46. Друзья
Субботнее утро выдалось очень уж громким не только для Гриффиндорцев, а для всего Хогвартса. Ванессе из-за шума пришлось проснутся раньше обычного и вот уже за завтраком, она лениво кромсала бекон на малюсенькие кусочки. Фред с Джорджем вбежали в большой зал на запыхах, веселые и весьма румяные. Они совсем не обращали ни на кого внимание, а главной их задачей стало закинуть своё имя в кубок, она кстати провалилась с треском. Ванесса, увидев, как лицо Фреда состарилось и на месте веснушчатых щек появилась седая борода, подскочила с места. Это определенно смешно, но переживания за его здоровье оказалось сильное, ненадолго правда. Профессор Макгонагалл за этот день столкнулась с обманщиками не первый раз, поэтому смело отправила братьев в больничное крыло. Оставалось лишь посмеяться со всеми, вот только, недавно познавшая ревность Бёрк уже не веселилась. Она глядела на Анжелину и видела в ней не смелую Гриффиндорку, что бросила свое имя в кубок, а злобную змею, пытающуюся выпендриться, мол она чем то лучше. Впрочем, такой настрой разделяла Гермиона, только по отношению к Флёр Делакур. Шармаботнцы, словно стая прекрасных птиц в сопровождении своей матушки по очереди бросали пергамент в огонь. Рон, при виде чудесной полувейлы даже не удержал слюнки и теперь Несса и Гермиона сидели нахмуренные прислонившись к спине друг дружки и всем видом пронзали своих соперниц.
Ах, чудесная осень, в воздухе так и витал аромат любви или одеколона Хагрида...Ванесса вместе со своими друзьями не обошла стороной хижину Хагрида и удивилась не меньше, чем Рон, который буквально крикнул, что великан влюбился. Все четверо толпились у окна, толкая друг друга, дабы поближе разглядеть как их большой друг направляется в замок с мадам Максим, а они остались одни в его хижине.
— Если они женятся и родят — спорим на что хочешь, — поставят мировой рекорд! Ребеночек будет весить тонну! — залез на подоконник Рон, правда Гермиона уже схватила его за руку и готовилась читать о правилах приличия в чужом доме.
— Надеюсь у них всё сложиться... — держала руки на плечах Гарри Ванесса, так было проще держать равновесие у этой маленькой оконной рамы. — Каждому ведь нужна пара.
Рон перевел свой взгляд прямо на неё и скривился, так будто она сказала что-то мерзкое и плохое, а не вполне логичные вещи, не мог себе представить её с кем то в паре, да и Гарри тоже и Гермиону...
Захлопнув за собой дверь друзья покинули хижину. На улице уже стемнело, но заметить Дурмстрангцев движущихся со стороны озера к замку было не трудно. Рон не отрывал взгляда от Краса, смотрел на него слишком уж влюбленными глазами, даже заставил Гермиону улыбнуться. Несса глядя на это вдруг прочитала мысли Грейнджер по выражению её лица. Наверняка она думала: пусть смотрит лучше на Крама, чем на красавиц с Шармбатона, стала кивать головой в знак согласия, будто подруга произнесла это вслух, а всё потому что сама думала так же. Лучше пусть Фред таращится на кубок, но никак не на Анжелину.
Вроде, прибавилось не так уж много студентов, но в Большом зале стало очень уж тесно. Ванесса боком пробиралась к месту рядом с близнецами, хотя за столом были и другие свободные места, она потянула за собой и Гермиону, а там уже и Рон с Гарри подтянулись. Все ждали главного события дня — оглашения имен участников турнира. Кубок огня стоял на преподавательском столе и тоже будто бы ожидал начала.
— Надеюсь, он выберет Анджелину, — сказал Фред поглядывая на свою одногруппницу.
— Я тоже! — горячо откликнулась Гермиона и сразу почувствовала жгучую боль в ноге, Ванесса её зло ущипнула, она так и мечтала повырывать Анжелине все пряди.
