Глава 44.
- От неё так и нет никаких вестей? - спросила Вилена дядю, сидевшего за своим столом в кабинете. Джеймс стоял рядом с сестрой, скрестив руки на груди. Они вернулись в Академию три дня назад.
- К сожалению, нет.
- Вы вообще продолжаете ее поиски?
- Не совсем, мы не ищем Катрин целенаправленно, мы лишь пытаемся найти ее следы и выяснить жива ли она, не более.
- Я бы хотел вступить в отряд, который занимается поисками! - сказал Джеймс.
Ректор помотал головой.
- Ты остаёшься здесь.
- Но почему?
- Потому что мне нужно, чтобы ты продолжал учиться в Академии! К тому же сам знаешь, что тебе нельзя находиться рядом с ней! Ты ведь сам мне об этом говорил, и я тебя послушал.
- Да, но если я вступлю в поисковый отряд, то вряд ли этим я причиню ей какой-то вред!
- Я сказал нет, Джеймс. – Ректор встал со стула, а его выражение лица стало свирепым. - Всё, чего только от тебя требуют здесь - это подчинения! Тем более я не должен отчитываться вам о Катрин, которая сознательно не стала садиться в безопасную машину и ехать в свою новую жизнь! И не нужно во всем винить меня, я лишь слежу за исполнением правил!
Джеймс плотно сжал губы, а его лицо побагровело от злости. Он отчаянно пытался ответить своему дяде, однако понимал, что из этого ничего хорошего не выйдет, поэтому вышел за дверь, захлопнув ее с таким грохотом, что с потолка посыпалась штукатурка.
- Простите его, дядя, он в последнее время сам не свой из-за всего случившегося, - произнесла Вилена с грустью.
- Сядь, Вилена. – Ректор указал ей на кресло напротив себя. – Самое время поговорить о том, что ты тоже остаешься здесь и твоя успеваемость меня совсем не радует...
***
Прошло несколько дней взаперти, единственный с кем Кат могла поговорить был Грис, который приносил поесть. Но сегодня парень пришёл не с едой, а с длинной черной мантией. Катрин поднялась на ноги и быстро подошла к поглотителю, осматривая предмет в его руках.
- Надень это на голое тело. – Грис протянул ей мантию.
- Зачем?
- Сегодня ты передашь силы Даниэлю.
- А в простой одежде этого сделать нельзя?
- Если бы Даниэль находился в своем телесном теле, то можно было. Но раз это не так, придется воспользоваться заклинанием.
- Заклинанием? Их разве не колдуны и ведьмы раньше использовали?
- Заклинания были написаны очень давно и найдены нами на одной из планет, где властвовала магия, ещё до нашего появления на свет. Мы их расшифровали и пользовались какое-то время, а потом передали людям вместе с нашими силами... Люди, надо сказать, ими тоже не долго пользовались, однако информацию сохранили и иногда прибегали к ней в сложных случаях также, как и мы.
- И кто же тогда будет проводить заклинание?!
- Валентин Гарсиа. Ты, наверное, его не знаешь, но вот за одним и познакомишься.
Катрин нахмурилась. Это имя ей было смутно знакомым...
- Переодевайся, у тебя минута. Нижнее белье можешь оставить, если так тебе будет удобнее.
Кат переоделась. Мантия подошла ей по росту и застегивалась, поэтому голого тела под ней не было видно. Показавшись Грису и получив от него одобрительный кивок, они вышли за дверь. Поглотитель, прислонив теплую ладонь к спине Катрин, стал ее направлять.
