глава 60
Дамиано
Как и следовало ожидать, час растянулся на все два, но я с улыбкой сидел на диване и наблюдал за работой Карины. Она так изменилась, так выросла, превратилась в настоящую бизнес-леди. Я так горжусь ей. Конечно, что бы произошли такие метаморфозы, ей пришлось не сладко. И если честно, я корю себя за то, что мы тогда так глупо расстались на 4 месяца. Нужно было настоять на встрече и не отпускать её. Дурацкая обида, на то, что девушка не поехала со мной в Германию, пару дней игнорирования, стоили мне четырех месяцев наших отношений. А еще я очень жалею, что не был с ней, когда она узнала о смерти Альберто, и весь тот ужас с опознанием и похоронами ей пришлось пройти в одиночку. Карина говорила по телефону с Троиси, параллельно собирая бумаги на столе, и во мне зародилась надежда, что она наконец закончила с делами.
– Все, можем идти. – улыбнулась она, закрывая крышку ноута.
– Не-не, можем еще посидеть, у тебя здесь так уютно. – запихнув телефон в карман, я раскинул руки на спинку дивана, мило улыбаясь.
– Прости, мне нужно было все закончить. Теперь я в полном твоем распоряжении. - девушка взяла свою сумку и подойдя ко мне, протянула руку.
– И я это использую в полной мере, малыш. – подмигнув, я схватился за её руку и резко поднялся. – Ванесса, меня не будет до завтрашнего вечера. Если что, звони. – Карина закрыла кабинет, обращаясь к секретарю.
– Приятного отдыха, Синьора Конти. – девушка мило улыбнулась, возвращаясь к работе, и мы почти вышли из приемной, как двери соседнего кабинета распахнулись, и Гаттаи, собственной персоной, появился в ней.
– Ты уходишь? – спросил парень, а я взял Карину за руку, делая невозмутимый вид.
– Да, до завтра меня не будет. С Троиси я поговорила, он хочет лично поговорить с кредиторами, так что возможно завтра у вас будет с ними встреча. – что мне нравилось в этой девушке, так это её умение все расставлять на свои места. Гаттаи ждал другой реакции, скорее всего он хотел заставить её чувствовать свою вину перед ним, но Карина решила по-другому. И слава Богу.
– Да, я говорил с ним. – адвокат взглянул на меня, а потом вернул свой взгляд на блондинку. – Но мы хотели пройтись по новому контракту…
- А ты ей для чего тогда? Вот и пройдись. По контракту. – не выдержав, вмешался я, но тут же наткнулся на осуждающий взгляд Карины, которая сильнее сжала мою руку.
– Я вернусь послезавтра, и мы все успеем. Сегодня у меня выходной. – она слегка улыбнулась парню, и потащила меня на выход.
– Приятного вечера. – успел крикнуть я адвокату, и с довольной улыбкой направился за Кариной.
Карина
- Зачем ты это сделал? – как только мы оказались в лифте, я повернулась к Дамиано.
– Что сделал? – он издевался, и я видела это по глазам. Недолго думая, я нажала на красную кнопку STOP, и опять посмотрела на брюнета.
– Милый, мы вроде закрыли эту тему, поэтому я попрошу тебя больше не делать таких выпадов в сторону Гаттаи. Мы с ним работаем вместе, и я не хочу наблюдать, что вы, как два петуха, пытаетесь выщипнуть друг у друга побольше перьев, при любом удобном случае. Я благодарна Бруно за все что он для меня сделал, Дамиано. Он очень помогает мне с Холдингом, если бы не он, я бы все провалила к чертовой матери, и осталась у разбитого корыта. А отец бы только посмеивался в сторонке. Так что прекращай эти детские игры. – я говорила более чем уверенно, а Дамиано молча слушал, смотря мне в глаза.
– Конечно помогает, ведь он надеялся, что ты позволишь трахнуть себя в благодарность. – съязвил он, а я закатила глаза.
– О Господи… опять начинается.