Что один Уизли, что другой не сумели сидеть мирно, оборачивались по сторонам, поглядывали то на кубок, то на девушек с Шармаботона. Джордж постоянно подталкивал брата в бок, норовя указать пальцем на очередную красавицу. К концу ужина Ванессу уже болело лицо постоянно хмурится и дутся.
Зал притих и вновь взорвался, когда Дамблдор произнес первое имя — Виктор Крам — чемпион Дурмстранга.
— Как неожиданно... — съязвила Ванесса, пока Рон кричал обратное, поймала на себе взгляд Крама, она чуть ли не единственная, кто не хлопал, а грыз лакричную палочку.
Кубок выплюнул следующий листок, поднимая своё пламя в гору.
— Чемпион Шармабатона — Флёр Делакур! — возвестил Дамблдор.
Хоть реакция однокурсниц Флёр показалась Ванессе странной, ведь они не радовались а заплакали, спрятав лицо в ладони, всё же не помешала ей сначала подпрыгнуть с места, захлопнуть во всю, да ещё и довольно крикнуть. Да и Седрику имя которого последовала третьим не поскупилась на аплодисменты.
Легкая улыбка, появившиеся ещё на имени её дорогой Флёр исчезла в миг, когда кубок выбросил еще одно имя. Гарри Поттер...Ванесса была уверена, что он не бросал своё имя в кубок, несмотря на растерянные взгляды Рона и Гермионы в этом она была тверда. Всю
дорогу до гостиной она думала, кто же мог такое сделать и даже когда все гриффиндорцы бросились к вернувшемуся с собрания Гарри, была не менее взволнованной. И то, как Анджелина бросилась ему на шею, чуть не упав, а Фред её поймал придерживаясь за талию не смогло выбить её с мыслей, хоть и добавило жару в теле, она даже поднялась с дивана с мыслю схватить всё же её за те волосы, но очутившись возле тумбочки пришла в себя и вернулась обратно.
Гарри ускользнул от неё слишком быстро, растворился в коридоре ведущем в спальни мальчиков, а вот гул и празднование продолжились, они мало волновали Ванессу и дабы побыть в тишине она вновь отправилась в библиотеке, но на этот раз не читать о своей любимой астрономии, а искать чары сумевшие обмануть кубок.
Пару часов неустанного поиска и никаких результатов, разве что очередное столкновение с Теодором Ноттом и его пристальный взгляд. В коридорах изредка разносится смех, девушки выглядывали в окна, смотрели на Виктора прогуливающегося вместе с Каркаровым.
— Вот глупые... — оперлась на подоконник Несса, замечая, как Крам держит руки за спиной и из-за этого его спина кажется ровнее обычного.
В гостиной Гриффиндора не утихали споры. Ванесса поглядывала на Фреда из под тишка и не могла понять, что она для него значит, но это недолго занимало её голову. Чем тише становилось, тем сильнее росли её тяготы. Неужели и в этом году не ждать спокойствия. Она досидела до того времени, что единственным звуком в гостиной стало тиканье часов. Не могла больше ждать и убиваться догадками, пробралась в крыло мальчишек. Девушки не часто посещали спальни своих одногруппников и знать каждую мелочь не могли. Несса и наступила из-за незнания на треснутую доску сломав её с крестом полностью. Гарри вышел на звук, он не единственный бодрствовал, Рон тоже услышал Ванессу, но друг его опередил, поэтому Уизли просто недовольно повернулся на другой бок, бормоча что-то себе под нос.
— Ванесса? — удивился Гарри.
Бёрк схватила его за руку и утащила за собой в гостиную. Она верила в невиновность Гарри, но боялась за другое.
— Я не смогу уснуть, Гарри. — посадила его в кресло она.
— Тоже хочешь спросит меня как я обошел магию кубка? — расстроенно произнес он, обняв колени руками. — Я уже говорил — это не я!
— Я знаю, Гарри, — коснулась его холодных ладоней Ванесса, её были такие же. — Переживаю из-за этого. Зачем кому то понадобилось бросать твоё имя?
