Крестики-нолики

спустя n-ое количество времени

Презентацию на диплом Антон делает в приложении на телефоне. Каким образом?

С Божьей помощью.

Защищает диплом он таким же образом и на твёрдую четвёрку, с которой весь довольный и радостный прыгает сначала перед Арсением, словно маленький ребёнок, а потом перед отцом. И оба им очень-очень гордятся.

Стоит только Антону получить свой заветный диплом, он пытается найти работу по специальности и почти так же, как и с университетом, идёт на собеседование в первую же компанию, выпавшую на странице результатов поиска.

Андрей в один из будничных вечеров просит Антона подъехать к торговому центру для разговора. Антон какое-то время очень сильно переживал по этому поводу, всё раздумывая о том, что же ему хочет сказать отец. И мог только надеяться на то, что этот разговор не будет связан с Арсением.

— Надо будет что-то купить? — спрашивает Антон, собираясь уходить на встречу с отцом.

— Нет, — говорит Арсений, а сам берёт шарф из шкафа. — Но надо одеться теплее, — он накидывает шарф на шею Антона и быстро его наматывает. — И пораньше вернуться домой, потому что, не знаю насчёт тебя, но у меня были планы на этот вечер, — Арсений игриво улыбается и заглядывает в зелёные глаза Антона.

Антон улыбается в ответ и оставляет на губах Арсения поцелуй.

Андрей начинает свой разговор с вопросов об Арсении и заметно напрягает этим Антона. Шастун до конца не понимает, почему боится говорить с отцом об Арсении. Он словно маленький ребёнок, который боится получить неодобрение родителей в ответ на свои действия.

только
ребёнком
он
никогда
не
был.

— Как там у вас с Арсением?

— Всё хорошо, — отвечает Антон, избавляя отца от подробностей своей личной жизни.

— Это здорово, — улыбается Андрей.

Они занимают один из столиков на фудкорте, но еду заказывать не спешат.

— Ты помнишь ту воронежскую квартиру? — спрашивает Андрей.

Конечно помнит. Все ненавистные воспоминания Антона, так или иначе, связаны с той квартирой и Воронежем в принципе. Антон кивает вместо ответа.

— Я её сдавал всё то время, что ты учился в университете, — Андрей достаёт из бумажника пластиковую карточку. — Квартира, по сути, твоя, так что все заработанные деньги тоже, — объясняет мужчина.

— Ты шутишь, что ли? — усмехается Антон, а Андрей лишь отрицательно мотает головой.

— Я скажу тебе пароль, а ты сам решай снимать деньги или оставить… И познакомлю с арендаторами, у них контракт подписан до конца года, дальше тоже сам решай, что делать.

— То есть… ты действительно не шутишь сейчас? — всё ещё не понимает Антон.

— Нет, это твоя квартира и твои деньги.

— И много там? — спрашивает Антон.

— Чуть меньше двух.

— Миллионов? — челюсть у Антона, как в детских мультиках — до пола. А Андрей уверенно кивает головой в ответ.

Охуеть.

Антон ходит на работу в офис, где сидит за компьютером с восьми утра до пяти вечера и делает получасовой перерыв на обед где-то в час дня. Он откровенно заебался, но виду не показывает.

Вечерами валяется в объятиях Арсения, а по ночам какое-то время думает о том, стоит ли тратить деньги с той отцовской карты и если стоит, то на что?

Антону в голову лезут только их с Тимуром университетские дела, когда они промышляли псевдо-дизайнерскими футболками, которые Шастун разрисовывал по ночам, а Сабитов продавал на переменах и после пар. Денег было достаточно, чтобы покупать сигареты и заказывать по несколько пицц каждую неделю.

Но сейчас Антон не был уверен, что стоит вкладываться в это. Антону страшно даже представить что-то подобное. В нём совсем нет предпринимательского духа. А потому он перебирал в своём окружении людей, которые разбираются в ведении бизнеса больше него самого. И на ум приходит только собственный отец.

