворачиваю голову к нему.
– Прекрати вести себя как стерва. Я не собираюсь терпеть твое нытье, – огрызаясь, он с силой кладет книгу на мои колени.
Я решаю промолчать и ничего не говорить. Взяв дрожащими пальцами книгу в руки, я с силой сжимаю ее, когда слезы медленно начинают стекать по моим щекам. Я не могу сдерживать себя рядом с ним. Он вновь поворачивает голову ко мне и его взгляд смягчается. Я опускаю глаза, всхлипнув и вижу, как он сжимает руки в кулаки до того, что вены выпирают из под кожи.
Я одновременно с ним поднимаю свои глаза и встречаюсь с его. Мы не отрываем зрительного контакта друг от друга и за этот короткий промежуток времени, мне удается прочитать в его взгляде тысячи эмоций. Он с раскаянием смотрит на меня и открывает рот, пытаясь что-то сказать. Его взгляд больше не пугает и не ненавистно смотрит на меня. Теперь его глаза приобрели естественный оттенок и с печалью смотрят на меня.
– Прости за мои слова. Я не знаю, что на меня нашло и какого черта я вообще все это сказал тебе, – он поднимает руку на уровне моих глаз и большим пальцем нежно касается моей щеки, стирая слезы.
– Не надо, – я резко отворачиваю голову, прикрывая блондинистыми волосами лицо.
– Эшли, я правда не хотел говорить тебе все это дерьмо. Ты не заслужила этого. Я не должен был срываться и кричать на тебя, – голос Гарри совершенно не похож на его, он слишком хриплый и чересчур переполнен дрожью.
– Оставь свои игры для кого-нибудь другого. Ты прекрасно дал понять, что просто пользовался мной, пока это было возможно. Я не собираюсь выслушать весь этот дешевый спектакль, что тебе жаль о случившемся. Не обманывай меня и себя, – прошу его я грубым тоном.
– Я никогда не пользовался тобой. Я говорил и делал все искренне.
– Зачем ты это говоришь мне? Что тебе еще нужно от меня? – выдыхаю я, подняв усталый и полный печали взгляд на его глаза.
– Потому что я хочу, чтобы ты верила мне. Я не жалею о том, что произошло на озере или на вечеринке Брук. Я поцеловал тебя не ради того, чтобы ты позволила мне трахнуться с тобой. Я бы никогда этого не сделала, и ты это прекрасно знаешь.
– Как ты можешь просить меня верить тебе, после того как накричал и сказал, что это было развлечением? Ты обозвал меня шлюхой. Ты сказал, что все это время врал, и что я для тебя ничего не значу, а сейчас говоришь, что наши поцелуи и связь на озере для тебя важны.
– Я не говорил, что ты шлюха, – его взгляд как у потерянного щенка и это заставляет меня начинать верить ему.
– Ты своими словами дал понять обратное. Ты воспользовался мной и тем, что я не могу послать тебя.
– Ты должна мне верить. Ты не можешь взять и перечеркнуть все, что между нами было.
– Ты сам сказал, что между нами ничего не было и как после, имеешь права требовать, чтобы я поверила тебе? – я издаю смешок, спрятав нервозность за маской безразличия.
– Меня взбесило, что ты рассказал о нас Беттани. Я не хочу, чтобы кто-то знал, что я делаю с тобой. Это касается только тебя и меня, но больше никого, – он опирается локтями на колени и проводит обеими руками по волосам.
– Ты не хочешь, чтобы кто-то вмешивался или тебе стыдно, что это я? – если он скажет, что ему стыдно быть рядом со мной, я влеплю ему еще одну пощечину при всех.
– С чего ты решила, что я стыжусь тебя? Только идиот может стыдиться такой горячей девушки, как ты, – глубокие ямочки появляются на его щеках, когда он снизу-вверх смотрит на меня, все еще упираясь локтями о колени.
– Ты кричал и унижал меня только, потому что я рассказала о нас Беттани?
– Нет, мне на это плевать. Но ты взяла и просто рассказала ей, что я делал с тобой. Пока я радовался, как придурок, что наконец-то ты доверилась мне, и я коснулся тебя, ты взяла и рассказала ей об этом.
– Стайлс, ты настоящий дурак, если подумал, что я могла рассказать ей об этом. Даже Найл не знает, что мы с тобой целовались. Так какого черта я должна была рассказать Беттани, что ты касался меня? – я глупо улыбаюсь одновременно с ним.
