наша тайна - любовь

Дамиано

– Ты поступила очень, очень безответственно и настолько глупо, что я не могу найти оправдания твоему поступку. Поехать с охранником, амбалом в сто килограмм, и оставить его в машине, а самой залезть в квартиру… Пиздец, Карина, я в шоке. Я не знаю, что еще сказать, да и не хочу… - нервно проведя рукой по волосам, я взглянул девушку.

– Я… хочу поговорить, если ты не против? – девушка уже переоделась в домашнюю одежду и пришла ко мне.
– Ну давай, поговорим. – я хмуро посмотрел на нее.
– Я хотела… сказать, что ты прав. Я совершенно не подумала о последствиях, когда поехала к Альберто одна, и ничего не сказала тебе, да еще и Джиозу оставила в машине. И хорошо, что все хорошо закончилось, иначе… я бы никогда себе не простила, если бы с нашим малышом что-то случилось. – она инстинктивно прижала руку к животу, посмотрев вниз. – Прости меня, я не знаю, что на меня нашло. Я очень хотела забрать документы, чтоб скорее развестись с ним… и совсем не подумала, что все это могло плохо закончится. Пожалуйста, не злись на меня, мне невыносимо знать, что ты злишься на меня. – Карина прикусила губу.
– Я не злюсь, Карина. Точнее, сейчас уже не злюсь так сильно. Это ведь не шутки, Карин. И ты не маленькая, все понимаешь же. – я старался говорить строго, но не настолько, чтоб напугать её.
– Я понимаю. – прошептала она, подходя ближе.
– Уверенна? Потому что я не знаю, что с тобой сделаю, если ты еще раз выкинешь что-то подобное. Запру нахрен в четырех стенах, и буду выпускать только под моим присмотром. – я строго посмотрел на девушку, которая виновато смотрела себе под ноги.
– Уверенна.  Ты простишь меня? Я все тебе расскажу, и покажу что забрала из квартиры… - протараторила она, но я прижал палец к её губам, заставляя замолчать.
– Я не хочу сейчас разговоров. Единственное, что я хочу сейчас от тебя слышать, это то, как ты просишь меня… - я надавил пальцем на мягкие губы блондинки и они раскрылись.
– Прошу, о чем? – она часто дышала, и касалась языком моего пальца, позволяя скользнуть в её теплый ротик.
–Просишь не останавливаться… Просишь быть глубже… - она простонала, прикрывая глаза, а я наслаждался тем, как она реагирует на меня, на мои слова, и мои действия.
– Пожалуйста… Все, что угодно… Все, что захочешь… - прошептала Карина, медленно поднимая ресницы, от чего тело бросило в жар.
– моя хорошая… - не желая больше медлить, я обхватил её за талию, и рывком притянул к себе, жадно впиваясь в такие желанные губы.

С самого утра мне позвонили из офиса, с просьбой срочно приехать, ничего не объяснив. Быстро собравшись, даже не позавтракав, мы выбежали из квартиры, спускаясь на парковку.
– В общем Джиозу отвезет тебя в клинику, сдашь кровь и возвращайся домой, я постараюсь быстро. – подходя к машине, я придерживал Карину за талию, строго посмотрев на охранника. – А ты даже не думай отходить от нее. И на фокусы её не ведись.
– Понял, шеф. – ответил здоровяк и сел за руль.
– Он не виноват, вообще-то. – нахмурилась девушка, повернувшись ко мне.
– Он должен был пойти с тобой…
- Все-все, я поняла. – запротестовала блондинка, не давая мне договорить, на что я улыбнулся, и притянул её к себе.
– Обещай, что будешь осторожна. – прошептал я ей в губы, нежно касаясь их.
– Дами… тебе нужно в офис… - сквозь поцелуй шептала она, и оторвавшись он сладких губ, я тяжело вздохнул.
– Я люблю тебя.
– А я тебя. – ответив, девушка чмокнула меня в губы, и открыв дверь машины, я помог ей сесть.