— Я не знаю... — выдохнул он, сам задавался этому вопросу.
— А вдруг это он... — сжала его руку покрепче, как бы хотела пожалеть себя из-за неудач в жизни, но Гарри страдает больше, даже если завидовала его общению с Сириусом, смогла пересилить свой порок и думать о друге, о том, как разделить его ношу. — Мы должны быть осторожны, это всё не просто так, точно не просто, кто-то хочет навредить тебе.
— Может, это чья-то неудачная шутка? — убеждал сам себя он, но по лицу читалось, как ему тяжело, излишнее внимание да и в целом никто ему не верил, Гарри чувствовал себя каким то не таким, поднял глаза и увидев в отражение зрачков Ванессы себя перевел их на её встревоженное личико и как то стало легче, она же ему верила. — Ты должно быть устала за сегодня, а не спишь...
— Как тут уснешь. — присела на коврик Ванесса, смотрел на него снизу вверх, видела всю его усталость. — Тебе наверняка так тяжело.
— Я не думаю об этом. — спустился к ней он, опустив голову на плечо. — Сегодня уж точно не буду думать.
Стрелки часов продолжали бежать к середине, делая очередной круг. Ванесса держала Гарри за руку, у обоих теплые ладони, прикрыли глаза, слушая как трещит дерево в камине, не ждали новый день, как другие, ибо там их поджидали новые испытания.
Казалось, вся дружба выстроенная годами рушилась на глазах. Гарри с Роном не разговаривали. Гермиона криво посматривала на Ванессу, что мило беседовала с Флёр, а Фред, как бы не старался не глядеть на Бёрк всё равно срывался и от этого злился сам на себя, начинал разговор с Анжелиной в попытках отвлечься и тянул за собой цепную реакцию, ведь Несса отрывалась от Флёр и горела ненавистью к любой девушке приблизившейся к Уизли.
Все сидели за столом, как на пороховой бочке готовой вот вот сорваться, стучали вилками и скрипели ножами, перекидываясь недовольными взглядами.
Рано или поздно фитилю суждено загореться. Гарри заметил как прошла ночь оставила отпечаток на всегда веселый глазах Ванессы, решил её о потревожить и попросил совета у Гермионы, а она просто не могла вечером, оставшись население со своей подругой не рассказать ей о прогулке с Гарри. Чего уж там скрывать, ведь Рону она тоже рассказала. И что-то в Нессе кольнуло, то ли большее чувство, что она недостаточно умна, раз уж он обратился к Грейнджер то ли то, что у него есть возможность написать Сириусу и получить от него слова поддержки и вместо понимающим киваний Бёрк взмахнула своими кудрями и надув губы плюхнулась на кровать.
А жгло всё сильнее. Ладно уж Гарри сирота, но её отец жив, ей тоже тяжело. Хотела написать ещё одно письмо, достала пергамент и перо, спряталась в углу гостиной, но оставила на бумаге лишь пятна от чернил, что не удержались на пере и упали на бумагу. Всё не так...
Завтраки стали похожи на кошмар, даже Гермиона сдалась и молчала, устала говорить то с Роном то с Гарри пытаясь их завлечь в общую беседу. Ванесса же даже не лезла в их размолвки, ей своих хватало. Дни пролетали у каждого по своего. Гарри больше не сидел за одной партой с Роном, а Ванесса не бегала с близнецами Уизли по коридорам Хогвартса, взрывая бомбочки вонючки, да и сами братья сейчас интересовались совсем не шалостями. Не раз заметила, как они разговаривают с красавицами Шармаботано. Нессу конечно это злило не так сильно, как Анжелина, она то ведь не уедет после турнира, останется мелькать перед глазами...
— À quoi penses-tu ? — прозвучал нежный голос Флёр над ухом Ванессы, что размолотила свой ужин в тарелке на мелкие кусочки. — Дохохая моя, Несси.
— Ни о чём... — соврала Бёрк, руки Делакур на её плечах как самые бархатные ткани отдавали приятным теплом. — Садись, — посунулась Ванесса на пустое место рядом, уступая своё для Флёр. — Уже освоилась в Хогвартсе, чемпионка?