Они спустились на первый этаж и свернули налево, пройдя через комнаты, наполненные поглотителями, которые пристально проводили их взглядами, добрались до конца особняка. Там, за последней дверью оказался спуск по крутой лестнице вниз. Спустившись, они прошли по длинному коридору пару сотен метров, после чего вошли в огромное пространство из белых мраморных стен, каменного пола и колон. Повсюду горел огонь, освещая помещение. Посреди зала стоял Валентин Гарсиа. Выглядел он молодо. Темно-русые волосы уложены на правую сторону, левый висок выбрит, а глаза прозрачно-голубые уставились на Катрин. Рядом с ним находилось ещё несколько незнакомых поглотителей, на вид которым, было около двадцати.
Грис подвел Кат к самому центру и проконтролировал, чтобы она легла на холодный пол. Рядом в нескольких метрах от нее уже парил Даниэль с закрытыми глазами.
- Сделай все возможное, чтобы Даниэль обрел свое тело и большую часть ее сил, – прошептал на ухо Грис Валентину, подойдя к нему.
- А что насчёт девушки?
- Ее тоже попытайся спасти, но не в ущерб Даниэлю.
Валентин Гарсиа кивнул, и ему протянули книгу заклинаний. Открыв на нужной странице, он приблизился к Катрин и сел около неё на колени.
- Закрой глаза, - сказал Валентин, и Кат ничего больше не оставалось, как повиноваться.
Рядом с Валентином поставили склянки с какими-то жидкостями. Он расстегнул мантию Катрин, зачерпнул сначала зеленой жидкости и принялся рисовать на ее теле специальные символы. Когда на ее коже не осталось практически пустого места, Валентин присел рядом с Даниэлем и принялся рисовать на камне то же, что и на Кат.
Наконец закончив, он положил одну ладонь на лоб Катрин, а другую направил на Даниэля, и принялся зачитывать заклинание. Кат забеспокоилась, почувствовав что-то неладное в воздухе, и ее сердце забилось быстрее...
Ветер поднялся вверх и стал закручиваться, склянки слетели с мест и разбились о стены. Книга отлетела далеко назад, поэтому Валентин стал выговаривать слова по памяти. Остальные присутствующие еле удерживались на своих местах, однако никто не собирался прерывать заклинание.
Лоб Катрин сильно зажгло, вены вспухли, и тьма начала вырываться наружу из тела. Кат закричала от невыносимой боли, а Валентин с новой силой прижал руку на ее лоб и быстрее принялся проговаривать повторяющиеся строки. Кожа Катрин стала разрываться от струящийся тьмы, кровь выплескивалась из ран, окрашивая в красный цвет белоснежную плитку, из-под век потекли кровавые слезы, а тело стало колотить...
- Продолжай!!! - кричал Грис сквозь ветер Валентину.
И он не останавливался... Проходили минуты, и тело девушки превращалось в кровное месиво из ран и порезов, а рядом с ней образовывался вихрь из тьмы.
Наконец Валентин смолк, и пространство вокруг снова стало спокойным. Кат почувствовала, что снова может шевелиться, но у нее получилось только кое-как открыть веки и взглянуть на Даниэля, который прорисовался из тьмы, пока окончательно не предстал перед всеми в своей телесной оболочке. Он взглянул на девушку своими пронзительно голубыми глазами и усмехнулся, опустившись рядом с ней.
- Теперь я понимаю, чем ты так привлекла Джеймса... - Даниэль провел рукой по лицу Кат, задев ее кровавые волосы.
«Джеймс.»
На словах о Джеймсе Катрин отключилась и начала видеть странные картинки с испытаний, где они были вместе в одной группе, как она язвила ему, как он все время спасал ее, поцелуй в лесу, его смерть на испытаниях и ее душераздирающий крик...
Кат вспомнила и Валентина Гарсия, который был колдуном и выглядел значительно старше, чем сейчас, вспомнила, что именно он вернул ее из портала, в котором она бесконечно падала. Потом услышала его голос в темноте, говорящих о том, что она затерялась в портале и ее нужно лишить воспоминаний о Джеймсе, чтобы очнуться, и что после этого, Джеймс должен будет держаться от нее подальше. Теперь Катрин поняла, почему он так странно вел себя в Академии и почему он ей казался таким знакомым...
