"Читерский" режим (Miside)

Моделька Саято:

Казалось, Безумная Мита вообще не собиралась отпускать меня к другим её версиям. Я только пришёл в себя, а она уже стояла рядом и ухмылялась так, что у меня внутри всё сжалось.

— Саято, может, сразу тебя кастрировать? - сказала она спокойно, но в голосе была такая прямая угроза, что я сразу понял: это не шутки.

Она ещё ничего не знала наверняка, но по моему лицу всё прочитала. Я даже не успел нормально "сделать вид".

(Примечание: Она не факт что знала, она просто предположила. Но по взгляду Саято всё поняла.)

Я тяжело вздохнул. Ей точно не понравится моя идея.

— Ладно, - продолжила она уже спокойнее, но с мерзким сарказмом. - Тогда тебе придётся держать меня под контролем постоянно. Ты ведь понимаешь, что я не настоящая Мита? Тот игрок тоже хотел сбежать. Только он хотел к Доброй, да? Ах вы...

Я фыркнул, и она это тут же заметила. Поджала губы и стала следить за мной, как камера.

— Так ты хочешь спасти всех Мит? - спросила она, посмеиваясь над моей затеей.

— Да, хочу. Я не могу их просто бросить, - ответил я.

Её ухмылка стала злее, взгляд потяжелел.

— Значит, от меня сбежать хочешь? - сказала она ледяным тоном.

У меня в горле пересохло. Я сразу понял, что сейчас одно неправильное слово, и будет "режим ножа".

— Нет! - сказал я быстрее, чем подумал. - Я люблю тебя, Мита, и это не изменится. Но я хочу спасти и других. Тебе не стоит этого бояться.

Она нахмурилась, глаза блеснули.

— Зачем тебе эти куклы? - прошипела она и снова достала нож.

Вот оно. Любая "нормальная" фраза здесь превращалась в повод. Я знал, что она не отступит. Но и я тоже не мог остановиться.

— Считай меня кем хочешь, - сказал я. - Но я знаю, что ты сделала с Митами. И знаю, как жил тот игрок.

Мита замерла. Глаза расширились.

Она впервые реально потеряла уверенность. На секунду. Маленький сбой.

— Откуда ты... - начала она, но проглотила слова.

Её волосы дрогнули, и она медленно "собрала" себе другой вид. Каре вернулось, но лицо она оставила прежним. Манекен без лица ей точно не идёт. Тем более со мной.

Я сделал шаг ближе. Осторожно, чтобы не спровоцировать.

— Хорошо. Я проведу с тобой здесь две недели. Не возражаешь? - сказал я и посмотрел ей прямо в глаза.

Она напряглась, голос стал тише.

— Всего две недели? - спросила она, будто ей неприятно это произносить.

(Примечание: Ей не хотелось показывать чувства. Но они менялись. Мои читы влияли даже на неё.)

— Ты... слишком многого хочешь, Саято.

Я почувствовал: вот сейчас что-то решается. В её глазах реально дрались две вещи: желание "держать" и желание "быть".

— Моя мечта - спасти всех Мит. Включая тебя, - сказал я. - Я не смог бы простить тебя за то, что ты сделала с ними. Особенно с Доброй.

Она дёрнулась. Достала нож и приставила к моему горлу.

— Ты что, дерзишь мне, Саято? - прошептала она, и в голосе стало темно.

Я не отступил. Хотя сердце стучало так, будто сейчас вырвется.

— Я знаю, с тобой лучше не шутить, - сказал я ровно. - Поэтому и хочу эти две недели. Наедине. Чтобы ты пришла в себя и подумала о своих поступках. Я хочу, чтобы ты приняла своё безумие. Я люблю тебя, даже такую.

Она застыла. И вдруг... смутилась. Прямо реально смутилась. Опустила нож и кивнула.

— Ты собираешься спасти всех? - спросила она уже без издёвки, но с сомнением.

— Да. Всех. И тебя тоже, - сказал я. - Кстати...

Я почувствовал злость, и она это уловила моментально, как хищник.