– Ничего не начинается. Хорошо, признаю, мне хотелось ему показать, что…
- Что? – вскинув бровями, я уставилась на парня.
– Что ему нихрена не светит.
– Ему и так нихрена не светит. – я начинала злиться, повышая голос.
– Ладно, всё. Я не хочу опять ссориться из-за этого типа. У нас выходной, я везу тебя загород, и мы проводим эти полтора дня вместе, не вспоминая о долбанном Бруно. Так хорошо? – он нажал на кнопку, вопросительно посмотрев на меня.
– Да. Спасибо. – я отвернулась к нему спиной, смотря на дверь лифта.
– И еще. Возвращай мне мою Карину, и убирай эту вот Синьору Конти. Ты уже не в офисе. – прошептал он мне на ухо, на что я улыбнулась.
Мы ехали уже почти час, но Дамиано и не собирался рассказывать, куда и зачем мы едем. Добравшись до какого-то небольшого городка, мы проехали еще немного, к дому на окраине, и остановились. Я все еще сидела, не понимая, где мы, а Дамиано вышел из машины, вытащил из багажника сумку, и огромный пакет из супермаркета, открывая мою дверь.
– Мы приехали, можешь выходить. – улыбнулся он, подав мне руку. Так как я была в узкой юбке чуть ниже колен, и высоченных каблуках, выходить из автомобиля мне было сложновато.
– Что это за дом? – спросила я, закрыв дверь автомобиля.
– Дом одного знакомого. Я взял у него ключи. Мы бывали здесь пару раз нашей компанией. – парень держал меня за руку, помогая идти по мягкой траве.
Через пол часа мы уже ехали по небольшому парку, на велосипедах, неспешно крутя педали. Дамиано был в кепке и темных очках, все же опасаясь, что его узнают, хоть я и была уверенна, что в небольшом городишке, как этот, за 60 км от Рима, никто не обратит внимания на парочку, вроде нас, и не узнает в парне всем известного Дамиано Давида. Гоняя по парку, снимая друг друга на телефоны, мы резвись как дети, играя в перегонки. Вдоволь накатавшись, купив в небольшой будке возле парка по Хот-Догу, мы расположились на траве, возле огромного дерева, прислонив к нему велосипеды, с другой стороны.
– Ты понимаешь, насколько это вредно? – причитал Давид, с аппетитом кусая сочную булочку с сосиской.
– Ты понимаешь, насколько это вкусно? – смеялась я, вытирая с подбородка кетчуп.
– Да, это пиздец вкусно. – согласился брюнете, протягивая мне салфетку.
– Будешь колу?
– Да, давай. – кивнул парень и взял у меня из рук бумажный стаканчик. Я лежала на траве, наблюдая, как Дамиано, собрав мусор в пакет, и выбросив его в урну, располагался рядом, ложась на мягкую траву. Солнце уже садилось, а легкий ветер обдувал лицо, и мне казалось, что мы в каком-то другом мире, и все плохое осталось там, далеко. А здесь спокойно и мирно на душе.
– Смогла бы жить в таком городке? – парень повернул ко мне голову, перебирая зубами тонкую стебель травы.
– Не знаю. Думаю, да. Почему ты спрашиваешь? Хочешь переехать? – улыбнулась я, а вокалист посмотрел на небо.
– Иногда, из-за этой суеты проскакивают мысли, уехать, хотя бы на пару дней. Не в Грецию, или Дубай, а к родителям, в свой родной дом. Энергетика другая, заряжает на дольше. – задумался парень, а я как-то загрустила. Ведь двери в его родной дом для меня закрыты. И как бы не сложилась наша с ним жизнь, мне будет трудно перешагнуть порог дома, в котором со мной произошло столько плохого. – Ты о моих родителях задумалась? – повернувшись, я наткнулась на карие глаза.
– Я не готова об этом говорить. – тихо прошептала я, а он поднялся на локте, и навис надо мной.