— Ах, mon Cher, всё пгекхасно. — грациозно, словно изящная птица опустила на лавочку Флёр приковывая к себе все взгляды парней рядом, а в частности Рона, уронившего с рук куриную ножку. — Сеходня пговеряли наши пагочки, мистег Оливандег был весьма удивлен сердцевиной с волосом моей грен ма.
— Ха, ещё бы... — улыбнулась Ванесса, вспоминая покупку своей палочки. — Волос Вейлы — редкий, даже слегка обидно, твоя палочка сделана под заказ, палочка Хоуп тоже... — замедлилась Несса пока не замолчала полностью, скучала по своей тёте, но написать ей первой не решалась, гордость не позволяла, забегала своими глазами по Большому залу в поисках другой темы, пока Флёр не спросила о Годвин, поймала сутулую спину Крама и прикусила нижнюю губу. — А у Виктора какая палочка?
— Кагой то са-сагсаул и жила дгакона. — старалась говорить по английски Флёр, не понимала на нём не так уж и много слов, но перевод древесины для палочки Крама не знала, сказала слово по памяти. — Мне больше интегесен он сам, чем его палочка. — хихикнула Делакур, прикрыв рот ладонью, бросила короткий взгляд в его сторону. — Но сейчас мы сопегники!
Рон смотрел на Флёр подперев лицо руками, еда в его тарелке оставалась нетронутой. Он ловил каждый её вдох, каждый взмах волосами вздыхая каждый раз с неистовой силой, слишком мечтательно. Гермиона это терпела недолго. Встала со своего места и втиснулась между Ванессой и Флёр стараясь прогнать француженку за другой столик.
— Прости, Флёр, но нам надо обсудить домашнее задание! — без нотки терзаний молвила Грейнджер, покрутив губами.
Делакур ничего не оставалось как хмыкнуть и очередной раз взмахнув волосами уйти. Не будет же она попусту спорить.
— Это некрасиво, Гермиона. — нахмурила брови Ванесса, посчитала, что эти уже чересчур, да и досадно как то стало, что такого, может ей тоже не нравиться, как она мило ведет с себя с Джонсон.
— А говорить с нашим врагом красиво? — сложила руки на груди Гермиона. — Ты ещё ей все секреты Хогвартса расскажи.
— И расскажу! — фыркнула Несса прямо ей в лицо, никто не смеет ею командовать, уж слишком о себе вообразила Гермиона, неужто считает себя самой умной, ещё и Гарри спросил именно у неё совета, обидно.
Отвернулись друг от друга, продержались рядом меньше минуты, Гермиона встала первой, резко, аж посуда на столе задрожала, пересела к Гарри. Ванесса лишь скривилась ей вслед.
А Фред всё оборачивался назад, делал вид, что болтает с француженкой, но на деле полностью летал в облаках, пытаясь уловить эмоции Ванессы. Каждый раз возвращался к мыслям о ней, облегченно выдыхал, видя, что она ест, а значит, не тревожится, хотя на деле, она делала это из-за него, ела, чтобы в очередной раз не ссорится, а тревоги было полно и она выливалась уже через край необыкновенной агрессивностью, да и у всех видимо было так же.
В спальнях девочек царила тишина. Гермиона больше не рассказывала Ванессе, что планирует добавить в ГАВНЭ, в Лаванда и Патил молчали за компанию, боялись издать лишний звук, понимали по лицам своих соседок, что те могут буквально взорваться. Молчание нарушил стук. Несса взялась полировать метлу.
— Ты не видишь, я читаю... — оторвалась от своей книги Гермиона, бросила злой взгляд на неё.
— И что? — скривилась Ванесса, продолжая натирать рукоять.
— А то, что ты мне мешаешь! — захлопнула книгу Грейнджер. — Неужели так сложно додерживаться тишины хоть немного.
— Да кем ты себя возомнила! — подскочила Ванесса, оставляя метлу на кровати, больше не могла терпеть — нет у Гермионы права ей указывать! — Думаешь, самая умная?
