31
Кровь, суета, бойня, крики, трупы, предсмертные крики, копья и стрелы, война. Софья ворочалась с одного бока на другой, сминая под собой простынь, а пальцами рук сжимала край подушки. Картинки перед глазами девушками мелькали с большой скоростью снова и снова. Стало холодно, тело напряглось. Наконец не выдержав видения, Софья резко открыла глаза и подскочила на кровати.
- Опять, - девушка поморщилась. Ей снова пришло ужасное видение возможной войны. Голова была тяжёлой, спать совершенно не хотелось, мысли давили. Софья поднялась с кровати, опустив ноги на деревянный пол. Тихо дойдя до небольшого шкафа, девушка достала оттуда тёплую одежду и быстро накинула её на себя.
Было тихо. Солнце ещё не показывалось на горизонте, что означало, что сейчас раннее утро. Птицы не проснулись, ветра не было. Лёгкий туман стелился по земле, разливаясь по ней молоком. Не густой пар обволакивал щиколотки ног Мальроны. Воздух был холодным, пах свжестью, словно только что прошёл дождь. Софья шагала по песчаной дорожке леса, слегка пиная осыпавшиеся шишки. Где-то в кустах пробежал ёж, заставляя невысокую траву пошевелиться. Софья задрала голову наверх, наблюдая за пасмурным небом и плывущим по нему тучам.
- Даже для Мальрон сейчас слишком рано, - раздался эхом бархатный, слегка хриплый голос. Софья оглянулась по сторонам и увидела недалеко от себя Ярослава, который улыбался.
- А ты, если я правильно помню, любитель поспать до обеда, - девушка щёлкула пальцами и сощурила глаза.
- Я не ложился ещё, - ответил посыльный и стал медленно подходить к Софье.
- Почему?
- Не спится.
- И что ты делал всю ночь?
- Из камня вырезал.
- Что вырезал?
- Да так, - Ярослав стушевался, - ничего особенного. Может прогуляемся? Как раз расскажешь почему так рано проснулась.
- Я не против, до завтрака всё ранво ещё много времени, - ответила Софья и взяла парня под руку. - А проснулась я из-за видения.
- Что в нём было? - посмотрев на Мальрону, спросил посыльный.
- Всё тоже саме, что и раньше. Война. Мне нужно скорее найти способ помочь Мальронам, война может нагрянуть когда угодно, и если я не предприму ничего, всё может быть гораздо хуже.
- Как успехи с богиней? Есть связь?
- Пока нет. Я пытаюсь войти в нужное состояние, но ничего, кроме головокружения и головной боли, нет, - Софья опустила глаза, пытаясь рассмотреть маленькие песчинки.
- Не опускай руки и продолжай пытаться. Богиня не с проста выбрала тебя, - подбодрил Ярослав и улыбнулся.
Дальше ребята шли в тишине. Но тишина эта не была неловкой или напряжённой. Друзья наслаждались молчанием и присутствием друг друга. То спокойствие, которое они дарили друг другу, не требовало никаких слов или дейсвтий. Вместе им было хорошо, как никогда. И всё самое страшное казалось чем-то мелким и незначительным.
Ноги принесли ребят к озеру. Гладкая вода, в которой отражались высокие сосны и зелёные растения, растущие вокруг озера, открывались взору.
- Мы с тобой всё чаще и чаще появляемся у водоёмов, - улыбнулась Софья, изучая глазами спокойную воду, на которой не было даже ряби.
- Что-то тянет нас сюда, - Ярослав посмотрел на девушку и сел на песок. Мальрона хотела сделать тоже самое, но не успела, ведь её остановил посыльный. Парень молча снял с себя верхнюю кофту и постелил рядом с собой.
- Песок холодный, - сказал он.
- Но ты ведь тоже сидишь на нём, - Софья изогнула бровь. - Давай вместе сядем на кофту. И тебе не будет холодно?
- Не переживай, я легко переношу холод, - Ярослав улыбнулся и всё же сел на кофту, а Мальрона расположилась рядом. Ребята сидели достаточно близко друг другу, чувствуя, как их тела соприкасаются. Сейчас
такое обычное дейсвтие казалось таким интимным. Друзья молча смотрели на воду, иногда наблюдая пролитающих ранних птиц над ней.
- Как ты стал посыльным? - спросила Софья, не отрывая взгляд от озера.
- У меня никого нет, - помолчав, ответил Ярослав. - Ни мамы, ни папы. Я не знаю кто они, где они. Мне рассказывали, что мать моя загуляла, я появился на свет от неизвестного мужчины. И чтобы избавить от позора в виде внебрачного ребёнка, поспешила меня отнести в лес и оставить на пне. Мне было меньше месяца. Говорят, я кричал на весь лес. Тогда была поздняя осень. Шли дожди, было холодно, почти заморозки, а я был закутан лишь в тонкую пелёнку. У меня было жуткое обморожение пальцев, рук и ног. Я не должен был выжить. Но, к моему счастью, в лесу гулял мужчина, который позднее заменил мне всех - отца, мать, семью, друзей. Он нашёл меня. Тогда я уже не плакал, организм был ослаблен, я умирал. Он отнёс меня к себе домой, нанял лучших лекарей, заплатил им огромные деньги, хотя самому еле хватало на еду. Те выходили меня, я выздоровел, но всё дество был слабым.
