Сонный тремор

Юки убежала в ванную комнату и закрылась в кабинке туалета. Она села на крышку унитаза и схватилась за волосы.
Нет, она не плакала. Она даже не грустила. Это был порыв гнева. Юки не знала, что ей делать с ним и как держать его в себе.
Она планировала пересидеть здесь часика два-три, а потом выйти. Все равно сегодня выходной, и занятий нет. Ей нужно было побыть одной, это она точно знала.

Спустя 3 часа...
Юки уснула на крышке, облокотившись головой об стену.
Проснулась она в очень неудобной позе. У неё затекла шея и правое плечо.
Выйдя из кабинки, она подошла к зеркалу над раковиной и посмотрела в него на себя.
Она смотрела прямо себе в глаза.

«Я даже не проснулась. Значит, никто не приходил, не пытался меня открыть или воспользоваться уборной. Тут было полное затишье. Может, я что то пропускаю?» - подумала Юки и вышла из ванной комнаты.

В зале было пусто, ни души.
Только хорошо слышен голос старшей горничной из корпоративного зала. Туда Юки и направилась.

Прийдя на место, она увидела на сцене трех горничных, одна из которых, старшая, стояла посередине и говорила речь в микрофон, а дети сидели на стульчиках.

Юки пробежалась глазами по залу, чтобы найти Ханса. Он чуть чуть приподнялся, и жестом подозвал девочку. Она быстрым шагом подошла к нему и села на место рядом с ним.

Юки - что тут происходит?

Ханс - горничные нас собрали на какое то важное собрание. Завтра очередной праздник, поэтому скорее всего приедут люди и заберут кого то. И кстати, ты где пропала на три часа? Ищу тебя, нигде нету.

Юки - да так, неважно. Гулять ходила.

Ханс - ушла с завтрака так и не поев, чтобы просто погулять?

Юки - да, очень зла была на Милу. Мы с ней поругались сильно. Вообщем, неважно. Давай лучше слушать, что говорят горничные.

Ханс кивнул, и ребята повернулись в сторону сцены. Старшая Горничная вернулась на место и снова стала говорить в микрофон.

Ст. Горничная - ну что, дети, теперь все в сборе, и я могу начать говорить очень важную новость. Итак, все знают, что завтра святой праздник, День Святого Валентина, а также день всех влюбленных. И пусть это не наш праздник, но мы тоже должны его отмечать. А как вы знаете, по торжественным дням к нам приезжают гости из города и выбирают себе ребеночка, которого увозят с собой, и он живет и растет дальше с ними, вообщем усыновляют.

Младшая Горничная - Так вот, поэтому все должны завтра быть красивыми. Девочки заплетаем две косички с красными бантиками, и вашу праздничную форму, которая находится в отдельной комнате в ванной. Мальчики тоже надевают праздничную форму и красные галстуки. Собираемся в этом зале в 8:30. Чтобы понравится людям, и они забрали вас с собой, нужно хорошо себя вести, строить им милые глазки, а главное, прилежно выглядеть. На этом всё. Все свободны.

Ребята разошлись по комнатам на тихий час...

Следующий день..
Утром Юки проснулась рано. В 05:00.
Её разбудил Ханс.

Ханс - доброе утро - с улыбкой сказал парень. - сегодня в 8 утра нужно быть уже наряженными, поэтому завтрак открывают в семь. Пойдём на утренний душ.

Юки - а что, нас уже открыли?

Ханс - да, должны были в пять открыть. Но просыпаются не все так рано. Некоторые как обычно будут спать до шести, но вряд ли они будут соответствовать требованиям горничных.

Юки удивилась, вскочила с кровати и взяла за руки Ханса.
- ты забыл?

- что забыл?

- наш договор? Что мы должны не особо хорошо выглядеть и вести себя при гостях, чтобы одного из нас не забрали?

- нет, я не забыл. Просто.. ах, ладно, я все же зря тебя разбудил так рано..

-нет, в этом нет ничего страшного. Меня удивило то, что ты сказал. Мы должны быть на полном параде, и всё такое.. Тогда, большая вероятность того, что тебя могут забрать. Я думаю, ты забыл это. Хотя, Рождество было совсем недавно, и приезжало очень много гостей. Ты такое актерство тогда включил. Так корчил недовольные лица, хах.. вспоминаю с улыбкой на лице..

- да и ты тоже в тот день постаралась на славу. Мы все постарались. Особенно Мила.