Шастун, конечно, ясно понимает, что не стоит соваться к Андрею без продуманной идеи. А потому он вспоминает пары по основам предпринимательства и в один из вечеров «лепит» подобие бизнес-плана, размышляя о том, в каком направлении нужно двигаться, чтобы в итоге окупить все вложения.

То, чего Антон совсем никак не ожидает даже будучи подготовленным, так это одобрения и поддержки отца. Андрей соглашается помочь и оформить всю необходимую документацию, а Антону говорит для начала продумать ассортимент, чем парень и занимается ближайшие несколько недель.

По вечерам после работы, сидя в объятиях Арсения на диване, Антон прорисовывает эскизы и многие зачёркивает. Арсений изредка комментирует то, что ему ну очень сильно нравится, и Антон, радостно улыбаясь, невесомо целует Попова в губы.

***

Антон почти всё своё время тратит на общение с ребятами из типографии, отслеживание финансов, приёмку заказов, продвижение в социальных сетях и многое другое.

И в какой-то момент он понимает, что просто нихуя ни с чем не справляется. И, что намного более важно, уделяет меньше времени Арсению. Этот факт Антона очень сильно злит, но в данный момент он ничего не может с этим поделать.

— Ты говорил, что мы сходим в кино, — говорит Арсений словно невзначай, когда Антон достаёт из холодильника питьевой йогурт, потому что на трапезы обычной человеческой едой у Шастуна попросту не хватает времени.

— А-а-арс, — жалобно тянет Антон, а сам оставляет йогурт на столе и подходит ближе к Попову. — Может, дома посмотрим?

Арсений только бросает скептичный взгляд в сторону Антона, а сам шагает к раковине и начинает мыть посуду.

Арсений всё понимает, уже не маленький. Знает, что у Антона слишком много работы. Но всё никак не может успокоить свою ребяческую потребность во внимании.

— Арс, — Антон нежно ловит его за запястье и разворачивает к себе. — Давай посмотрим дома, — просит он. — Будем сидеть на диване и обниматься, — почти шепчет на ухо Антон, и стараясь сделать своё предложение более заманчивым, предлагает, — Хочешь я за мороженым схожу?

— Только если за шоколадным, — шепчет Арсений в ключицу Антона.

— Договорились, — улыбается Антон, а потом подхватывает ладонью лицо Арсения и мягко целует в губы.

Но даже так Антон не справляется. Фильм, может и вовсе не скучный, но Антон этого не узнает, потому что засыпает с Арсением на своей груди уже где-то на двадцатой минуте. Арсений всё равно радуется и чувствует себя чуть более счастливым, потому что даже если Антон и проспит весь фильм, то рядом.

Впрочем, случай далеко не единичный.

— По шкале от одного до десяти, насколько сильно ты злишься? — спрашивает Антон, подбираясь ближе к Арсению, который лежит под одеялом на своей половине кровати.

— Одиннадцать, — отвечает Попов, глядя на Антона.

— Не подходит, — Шастун мотает головой, а Арсений отворачивается, выключая светильник. — То есть не обнимешь? — интересуется Антон. — Такой уровень жестокости тянет на все двенадцать, — подмечает Антон.

Шастун падает на спину и несильно вжимается затылком в подушку, слушая размеренное дыхание Арсения рядом.

Рядом. Рядом. Рядом.
Он всегда, блять, рядом.

— Арс, — зовёт Антон, пододвигаясь ближе к Попову. — Я придурок, — серьёзно заявляет он, прижимаясь лбом к спине Арсения. — Прости, что забываю о своих же обещаниях. Я, наверное, слишком привык к тому, что ты всегда рядом, и я так обесцениваю походы в кино и прогулки, — Антон набирает воздуха побольше в лёгкие. — Я тебя очень сильно люблю, ты ведь знаешь это, да? — спрашивает Антон, поднимаясь к шее Арсения и оставляя на ней мягкий поцелуй.

— Сейчас фильм в кино идёт, через несколько недель в интернете появится, дома посмотрим, — едва слышно говорит Арсений.

— Нет, — протестует Антон. — Мы пойдём в кино. Назови любой день недели.

