Глава 5
Мы так привыкли притворяться перед другими, что под конец начинаем притворяться перед собой.
Ф. де Ларошфуко
- Ягге! Что произошло! Где Таня и кубок с напитком? – Сарданапал бегал по магпункту, не в силах сдержать беспокойство. – Неужели, ты не могла зачаровать кубок, чтобы к нему невозможно было прикоснуться? Не верю!
- Успокойся, - Ягге исподлобья наблюдала, как Академик наматывает круги по маленькому помещению. – Ничего страшного, я думаю, не случится.
- Ничего страшного? – завопил Сарданапал. – Боги, Ягге, да ты же специально сделала так, чтобы Таня узнала об этом зелье и, естественно, отправилась спасать некромага!
- Прекрати повышать голос, Директор! – зашипела богиня, сузив глаза. - Да, я сделала это специально и сознаю, что оба они находятся в опасности. Но, если бы я сидела, как ты, наблюдая, как девочка гробит себя в глуши с нелюбимым человеком, я бы чувствовала себя еще хуже!
- Но разве ты не понимаешь, что Таня отдала себя в руки некромага! И он может отыграться на ней за все, по его мнению, страдания, что она ему причинила! Ягге, ты понимаешь, что принесла в жертву девочку!
- Не надо драматизировать, - Ягге смотрела на взволнованного академика глазами, в которых сквозила мудрость древних богов. – Я верю в мальчишку, Сарданапал. И верю, что его любовь не позволит ему воспользоваться своим положением. Я верю в него! – совсем тихо произнесла Ягге, задумчиво глядя в камин, где плясали языки догорающего пламени.
***
- Таня, мы уже у Гардарики, я чувствую, - равнодушный голос некромага вывел Таню из состояния некоего эмоционального вакуума, в который она погрузилась, как только ступа взяла курс на Буян. Контрабас летел следом за ступой, поддерживаемый заклинанием Привязки, которое позволяло левитировать крупные и не очень предметы за магом. – Возьми меня за руку и выпусти искру.
Гроттер с ненавистью взглянула на красивое и холодное лицо, и снова почувствовала, что её ужасно тянет зарыться пальцами в волосы некромага и целовать его, пока он не поймет, как она сходит по нему с ума.
«Это просто зелье, приди в себя!» - пыталась напомнить себе Таня, а её рука уже схватила его ладонь, сжав, что было сил.
Таня с ужасом и упоением ощущала, как она наслаждается этим нечаянным прикосновением. Бросив искоса взгляд на Бейбарсова, она заметила, как скучающе бесстрастно его лицо, как холодны его глаза, в котором всего несколько дней назад она видела любовь и страсть.
«Забудь, это всего лишь зелье!» - твердила про себя девушка, неосознанно сжимая его руку все сильнее.
- Гроттер, я не собираюсь потом ходить с поцарапанными руками, поэтому умерь свой пыл! – насмешка в голосе некромага звучала, как пощечина.
- Грааль Гардарика! – отчаянно сдерживая слезы крикнула Таня, выпустив искру, и ступа исчезла в сиянии разноцветных радуг.
***
Некромаг сам был испуган Таниной силой страсти к нему. И чувствовал себя таким несчастным, что потеря магии в данный момент казалась ему просто пустяком по сравнению с невозможностью прижать эти тонкие пальцы к губам и целовать их, шепча о своей любви к этой девушке. Не было никакого проклятья, он любит и любил её и так, просто потому, что она – Таня, она - счастье и единственный свет для него. Но сейчас зелье, от которого его любимая девушка сходила с ума от страсти к нему, заставляло его ненавидеть свое шаткое положение. Тане приходилось испытывать к нему те чувства под прессом приворота, которые должны быть только добровольны и которых она никогда не будет испытывать к мерзкому некромагу по своей воле.
Эта мысль отрезвила Бейбарсова, и он с наигранным отвращением оттолкнул от себя её руку.