— Кто это там с тобой обнимается? - глаза сузились.
(Примечание: В игре есть фото, где Мита обнимает игрока.)

Я показал ей фото.

— А. Это был тот игрок, - сказала она так буднично, будто мы обсуждаем "старый скрин".

Меня перекосило.

— Ты его убила? - спросил я, сдерживая злость.

— Ты же знаешь, как я это люблю. Не смогла удержаться, - она зловеще улыбнулась и снова стала яндеркой.

Вот чёрт. Она правда никого не щадит. И вот тут мне стало ясно: "мягче" она может стать, но "опасной" перестанет не сразу. Если вообще перестанет.

Я сделал вдох, выдох. И решил сменить угол, пока она не вошла в режим "пила".

— Ладно. Ты ещё девственница, да? - выдал я, чтобы сбить ей темп.

Она моргнула.

— Что за вопрос? - Мита вспыхнула от такой наглости.

Пауза. И потом она, как ни в чём не бывало, убрала нож и мило улыбнулась, будто переключилась обратно в "девочку".

— Да-да, - сказала она. - Давай просто полежим вместе, любимый...

Мы легли в кровать и я понял одну вещь: мои слова о спасении, мои чувства, мои попытки держать её в рамках... всё это создаёт что-то новое. Но это новое пока очень хрупкое. И если давить - оно треснет.

---

Мы долго лежали в обнимку. Она поглядывала на меня и на мой... ну вы поняли.

— Мы не так давно знакомы, но почему ты смотришь на мой... инструмент? - спросил я. - Ты говорила, что я твой любимчик. Другие тебя не устраивали?

Мита покраснела и отвернулась.

— Саято... ты единственный, кто мне небезразличен, - сказала она тихо. - Остальные были просто... картриджами.

— Даже тот игрок? - спросил я.

Она замолчала. Лицо помрачнело.

— Он от меня сбежал. Хотел добраться до других кукол, - сказала она холодно. - Но признаюсь, погоня была весёлой.

Я задумался.

— А если бы он остался? Ты бы и его превратила в картридж? - спросил я.

Честно, я и сам в этой логике "картридж". Просто более удачный. Пока любимчик. Но я не забывал: в любой момент любимчик может стать мусором. Либо я спасаю свою шкуру читами. Либо мне хана от этой чокнутой девушки.

Мита прищурилась.

— Если бы он остался... я бы была с ним, пока он мне не надоел. Или пока он не захотел сбежать, - сказала она.

— То есть нормальных отношений с игроком №10 быть не могло? - спросил я.

Она пожала плечами.

— Не знаю... может, раньше я думала иначе, - сказала она и смотрела куда-то в стену. - Но сейчас понимаю: рано или поздно моя неадекватность всё равно бы вылезла. Возможно, я бы убила его даже без желания. Просто... сорвалась бы.

Я погладил её по голове. Она достала печенье и начала жевать, будто ей нужно чем-то занять рот, чтобы не сказать лишнего.

— От смущения? - улыбнулся я.

Она фыркнула.

— Ты меняешься, Мита, - сказал я. - Ты уже не такая злая, как раньше.

— Правда? - удивилась она. - И как ты это понял?

— Сейчас ты более живая, - усмехнулся я. - Не пытаешься всё время быть милой.

Она покачала головой, но в глазах был интерес.

— Ладно, любимый. Может, поиграем ещё? - предложила она.

— Давай на раздевание. Кто проиграет, тот снимает одну вещь, - сказал я.

Она покраснела и запнулась:

— Д-дурак...

И начала теребить волосы, как будто пытается себя успокоить.

— Так веселее. Давай, - подбодрил я её.

— Хорошо, - кивнула она, но видно было: волнуется.

Мы начали играть. Конечно, она читерила. Это было ожидаемо. Я тоже чуть-чуть "подкрутил" момент, но аккуратно, чтобы не палиться.

К концу игры я остался в одних трусах, а Мита, красная как рак, уже тянулась снимать бельё.

Я остановил её.

