Ненависть
Мы ненавидим тех, кого любим, потому что они способны причинить нам больше всего страданий.
Лин Старлинг
28 мая 1999 г.
Сердце начинает биться чаще, когда мы влюбляемся, переживаем, ревнуем, обижаемся. Когда спустя долгое время видим любимого человека, когда плачем и ненавидим.
Она поднимает заплаканные голубые глаза на парня, который только что с такой любовью произнес ее имя. На кухне их двое. Вахит вышел понимая, что наверное нужно им поговорить и что-то выяснить. Но вот что выяснять, если от прежних Валеры и Алии ничего не осталось, о чем говорить, если сейчас на кухне сидят двое родных незнакомца?
- Алия, - он повторяет еще тише садясь на стул, на котором мгновение назад сидел его друг.
Она молчит. Толи не знает, что сказать, толи не хочет ничего говорить. Было бы глупо думать, что он никогда здесь не появится. Это же квартира его близкого друга, так еще и компаньона по бизнесу.
- Не молчи, прошу тебя, - умоляюще смотрит Валера на когда-то его девчонку.
А от прежней милой девочки ничего не осталось. Теперь она не заплетает косички с бантиками, не носит дурацкие сережки, которые отец принес откуда-то, не курит по три сигареты за раз, не говорит как сильно его любит и скучает. Она абсолютно другой человек, который разбит от начала до конца.
- Что тебе сказать?,- тяжело вздохнув все же ответила она не поднимая взгляд на Валеру.
На кухне повисла неловкая тишина, которая раздражала их. Хотелось много чего сказать, но никто так и не решился на это. Она встает со стула и молча выходит с кухни.
- Вахит, ты прости. Я пойду. Договорим в другой раз. - натягивая кроссовки обращается Алия к другу.
- Вы поговорили?,- с надеждой смотрит Зима.
- Нет, нам не о чем говорить. Забудь, что я говорила, я не люблю его. Я ненавижу его, и ничего кроме ненависти не испытываю, - со злостью добавляет блондинка и громко хлопнув входной дверью покидает квартиру.
На глазах слезы, она молча выходит из подъезда. Всё честно. Они друг другу не обязаны, но почему Алия чувствует себя разбитой и грязной?
Дождь. Снова мокро и до тошноты больно. Кричать? Нет, не хочется. Забыть всё и уехать? Разумно, но тоже что-то не то.
Они запутались, оба разбиты и не знают чего хотят.
Пока она мокнет под дождем стоя на одном месте, в квартире Вахита происходит что-то похожее на пожар без огня.
- Зачем она вернулась? Я же говорил ей уехать! Я же сделал все, чтобы она меня ненавидела, - кричал Валера.
- Турбо, - тяжело и устало отвечает Зима, - у нее умерла мать. Она не могла не приехать. Тут остался отец, за которым если не присматривать, то сопьется и помрет. У нее не было выбора, - старательно объясняет Вахит, пытаясь достучаться до Валеры.
- Почему? Почему именно сейчас? Я так старательно забывал ее, а она появилась так неожиданно, как из воздуха. Неужели ее там в Москве своя семья не ждет.
- Никто ее не ждет. Нет у нее никого кроме отца, - трясет за плечи друга и пытается хоть как-то привести в чувства, - прекрати разносить мою квартиру.
В квартире снова тишина. Без прощания Туркин покинул друга, осознавая, что не хочет докучать своими проблемами. Двери подъезда со злостью открываются. На улице ливень, а Алия так и стоит около дома и мокнет.
- Ты с ума сошла. Не хватает проблем, так еще и заболеть решила, - тянет за руку ее Валера под козырек.
- Отпусти. Не трогай меня, - кричит девушка, - Оставь меня. Я сама разберусь каких проблем мне не хватает.
Он не отпускает ее руку и тянет в объятия. Она дрожит. И пусть на улице практически лето, но май выдался холодным, и сейчас тоже было холодно.
- Предатель. Ты предал меня. Отпусти, не трогай, - Алия бьет его кулаками в грудь, плачет, вырывается, - Ты врал мне. Ты никогда не любил меня. Предатель.
На крики девушки, соседи вылезли в окна, чтобы посмотреть кто так кричит и что вообще происходит. А он молчит. Молчит и крепко держит, а она все продолжает бить его, пока силы не заканчиваются.
- Ненавижу, ненавижу тебя, - практически шепотом говорит блондинка.
- Я тоже скучал, - послышалось в ответ.
Сколько прошло времени прежде, чем она успокоилась - никто из них не знал. Она все так же дрожала. Промокла до нитки. По длинным белым волосам стекали капли, кроссовки полностью были в воде. Ее мало это заботило. Хотелось сбежать и скрыться от этого мира, и никогда нигде не появляться.
- Пошли. Если еще постоишь, то точно заболеешь. Тебе нужен горячий душ, и теплые носки, - он тянет за руку девушку в сторону дома.
Алия не сопротивляется. Сил нет. Кроссовки хлюпают, нос шмыгает, и она идет. Идет за ним.
- Отпусти меня, я сама дойду. Не маленькая, - в полголоса начала девчонка.
- Большие девочки вот так безрассудно не стоят под дождем и не мокнут.
- Тебя это не должно волновать.
- Волнует, - коротко отвечает Турбо показывая всем видом, что не желает дальше продолжать этот разговор. Он все равно сделает по-своему. Всегда так делал.
Лишь спустя пару дворов, пришло осознание, что они идут ни к ее дому, а к его.
- Я хочу домой. Отпусти меня, - заскулила Алия.
- Когда убежусь в том, что ты не заболела, тогда и отпущу, - коротко бросает парень.
Он открывает ключами квартиру и впускает девушку. Она так и стоит в прихожей не решаясь снять мокрую обувь и пройти дальше.
- Давай, снимай, снимай, - она снимает обувь, но остается на месте, - Вот полотенце. Вот ванна, раз девочка не маленькая, то сама справишься,- буквально запихивая внутрь комнаты тараторит Валера.
Она оказывается наедине с собой. Вокруг знакомая обстановка. Здесь ничего не изменилось, все как и было 10 лет назад. Бросив взгляд в зеркало, Алия увидела себя, худую, с потухшим взглядом женщину, абсолютно разбитую и несчастную. В глазах слезы, в голове воспоминания. Именно здесь, в ванной, когда-то они впервые поцеловались. По настоящему, по взрослому. С огромной нежностью и любовью к друг другу. И эта обстановка давила на девушку сильнее, что хотелось поскорее выбраться из этой злополучной квартиры, из этого состояния.
- Алия, все хорошо? Ты уже полчаса там сидишь, - послышалось по ту сторону двери.
В ответ тишина. Со скрипом открывается дверь и перед Валерой появляется девушка, которая так и не приняла горячий душ, сидя до сих пор в мокрой одежде на холодном кафеле. Он тяжело вздыхает и молча поднимает ее с пола.
- Перестань, не плачь. Ты делаешь себе только хуже, - стягивая мокрую блузку шепчет Валера.
- Хуже, чем есть сейчас, уже не будет, - повторяя когда-то сказанные слова Зимой, так же шепчет она.