Грейнджер поджала губы. Не хотела она ссорится, просто, очень сильно ревновала Рона к Флёр, а ещё и Несса с ней подружка, не понимала, чем она всем так нравится, вот и злилась. Почувствовала, как на глаза накатываются слезы. Бросила книгу на стол и выбежала из спальни. Ванесса лишь хмыкнула, спрятала метлу в сундук и сама пошла прочь, оставляя Лаванду и Патил, забившихся в угол наедине.
Кровь просто кипела от злости. Щеки горели, будто их кто-то поджег. Хотела как то сбавить свой пыл, но выходить за пределы замка так поздно опасно — можно получить наказание. Села возле Рона, протянувшего руки к камину.
— Чего тебе? — недовольно буркнул Уизли, сидел надутый, как болотная жаба.
Ванесса ещё не успела отойти от перепалки с Гермионой, как тон Рона добавил огонька, набросилась на него, как дикая кошка, повалила на землю, прижимая к полу лицом, да так, что холод от него сразу оставил свой красный след на щеке. Ни пошевелиться, ни дать отпор, лишь пискнул, как мышка.
— Давай начнём сначала, Рон! — схватила его руки, заламывая их за спину в мертвой хватке. — Привет, Ванесса, присаживайся.
— Отпусти! — попробовал вырваться Уизли, но она лишь добавила силы, прижала колено к спине Уизли и по его телу пронеслась легкая дрожь с болью. — Привет, Ванесса, присаживайся. — быстро пробормотал Рон сквозь зубы, выдыхая, когда она его отпустила, обнял колени руками и спрятал в них голову, напомнил страуса. — Дьяволица... — буркнул себе под нос.
— Чего сидишь в одиночестве? — опустилась на пол Ванесса, села в позу лотоса, хотела до него дотронуться, но он съежился сильнее, не поднимая глаз. — А где Гарри?
— А мне то что? — крикнул Рон, стоило упомянуть имя друга, выпрямил спину, намеревался уйти, но Ванесса ухватила его за плечо, удержала на месте, он расстроенно сел, знает же что они в ссоре зачем спрашивает, издевается над ним. — Письмо получил, но меня это не волнует!
Бёрк глянула на друга своими серыми глазками, ей уже стало стыдно за то, как себя с ним повела, была зла, вот и сорвалась на нём, а он ведь не виноват, совсем. Села к нему вплотную опуская свою голову на его плечо. Признаться что виновата — не признает.
— Тогда я посижу с тобой. — прошептала Ванесса, в капле слез, что стекла по её щеками отражались языки пламени от камина.
Гарри получил письмо от Сириуса. Была в этом уверена. В груди заболело. Больно осознавать, что любовь, которая должна принадлежать тебе дарована кому то другому, даже если лучшему другу, который её заслужил. Молча сидели. А что ещё оставалось? Рон не мог рассказать ей, что скучает по Гарри, боялся насмешки, а она уж точно не будет плакать ему в грудь, о ссоре с Гермионой и родственных тайнах. Вытерла слезы невзначай, будто просто в глаза пыль попала.
Закрыли глаза, тепло от камина клонило в сон. Чувствовали себя защищено, ведь были рядом друг с другом, слушали дыхание и оно звучало как колыбельная в ночной тишине. Гермиона, возвращаясь в спальню остановилась на лестнице, глядела на них издалека. Злилась и грустила одновременно. Не стала их тревожить и Гарри не стал. Как только он прочитал письмо Сириуса, захотел кому то рассказать, будь то Ванесса или Гермиона, да даже Рону хотел, он ещё тогда в спальне думал, поговорить с ним, или хотя бы дать затрещину, было бы хорошо и то и другое. Смотрел как и Гермиона пару минут назад, из под тишка. Ну и ладно...Раз уж Рон такой хороший друг, что даже не соизволил поинтересоваться его переживаниями, а с вместо этого сидит и греется возле камина. Разозлился, хотя соринки в своём глазу не видел.