Глава 28
- Я сначала подумал, что это все подстроено, но только что видел всех пятерых Чонов - они спокойно накачиваются спиртным. А Чонгук, похоже, уже готов засадить Юне. - Сехун с нахальным видом оглядывает меня, а потом обращается к Намре. - А ты, Намра. Никогда не подозревал, что ты такая грязная девчонка. Но мне стоило догадаться.
«Потому что мы ниже тебя по социальной лестнице, отбросы», - мысленно заканчиваю я за него.
Губы Намры искривляются в презрительной усмешке. Она, кажется, совсем не стремится ему понравиться , и я спешу отвлечь его.
- С чего ты хочешь начать? - Я провожу рукой по плечу парня и подталкиваю его к столику в центре комнаты. Наверное, он оказался слишком тяжелым, и Намра с Чеён не смогли его оттащить.
- Может, вы двое начнете ласкать друг друга? - предлагает он.
- Никаких прелюдий? Сразу к делу? - Чуть сильнее, чем необходимо, я толкаю его на стол. - Думаю, тебе нужно научиться ждать. Давай мы станцуем для тебя.
Отклонившись назад и опираясь на локти, Сехун самодовольно кивает нам, задрав подбородок.
- Здорово. Но я хочу увидеть побольше голой кожи, и все время трогайте друг друга.
Намра, наконец, берет себя в руки и выступает вперед.
- А может, мы сделаем тебе массаж? Тебе когда-нибудь делали массаж?
- Массаж? Конечно, в папином клубе мне все время делают массаж.
- Две девушки? И он заканчивается маленьким общим праздником? - Она шевелит пальцами. - Я поддерживаю Лису, давай не будем торопиться. Мы можем сделать тебе массаж, а потом ты будешь смотреть, как мы займемся друг другом. В любом случае, ты должен кончить первым.
Какое-то время Сехун обдумывает наше предложение и соглашается.
- Да, так будет лучше. Вы, сучки, можете подождать. - Он подмигивает, типа слово «сучки» было эдакой шуткой. Но никто из нас не смеется, и нам приходится приложить все усилия, чтобы не треснуть ему по его самодовольной роже.
- Давай мы поможем тебе раздеться, - сладким голосом предлагаю я.
К счастью, Сехун продолжает оставаться в неведении. Его бы никогда не надули Чонгук или Чимин, но парень не ожидал подвоха от двух нищих девчонок, которые, если бы не их богатенькие родственники, все равно бы продавали себя на улице. Таков ход его мыслей, и именно поэтому наш спектакль пока удается на славу. Ведь он - О Сехун, сын судьи, игрок в лакросс, парень с безупречной репутацией, никто и никогда не заподозрит, что на самом деле он просто скотина. Я ни на секунду не сомневаюсь, что кузина Чеён тоже была из менее обеспеченной семейной ветви.
Мы с Намрой собираемся с духом, чтобы прикоснуться к нему, но, к нашему большому облегчению, помощь ему не требуется. Мы моргнуть не успеваем, как он сбрасывает с себя шорты, стягивает трусы и снимает через голову футболку.
- Кто-то у нас нетерпеливый, - шепчет Намра себе под нос.
Сехун облизывает губы.
- Куда мне ложиться?
Валери упирается руками в бедра и притворяется, что задумалась над его вопросом.
- Может, туда? - Она показывает на груду подушек, сваленную прямо напротив окна.
Сехун идёт туда и опускает колени на мягкие подушки.
- Не забывайте: зубы держать при себе. Можете спрятать их за губами.
Подумав про себя, что это он приказывает мне в последний раз, я с невозмутимым видом хватаю со стола блюдо для фруктов и бью им Сехуна по голове.
Тот с диким криком вскакивает.
- Какого черта! - Ошарашенный ударом, парень хватается рукой за затылок.
- Я же говорила, что блюдо слишком легкое, - вылетая из ванной, бросает Чеён. Сехун даже не успевает увернуться, когда она поднимает руку с флаконом лака для волос и направляет едкую струю прямо ему в лицо.
- Мать вашу! Вы трупы! - рычит Сехун.
Он пятится влево и ударяется об оконное стекло.
Мы втроем смеемся.
- Я не хочу убить его, а лишь немного покалечить, - напоминаю я Чеён. - Как насчет подсвечника?