В глазах молодого человека блеснули слёзы, которые он так старательно пытался скрыть. Одинокая солёная капля скатилась по его щеке, оставляя за собой мокрый след. Зелёные глаза Ярослава стали ещё ярче от накатывающих эмоций. Взгляд его был пустой, разбитый, в нём были осколки той вазы, что когда-то разбилась.
- Три месяца назад он умер, - голос посыльного дрогнул. - Мы были на речке, и он хотел показать мне как умеет нырять. Он прыгал с обрыва, но прежде чем прыгнуть, не проверил дно. Когда нурнул в воду... Головой напоролся на подвоный камень. Я сначала не сразу понял, что произошло, думал, что он сейчас выплывет. Но когда вода окрасилась в бордовый цвет, я понял, что нет. Уже не выплывет. Я достал его тело. Голова была рассечена, на лбу была огромная рана, из которой ручьем лилась кровь. Я до сих пор не смог отстирать свою рубашку от неё, выбрасывать не стал. До дома я тащил его на руках. На руках у меня был труп человека, который спас мне жизнь, вырастил, дал мне имя, в конце концов. Я до сих пор помню его ледяные руки, открытые безжизненные глаза, бледную, как полотно кожу и синие губы.
Ярослав отвернулся. Слёзы катились по его щекам словно осенний ливень. Нижняя губа парня дрожала.
- Я не смог его уберечь, - прошептал Ярослав и обесиленно опустил голову. - После его смерти я не знал, что мне делать, поэтому пришёл сюда. Хотел работать, чтобы не думать ни о чём. Прости за эмоции, я не должен был...
- Послушай, - Софья коснулась плеча парня. - Ты имеешь право на слёзы, ты такой же человек, как и я. И я сейчас говорю не про то, кто кем был рождён. Тебе был дорого этот человек, и ты не должен извиняться. Не вини себя. Ты не знал, что так получится. Никто не знал. Судя по твоему рассказу, он провёл достойную жизнь, вырастив тебя, и я уверена, что сейчас он покоится в Ином мире. Он всегда будет с тобой, помни его - это самое главное. Душа Человека бессмертна, поэтому даже сейчас он наблюдает за тобой и гордится своим, фактически, сыном. Мне жаль, что у тебя такая история жизни, но ты молодец. Ты продолжаешь жить дальше, несмотря на горе, ты вырос достойным человеком. Ты сильный. Спасибо, что рассказал мне. Спасибо, что доверился.
Ярослав повернулся к Софье. В глазах его всё ещё блестели слёзы, но уже не текли по щекам. Взгляд его был словно у беспомощного мальчика, который потерялся в лесу. Ни намёка на дерзость, сарказм и язвительность. Перед девушкой сидел настоящий Ярослав. Сломанный, разбитый, опустошённый.
- Ты замечательная девушка, Софья, - прошептал Ярослав. - Я никогда бы не подумал, что ты такая... настоящая, искренняя, отзывчивая, заботливая и добрая. Когда ты в наш первый день знакомства ответила мне на мою грубость... я подумал: "Какая же она раздражительная!". Но правильно говорят, первое мнение обманчиво. Ты изумительна. Ты безумно красивая. Хоть у вас, у Мальрон, много общего, но именно в тебе мне нравятся эти волшебные, во всех смыслах, глаза, твои огненные волосы. В тебе так и плещет жизненная энергия. Ты прекрасна.
Сердце Софьи бешено билось. Она никогда в жизни не слышала таких слов, никогда в жизни не замечала такой искренности в человеке. Взгляд её метались из стороны в сторону, то на глаза Ярсолава, то на губы. Красивый, настоящий, добрый и нежный посыльный, который казался последним грубияном.
Губы парня накрыли губы девушки. Аккуратный, слегка боязливый поцелуй. Ярослав словно спрашивал разрешения у Софьи, не смел переходить границы дозволенного. Мальрона шире приоткрыла губы, разрешая посыльному углубиться. Смакуя на вкус поцелуй, Ярослав становился настойчивее, но делал это аккуратно, боясь спугнуть девушку. Наслаждание переполняло обоих, приятный узел в животе стягивался всё сильнее, по телу бегали тысячи мурашек. Когда воздуха стало не хватать, Ярослав и Софья нехотя отстанились друг от друга. Их носы соприкосались друг с другом, а горячее дыхание обжигало губы.
- Милая Наследница, - прошептал Ярослав. Глаза его бегали по лицу Мальроны. Не долго думая, Софья внонвь заставила Ярослава почувствовать свои губы. Парень обхватил лицо девушки руками, слегка поглаживая побородок. Поцелуй уже был смелее, настойчивее. Губы танцевали сладкий вальс. Судьба без причины свела двух посторонних. Но ведь у судьбы нет причин без причины сводить посторонних. Они нужны друг другу.