Резко открыв веки, Катрин задохнулась, схватившись за горло.
Она вспомнила. Вспомнила все.
- Очнулась, - произнес кто-то слишком близко.
Катрин присела, ее распущенные волосы заструилось у неё вдоль рук и спине, и она увидела перед собой Даниэля в человеческом обличие. Его пронзительно-голубые глаза смотрели на нее мягко и с любопытством. Кожа оказалось смуглой, а темные прямые волосы доходили чуть ниже плеч и контрастировали с белой рубашкой, верхние пуговицы которой были расстегнуты.
- Все прошло успешно. Я жив и обрел наконец свое физическое тело, - сказал Даниэль и, завернув рукав рубашки, показал Катрин, как на правой руке у него набухают вены от тьмы.
Кат невольно перевела взгляд на свои запястья и увидела то же, тьма снова разливалась по венам, и она чувствовала ее, как никогда сильно. Вернулась и быстрая регенерация, ведь все порезы зажили, и кожа стала ровной и гладкой. И Кат больше не была голой. Кто-то переодел ее в черные брюки и футболку.
- Я хочу поблагодарить тебя, Кэтрин, за то, что ты сделала. Не каждый бы решился предложить мне другую сделку, и тем более остаться после такого в живых. Поэтому теперь ты официально стала частью нас, частью поглотителей, частью вселенской тьмы. Я тебя многому научу и покажу, на что ты действительно можешь быть способна. Я сделаю это не только из-за сделки, но и из-за нашей крови, текущей в твоих венах.
Даниэль встал с кровати, отошёл от неё к центру комнаты и выставил руки вперёд ладонями вверх.
- Подойди, - сказал он.
Девушка встала напротив него.
- Возьми мои ладони. Хочу тебе кое-что показать!
Катрин протянула руки и соприкоснулась с теплой кожей Даниэля, после чего пространство между ними растворилось.
- Не отпускай меня, иначе все прервется.
Перед глазами Кат представали различные планеты, галактики и созвездия. Их было так много, что она не успевала за ними уследить.
- Когда-то мы были обыкновенными людьми...
Катрин увидела планету, где родился Даниэль. Он был еще совсем маленьким, резвился на опушке леса, рядом с деревянным домом. На пороге стояла его мама с такими же ярко-голубыми глазами и махала ребенку белым платком, что-то крича.
В следующий миг Кат наблюдала уже за группой ребят, которые танцевали у костра, напевая странную ныне ей неизвестную песню. В толпе она заметила двух мальчиков, напомнивших ей Гриса и Камерона, которые взявшись за руки, кружились и звонко смеялись. Другая часть детей играла чуть дальше наперегонки или в прятки, Катрин точно не разглядела, но они все выглядели такими счастливыми и безмятежными, что у нее и самой непроизвольно уголки губ расплылись в улыбке.
Однако улыбалась она недолго. Картинки сменились жутким кошмаром. Кат увидела надвигающуюся на планету тьму, сметающую все на своем пути, не жалея ни взрослых, ни детей. В живых оставались только подростки, которые слезно звали исчезнувших родителей, своих маленьких братьев и сестер, бабушек и дедушек. Картин смотрела, как повзрослевший Даниэль укачивал в своих руках пепел, оставшийся от его матери, и кричал, надрывая голосовые связки.
- Все началось с того дня. Тогда мы потеряли большую часть населения, практически все продовольственные запасы и плодородные земли, а вскоре и вовсе обнаружили, что та самая разрушительная тьма стала одним целым вместе с нами, она протекала по нашим венам, но почему-то не убивала, как остальных.
- Оставшиеся в живых разместились на незатронутых землях и стали жить одной общиной. Мы учились друг у друга сдерживать тьму внутри, ведь боялись причинить кому-нибудь вред. Мы вместе выживали, добывали еду, возрождали традиции. Мы стали семьей.