– Я не откажусь от тебя больше. Никогда, слышишь? – погладив меня по щеке, парень нежно коснулся моих губ.
– Они твои родители, милый. Их отношение ко мне не должно отражаться на ваших отношениях. – парень напрягся, и опять лег на спину, подкладывая под голову руки.
– Но отношения изменились. Мы очень отдалились друг от друга, и если с отцом мы общаемся чаще, то с мамой я не говорил уже очень давно. – он нахмурился и тяжело вздохнул.
– Но это неправильно, Дамиано. Она очень любит тебя, как и ты её. Мама самый родной человек для тебя, не нужно отгораживаться. – я знала, насколько близки они были раньше, знала, как для него была важна поддержка родителей, как он гордился ими, а они своим сыном. И мне очень не хотелось думать, что я стала причиной их раздора. Из-за меня, из-за моего появления в жизни Дамиано, их отношения испортились и практически на грани.
– Я очень благодарен тебе за такие слова, малыш. Правда. Я даже удивлен. – он с грустью посмотрел на меня.
– То, что твоя мать ненавидит меня, не значит, что она не любит тебя. И то, что у нас с ней не сложились отношения, не должно влиять на ваше общение. Это твоя семья, милый.
– Но и ты моя семья, милая. – глаза предательски защипали, и я уткнулась носом ему в грудь.
– Я буду другой семьей, с другой стороны от тебя, чтоб не злить твою мать и не мешать вашему общению.
– Эй, ты чего? – он приподнял меня, заглядывая в глаза. – Ты никогда не мешала, и ты не можешь быть с другой стороны. Ты с главной стороны. Я люблю тебя, и хочу, чтоб ты всегда была рядом. А с родителями я разберусь. – улыбнувшись, я наклонилась к парню, целуя его губы, ощущая их мягкость. Полежав еще немного в объятиях друг друга, мы сели на велосипеды, и направились к дому, в котором нам предстояло провести весь вечер и завтрашний день.
Под мангалом потрескивал огонь, мошкара летала возле зажжённой лампы у двери, а мы с парнем стояли у костра, обнимаясь. Далеко от суеты города, от завистливых и любопытных глаз, вдали от всего, что могло нас побеспокоить. Мы были только вдвоем, и это было настолько круто, что не хотелось даже думать, что этот вечер закончится.
– Поленья почти догорели, можно нести мясо. – прошептал Дамиано, обнимая меня сзади.
- Еще минутку. – промурлыкала я, накрыв его руки своими, прислонившись спиной к его широкой груди.
– Я поставлю мясо и опять тебя обниму. – чмокнув меня в щеку, парень отстранился, и направился в дом, а через минуту вышел с мясом, раскладывая на мангале.
– Зачем ты взял столько? Я всего кусочек съем. – улыбалась я, наблюдая, как он сосредоточено занимается делом.
– Ну ты кусочек, а я все остальное. – заулыбался вокалист, опять обнимая меня руками. Аромат распространился по всему участку, от чего потекли слюнки, и я уже передумала на счет одного кусочка. Когда мясо было готово, мы наконец-то расположились на деревянном столе возле дома, разложив на нем всякие вкусности, которые Давид купил по дороге сюда. Налив в бокалы, которые мы нашли на кухне, красное вино, Дамиано положил мне на тарелку несколько кусочков мяса.
– Боже, как же это вкусно. – приговаривала я, поедая уже третий кусочек, закусывая свежими овощами.
– Госпожа Конти оценила мои кулинарные способности? – съехидничал парень, откусывая мясо.
– Я помню твою пасту, так что не надо. – засмеялась я.
– Ну вот скажи, что это куда лучше какого-то дорогого ресторана. Вкуснее и уютнее. Без креветок и омаров. – подмигнул мне парень, делая глоток вина.
– Ты так говоришь, как будто я только черной икрой питаюсь. – надулась я.
– Ну не икрой конечно, но все же думаю такие посиделки для тебя в новинку. – улыбался Дамиано, вытирая с уголка моей губы соус.