Зайдя в офис, я сразу же направился в кабинет Тотти. Когда я вошел, мужчина уже сидел за столом, попивая кофе.
– Что за срочность такая? – я подал руку продюсеру. – И что за лицо такое? – посмотрев на мужчину, я понял, что новости далеко не из приятных.
– Ты садись, Давид. – сказал Тотти, указывая на кресло напротив.
– Что-то случилось? – медленно сев на стул, я посмотрел на мужчин.
– У нас тут проблемка одна возникла… В общем… нам отказали в аренде площадки на ваш концерт. – сказал он, как и всегда решив не тянуть.
– В смысле отказали? Уже ж все решили? Или им дата не подходит? Так давайте перенесем, это же не принципиально? – забеспокоился я.
– Да в том -то и дело, Давид. Они не хотят переносить. Они не хотят арендовать зал именно под ваш концерт. – вот тут я завис, уставившись на Тотти.
– Это как?
– Ну вот так. Они не хотят сотрудничать с Maneskin. – ответил мужчина, и до меня начало доходить, что это не просто так.
– Конти, что ли? – я посмотрел на продюсера.
– Ну, так выглядит, что он.
– Вот же ж сука! – сжав руку в кулак, я громко ударил по столу, морщась от боли.
– Ну а чего ты ожидал? Я говорил, что статья — это только начало. Он не тот человек, чтоб остановится только на какой-то грязной статейке в прессе. – мужчина поднялся с кресла, и внимательно посмотрел на меня. – Он взялся за тебя очень серьезно, Дамиано.  И мы, конечно, попытаемся что-то сделать, да и делаем, но…
- Я понял. – проведя рукой по волосам, я встал с кресла, упираясь руками на стол.
– Дамиано, ты помнишь, что я просил тебя? Без самодеятельности. Не ищи с ним встреч, не надо еще больше всё усложнять. Позволь нам решить проблему с концертами и организаторами. – продюсер подошел ко мне, положив руку на плечо.
– Я не отступлю. – стиснув зубы, я посмотрел на мужчину, выпрямляясь.
– Я знаю, Давид. Если бы ты поступил по-другому, я бы перестал тебя уважать. - Тотти кивнул, и слегка улыбнулся. – Так, хорошо. Ты решай свои дела дома, а мы будем решать их здесь. – он похлопал меня по плечу, и как будто вздохнул с облегчением. Видимо он не рассчитывал на мою адекватною реакцию, и приготовился к худшему.
Выйдя из офиса, я написал сообщение Томасу, вкратце рассказав о ситуации, и сев в машину, направился к другу. Мчась по дороге, я думал о том, как один человек, у которого есть власть и деньги, может вот так просто уничтожить мечту всей жизни другого человека. Растоптать, уничтожить, разрушить. Буквально ничего для этого не делая. Вроде, какой пустяк, концерт, ну отменили, ну и что? А такое чувство, что не концерт, а пару лет жизни отобрал. Сука, что ж ему не живется спокойно, ублюдку этому? Ну ушла от тебя жена, по делу ведь ушла, не просто к любовнику, вонзая тебе нож в спину, такому хорошему, образцовому мужу. Ну будь мужиком, прими это достойно. Нет, блять, своей жизни нет, так нужно же всем остальным испортить. Как таких вообще земля носит? Упырь, сука. Ненавижу.
Пробыв у Томаса пару часов, я катался по городу, не зная, как рассказать все Карине. Ведь я знаю, что она будет винить себя. Новость про отмену небольших концертов огорчила её, что же будет, когда она узнает про отмену этого, зная, как мы его ждали и как готовились. Все летит к черту, и я не знаю, как справится с этим наводнением по имени Альберто Конти, ведь совершенно очевидно, что он намного влиятельней и могущественней нашего продюсера, и пока он не может никак повлиять на ситуацию. Да, Давид… Ты же не мог влюбится в какую-то обычную девушку, чтоб муж у нее был чуть попроще… Нет, конечно… Тебе сразу чтоб весь комплект: и красивая, и умная, и муж-псих, и папа – в первых строчках Forbes. И если что не так, они тебя сразу и прихлопнут. Папаша правда пока не брался, а вот муженек-то, уже по полной. Улыбнувшись самому себе, я вспомнил милое личико своей девушки, которая с таким восторгом всегда встречает меня дома, как будто я с 2-недельных гастролей каждый раз приезжаю. И её теплые объятия, и её улыбка… мягкие губы, самые нежные руки… а теперь еще наш малыш, который растет в ней… Разве можно мечтать о большем? Ну подумаешь, какие-то концерты… Сука! Ударив кулаком по рулю, я громко выругался, и развернув машину, поехал в сторону дома. Нужно успокоится, и возможно даже сегодня не упоминать об этом при Карине... A просто насладится вечером вдвоем.