Арсения какое-то время не слышно, и Антон даже думает, что своим молчанием Попов попросту протестует точно так же, как и сам Шастун.

— Четверг.

— Отлично. В четверг идём в кино.

Но словно по какому-то киношному сценарию именно в четверг на Антона сваливается гора бумажек и месячный отчёт по доходам и расходам. Шастун ощущает на себе всю ответственность, как за работу, так и за Арсения, которому он обещал поход в кино. Антон собирает все документы в кучу и уносит всё с собой, думая заняться этим после фильма.

Как бы сильно Антону ни хотелось спать после тяжёлого рабочего дня и просмотра двухчасового супергеройского фильма, он втайне от спящего Арсения тащится на кухню, чтобы разобраться с работой.

Арсений обнаруживает отсутствие Антона рядом только через пару часов, когда Антону остаётся всего ничего.

— Ты чего не спишь? — интересуется Арсений.

— Отчёт доделываю за месяц.

— Почему ночью?

— Не успел на работе, — отвечает Антон.

— Ты мог бы сказать, мы бы перенесли поход в кино на другой день, — говорит Арсений.

— Нет, я обещал, что мы сходим в четверг.

Арсений пододвигает стул ближе к Антону и садится рядом с ним. Первые пару минут он сидит молча, рассматривает синяки под антоновскими глазами, которые появились от недосыпа, и хочет схватить Антона за руки и утащить в спальню, чтобы тот наконец просто по-человечески поспал.

— Что ты с собой делаешь?.. — почти шёпотом спрашивает Арсений.

— Все хорошо, Арс, ложись спать, мне совсем немного осталось.

Антон не придаёт вопросу Арсения особого значения ровно до тех пор, пока Попов не уходит в спальню.

Что ты с собой делаешь?

Ему бы самому хотелось знать ответ на этот вопрос.

***

— Я хочу кота! — как-то ближе к ночи заявляет Антон, и глаза у Арсения удивлённо округляются.

— Антон, нет, — тут же проговаривает Арсений. — Мы оба много работаем.

На этом родившееся из ниоткуда желание Антона немного успокаивается, а со временем Антон и вовсе об этом забывает.

***

Антон, кажется, начинает по-настоящему со всем справляться только тогда, когда нанимает на работу того, с кем всё когда-то начиналось.

Тимур теперь и принимает заказы, и упаковывает их, и даже занимается продвижением в социальных сетях. В общем-то, работу у них разделить между собой получается даже больше, чем удачно.

У Антона первый раз в жизни корпоратив, и он первый раз в жизни напивается почти до беспамятства. Какое-то время даже думает остаться ночевать в офисе, потому что появляться в таком виде дома является чем-то неразумным даже в состоянии сильного опьянения.

Антон всё-таки возвращается, и на пороге Арсений встречает его удивительной для самого Шастуна фразой.

— Господи, и пьяный, и с котом, — выдыхает Арс, потирая переносицу, пока Антон несильно шатается из стороны в сторону.

— Да, — твёрдо (насколько это сейчас возможно) говорит Антон, — и либо мы с ним остаёмся, либо оба уходим, — заявляет Антон.

— Ты несерьёзно. Это же детский ультиматум.

И Антон понимал бы это, будучи трезвым, но он в такую стельку, что ровно до тех пор, пока Арсений вслух не сказал «кот», Антон думал, что тащит домой материальную тень.

Это же головой ебануться нужно, чтобы взять на улице тень и принести её с собой.

— Получается, мы с ним уходим? — спрашивает Антон и демонстративно разворачивается.

Они не уходят. Арсений забирает кота из рук Антона, запирает животное ненадолго в ванной, чтобы тот не запрятался под диван или кровать или куда-нибудь ещё. Попов отводит Антона в спальню и укладывает в кровать, думая, что тот не справится сам. А потом шагает к новому домашнему питомцу и проверяет его на наличие блох, и, убедившись в их отсутствии, а также в том, что это не кот, а кошка, моет животное и кутает его в полотенце.