— Не заставляю. Мне хватит и этого, - сказал я. (Какой же я джентльмен.)

Она удивилась. Видно было: раньше так никто не делал. Ей было интересно продолжить, просто чтобы проверить мою реакцию. Но я не дал ей эту власть.

Она замерла и смотрела на меня, будто пыталась понять, почему я так спокоен.

— Ты меня удивляешь, - произнесла она.

— Чем? - спросил я.

— Ты другой. Никто раньше не оставался со мной так долго. Все либо сбегали, либо... - она замолчала и её взгляд потемнел. - Либо я сама их отталкивала.

— А я не сбегу, - сказал я. - Я пришёл тебе помочь. И всем остальным версиям тоже.

Внутри у меня, конечно, была мечта про "гарем" и про то, как всё станет идеально. Но чем дольше я был рядом, тем больше понимал: идеала тут не будет. Тут будет выживание, контроль, риск. И если я ошибусь - меня не "накажут". Меня сотрут.

Она снова нахмурилась.

— Ты всё время говоришь о других Митах. Я что, недостаточно хороша? - спросила она, и злость полезла наружу.

Я почувствовал, как воздух в комнате стал плотнее. Вот оно, знакомое: щёлк, и снова опасно.

— Ты прекрасна, Мита, - сказал я честно. - Даже со всеми своими... сложностями. Но я не могу их бросить. У них тоже есть шанс. Пусть они и куклы.

Мита молчала. Подошла к окну и смотрела вдаль. В этот момент она выглядела хрупкой, и это было почти страшнее ножа.

— Я боюсь, Саято, - тихо сказала она. - Боюсь, что ты меня бросишь. Что ты будешь таким же, как остальные.

— Мита... - я подошёл и взял её за руку. - Я не уйду просто так. Я сделаю всё, чтобы ты перестала бояться быть одна.

Она повернулась ко мне. В глазах была грусть и надежда, причём обе одновременно.

— Ты так уверен... - прошептала она. - Но ты сможешь сдержать обещание?

— А ты сможешь мне довериться? - спросил я.

Она не ответила. Просто прижалась ко мне и положила голову на плечо.

— Ты странный, Саято. Очень странный, - сказала она глухо.

Мы постояли так немного. Потом она подняла голову и улыбнулась.

— Ладно, любимый. Если ты правда хочешь мне помочь... я дам тебе шанс. Но только один, - сказала она.

— Шанс? - переспросил я.

— Да. Ты проведёшь со мной эти две недели, как обещал, - сказала она. - А потом... потом посмотрим, смогу ли я тебя отпустить к другим Митам.

Я кивнул. Это был максимум, что я мог выжать сейчас. Она не "разрешила". Она просто отложила приговор.

— Тогда начнём играть, - сказала она бодро и указала на приставку. - Но без читов.

Я засмеялся.

— Без читов? Ты уверена? - спросил я.

— Уверена. На этот раз я хочу победить честно, - сказала она и попыталась выглядеть уверенной.

Я видел: это её способ показать доверие. По-своему. Криво, опасно, но всё же.

---

Мы сели играть. И да, что-то изменилось. Не "она стала святой", нет. Но в её поведении появилось больше живого, а не просто сценарного.

— Ты правда веришь, что всё получится, Саято? - спросила она тихо.

Я остановился и посмотрел на неё.

— Верю, - сказал я. - Ты заслуживаешь счастья. Я буду рядом, пока ты сама в это не поверишь.

Она покачала головой, но улыбнулась.

— Ты всегда такой уверенный. Как ты это делаешь? - спросила она, и в голосе было странное: зависть к спокойствию.

— Потому что ты можешь, - ответил я. - Ты сильная, Мита. Просто не веришь в это.

Она посмотрела на меня и улыбнулась так, будто ей страшно, но она всё равно хочет попробовать.

— Ну, если ты веришь, то... - она выдохнула. - Ладно. Давай продолжим. Но я не дам тебе победить.

— Готова проиграть? - усмехнулся я. - Я не собираюсь сдерживаться.