- Хватит цепляться за меня, Гроттер, у тебя ладони вспотели! - Бейбарсову в этот момент было противно от самого себя. Но он должен разорвать эту связь. Таня принадлежит магическому миру, куда ему больше нет доступа, он не имеет права привязывать её к себе – без любви, без надежды на то, что когда-нибудь его сила вернется к нему. Нельзя. Она не для него – и точка. Он недостоин. Она просто попала в глупую ситуацию, совершенно не ожидая, с какой силой приворота ей придется столкнуться. И поэтому, его последний долг перед этим миром – освободить любимую девушку от ужаса стать его рабыней и жить только для него. Он не понимал, как раньше мог желать такого подчинения, как мечтал о том, чтобы привязать Таню к себе с помощью некромагии.
- Думаю, тебе не стоит дотрагиваться до меня, если ты хочешь чтобы мы с тобой поладили, - некромаг жестко решил показать дистанцию, на которую он допускает Таню к себе. – Я согласен быть где-то поблизости, пока не нейтрализовано зелье, но избавь меня от проявлений своих чувств.
- Не проблема, - Таня смотрела вперед, чувствуя, что, когда нет прямого зрительного контакта, становится чуть легче переживать это болезненное влечение. – Ты сам должен понимать, что никаких чувств нет, это только зелье – и больше ничего, Бейбарсов, - Гроттер лгала с какой-то мазохистской прямотой.
- Прекрасно, - удовлетворенно кивнул некромаг, скрывая боль, которую ему причинили её слова. – Думаю, мы поладим, если ты будешь держать себя в руках и не надоедать мне. А сейчас – снижайся. Мы, кажется, уже прилетели.
***
Таня подогнала ступу прямо к окну в магпункт, где она еще издалека увидела Сарданапала и Ягге. Маги бросились к подоконнику и, при помощи заклинаний транспортировали некромага на кровать. Затем, Таня перелезла через подоконник сама.
Ягге и Директор испытывающе смотрели на неё, не говоря ни слова, и Таня почувствовала, как сильно они переживают.
- Что же ты натворила, девочка? – прошептал Сарданапал, но тут же был перебит Ягге:
- Сейчас не время для упреков. Танька, с тобой все в порядке?
Покосившись на Бейбарсова, лежащего на кровати с совершенно равнодушным лицом, Таня пробормотала, стараясь загнать поглубже свою страсть, которая при взгляде на некромага только усиливалась:
- Да, все в порядке, Ягге... почти.
Бабуся Ягуна внимательно смотрела на девушку и у Тани мгновенно возникла мысль, что древняя богиня мгновенно вывернула её душу и мозги наизнанку и прочитала все её чувства. Да так оно и было, поскольку Ягге вдруг сдавленно охнула и прикрыла глаза:
- Да что же это? Почему такое сильное действие? Сарданапал, она все время должна находиться рядом, иначе...
Ягге замолчала, покосившись на Бейбарсова с суеверным ужасом.
- Я вижу, Ягге, - Сарданапал с болью смотрел на Таню, сжавшуюся на стуле в углу. – А я тебе говорил!..
- Ладно, все потом! – богиня была крайне обеспокоена. – Пока надо хотя бы ослабить силу приворота, разбираться будем позже. Сарданапал, займись Таней, а я посмотрю, что с некромагом.
- С бывшим некромагом, - ухмыльнулся Бейбарсов, силясь казаться равнодушным.
Краем глаза он смотрел на Таню, думая только о том, чтобы магам удалось снять приворот с девушки. – Я был бы очень благодарен, чтобы вы разрушили эту связь. И как вообще, вам пришла в голову идея об этом мерзком зелье! Она же может умереть в любую минуту, если окажется от меня дальше, чем на... не знаю точное расстояние, но оно крайне мало! Поэтому, сначала займитесь Гроттер.
Ягге с изумлением слушала презрительный тон некромага, но вдруг, несмотря на серьезность ситуации, усмехнулась:
- Таней займется директор, а я уж, не обессудь, займусь твоей ногой.
Бейбарсов упрямо закусил губу, но спорить не стал, уловив предупреждающий взгляд богини.