- да... Нужно сделать все, как в тот раз. И вообще наплевать, что нам тогда нехило от горничных влетело. Зато мы все вместе! Как в старые добрые времена, когда никто ещё не ругался. - Юки посмотрела Хансу в глаза. Тот пристально смотрел на неё и улыбался. Девочка поднялась на носочки, чтобы оказаться одинакового роста с собеседником, и обняла его. Ханс ответил на объятья Юки. Так они простояли минуты две, после чего Юки отстранилась.

Юки - пойдём уже в душ. Раз уже проснулись, то можно и постараться над внешним видом. Чтобы ужаса навести. - Ханс и Юки улыбнулись друг другу, и спустились на первый этаж.

Спустя 3 часа...
Ребята уже сидели в концертном зале на своих стульчиках. Старшая горничная выглядела очень опрятно и красиво. Она бегала взад и вперед, пытаясь собрать всех сирот в одном месте. Вокруг стоял шум и гам, пока на сцену не вышел хозяин дома с микрофоном в руках.

Мистер Мэтьюс - Дети! Прошу создать полную тишину в зале, ибо мы не сможем перейти к началу торжественного праздника! Вы хоть понимаете, что каждый из вас сегодня может найти свой дом, и наконец покинуть это здание навеки? Понимаете? Если вы хотите, чтобы это случилось поскорее, а те, кто не смог уехать получили свои Валентинки, то прошу всех замолчать! Иначе мы просидим здесь ещё час!

Неожиданно зал замолчал. Настала гробовая тишина, что слышно было только дыхание мистера Мэтьюса в микрофон и чьё то ерзанье по стулу.

Мистер Мэтьюс - благодарю вас, ребятишки. Оставайтесь на местах в такой же обстановке. Гости приехали, и сейчас их угощают имбирными пряниками в виде сердечек. Совсем скоро они прийдут, поэтому, будьте готовы к началу концерта и показу номеров. И пожалуйста, освободите первый ряд, там будут сидеть гости.

Сироты выполнили приказ мистера Мэтьюса и вновь замолчали.

Спустя 15 минут..
В зале все также было тихо. Все слушались хозяина, так как эта проблема намного серьёзнее, даже чем старшая горничная.

Наконец, в зале вновь появился мистер Мэтьюс, а за ним шел примерно десяток гостей. Каждый из этих абсолютно свободных людей, выглядели добрыми и счастливыми. Они приехали сюда забрать своего маленького человечка, который станет им смыслом жизни на долгие годы, а то и до конца своих дней.

Мистер Мэтьюс поднялся на сцену, и из колонок на потолке и стенах раздалась торжественная музыка, под которую гости заняли свои места и устроились поудобнее. А затем, хозяин подошел к микрофону с планшетом для сценария в руках, и приступил к речи.

Мистер Мэтьюс - доброе утро, дорогие гости! Мы рады видеть вас снова в дверях нашего Эдемского Дома Сирот! Сегодня важный праздник - День Святого Валентина и всех влюбленных. Поэтому, в этот день состоится торжественное представление, которое покажут вам наши сироты. Встречайте, первым номером выступит первая, то есть самая младшая группа, с песней про Амура!
В зале раздаются аплодисменты.

Минуты летят очень долго. Кажется, что уже прошла целая вечность, но представление длится всего полтора часа. Каждый выход на сцену включает на лице максимальное безразличие к происходящему. Нужно плохо себя вести, показывать всем свое недовольство. Большую роль сыграл ужасный внешний вид. Растрепанные волосы, запачканная форма, поза, словно ты стоишь уже час на ногах, а номер на самом деле длиться две минуты. Делать из себя плохую и невоспитанную девочку очень тяжело, когда на самом деле ты не такая. «Бабушка бы не одобрила такое поведение, скажет, я тебя не так воспитала. Но я ведь делаю это лишь во благо, бабуля!».

Наконец, концерт подошел к его завершению. Все сироты вышли на сцену и поклонились зрителям. После чего, они отправились в зал. Горничные напоили гостей горячим шоколадом с булочками с маком и провели их в зал к сиротам, которые стояли в длинной шеренге. Все, кто хотел обрести семью и дом выглядели, как никогда, то есть очень опрятно. Строили милые глазки и стояли как солдаты. В прочем, это были абсолютно все, но только не эта четверка. Подождите, четверка?