Арсений несёт кошку на кухню в одной руке, а свободной выдавливает на блюдце сметаны и даёт животному. Пока кошка вылизывает блюдце до блеска, Арсений наливает в более глубокую тарелку воды и ставит рядом.

— Просто пиздец, — шепчет он, устало падая на стул за кухонным столом, а потом, словно в ответ, слышит кошачье «мяу».

Арсений понимает, что рано или поздно этой кошке захочется справить нужду, но думать об этом сейчас или решать эту проблему совсем не хочет.

— Ну, ты тут осмотрись, — болтает он с кошкой. — Дверь в спальню открыта, в ванную тоже. Захочешь справить нужду, ради всех святых, сделай это в ванной, — просит он, и ему кажется, что он конкретно уже поехал кукухой. — Доброй ночи.

Арсений уходит в спальню и залезает под одеяло. Какое-то время он смотрит в тёмный потолок и слушает размеренное дыхание Антона, лежащего рядом.

— Антон, — обращается Арсений, даже не надеясь на отклик, Шастун наверняка уже уснул.

— М-м?.. — отзывается Антон.

— Это кошка, — говорит Арсений.

Шастун отчего-то улыбается, и прикладывает огромное количество усилий, чтобы повернуться на бок. Антон, благодаря огромному количеству влитого в себя алкоголя, словно в бреду ловит губами висок Арсения и оставляет на нём нежный поцелуй.

— Я тебя люблю.

***

Как Антон вскоре понимает, у Оксаны дела обстоят более сложным образом. Она долгое время после получения диплома проводит в Воронеже, у родителей, а когда возвращается в Москву — первым же делом расстаётся с Тимуром.

И Антон не знает, с кем из них хочет поговорить больше. В любом случае, с одним удаётся поговорить на работе.

— Что у вас случилось? — как-то немного бесцеремонно спрашивает Антон и видит, что Сабитов на какое-то время замирает, а потом продолжает собирать заказы.

— Она замуж выходит, они уже, вроде как, приглашения готовят, — говорит Тимур, несильно пожимая плечами.

Теперь замирает Антон, и кажется, что в его мозгу какая-то ошибка 404, потому что он прямо охуеть как сильно отстал от жизни, если его лучшая подруга выходит замуж, а он об этом узнаёт от её бывшего парня.

— Ты как? — первое, что спрашивает Антон после перезагрузки собственного мозга.

— Ну… — Тимур набирает воздух в лёгкие, — если она счастлива, то я в норме.

***

Надя впервые замечает панику Оксаны касательно свадьбы тогда, когда они едут выбирать платье. И пока их мать расхаживает с одной из консультанток по магазину, подбирая ещё варианты, сестры остаются наедине.

Оксана смотрит на себя в зеркало и трясущимися пальцами поправляет подол пышного белоснежного платья. Если она когда-то о таком и мечтала, то, наверное, в возрасте пяти лет.

— Я ему глаза выцарапаю, если он сделает тебе больно, — говорит Надя словно невзначай, а сама поправляет волосы сестры, стекающие по плечам.

Всё, что Оксане хочется делать последний месяц — плакать. Она чувствует себя маленькой и беззащитной девочкой, которая даже при всём желании не может сказать родителям, что не хочет выходить замуж за того, кого не любит.

— А что, если я сама сделаю себе больно?

— Окс, — мягко улыбается Надя, — не говори глупостей.

Теперь Оксане хочется запрятаться куда-то, где её никто не найдёт и просидеть там целую вечность.

Девушке становится немного легче только тогда, когда она впервые за долгое время обнимает Антона, который пришёл в гости. Оксана спешно уходит в сторону кухни и достаёт две чашки, оставляя их на барной стойке и принимаясь разливать чай.

— Как у вас с Арсом дела? — Антон слышит её дрожащий напряжённый голос, и от него мурашки по спине пробегают.

— Всё здорово, — улыбается Шастун.

— Как там Тимур? Вы ведь работаете вместе, да? — Оксана проводит рукой по волосам, а потом залпом выпивает почти половину кружки горячего чая.

