30
Данил опомнился только через несколько минут. Он, максимально взволновано, бегал по офису, заглядывал в каждое помещение в поисках девушки. Сотрудники странно на него смотрели, что-то спрашивали, но Милохин этого не замечал. В его голове только Юля и он не мог думать ни о чем другом, кроме девушки.
Ужасных мыслей все больше. Он волновался, что больше ее не найдёт. Она может убежать куда угодно.
Милохин собирался выбежать на улицу и искать ее там. Он прибежал в прихожую офиса и встретил старого знакомого, которого никак не хотел видеть.
К брюнету на встречу шел Иван. Заметив владельца офиса, Тихонов пошел в его сторону. Данил встал на месте, дожидаясь собеседника.
— Зачем пришёл? — спросил Данил первым
— Где Юля? Я не могу до нее дозвониться и дома ее нету.
— Какое тебе дело?
— В смысле какое мне дело?
— Уйди с дороги.
— Где Юля?
— Ты слышал, что я сказал?
Милохин сильно разозлился. Он смотрел на Ивана и был готов ударить его в любой момент.
— Мне нужно увидеть Юлю. Где она? — продолжал Ваня
Данил сжал кулак, замахнулся и врезал Тихонову в челюсть. Тот почти упал, но выдержал удар. Иван не был готов бить в ответ. Он лишь продолжал стоять на месте. Говорить он не мог, очень больно двигать челюстью.
Парни смотрели на друг друга с яростью в глазах. У Ивана начала кружиться голова. Тихонов закрыл глаза и упал на пол без памяти. Милохин молча обошел лежащего Ивана и выбежал на улицу.
Данил растеряно смотрел в каждый угол, на каждый дом, на каждого человека. Он как будто оказался на этом месте в первый раз и просто не мог найти дорогу. Милохин не решился бежать ее искать по улицам. Слишком большая территория для поисков.
Брюнет тогда даже не понимал, насколько он окажется прав. Отправился бы он на поиски Юли по всему городу — возможно, так бы ее и не нашел.
Данил пришел в свой кабинет. Также напряжённо сел на диван и посмотрел на потолок. Стиснув зубы он ударил со всей силы кулаком по стене. На месте удара из кисти пошла кровь, она, медленно скапливаясь, начала капать на рубашку, но парня это не беспокоило.
Милохин резко встал. Его словно осенило. Он вышел из кабинета и быстрым шагом пошагал на крышу. На начальника косилось ещё больше странных и взволнованных взглядов. Данил ускорял темп, лишь бы быстрее добраться до предполагаемого месторасположения девушки.
Парень выбежал на крышу. Он остановился и вгляделся вперед. Он сразу заметил Юлю, которая до сих пор непрерывно плачет. Стабилизируя тяжелое дыхание, Данил медленно подошел и остановился рядом с девушкой. Он неспешно сел рядом с ней и смотрел вперед.
— Зачем ты пришел? — спокойно спросила она
— А зачем ты убежала?
Юля промолчала. Она снова начинала плакать. У Данила пересохло во рту, он проглотил слюну и ожидал каких-то слов. Девушка шумно втягивает в себя холодный вечерний воздух. Дыхание дрожит.
— Я устала от тебя. — пояснила Юля, вот вот снова сорвется в истерику
Даня чувствует тяжесть в животе и напряжение в мышцах. Трудно сконцентрироваться на чем-то одном. Он понимает ее реакцию и испытывает крайне острое сожаление. Голос парня ослаб. Милохин не мог найти слов.
— За этот час я все понял. Я последние несколько дней не думаю ни о чем, кроме тебя. Я вспоминал себя старого и не понимал, почему я так изменился. — Данил сделал вдох — Но я все понял... Это благодаря тебе.
Брюнет перевел взгляд на Юлю и слегка ухмыльнулся. Она выглядела очень потеряно, но слезы с ее глаз больше не капали. Девушка задумчиво смотрела вперед.
— Как хорошо было без тебя... — Гаврилина сделала задумчивую паузу — Хочу как раньше.
Данил выдохнул и продолжал смотреть на Юлю. Во рту сохло все сильнее.
— Все хотят. — выдавил он
— А ты?
Гаврилина перевела заинтересованный взор на Милохина. Данил поймал ее взгляд и промолчал. Он посмотрел в другое место, так ничего и не ответив. Гаврилина продолжала смотреть на брюнета, тот заметил это боковым зрением, но продолжал сидеть молча.
Юля встала с пола. Данил сделал тоже самое. Девушка хотела уйти, Милохин ее остановил. Она взглянула на брюнета вспоминая случай в ресторане, но на этот раз у Данила не было такого негативного настроя.
— Юля, я люблю тебя. — убеждал парень
Девушка поджала губы и потрясла головой, смотря ему в глаза. Она натянула недоверчивую улыбку и продолжила смотреть.
— Сомневаюсь.
Юля снова собралась уходить. Даня опять нежно взял ее руку и подошел ближе к ней, встал в притык. Девушка сморщила нос и недовольно взглянула на собеседника. Она досадно улыбнулась и перевела взгляд в пол. Юля сложила руки на груди и скрестила ноги, показывая нежелание с ним разговаривать.
— Ты не веришь мне?
— Не верю.
— А сама любишь?
После его вопроса по телу прошлась волна мурашек, освежая ледяной пот по всем частями туловища, рук и ног. Она опять сжала губы и сделала тяжкий вздох.
— Как тебя можно любить? — спросила девушка
— Я знаю, что любишь.
Гаврилина не возражала. Она опять посмотрела в очи брюнета и не узнавала их. Она вспомнила его глаза три месяца назад... Нельзя было в них увидеть столько нежности, доброжелательности и надежды. Видимо, правду говорят, глаза — зеркало души.
Голова подвергалась еще большим тяжелым размышлениям, хотя ответ на его вопрос уже очевиден.
Юля робко улыбнулась и неохотно кивнула в ответ на его слова. Данил улыбнулся и молча, ни о чем не спрашивая и не тратя время на пустые разговоры прильнул к до боли желаемым губам девушки, притянув ее к себе еще ближе. В груди стало тепло не смотря на все прочее. Гаврилина без сомнения подхватила его инициативу. Она обвила его шею руками и продолжила поцелуй с еще более теплым настроением. Брюнет подхватил девушку на свои руки, держа ее за бедра.
Пара улыбалась через поцелуй. Юля продолжила плакать, но сейчас скорее от переизбытка счастья и любви. На губы попадал соленый вкус, но от этого настоящий французский поцелуй не переставал быть сладким.
Девушка чувствовала в себе легкость и невесомость, чего не было очень давно. Она переполнялась чувствами. Данил весь светиться от радости не смотря на былую ненависть и злость ко всем окружающим. Юля растопила его сердце и, наверное, оно больше никогда не замерзнет.
Сейчас они оба поняли, что тянуло их друг к другу не смотря на всю ненависть — любовь.
The end.