8 глава. Весна внутри.
Прошла одна неделя.
Семь дней — но будто больше. Или меньше. Зависит, как считать: по часам или по тем, с кем рядом.
Я сдружилась. По-настоящему.
Шарлотта перестала смотреть искоса. Теперь мы с ней достаточно хорошо общаемся. У нас оказывается есть много общих тем.
Джаспер — с ним, как ни странно, не было и минуты неловкости. Он принял меня мгновенно. Генри сказал, что я ему сразу понравилась.
Швоз начал улыбаться. Неловко, уголком губ, в момент, когда я помогла ему найти отпавший коннектор, который он сам назвал «нервом базы». Теперь каждый раз при встрече он бурчит «оптимизированный союз», что, по-моему, у него означает симпатию.
Рэй...
Он молчит больше всех.В его взгляде нет больше барьера. В его мыслях — аккуратное принятие. Он не говорит «ты с нами», но и не задаёт вопросов. Просто — дал место.
А Генри...
Мы стали друзьями. Лучшими.
Настоящими.
Теми, кто переписываются даже во время одного урока. Кто понимают друг друга по полунамёку. Кто могут молчать часами и всё равно знать, что это разговор.
Как так вышло?
Без понятия.
Может быть, это то, что невозможно запланировать. Только почувствовать.
А Пайпер наконец отстала.
Больше не тянет меня в свой «Чел-клуб», не пишет загадочные капслоки по ночам, не пытается убедить, что я «та самая».
Наверное, приняла, что не моё.
И я благодарна. По-своему.
Последние дни все играют в «Китолет». Это такая мобильная игра, создали её вроде бы четверо подростков, «Игроделы», и с тех пор мир уже не совсем прежний.
Когда я говорю «все», я имею в виду: все.
Шарлотта делает вид, что это её раздражает, но пару раз я точно видела, как она проверяет топ игроков с видом «научный интерес».
А вот Генри и Рэй... они будто секретные чемпионы этой игры.
Они играют всегда.
В школе, на обеде, в коридоре, на заданиях — да-да, на заданиях, когда Швоз отвлекается и экран охранной панели не показывает их руки.
Один раз Генри в пылу погони прошептал:
— Если проиграю прямо сейчас — у кита будет депрессия.
А Рэй, как бы невзначай, выдал в самой напряжённой минуте операции:
— Проклятье, опять врезался в облако.
Потом, конечно, сделал вид, что говорил о погоде.
А я?
Я не играю.
Просто... не моё. Не тянет.
Может, потому что когда все увлечены китом, я слышу их мысли — настоящие, не пиксельные.
Шарлотта, кажется, тоже не играет. Но это не точно.
А сейчас — настоящее.
Школа закончилась. Солнце мягкое, асфальт блестит. Мы с Генри идем через школьный двор, и я ловлю себя на том, что улыбаюсь. Не потому что он сказал что-то смешное (хотя он всегда говорит что-то смешное). А потому что его мысли сейчас — как открытая книга с яркими картинками.
«Почему она не играет? Может, показалось бы глупым...
Но если объяснить стратегию подбора китовых атак...»
Я подбрасываю камешек и смотрю, как он рикошетит по асфальту.
— Ты слишком много думаешь о том, что я думаю о твоем ките, — говорю я, не глядя на него.
Генри замирает на секунду. Потом хмыкает.
— Это нечестно. Ты жульничаешь.
— Это называется «естественное преимущество».
Он смеется, и его мысли становятся теплыми, как солнце в конце дня: «Ну конечно. Она же Мэй. Всегда на два шага впереди.»
Я ловлю этот момент — этот кусочек его уверенности во мне — и бережно кладу его в тот уголок памяти, где храню важные вещи.
Мы шли по тихой улице, и в голове у Генри крутилась одна навязчивая мысль: «Надо бы показать ей новый трюк с китом... Но как предложить, чтобы не выглядеть идиотом?» Я улыбалась про себя, наблюдая за его внутренней борьбой.
Когда мы зашли в дом, запах жареной картошки сразу ударил в нос. Крис и Джейк сидели за кухонным столом, оживлённо обсуждая что-то.
— Привет, — кивнул Генри, как вдруг...
БАМ!
Первый чемодан приземлился рядом, едва не задев его плечо. Мы оба вздрогнули.
— Что за... — он не успел договорить, как второй чемодан бодро приземлился ему прямо на голову.
— Ой! — Генри пошатнулся, хватаясь за макушку.
Я моментально оказалась рядом:
— Ты в порядке?
Крис и Джейк уже мчались к нам, но тут с лестницы спустилась Пайпер с невиннейшим выражением лица.
— Пайпер! — Крис сразу переключилась на неё. — Это что ещё за цирк?
— Что происходит? — медленно произнёс Джейк, скрестив руки на груди.
— Да, рассказывай, — добавила Крис, её голос звучал как сталь, обёрнутая в шёлк.
Пока они выясняли отношения, я сосредоточилась на Генри, но краем уха ловила их разговор. Мои пальцы осторожно исследовали его висок.
— Ничего не болит? — прошептала я, заметив, как он слегка морщится.
Он кивнул, но напряжение вокруг глаз выдавало дискомфорт. В его мыслях мелькало: «Чёрт, точно шишка будет...»
— Ладно, — совершенно спокойно заявила Пайпер, — я хотела заработать тысячу долларов, поэтому сдала наш дом туристам через это новое приложение.
— Ты что?! — Крис аж подпрыгнула на месте. Джейк же просто замер с выражением лица человека, который только что увидел, как его машину переехал танк.
Но мне сейчас было не до их шока — на затылке Генри проступала тонкая красная полоска.
— Ой, Генри, у тебя тут... — я показала на свою ладонь, где уже виднелся лёгкий розовый отпечаток.
— Мы с Генри пойдём наверх, — твёрдо сказала я, прерывая нарастающий скандал. — Надо обработать эту царапину.
Пайпер бросила на нас оценивающий взгляд, её мысли чётко долетели до меня: «Удобно сбежать. Хотя... может, и правильно.»
Генри, всё ещё слегка оглушённый, позволил мне взять себя под руку и повести к лестнице. За нашей спиной разгорался спор:
— Ты вообще понимаешь, что натворила?!
— Они заплатили предоплату!
— Где сейчас эти «туристы»?!
И тут, звонок в дверь.
Я помогла Генри подняться по ступеням, ловя обрывки его мыслей: «Почему она так волнуется? Просто царапина... Хотя приятно, что волнуется...»
Наверху, в ванной, при свете лампы ранка выглядела несерьёзной, но я всё равно тщательно промыла её перекисью. Генри сидел на краю ванны, покорно наклонив голову.
— Ну что, капитан, — шёпотом пошутила я, — ещё один чемодан — и тебе понадобится каска.
Он фыркнул, и вдруг его рука накрыла мою:
— Спасибо. Что... что ты всегда рядом.
В его глазах было что-то тёплое, что заставило моё сердце учащённо забиться. В этот момент снизу донёсся громкий стук в дверь и возглас Пайпер:
— О! Это, наверное, они!
Наши взгляды встретились в зеркале. В глазах Генри читалась та же мысль, что и у меня: «Нас ждёт очень интересный вечер.»
........