— Ага, — кивает Антон. — Ваше расставание он прокомментировал как «если она счастлива, то я в норме». Не знаю, стоило ли мне говорить об этом, но я уже сказал… — пожимает плечами Шастун, а потом тупит взгляд в пол.

— Боже, — выдыхает Оксана и опирается о барную стойку локтями, пряча лицо в ладонях.

— Ты его любишь? — спрашивает Антон. — Тимура.

Оксана в ответ только кивает головой, так и не поднимая взгляд.

— Тогда я не понимаю.

— Моим родителям нужен этот брак. У них сейчас проблемы с деньгами и бизнесом, и если деньги будут у меня, то я бы могла им помочь. Но у меня нет денег, а у Саши есть.

И Оксана, наверное, подумала бы о человеческом факторе и том, что нечестно поступает не только с собой, но и с Сашей. Только вот он её тоже не любит, ему нужен штамп в паспорте, чтобы родители продолжали спонсировать все его внезапные желания слетать на отдых в Италию или погулять по Берлину.

— И ты считаешь это правильным?

— Я считаю, что мне нужно поступить так, как хотят родители. Они же меня всю жизнь содержали, а сейчас…

— Ты должна отплатить? — предполагает Антон.

— Да, — кивает Оксана, наконец убирая ладони от лица, и Антон видит, как её веки покраснели.

— Окс, это, конечно, благородно, но тебе жить с этим решением.

— Это сложно, — сдавленно выдыхает Оксана и на её глазах проступают слезы.

Антон оставляет чашку на барной стойке, а сам подходит ближе к Фроловой и заключает её в объятия, мягко поглаживая по волосам.

— Я поддержу тебя, что бы ты ни выбрала, — говорит Антон.

— Спасибо.

***

В день Оксаниной свадьбы Арсений впервые видит Антона в смокинге и на какое-то время зависает, разглядывая Шастуна.

— Нравится? — спрашивает Антон, улыбаясь.

— Очень нравится.

На церемонию они приезжают вместе с подросшим Тёмкой. Оксана, познакомившись с младшим братом Антона ближе к концу второго курса, души не чаяла в этом ребёнке. А теперь они прямо самые настоящие лучшие друзья.

Артём, конечно, не до конца понимал всё происходящее, и почему Оксана выходит за какого-то неизвестного Сашу, а не за Тимура. Однако задавать миллион вопросов не спешил и ждал, пока в его голове всё решится само собой.

Пока её мать бегает и крутится среди гостей, стараясь поприветствовать и поболтать со всеми, Оксана прячется в одном из помещений, дожидаясь начала церемонии.

— Он ведь не плохой, — легко пожимает плечами Оксана, нервно поправляя свои локоны перед зеркалом, — думаю, может, я его даже полюблю когда-то, — улыбается она, а Антон видит в её глазах вселенскую печаль.

Антон ничего ей не отвечает, не считает нужным говорить хоть что-то касательно всей сложившейся ситуации.

— Ты потрясающе выглядишь, — улыбается Антон, думая, что комплимент хоть немного избавит Оксану от немой паники.

— Ты тоже, — улыбается она. — Антошка в смокинге… и на моей свадьбе. Кто бы мог вообще подумать о таком несколько лет назад, — усмехается она.

Никто.

Во время церемонии Оксана только и ждёт момент, когда нужно будет сказать одно простое «да». Картина ей напоминает самые стандартные и клишированные сцены любовных фильмов. Половину речи регистратора девушка пропускает мимо ушей за ненадобностью.

Она медленно оглядывается на родителей и нервно сглатывает, когда встречается взглядом с матерью. Оксана уверена, что сказать «нет» равно смерть, ведь мать, наверняка, прибьёт её собственными руками. Не буквально конечно, хотя вероятность есть.

И уверена, что если сказать «да», то это равно умирать медленно, самостоятельно себя истязая, и к этому Оксана тоже не готова.

В какой-то момент она слышит собственное бешеное сердцебиение в голове и ноги начинают заметно подкашиваться.

Она вообще ни к чему из этого не готова.

— Оксана? — обращается регистратор, явно дожидаясь того самого заветного «да, я согласна».