Перси, Юки, Ханс и Мила стояли как всегда вместе. Но из них самой крайней была Мила. Она одна выделялась из них всех. Чем же? Тем, что она выглядела, как и все остальные сироты. Идеальные косы с бантиками, чистая глаженая форма, приятный запах, прилежная стойка, милый, но гордый взгляд. Она была даже лучше всех остальных «опрятных» сирот. Это всё не соответствует их кодексу!

Перси легонько толкнул своим плечом Милу.

Перси - Мила, что с тобой? Почему ты так выглядишь?

Мила - а как надо? Ты горничных вчера слушал?

Перси - да, слушал, но мы должны делать при гостях все против правил, иначе, одного из нас могут забрать!

Мила - ну вот вас и не заберут, заберут меня. Я в этой компании лишняя. У вас с Юки и Хансом любовный треугольник, а на меня ты забил ещё лет шесть назад. Единственным источником общения была Юки. А я растоптала нашу дружбу ревностью к тебе. Видишь, что произошло? Я знаю, где была Юки все те три часа, и что с ней происходило, но не слова больше не скажу! Скажу лишь то, что я люблю тебя по настоящему, и любила ещё с первого дня нашего заселения в одну комнату. Ты сначала вроде отвечал мне, но потом появляется Юки, и я уже тебе неинтересна. Так вот, оставайся с ней втроем. Если ты не понимаешь, что она любит Ханса, а у тебя ноль шансов. Удачи, я любила тебя.

Перси хотел бы что то ещё сказать, но перед ними встала девушка со своим напарником. Они мило держались за руки и улыбались.

Девушка - смотри, милый, какая замечательная девочка! Как тебя зовут, красавица?

Мила - меня зовут Мила Робертс.

Девушка - ты выглядишь очень опрятно и красиво, самая лучшая из всех остальных! Как же нам повезло, да, дорогой? Мы хотим тебя забрать с собой, не против ли ты, чтобы мы стали твоими родителями, а наш дом, стал твоим?

Мила - нет конечно, я очень хочу иметь свою семью!

Девушка - замечательно. Меня зовут Мария. Мила, а подскажи пожалуйста, к кому можно подойти и попросить тебя забрать?

Мила - вон к той женщине, она у нас самая главная.

Пара отошла от нас, и Перси понял, что натворил. Его глаза были на мокром месте. Он только сейчас понял, что Мила уже через несколько минут уедет. И скорее всего, они больше не увидятся. По щеке потекла соленая слеза, которую он сразу же вытер своим рукавом. «Я никогда не любил Милу и не проявлял к ней симпатию. Меня заинтересовала лишь Юки, и то, только через пару лет. Хоть я и понимал, что не добьюсь её уже, продолжал делать больно. Давно бы сдался и ушел к ней. Да, есть такая пословица: мы любим тех, кто нас не любит, мы губим тех, кто в нас влюблен. Раньше, не понимал смысла этой пословицы, а теперь аж слезно стало».

Через тридцать минут Перси стоял у дверей, провожая Милу. Она подошла к нему с чемоданами в руках и её новой семьей.

Перси - Я буду скучать..

Мила - Не переживай, мы ещё увидимся. Точно увидимся. Обещаю.

По щеке Перси вновь потекла слеза, но на этот раз он решил не сдерживать себя.

Мила - Мне конечно купят мобильный телефон, но я буду присылать тебе письма. Так и будем общаться. А потом, я расскажу тебе свой номер телефона, и когда он у тебя появится, мы позвоним друг другу и встретимся.

Перси - то есть, ты не держишь на меня горечь обиды?

Мила - прощать - это дар. Он мне был дан. И я надеюсь, что у Юки он тоже есть, и она сможет меня простить. Да, я поступила подло с Валентинками, но так нужно было. И я не буду вдаваться тебе в подробности. Просто передай ей, что я готова утопиться в озере ради неё. Она мне нужна была больше всех, даже больше тебя. И я не знаю, что сделать, чтобы она меня простила. Но просто передай ей, что как она надумает, то пусть пришлет мне письмо. Я буду ждать его даже спустя несколько лет. Я никогда не забуду вас.

Мила обняла Перси крепко-крепко, как никогда раньше. Она тоже заплакала, и даже пожалела о выбранном варианте. Но выбора уже не было, нужно было раньше. Теперь, ей приходится отпускать людей, которые были ей дороже жизни.
Через пять минут пришли опекуны Милы, взяли её под руку, и не сказав не слова Перси, ушли. Покинули восвояси. И Мила на долгие годы покинула жизнь мальчика.