Я размахиваюсь своим тяжелым серебряным оружием и бью Сехуна в плечо. Чеён опускает парный подсвечник ему на голову, и парень, обмякнув, падает вперед.
Намра поднимает пояс от халата, а второй бросает мне.
- Ты права, Лиса. Он настоящий отморозок.
Как можно быстрее мы связываем его, словно индейку.Сехун без сознания, и нам с легкостью удается закрепить его руки за спиной, связать лодыжки, а затем замотать концы поясов между этими двумя обвязками.
- Как жаль, что нет скотча. - Я поднимаю с пола банан и подбрасываю его в воздух. - Могли приклеить это к его заднице.
- Это было бы феерично, - отвечает Намра.
Чеён злобно ухмыляется.
- У меня для его задницы есть кое-что другое.
Она подходит, заносит ногу и со всей силы - такое можно разве что в кино увидеть - пинает Сехуна в ягодицы. Видимо, даже оглушив его двухкилограммовым подсвечником, она всё ещё не может угомониться.
Удар её хрупкой ножки оказывается очень даже сильным. Он приводит Сехуна в чувство, и тот начинает вопить как резаный. Чеён мрачно улыбается. Мы с Намрой наблюдаем, как она наклоняется и что-то шепчет ему, отчего парень вздрагивает.
Затем она выпрямляется и проводит рукой по волосам, чтобы уложить выбившиеся из идеальной прически пряди.
- Я все. Не хочу больше находиться рядом с этим куском дерьма.
- Погодите, - окликает нас Намра. Мы поворачиваемся, а она подбрасывает в воздух яблоко.
По моему лицу медленно расползается улыбка.
- Ты думаешь о том же, о чем и я?
О, какой дьявольский план! Мне он нравится.
Чеён начинается хохотать, и от смеха никак не может помочь нам открыть рот Сехуна и всунуть туда яблоко. Но он ещё плохо соображает, голый - как тут втроем не справиться?
- Пойдемте. - Я подбегаю к двери и отыскиваю Минхо. - Мы готовы.
- Как и мы, - широко улыбается близнец. - Вы его там не убили? Что-то он сильно кричал.
- По-моему, Чеён очень этого хотелось, но мы её удержали.
- Эта девчонка мне всегда нравилась, - говорит Минхо.
Полуобернувшись, я жестом показываю Намре и Чеён уходить. Они выбираются через раздвижные двери, ведущие к пляжу. Как только девчонки оказываются на берегу, я включаю свет и нажимаю кнопку на пульте управления шторами. Лимы значительно упростили нам задачу. Свет включается, шторы раздвигаются, а мы с Минхо что есть духу бежим к Намре и Чеён, рядом с которыми уже стоит Со Джун.
Когда мы подбегаем к ним, Со Джун обнимает девчонок за плечи.
- Ну вот, пропускаем все веселье, - хмуро заявляет он.
Я тоже расстроена, но мы решили, что лучше оказаться подальше от толпы, когда будет происходить разоблачение Сехуна. Если его приятели догадаются, кто за всем этим стоит, нам несдобровать. Близнецы здесь как раз для этого - наша охрана на случай, если это все же произойдет.
Мы стоим и ждем, напряженно вслушиваясь в ночь, чтобы понять, когда обнаружат Сехуна - связанного и выставленного на всеобщее обозрение, как *поросенок на луау
[Поросёнок на луау - целое блюдо, которое готовится на медленном огне в земляной печи. Одно из блюд традиционной гавайской вечеринки луау]
Сначала слышится хор изумленных ахов. Затем кто-то кричит, мы не можем разобрать, кто именно и что, а потом наступает тишина. Время тянется долго даже
для меня, для голого и связанного Сехуна это, наверное, целая вечность, и вдруг снова крики: «О боже!» и «Ни фига себе, это кто, О Сехун?» Подключаются другие голоса, и уже кажется, что ни один гость вечеринки не смог удержаться от комментариев.
До нас доносятся хлопки в ладоши, свист, чьи-то вопли, и вдруг меня начинает трясти. Я дрожу так сильно, что приходится прислониться к Минхо. Он обнимает меня одной рукой и гладит мой бок.
- Я-я не знаю, откуда взялась эта слабость, - заикаясь, говорю я.