- И можно было подумать, что все можно преодолеть, но не смерть планеты, на которой мы жили. Тогда мы даже и представить себе не могли, что существует еще безграничное количество галактик и таких же живых людей, как и мы.
- Нам пришлось научиться пользоваться силами, сокрытыми внутри нас. Учиться приходилось в жатые сроки, поэтому многие вещи мы освоили быстро, например, разжигать костры, вызывая огонь из глубин своего тела, ускорять рост развития растений, добывать остатки воды из-под земли. И однажды мы сумели изобрести порталы, которые переместили нас на другую планету, где жили люди. Нам очень сильно с этим повезло.
- С тех пор мы не стареем, скорее всего это из-за тьмы, что просочилась в наши тела и души. Детей мы имеем очень редко, а вот умираем гораздо чаще.
- Наверняка ты помнишь историю о том, как я передал дар людям, желая им помочь.
Катрин коротко кивнула.
- Еще одной из причин такого поступка послужило одиночество. Мы хотели, чтобы таких же, как и мы, было больше, но все вышло наоборот. Нас объявили изгоями, пришельцами, которые готовы на все, лишь бы отвоевать планеты для себя. Они объявили нам войну, и мы им ответили. С тех дней практически ничего не изменилось. Мы и не выиграли, но и не проиграли, а война длится и до сих пор. Все дело в том, что колдуны и ведьмы размножаются быстро, как обыкновенные люди, а мы нет, нас гораздо меньше и мы разбросаны по пяти планетам. Нам приходится скрываться, чтобы наши личности не были раскрыты, и мы могли жить среди людей сравнительно свободно в перерывах между сражениями.
- И в этом мы с тобой похожи, Кэтрин. Тебе приходилось выживать среди людей, а не жить. А колдуны и ведьмы и вовсе убили твою мать...
Катрин одернула руки, и все видения Даниэля исчезли. Она уставилась на поглотителя с недоверием.
- Что это значит?! - возмутилась Кат, не поверив своим ушам.
- Твоя мать была огненной ведьмой, которая предала ведьм и колдунов, решив жить с твоим отцом. А узнав о таком, как ты думаешь, они бы позволили ей остаться без наказания?
- Моя мать умерла от болезни!
- Она умерла, потому что ведьмы и колдуны отняли ее силы самым жестоким образом, после которого прожить хотя бы год было практически невозможно.
- Откуда тебе это известно?
- Грис это выяснил, поговори с ним как-нибудь.
Катрин прикусила внутреннюю сторону щеки, чтобы не расплакаться. Ее мать была убита колдунами и ведьмами, среди которых Кат жила, которых она пыталась спасти на испытаниях, частью которых хотела стать...
- Это действительно правда?
- Стал бы я врать тебе о таком? Ты и сама видела, как я потерял мать, а она была для меня дороже всего!
Кат кивнула и всем телом напряглась.
- Если это действительно правда, то я убью их всех! Всех, кто сделал это с моей матерью!
- У тебя будет такая возможность, но для начала тебе нужно будет многому научиться и восстановиться. Кроме того, ты можешь остаться жить в этой комнате. А сейчас пойдём, я познакомлю тебя с семьёй.
Они вышли из комнаты. Катрин с настороженностью шагала вслед за Даниэлем, анализируя все, что только что узнала. Спустившись с лестницы, поглотители, находившиеся здесь, сразу же слегка поклонились повелителю тьмы и Катрин.
- Знакомьтесь - это Кэтрин. Новая повелительница тьмы и часть нашей большой семьи!
Все распрямились и похлопали в ладоши. После чего каждый присутствующий подошёл к девушке и обнял ее, что она сделала в ответ. Все это казалось Катрин странным и подозрительным, но впервые в жизни она почувствовала, что обрела свое место и людей, которые имели с ней идентичную цель.