– Ты ей не рассказала? – он подсаживается ко мне слишком близко, и в его глазах проскальзывает надежда.
– Нет, конечно же нет. О таких вещах вообще не рассказывается. Я просто нечаянно проболталась ей, что мы целовались и все.
– Ох, прости меня. Я не должен был кричать на тебя и говорить, что ты ничего не значишь для меня, потому что это не так. Мне нужно было сначала спросить тебя, о чем вы говорили, а потом срываться, – он виновато смотрит на меня, прижав между зубами край нижней губы.
– Допустим, я поверю тебе. Но не надейся, что теперь между нами может быть что-то. Я прощаю тебя, но больше не хочу проходить через это.
Гарри заметно расстраивается и в упор глядит на меня, как маленький ребенок, который надеется, что я соврала. Но я не он. Я не шучу в подобных вещах. Я прощаю его и верю, что он наговорил это из-за злости. Только не факт, что в следующий раз он попытается в начале поговорить со мной, прежде чем кричать. Я не выдержу второго раза. Так отношения не строятся. Мало вероятно, что во второй раз он вновь не наговорит гадостей, а потом опять попросит прощение, ссылаясь на то, что он злился и не мог контролировать себя. Я вижу в его потускневших радужках, что он раскаивается, но я не могу закрыть на это глаза.
Должно пройти время, чтобы я остыла и забыла об этом. У меня нет желания разговаривать с ним. Мне необходима тишина, чтобы я могла подумать обо всем и понять, смогу ли я дальше находиться рядом с ним вне проекта. Он открывает рот, чтобы что-то сказать, поэтому я раскрываю середину книги, которая лежит на моих коленях и начинаю читать ее. Я знаю, что поступаю с ним слишком грубо и отталкивающе, но он это заслужил.
Гарри поникает и растерянно уводит взгляд в сторону, начиная крутить черное кольцо на среднем пальце. Его обижает, что я не хочу с ним разговаривать, но я не могу иначе. Пусть почувствует ту боль, которую испытала я.
Проходит больше сорока минут и за это время, я успеваю достать из рюкзака «Гордость и предубеждение», отложив другой роман в сторону. Гарри несколько раз пытается заговорить со мной, но я прошу его не отвлекать меня. Каждый раз он издает непонятные вздохи и я стараюсь не обращать на это внимание и не поддаваться ему. Я знаю, что в конечном итоге я проиграю, и Гарри в любом случае победит. Он всегда это делает.
– Я обманул тебя. Я никогда не плавал с девушками. Только с тобой, – шатким голосом говорит он, нервно бегая глазами по моему лицу.
– Зачем тогда сказал, что делал тоже самое с другими? – я отрываю взгляд от книги, пытаясь прочесть его глаза.
– Я не знаю... – растерянно говорит он. – Мне хотелось сделать тебе так же больно, как это сделала ты, – этого достаточно, чтобы я поверила ему.
– Иди сюда, – я ухмыляюсь, подняв книгу на уровне глаз.
– Какую главу читаешь? – Гарри с улыбкой опускает голову на мое плечо, с интересом пробегаясь глазами по страницам.
– Тридцать четвертую. Остановилась на моменте, когда Дарси делает Элизабет предложение, – мой голос понижается до дрожи из-за неожиданной близости.
Я не думала, что он воспримет мои слова таким образом. Я предложила ему поближе сесть, чтобы мы вместе почитали, но он все не так понял. Совершенно не так. Но то тепло, которое исходит от его тела и собственный запах Гарри, сводят меня с ума.
– Меня забавляет эта глава. Дарси действительно оказался идиотом, раз посчитал, что Элизабет согласится на его предложение, – он издает смешок и смотрит на меня.
– Ну, конечно, кто бы сомневался, – я опускаю взгляд на блестящие изумруды, чувствуя, как его мягкие завитки кудрей, щекочут кожу моей щеки.
– Хочешь поспорить со мной? – вскидывает он брови вверх.
– Нет, я не собираюсь спорить. Я согласна с тобой, хоть это и странно.
– Не думал, что когда-нибудь мы сойдемся во мнениях, – он проводит указательным пальцем по нижней губе, дотрагиваясь до шрама.
– На самом деле у меня другое мнение на этот счет, просто мы сегодня достаточно поругались и поспорили, – я опускаю глаза, стараясь незаметно рассмотреть его шрам и медленно перевожу взгляд на его руки, на которых также есть шрамы, что не дают мне покоя.