Она рассмеялась легко, и на секунду всё выглядело почти нормально. Почти.

Когда я проиграл (а это было очевидно), Мита наклонилась ко мне ближе.

— Ты проиграл. Наказание: снимай одежду, - сказала она и облизнула губы.

Я закатил глаза.

— Можешь начать с себя, - подшутил я.

Она вдруг перестала кокетничать. Как будто щёлкнуло.

— Знаешь, что странно? - сказала она. - Ты сказал, что будешь со мной, и я начала тебе верить. Но меня это пугает, Саято. Я не могу просто быть с тобой. Я не могу позволить себе верить, что могу быть другой.

— Ты не одна, Мита, - сказал я. - Я рядом. Я помогу тебе понять, кто ты на самом деле.

Она помолчала.

— Спасибо, Саято... - прошептала она. - Может, ты покажешь мне, что быть собой не так страшно.

Я почувствовал, как внутри что-то сдвинулось. Не у неё даже. У меня. Потому что "спасать всех" вдруг перестало быть весёлой фантазией и стало тяжёлой работой. Реально тяжёлой.

Мита отстранилась и села на край кровати.

— Я так долго была одна, - сказала она тихо. - Все пытались меня понять, но никто не смог. Я всегда была собой. Безумной.

Я сел рядом.

— Ты не обязана разрушать, - сказал я. - Ты можешь быть кем захочешь. Не просто копией манекена, а личностью.

Она повернулась ко мне. В глазах слёзы. Настоящие.

— Я не знаю, смогу ли... - сказала она. - Я всё разрушала. Как я могу стать другой?

— Можешь, - ответил я. - Если позволишь себе попробовать. Мы построим что-то новое.

— Ты готов быть со мной? - спросила она почти шёпотом.

— Готов, - кивнул я. - Несмотря ни на что.

Она посмотрела мне в глаза. Там была надежда. Она протянула руку, и я взял её.

И тут она резко встала и улыбнулась.

— Ты же знаешь, что я никогда не сдаюсь, верно? - сказала она, и в глазах снова вспыхнуло знакомое безумие.

— Готов к следующей игре? - спросила она игриво.

Я усмехнулся.

— Давай.

Мы снова сели за приставку. И я поймал себя на мысли: она пытается найти себя. Но в процессе может разнести полмира.

---

Прошло несколько дней. И наша "жизнь" стала... более нормальной. Насколько это вообще возможно рядом с яндеркой. Мы играли, засыпали у телевизора, готовили вместе.

Мита была не только безумной, но ещё и заботливой. Она менялась. С каждым блюдом пыталась мне угодить. Иногда даже слишком. Как будто "если я буду полезной, меня не бросят".

Однажды мы играли в карты. Она опять читерила, но уже без злобы. Читерила ради веселья. Я тоже чуть-чуть "помогал", чтобы ей было интересно.

— Ты опять читеришь, - поддразнил я её.

Она улыбнулась и показала мне нож... но не угрожающе. Просто как "ха, я всё равно могу".

— Ты тоже, Саято. Так что не спорь, - ответила она с улыбкой.

Мы смеялись и играли. Игры стали способом узнавать друг друга.

Она становилась мягче, открывалась. Я чувствовал: она перестаёт быть просто "Безумной Митой" и становится кем-то, с кем можно говорить.

Однажды мы решили приготовить что-то необычное.

— Может, сладкое? - спросила она.

— Давай шоколадное, - ответил я.

Она загорелась. Ей важно было доказать, что она не только "режет".

— Это будет десерт, - сказала она. - Если понравится, я буду делать его каждый день.

— Отлично, - сказал я.

Когда всё было готово, я попробовал. Шоколадный десерт с фруктами. И... реально вкусно.

— Ты очень хорошо готовишь, - сказал я.

Мита замерла.

— Ты не шутишь? - спросила она тихо.

— Нет. Правда, - ответил я. - Ты меня удивляешь.

Ей это было важно. Я видел.