Подъехав к дому, и припарковав машину, я вышел из неё, нажимая на кнопку блокировки на брелоке, направился в сторону подъезда, но заметил до боли знакомый автомобиль.
– Он что, совсем рехнулся? – прошептал я, оборачиваясь по сторонам. Задняя дверца черного Мерседеса открылась, и из неё вальяжно вышел Конти, застегивая на ходу пуговицу темно-синего пиджака.
– Ты что здесь забыл? – обратился я к мужчине, останавливаясь напротив него.
– Тихо-тихо, Давид. Я с мирным визитом. Хочу поговорить с тобой. – он поднял две руки вверх, делая шаги в мою сторону.
– Со мной? Ну давай, поговорим. – скрестив руки на груди, я посмотрел на него с вызовом.
– Ты ехидничаешь, а мне вот не смешно, Давид. Знаешь, скольких трудов мне стоило прийти к любовнику своей жены, м? Да еще и с добрыми намерениями. – он подошел вплотную, сверля меня взглядом.
– Что ты несешь, Конти? Ты, и добрые намерения? Не смеши. – я смерил его взглядом, вкладывая все призрение.
– Ну… предупредить, так сказать. В общем, не буду ходить вокруг да около. – мужчина засунул руки в карманы брюк, чуть качнувшись на носках. – Карина кое-что забрала у меня. Думаю, ты знаешь, о чем речь, поэтому давай не будем играть в дурацкие игры. Её зафиксировали камеры слежения, о которых она не подозревала. – его голос звучал жестко, а взгляд метал молнии.
– Она забрала то, что принадлежит ей – свои документы, паспорт. Разве это противозаконно? - я почувствовал вибрацию в кармане, и вытащив телефон, сбросил звонок от Карины.
– Нет, не только паспорт. Она забрала кое-что мое, документы, очень важные документы, в которых она и так не разберется, а вот мне они нужны. При чем немедленно. – интонация разговора менялась с каждым сказанным словом, и я вспомнил, что мы так и не поговорили с Кариной о том, что же она взяла в квартире.
– Что за документы?
– Ну это тебя не касается, Давид, ты и так слишком многое у меня отнял, за что еще не рассчитался, но поверь, этот момент уже близок. – он сверкнул глазами, сжав губы в тонкую линию.
– Ты теперь мне угрожаешь? Ты правда считаешь, что отмена концертов и отказ в аренде заставит меня отказаться от любимой женщины? Если ты так думаешь, то ты и правда больной, Конти. И мне нечего больше тебе сказать. – опустив руки, я развернулся, чтоб уйти, но мужчина окликнул меня.
– Знаешь, Давид… Я ведь говорю не о том, что сделаю с тобой, чтоб вернуть её. Я говорю о том, что сделаю с ней, чтоб вернуть свои документы. – от этих слов я замер и повернулся лицом к нему, нахмурившись. – Да, ты хорошо расслышал. Ты ведь не всегда дома, рядом со своей «любимой женщиной», как ты выразился, правда? Да и охранник твой… ну это мелочи, согласись. – брюнет подошел ближе, чуть наклоняясь ко мне, смотря прямо в глаза. – Ты и глазом не успеешь моргнуть, как она исчезнет у тебя прямо из-под носа. А потом я буду возвращать её тебе, по частям. Твою любимую женщину, Давид. – от его слов у меня мороз прошелся по телу, и сжав руки в кулаки я с трудом сдержал себя, чтоб не врезать ему по челюсти.
– Да ты конченный псих, Конти. Ты кричишь о любви к ней, и говоришь мне сейчас такие вещи? – но он только рассмеялся на мои слова, что сбило меня с толку. Он и правда ненормальный…
- Я может и псих, Давид, но, если ты не вернешь мне документы, для начала! – уточнил он, поднимая палец вверх. – То твои проблемы с концертами, покажутся тебе сущим пустяком, в сравнении с тем адом, который я тебе устрою. - Альберто вынул руку из кармана, и вытащил из него визитку, протянул мне. - Я жду свои документы, Давид. И часы тикают. – он развернулся, и открыв дверь, сел в машину, медленно выехав со двора. Стоя с его визиткой в руках, я смотрел на серебряные цифры на черной матовой бумаге, и, если честно, меня потряхивало от его слов. Ведь он реально больной ублюдок, и чего от него ждать, неизвестно. Что же там за документы такие…?
– Да, малыш. Уже поднимаюсь. – ответив на энный звонок от Карины, я посмотрел в след черному Мерседесу, и зашел в подъезд.