– Тебе кто-то говорил, что у тебя очень красивые глаза? – он завороженно заглядывает в мои глаза и его зрачки настолько сильно расширяются, что мне не удается разглядеть под ними изумрудного оттенка.
– Они обычные, такие же голубые, как и у всех, – я сглатываю, впиваясь ногтями в страницы книг.
– Нет, они не обычные, они совсем другие. Твои глаза серо-голубые. Они больше склоны к дымчатому оттенку, чем небесному, – Гарри нежно заправляет прядь волос мне за ухо, рассматривая мои глаза с приоткрытыми губами.
– Это зависит... от настроения... они всегда меняются в цвете, – мое дыхание сбивается и внизу живота приятно тянет, как в прошлый раз на озере и это пугает.
– Я раньше никогда этого не замечал, – рука Гарри плавно опускается от моего плеча к правому бедру и достигает колена, пальцами сжимая его.
Понятия не имею, что происходит с ним. Я теряю самоконтроль и хочу вновь наброситься на него с поцелуем, но я не могу этого сделать на людях. Еще час назад я хотела дать ему сильную пощечину, а сейчас не хочу, чтобы он останавливался.
Его горячее дыхание опаляет мою открытую кожу на плечах, вызывая озноб по всему телу. Книга падает из моих рук на пол, и мне еле удается нормально дышать. Я настороженно смотрю по сторонам, убедившись, что никто не смотрит на нас. Меньше всего мне сейчас хочется увидеть на себе осуждающий взгляд Найла. Я уверена, Хоран набросится с кулаками на Гарри только из-за того, что он касается меня и сидит слишком близко. Но я больше не хочу, чтобы он отсаживался от меня. Я хочу ощущать его прикосновения до самого конца поездки.
– Что это значит? – стараясь ровно дышать, я смотрю на Гарри с расширенными зрачками.
– А я разве что-то делаю? – проскользнув губами к моей шее, он зубами берет маленький участок кожи и сжимает его.
– Ох, прекрати. Нас могут заметить, – хихикаю я.
– Мне плевать, – все еще прижимая зубами мою кожу, он втягивает ее в себя.
– Остановись, – я прикусываю до боли нижнюю губу и сжимаю руки в кулаки, пытаясь сдержать стон.
– Ни за что, – он сильнее всасывает в себя мою кожу и обхватывает руками мои бедра.
– Это неправильно... Ох, это так неправильно, – его зубы впиваются в мою шею и усердно начинают теребить кожу, вызывая вздохи с моего рта.
– Чертовски неправильно. Но я вижу, как ты этого хочешь, – плавно проскальзывая языком по оставленной метке, его ладони поднимаются вверх, медленно задирая мой сарафан.
– Мы не можем... Только не здесь, – я выпячиваю грудь, втягивая воздух, но все тщетно.
– Еще как можем, – склоняя голову влево, Гарри оставляет несколько поцелуев на моем укусе и дует на его участок, заставляя меня дернуться.
– Я не хочу...
– Я чувствую, как ты хочешь этого. Там внизу, – он пальцами касается моей металлической пуговицы на конце сарафана и отстегивает ее. – Представь, что я могу сделать тебе своими пальцами. Разве ты не хочешь, чтобы я коснулся тебя там? – его голос такой соблазнительный и медленный.
– Нет, – шепотом говорю я и смыкаю ноги.
– Не бойся своих желаний. И не думай ни о ком. Представь, что мы с тобой вдвоем и рядом никого нет, – шепчет бархатным голосом он мне на ухо, отстегивая еще одну пуговицу и разводя ткань в стороны.
Я дышу гораздо чаще. От безысходности я понятия не имею, куда девать руки. Я начинаю дрожать, но это не от страха, а от длинных пальцев Гарри, что наводят круги на моих бедрах. Я благородна ему, что он не спешит, как любой другой парень и старается сделать все как можно аккуратнее. У меня не было опыта в подобных вещах, и я побаиваюсь сделать неловкое движение или пойти с ним намного дальше.
– Гарри, я не... – слова прерываются моим тихим стоном, что вырывается изо рта, когда он начинает вести дорожку поцелуев от моего открытого участка ключицы до самого края шеи.
– Тише, милая. Ты же не хочешь, чтобы все услышали, как тебе из-за меня хорошо, – он обхватывает зубами мой подбородок, оттягивая кожу и раздвигает мои ноги в стороны.