Девушка смотрит на женщину, а потом на Сашу, стоящего рядом. Тот бесшумно усмехается, и добрая улыбка застывает на его лице.

— Я всё понимаю, — говорит он, и Оксана чувствует, как часть груза с её плеч падает.

Она уверена, Саше будет легко найти пассию получше и ту, которая будет более заинтересована в нём самом, а не в деньгах его родителей.

Оксана опять смотрит на регистратора.

— Нет.

Самое сложное «нет» в её жизни.
Самое сложное «нет» только что эту жизнь спасло.

***

Арсений с Шастунами стоят на улице рядом с машиной, Антон только заканчивает говорить с Тимуром, отчитываясь ему во всём недавно произошедшем. И если предыдущие пару минут был слышен голос Антона, то сейчас полнейшая тишина, и они втроём стоят около машины, пытаясь просверлить взглядом асфальт.

Оксана подходит к ним, как только Надя отвлекает родителей и просит их успокоиться. Фролова протискивается сквозь немного приоткрытую дверь и сбегает к друзьям, надеясь наглотаться побольше воздуха.

— Ну как там дела? — спрашивает Арсений.

— Мне предстоит долгий разговор с родителями, — выдыхает Оксана.

— А сама как? — спрашивает Антон.

— Ну, я только что избавила себя от решения, о котором жалела бы всю жизнь, так что я в норме. Но, знаете, у нас ресторан заказан, так что…

— Окс, — обращается Антон, невольно перебивая тем самым подругу. Он осторожно кладёт ладони на плечи Оксаны и разворачивает девушку лицом к Тимуру, который только что подъехал.

Оксана стоит на месте, словно ноги приросли к асфальту, а потом она резко бросается обнимать Тимура, будто он тот самый необходимый глоток чистого воздуха, которого у Оксаны не было уже пару месяцев.

— Было бы хорошо увидеть тебя у ЗАГСа при других обстоятельствах, — шепчет Сабитов ей на ухо.

— Я люблю тебя, — в ответ выдыхает девушка.

— Я тоже люблю тебя, Окс, — говорит Тимур, целуя её висок.

***

К разговору с родителями, а именно матерью, Оксана начинает морально готовиться уже в тот момент, когда говорит «нет» в ЗАГСе.

— Ты не можешь поступить так со мной… — заявляет женщина.

— Нет, — мотает головой Оксана. — Я не могу поступить иначе.

Я не могу поступать так с собой.

— Дорогая, ты не понимаешь, я думаю о твоём будущем!

— Нет, это я думаю о своём будущем, а ты думаешь о себе.

Оксану всю трясёт. Последние два месяца, словно какой-то дикий водоворот, из которого она еле-еле выбралась и теперь тело отходит от «американских горок». Фроловой очень-очень-очень страшно.

Но она думает, что если бы сказала «да», было бы намного страшнее.

***

Оксане стоило дотянуть всё до церемонии хотя бы просто для того, чтобы в ресторан поехать без своих родителей и без родителей Саши. Теперь это вовсе не празднование торжественного события, это какой-то очень весёлый и роскошный ужин. Саша сидит со своими друзьями и знакомыми, Оксана со своими, и их двоих всё устраивает.

Фролова, конечно, была бы рада собраться со своими друзьями при других обстоятельствах, но даже сейчас им всем было очень хорошо.

***

— Арс, я устал каждый раз поправлять простыню, — говорит Шастун, когда Попов опять лезет целоваться.

— Ты клонишь к тому, чтобы мы меньше веселились в кровати? Потому что если так, то я готов пожертвовать простыней, — смеётся Арсений, и Антон притягивает его ближе к себе. Арсений кладёт голову на плечо Шастуна и выводит пальцами узоры на его груди. — Я тут подумал… мы вместе живём, спим в одной кровати, у нас есть кошка. Мы же прямо семья.

Семья.

The End

-----------------
Вот такая глава из отрывков получилась. Спасибо всем, кто читал и ставил звёздочки, а так же оставлял комменты, мне безумно приятно.💗 Про кого пишем следующий фф?💗