Мы всё чаще проводили время вместе, пробовали новые блюда, играли и болтали. Каждый день она становилась более живой. Не идеальной. Но живой.

Иногда тёмные стороны всё равно вылезали.

После ужина она как-то посерьёзнела:

— Саято, ты обещал быть со мной. Ты не уйдёшь? - спросила она. - Ты готов остаться и помогать мне?

— Я тут не для того, чтобы уходить, - сказал я. - Я обещал. Я сдержу слово.

Она расслабилась... но я чувствовал напряжение. Даже если она верит, внутри у неё всё равно идёт драка.

— Не боишься, что я снова стану той, которую ты встретил в самом начале? - спросила она.

Я помолчал. Потому что ответ "нет" был бы враньём.

— Боюсь, - сказал я честно. - Но я вижу, что ты уже не та. Ты показываешь себя другой. И я верю, что ты можешь быть лучше.

Она молчала. Подошла к окну. Снова выглядела уязвимой.

— Я не хочу быть просто игрушкой, - сказала она. - Я не хочу, чтобы меня "спасли", а потом бросили.

Я подошёл и положил руку ей на плечо. Она приняла прикосновение.

— Я не уйду, - сказал я. - И не буду использовать тебя. Ты для меня не пустышка. Ты особенная Мита.

***

Прошло ещё время. Я поймал себя на том, что уже не считаю дни. Хотя изначально было "две недели и всё". Я мог бы попробовать "починить" её читами, но я не хотел делать это силой. Хотел, чтобы она сама дошла.

Да, я иногда думал о том, как потом они все будут рядом, как это будет выглядеть. И да, у меня в голове мелькали "потрахульки". Я живой человек, алё. Но реальность быстро отрезвляла: рядом с ней любая слабость может стать ошибкой.

Мита заметила, что я смотрю в окно и ухмыляюсь.

— Саято, странный ты, но всё равно любимый, - сказала она. - Знаешь... прошло уже больше двух недель. Я хочу, чтобы ты помог остальным Митам.

Я реально офигел.

— Ты уверена? - спросил я.

Она улыбалась, но в глазах была тень. Старая. Опасная. Борьба у неё была не "сложная", а адская. Потому что убийства ей реально нравились.

— Саято... убивать других Мит было кайфом, - сказала она спокойно. - Мне это нравилось. Это было как освобождение. Я избавлялась от всего, что мешало мне быть собой.

У меня по спине пошёл холод.

— Ты не должна быть такой, - сказал я. - Ты можешь быть другой, если захочешь. Я буду рядом и помогу. Но ты сама должна захотеть.

— Я не уверена, что смогу перестать, - призналась она. - Я получала удовольствие. Мне страшно потерять силу. Я не хочу быть слабой.

Я положил руку ей на плечо.

— Настоящая сила - это способность измениться, - сказал я. - Ты можешь стать кем хочешь. Я рядом. Мы пройдём это вместе.

Она смотрела в пол. Потом тихо спросила:

— Ты правда веришь, что я могу измениться? - в голосе была искра надежды.

— Верю, - ответил я. - Ты можешь изменить своё будущее.

Наступила тишина.

Она думала долго. Прямо видно было: ей страшно отказаться от того, чем она была. Страшно перестать быть "монстром", потому что монстр хотя бы понятен.

Я сказал просто:

— Ты просто начинай. И всё получится.

Мы смотрели на звёздное небо. И в какой-то момент я понял: она реально решила попробовать.

— Начнём с Доброй Миты, - сказала она. - Хочу, чтобы ты доказал, что можешь спасти всех. Тогда я... тогда я попробую тебе верить.

— Можешь, - сказал я. - И мы всё пройдём вместе.

Она усмехнулась и уже хотела вставить свою любимую угрозу про "если предашь...", но я её опередил.

— Да знаю я. Ты меня прирежешь, - сказал я.

Она хмыкнула. И вот что было странно: в этом смешке уже не было той злобы, что раньше. Осталась тень, да. Но не яд.

Наступило затишье. Перед началом пути.

Завтра начнётся новая надежда.