– Я не виновата, что родилась в богатой семье, и вышла замуж за не бедного человека. – мне было даже как-то не приятно, что он посмеивается надо мной. – И кстати, ты бы черта с два обратил на меня внимание, не будь я такой Кариной, которой ты меня встретил. Живи я вот в таком доме, за 60 км от Рима, приезжая в город на работу в каком-нибудь супермаркете. Так что не надо тут мне. – показав язык парню, я украла с его тарелки сочный кусочек мяса, на что он засмеялся.
– Я хожу в супермаркеты, вообще то. – возмутился он.
– Ага. Покупать креветки и икру. При этом обращаешь внимание на симпатичных продавщиц, да?
– Почему нет?
– То есть ты хочешь сказать, что на кассе, выкладывая на ленту продукты, ты бы обратил на меня внимание, то смог бы потом пригласить на свидание? – смеялась я.
– Почему нет? – парень откровенно возмущался, разводя руками.
– Не гони, Давид. Ты бы даже не взглянул на меня, в желтом передничке, а забрал бы красную икру, пачку презервативов, и пафосно прошел к машине. – Дамиано хохотал, отложив вилку. – Что, скажешь нет? – заразившись его смехом, я взяла в руки бокал, делая несколько глотков.
– А почему икра и презервативы? – успокоившись, парень украл у меня помидорку черри, забрасывая её в рот.
– Ну как? Потому что дома тебя ждала я, а я люблю икру, и ем только её, по твоим словам, а ты любишь секс, поэтому презервативы. – поперхнувшись вином, брюнет закашлялся.
– А ты секс не любишь, да?
– Вот чего ты ржешь? – злилась я, но все равно смеялась. – Люблю. С недавних пор. – положив себе на тарелку салат из свежих овощей, я ударила по руке парня, который попытался украсть у меня кусочек болгарского перца.
– С каких это недавних? – вопросительно подняв бровь, Дамиано уставился на меня.
– С таких, когда начала заниматься им с тобой. – опять показав язык, я бросила в него листом салата.
– Ох, Карина…. Ты нарываешься. – бросив в меня помидором, Давид попал прямо на светлую футболку, и замер.
– Ну все, Давид. Ты попал! – через секунду мы подорвались с места, бросая друг в друга всем, что попадало под руку, бегая по кругу, как дети. Это была настоящая война, с визгами, криками, бомбёжкой и капитуляцией, и я уже не помню, когда так искренне и громко смеялась, забыв обо всем на свете.
Проведя день на свежем воздухе, вдали от города, мы с грустью обнаружили, что пора собираться обратно. Дамиано уже несколько раз звонили ребята, чтоб узнать, успеет ли он на саунд-чек. Быстро собрав вещи, убрав следы нашего пребывания в доме, мы закрыли дверь и сев в машину, направились в Рим. Всю дорогу разговаривая о каких-то мелочах, узнавая какие-то новости из жизни друг друга, я поймала себя на мысли, что на душе у меня абсолютно спокойно. Может быть у нас далеко не все гладко, и мы не всегда понимаем друг друга, но это ощущение легкости и счастья, дарит мне только этот человек. Так получилось, что мы встретились совершенно не вовремя, и точно так же невовремя между нами завязались отношения, а потом и чувства. Но это самое лучшее, что случалось со мной в этой жизни. Не смотря на боль, слёзы и все преграды.
– Мне сейчас нужно в клуб, на саунд-чек, тебя домой отвезти или со мной поедешь? – подъезжая к городу, Дамиано сбросил скорость, обращаясь ко мне.
– Домой, конечно. Мы же договорились пока скрывать наши отношения, а это будет сложно сделать, если я все время буду крутится возле тебя. – вытащив расческу из сумки, я собрала волосы, заплетая косу.
– Я не против, чтоб ты крутилась возле меня. – пошло улыбнулся Давид, а я закатила глаза.