- Ты приходишь в себя после прилива адреналина. - Парень засовывает руку в карман и достает оттуда упаковку мятных леденцов. - Это все, что у меня есть. Извини.
- Все хорошо, - бормочу я и засовываю в рот два драже.
Я сосредотачиваюсь на конфетах, и то ли из-за поступления сахара в кровь, то ли от того, что мои мысли уже больше не заняты той проделкой, которую мы только что устроили, но дрожь уходит, и я начинаю согреваться.
- Где остальные Чоны?
Со Джун весело смотрит на меня, словно знает, каким именно Чоном я интересуюсь больше всего.
- Наблюдают за унижением Сехуна вместе с другими учениками «Астор-Парка» и следят за тем, чтобы пошли правильные слухи.
- Это какие?
- Правда. Что его сделала девчонка.
- Три девчонки, - поправляю я.
- Будет лучше, если все-таки одна, - вставляет Минхо.
- А вы не хотите приписать часть этого подвига себе?
- Публичная слава? Не-а. Иначе об этом узнает папа и снова начнет угрожать нам военным училищем. - Минхо ухмыляется. - Мы будем знать, что сделали это, а остальное неважно.
Мое внимание привлекает шум сверху. Это приближаются остальные Чоны. Минхо хватает меня за руку и увлекает за собой на пляж. Намра кричит нам вслед, что доберется до дома вместе с Чеён, я быстро машу ей на прощанье и бегу за близнецами. Их братья почти догнали нас.
- Видели бы вы выражение его лица, - начинает Чимин.
- У него такой крошечный член, - гогочет Тэхён. - Он так сжался или действительно такой маленький...
- Ну и синяк у него на лбу. Это ты сделала? - Чонгук, кажется, впечатлен.
Теперь мы собрались все вместе, и эти трое говорят одновременно.
- Стоп-стоп-стоп. - Я поднимаю руки вверх. - Давайте по очереди.
- Ты отлично справилась. - Чимин удивляет меня, взъерошив мне волосы.
- Это было круто, - растягивая слова, произносит Гук, и от одобрения в его глазах я чувствую себя так, словно внутри меня разлили что-то теплое и липкое.
Тэхён поднимает меня и кружит.
- Лиска, ты лучше всех! Напомни мне никогда не злить тебя.
Громкие крики и отборные ругательства заставляют нас обернуться в сторону дома Лимов. Тэхён отпускает меня на землю, и мы видим, как наверху собирается толпа. Раздается всплеск - кто-то упал в бассейн?
- Он только что столкнул Пенни Локвуд-Смит в бассейн! - кричит кто-то и начинает хохотать.
- А вот и он, - со вздохом сообщает Чимин.
Он - это, конечно, Сехун, который пробирается через толпу. Даже в темноте ночи видно, что он в ярости.
- Смотри, чтобы он не укусил тебя, - шепчет мне на ухо Тэхён . - У него, похоже, бешенство.
Сехун останавливается на краю лужайки и осматривает побережье. Заметив нас, он издает рык, тычет пальцем в нашу сторону, а потом в один прыжок оказывается на песке. Впечатляет.
- Вы только посмотрите на него, - изумляюсь я.
- Он в команде по лакроссу, - напоминает мне Минхо.
- Я убью вас! Всех вас! И начну с тебя, дешёвая потаскуха!
Чонгук, широко улыбаясь, поворачивается к нам. Наверное, это один из тех редких моментов, когда он улыбается.
- Это похоже на угрозу, вам не кажется?
Тэхён кивает.
- По-моему, Лиса в страшной опасности. Ты же знаешь, папе бы это не понравилось.
Я еще никогда не видела Чонгука таким счастливым. Он загораживает меня собой от Сехуна, который в одних только шортах несется к нам по песку. На лужайке начинают загораться маленькие огоньки - гости вечеринки решили, что это событие стоит увековечить. Чоны оттеснили меня назад, и мне приходится пролезать между близнецами, чтобы увидеть, что происходит.
И я успеваю вовремя. Моя голова протискивается между двумя горами мускулов как раз в тот момент, когда, Сехун зарычав, бросается на Чонгука. Гук делает шаг вперед, и его кулак врезается в челюсть Сехуна.
Тот сразу же падает камнем на песок.