Свет неона, тень любви.

«Ты не выбираешь, в какой момент начнётся твоя история. Но именно ты решаешь, кем в ней станешь.» — LAI DANÉ

Всем кажется, что любовь — это просто красивые слова, ничего не значащие. Сейчас, в наше время, в любовь почти никто не верит. Почему? Может, потому что многие не умеют любить? Или потому, что вторая половинка не оправдывает ожиданий? А может, любовь всё-таки существует — просто мы не всегда её замечаем.

Вот что скажу я.

Я верю в любовь. И не потому, что это звучит красиво.

Говорят, что красота — в глазах смотрящего. Любовь такая же. Это когда тебя тянет к одному человеку. Когда ты хочешь быть с ним до конца своих дней. Когда принимаешь его со всеми плюсами и минусами. Когда любишь — несмотря ни на что.

Как я это поняла?

Я поняла это, когда сама полюбила — сильно и безбашенно.

Ибица, Испания. 15 мая 2025 года.

— Как думаешь? — спросила Дани, глядя на меня.

— О чём? — переспросила я.

— Мы справимся? Сможем здесь освоиться? Я уже скучаю по дому... по родным, Куралай. Мы с тобой одни. В незнакомой стране, где даже родной язык никто не понимает. Даже русские и казахи здесь будто чужие.

— Я понимаю тебя, Данаида. Это не Казахстан... но ведь это была наша мечта. С детства. Путешествовать по миру, увидеть всё своими глазами. Никто не говорил, что будет легко. Но представь: мы проживём нашу жизнь так, как сами захотим.

Если соскучишься по дому — ты можешь полететь к своим братьям и сёстрам. Смотри старые видео, вспоминай. А потом — возвращайся в реальность. Мы уже здесь.

— Ты права. Давай. Проживём нашу жизнь по максимуму. Мы не наши родители. И вообще... мы здесь из-за них.

— Согласна, — кивнула я.

— Куралай... позади тебя стоит нереально горячий красавчик, — прошептала она и громко засмеялась.

— Добро пожаловать в Ибицу, детка, — сказала я.

Это наша жизнь. И никто её не перепишет.

Месяц назад мы с Данаидой переехали в Ибицу из Казахстана.

Почему? Всё из-за родителей, которые слишком много требовали. В конце концов, хотели выдать нас замуж — без любви.

Я — Куралай. Я жила в Казахстане. У меня маленькая семья, но... меня удочерили, когда мне был шесть лет.

Когда мне было 20 лет мои приёмные родители погибли в автокатастрофе. После их смерти меня временно приютили бабушка с дедушкой — потому что это была последняя просьба отца.

Бабушка не любила меня с детство, как я помню. Когда приходила к нам домой всегда обижала меня, говоря что я приёмная. А после смерти родителей она изменилась до неузнаваемости. Стала устрашающей. Уже через неделю после похорон начала обвинять меня в их гибели, шепча сквозь зубы, что именно я принесла несчастье в их дом.

Но при этом не выгоняла меня. Не потому что жалела — нет. Просто мой отец оставил мне наследство: акции, часть компании, дом и деньги в долларах.

Её бесило, что какая-то сирота получила всё, что, как она считала, принадлежало её сыну.

А потом случилось то, чего я не ожидала. В один день она заявила, что хочет выдать меня замуж — насильно. За парня, который едва мог написать собственное имя.Так она захотела забрать у меня все.

Но я не испугалась. Я собрала вещи, взяла документы и ушла. Ушла из дома, в котором выросла, который когда-то был наполнен теплом и счастьем.

Я купила жильё в центре Алматы, устроилась на работу, управляла компанией — той самой, которую оставил мне отец.
И, несмотря ни на что, не забыла о мечте: я получила диплом профессионального вокалиста.

За эти четыре года лет я многое пережила. Но я справилась. Я добилась успеха.

А потом пришло новое желание — начать всё с чистого листа. Я долго обдумывала своё решение. Два года сомнений, два года нерешительности, и вот, наконец, я выбрала: переехать в Ибицу.

Мои родители мечтали об этом месте. Именно здесь они встретились впервые. Хотели жить здесь. Но не успели...

Я переехала — как будто исполнила их мечту.

Я купила шикарный коттедж с видом на море заранее. Вместе с Данаидой мы открыли уютный ресторанчик. Кстати, я еще и повар — за эти четыре года прошла курсы и повара, и кондитера. А Данаида — финансист. Сейчас она заканчивает учёбу здесь, в Испании. Так как она не смогли окончить обучение во время. Её история тяжелее моей.

Дани никогда не рассказывала о своей семье сразу. Она делала это порционно — как будто отрезала по тонкому ломтику от старой боли, подавая её с иронией, шуткой, лёгкостью. Так, чтобы никто не почувствовал, как глубоко под кожей прячется шрам.

Она родилась в маленьком городе. Мать умерла рано, и тогда отец — влиятельный, с деньгами и нужными связями — забрал её к себе. Казалось бы, забота. Семья. Но всё оказалось иначе.

У отца уже была новая жена. Женщина, которая не видела в Дани ребёнка.
Видела соперницу так как она было дочерью любовницы мужа.

С детства мачеха ненавидела её. Била. Унижала. Обзывала. Не скрывала перед другими детьми, что Дани здесь не место. Что она — чужая. Отказанная.
Дани терпела. Не потому что не могла уйти. А потому что рядом были братья и сёстры, которых она любила всем сердцем. Они были её настоящей семьёй. Маленькие, наивные, обожающие её — и именно ради них она оставалась.

С отцом у неё были... странные отношения. Он был не жестоким, нет. Но слабым. Беспомощным перед своей женой. Он не защищал. Не вмешивался. Просто отводил глаза. И от этого — боль только глубже.

Когда Дани исполнилось восемнадцать, она ушла.
Без крика. Без истерик. Просто собрала вещи и вышла за дверь. Улыбаясь.
Такой, какой её привыкли видеть все.

С тех пор она жила только собой. Искала свет — в людях, в ночах, в городах. Училась любить свободу и прятать уязвимость за дерзкой улыбкой и алой помадой. Своих братьев и сестёр она продолжала навещать. С ними у неё осталась связь — настоящая, без фальши.

И только мне — своей единственной настоящей подруге — она когда-то сказала:

— Я не умею быть чьей-то. Меня слишком долго делили между собой. Теперь — только я. Только мой выбор.

— Куралай, спасибо тебе что всегда рядом,- сказала она улыбаясь

— Дани, не надо. Ты тоже всегда была рядом со мной всегда когда мне это было нужно,- ответила я и приобняла её за плечи.

— Кстати, я нашла нереальный ночной клуб. Ну как пойдём, повеселимся,- сказала я знала что Дани это оценит.

Дани резко улыбнулась как умеет только она.

— Говорят что там танцпол - как на другом конце планеты ,- и мы, не теряя времени, быстро собрались и вышли из дома.

Но кто бы мог подумать, что именно эта ночь перевернёт весь мой мир — с ног на голову, изнутри и снаружи.