Глава 42: Всё тайное становится явным
Утро в университете началось с тяжёлого вздоха. Т/и открыла дверь аудитории и тут же ощутила на себе десятки взглядов. Одногруппники смотрели на неё так, будто перед ними была не обычная студентка, а персонаж из телевизионной драмы.
Едва она сделала несколько шагов, как её уши уловили приглушённые шёпоты:
— Это она, да?
— Кто бы мог подумать...
— А Минхо! Такой строгий обычно...
Т/и сжала зубы. Она уже знала, что новость о её отношениях с Минхо быстро разлетелась, но не ожидала, что это будет так раздражать.
Когда она заняла своё место, её окружили несколько одногруппников.
— Ты серьёзно встречаешься с преподавателем? — спросил один из них, не стесняясь прямого вопроса.
— И каково это? — добавил другой, улыбаясь так, будто говорил о чём-то невероятно забавном.
— Вы вообще понимаете, как это выглядит? — голос из другой части аудитории был полон осуждения.
Т/и почувствовала, как её терпение трещит по швам. Она встала, оглядывая всех.
— А вы не задумывались, что это не ваше дело? — сказала она громко, её голос разрезал гул голосов, заставляя всех замолчать.
— Нам просто интересно, — попытался оправдаться один из студентов.
— Интересно? Тогда расскажу вам одну вещь. Моя личная жизнь — это не шоу для вашего развлечения, — она пристально посмотрела на тех, кто стоял ближе всего. — А если вам так уж хочется обсуждать что-то, обсудите свои проблемы, которых, я уверена, хватает.
Одногруппники замерли, ошеломлённые её резкостью.
— Слушай, мы же просто спросили... — начал кто-то, но Т/и перебила его.
— Просто спросили? Уже второй день шёпот за моей спиной. Я всё это слышу. Если у вас есть что сказать, скажите это в лицо, — она развела руками. — Ну же, кто следующий?
Аудитория погрузилась в неловкую тишину. Никто больше не осмеливался что-то сказать.
Т/и села обратно, чувствуя, как внутри всё ещё бушует злость. С этой ситуацией пришлось столкнуться лицом к лицу, и, хотя она справилась, было ясно, что осуждения ещё не закончились.
Когда на перемене она вышла из аудитории, чтобы немного проветриться, её догнал Минхо.
— Как ты? — спросил он, взглянув на неё с тревогой.
— Живу, — ответила она, пытаясь звучать спокойно.
— Я догадываюсь, что они говорят, — Минхо на мгновение отвёл взгляд, но потом добавил: — Знаю, что это непросто.
— Это вообще не их дело, — фыркнула Т/и. — Почему они думают, что могут лезть в мою жизнь?
— Потому что это проще, чем разбираться в своей, — ответил он с лёгкой усмешкой. — Ты справилась хорошо.
Она посмотрела на него, и уголки её губ дрогнули.
— Ты думаешь?
— Думаю, ты удивила их больше, чем они удивили тебя.
Т/и не смогла удержаться от короткого смешка. Минхо, как всегда, был прав.
Когда они вернулись в аудиторию, одногруппники старались не встречаться с её взглядом. Она понимала, что разговоров за спиной не избежать, но теперь её это не волновало. Она дала им понять, что не собирается быть объектом для пересудов, и это главное.