– Ты хотел сказать это по-другому. – он засмеялся, перестраиваясь в другой ряд.
– Всегда хотел спросить, почему ты не водишь машину? Ты же умеешь, и права у тебя есть. – Дамиано смотрел на дорогу, маневрируя между автомобилями.
– Альберто запретил мне водить после одного случая. А потом я так привыкла сидеть на заднем сидении, что просто не предавала этому значения. – парень вопросительно посмотрел на меня, и я поняла, что увильнуть от рассказа не получится. – Где-то через полтора года после того, как мы с Альберто поженились, моя лучшая подруга попала в аварию и погибла. Она сидела за рулем и в неё на перекрестке въехал внедорожник. Спасти её не удалось, к сожалению. Для меня это было ужасным потрясением, мы дружили почти с первого дня, как я приехала в Штаты. – тяжело вздохнув, я отвернулась к окну, вспоминая день, когда узнала о её смерти. – Сильвия была родом из другого города, и я сказала Альберто, что должна поехать на похороны, но он не позволил. – грустно улыбнувшись, я покачала головой. – Сказал, что на работе у него завал, а одну меня не отпустит, что ей уже ничем не поможешь, и мое участие в похоронах не обязательно.
– И ты не поехала? – парень перевел на меня взгляд, нахмурившись.
– Поехала, ничего ему не сказав, только сообщение оставила. Я не могла не поехать на похороны лучшей подруги, это было бы просто дико с моей стороны. – вздохнув, я повернулась к брюнету. – Я вернулась на следующий день, и он был в ярости. Издевался надо мной несколько дней, избивал до тех пор, пока я не теряла сознание. Держал меня в спальне, на замке, один раз даже привязал, чтоб не сбежала. – я видела, как парень с силой сжал руль, а взгляд не отрывался от дороги. Его лицо было сосредоточенным и очень серьезным. Сжатые зубы, учащенное дыхание… он еле сдерживал себя. Положив руку ему на ногу, я погладила её, давая понять, что все в прошлом. - Через 2 недели, когда синяки немного сошли, я смогла вернуться к учебе, и утром села в машину, выехала в университет. Стоя на том же перекрестке, где погибла Сильвия, у меня начался приступ паники, и в меня сзади въехал автомобиль. – парень резко повернулся ко мне, но продолжал молчать. – Со мной ничего не случилось, сработали подушки, я больше испугалась чем пострадала. Но после того случая, Альберто категорически запретил мне садиться за руль. С той поры я езжу с водителем. – повернувшись к окну, и откинувшись на спинку сидения, я закрыла глаза, вспоминая красивое лицо своей подруги, которой мне так не хватает.
– Знаешь, хоть он и мертв, но я все равно его ненавижу. И может быть я херовый человек, но он это заслужил. – услышав гневный голос Дамиано, я повернулась к нему. – Да, заслужил, Карина. То, что он с тобой делал, это даже не чудовищно. Это намного хуже. Больной ублюдок, маньяк и садист – вот кто он был. И я не знаю, какие невероятные силы тебе дал Господь Бог, чтоб ты все это терпела столько времени. – его захлестывали эмоции, и я даже пожалела, что рассказала ему обо всем.
– Все в прошлом, Дамиано. Ненависть к Альберто не сделает твою душу спокойней. – тихо проговорила я, взяв его за руку, переплета наши пальцы.
– Ты святая, мать твою. Ты просто святая Мать Тереза. Куда ты нахрен спрятала нимб? – он говорил вполне серьезно, даже слишком, со злостью сжимая руль, а я засмеялась.
– Успокойся, милый. Как для святой, я очень часто предаюсь греховным мыслям и действиям. – улыбаясь, я провела рукой по его щеке.
– Да? Ну ка, просвети? – он приподнял бровь, подмигивая мне.
– Я даже покажу, после того как ты вернешься с концерта. – парень разочаровано вздохнул, а я засмеялась, целуя его в шею. Как хорошо, что мы почти приехали.