Я вцепляюсь пальцами в сиденье и Гарри правой рукой скользит стремительно вверх по моей внутренней стороне бедра. Очередной вздох вылетает из моих губ, когда он осыпает поцелуями челюсть, а именно место, которое укусил. Я вжимаю затылок в сиденье и еле моргаю от наслаждений, что доставляют его руки.
– Мне продолжать или остановиться? – он задевает кончиками пальцев мое нижнее белье и свободной рукой откидывает мою шею, языком проскальзывая вдоль пульсирующей вене.
– Я хочу этого. Я хочу, чтобы ты продолжил, – я нахожу в себе силы внятно ответить.
– Только не бойся. Я обещаю, что не причину вреда, – тихо говорит он и медленно касается пальцами меня между ног сквозь ткань нижнего белья.
– Чем вы там занимаетесь? – Найл сзади приподнимается и ставит одну руку поверх другой на изголовье нашего с Гарри сиденья.
– Ничем, – грубо отзывается Стайлс, вынимая руку из-под моего сарафана и отстраняясь от меня.
– А почему книга валяется на полу? – Найл в улыбке кивает подбородком на книгу.
– Что за глупые вопросы? Книга упала, вот и валяется, – я незаметно, но быстро застегиваю пуговицы на сарафане, пытаясь привести в норму наступивший жар.
– Хоран, ты что-то хотел или просто тебе наскучила твоя подружка? – Гарри поворачивается к Найлу, переглянувшись в усмешке со мной.
– Мне просто было нужно убедиться, что твои ручонки не добрались до Эшли, – Найл мило улыбается Стайлсу, и его глаза превращаются из голубого в синий.
– Убедился? – шипит кудрявый сквозь оскаленные зубы.
– Несомненно, – фыркает Найл и садится обратно на место.
– Он всегда так печется о тебе? – спрашивает Гарри, поднимая книгу и протягивая ее мне.
– Да, практически постоянно, – я стряхиваю с книги пыль и засовываю ее в рюкзак.
– И как ты только терпишь его?
– Он просто заботится обо мне. Найл переживает, что я натворю делов и потом буду жалеть.
– Тебе есть восемнадцать, если я не ошибаюсь. Так какого хрена он лезет в твою личную жизнь?
– Ему так спокойнее. Найл хочет для меня лучшего.
– Да, конечно и именно поэтому не дает тебе дышать свободно, - цокает языком он, вставая и закидывая на плечо рюкзак, когда автобус останавливается.
– Чего ты злишься на него? – я надеваю рюкзак и иду следом за ним к выходу.
– Я только что хотел сделать тебе приятно, а он специально решил все испортить.
– Ты пометил меня. И что мне теперь делать? – я смотрю на себя через фронтальную камеру и ужасаюсь, увидев фиолетово-синее пятно на шее.
– Может, я это сделал специально, ты не думала? – Гарри упирается рукой о верхнюю полку, ожидая, когда все выйдут.
– Зачем тебе это было делать специально? – это странно, никогда не понимала парней или девушек, которые оставляют на своих телах метки.
– Чтобы все знали, что ты помечена мной. Не хочу, чтобы кто-то другой присвоил тебя себе, – его улыбка растет от моего недовольного выражения лица, а ямочки углубляются.
– И что я скажу родителям? Они ждут меня возле школы. Я должна идти в церковь.
– У вас же девушек всегда с собой косметичка. Возьми что-нибудь и замажь.
– Я, если не заметил, не тот тип девушек, которые красятся. У меня нет с собой тонального крема или пудры, – я спускаюсь по ступенькам и вижу в нескольких метрах от себя родителей.
– Какая разница всем, почему у тебя на шее засос? Думаешь, все верующие святые и не занимаются грязными вещами? Да они сумасшедшее, чем обычные люди.
– Ладно, прикрою, пока волосами, а потом надену блузку с горлом, – отмахиваюсь я, помахав родителям.
– После службы встретимся в восемь в библиотеке «Атенеум»? – Гарри неловко перекатывается с пятки на носок, кивнув моим родителям в знак приветствия, что удивляет меня.
– Прости, но давай лучше завтра. Сегодня я пообещала Найлу и Беттани, что пойду с ними в паб, – я виновато сжимаю плечи, состроив беззащитное лицо.
– О, хорошо, – в его голосе опять происходят изменения и мне кажется, что он расстроился?
– Стайлс, нам пора. Завтра успеешь пофлиртовать с Эшли, – Найл закидывает руку на его плечи и тянет за собой к своей серой машине, на которой приехал его отец.
– Пока, ребята, – я машу им на прощание и направляюсь к родителям.