Глава 40. Творческий путь и критика
Выставка Лии была событием, на которое приехали Алиса и Кира, полные гордости. Её работы, висящие в галерее университета, рассказывали истории женщин, переживших травмы, и были вдохновлены их собственной историей. Один из портретов, автопортрет Лии, сопровождался текстом, где она открыто упомянула своё происхождение — рождение в результате насилия и воспитание двумя мамами. Это было смелое заявление, и Лия надеялась, что оно вдохновит других.
Большинство отзывов были восторженными. Преподаватели хвалили её за честность, а однокурсники восхищались её техникой. Но вскоре в соцсетях появилась волна критики. Некоторые пользователи, узнав о её истории, начали писать злобные комментарии: "Она использует свою травму для внимания", "Это не искусство, это эксплуатация", "Как можно гордиться таким происхождением?". Хуже всего было, когда один блогер раскопал старые статьи о суде над Антоном и начал распространять слухи, связывая Лию с "преступником".
Лия, обычно стойкая, была потрясена. Она позвонила домой поздно ночью, её голос дрожал.
— Я думала, что делаю что-то важное, — сказала она Алисе. — А теперь чувствую, что всё зря.
Алиса, слушая её, почувствовала, как старый гнев возвращается. Она хотела защитить Лию, но знала, что дочь должна найти свой путь.
— Ты делаешь важное, Лия, — сказала она твёрдо. — Люди будут критиковать, потому что боятся правды. Но твои работы — это твоя сила. Не позволяй им отнять её.
Кира, взяв трубку, добавила:
— Ты не одна. Мы с тобой. И если надо, я приеду и устрою этим троллям фотосессию их собственного позора.
Лия рассмеялась сквозь слёзы, и этот разговор дал ей силы. Она решила ответить на критику новым проектом — серией фотографий, где женщины, пережившие насилие, делились своими историями исцеления. Проект получил грант от университета, и Лия начала работать с ещё большей решимостью. Но в это же время их семью ждало новое испытание.