Глава 14. Сомнения.
Ночной полицейский участок в районе Мустафу сейчас больше напоминал разворошённый улей, который внезапно пробудился ото сна. Полицейские сновали туда сюда словно заведённые, обычно спокойные ночные сутки наполнились напряженной работой. Каждый занимался отведённое делом, иногда доставая из архивов папки с уже порядком полежавшими делами.
— Ты прикинь двадцать лет это пылилось! — сказал полицейский, стукая по папке с пропавшей девушкой. — Я в это время пешком под стол ходил! А какой-то Предвестник это нашёл… прикинь даже если это был кто-то из полиции. Сколько ему потребовалось порыться, чтобы найти это?
— Да уж, история, — согласился второй полицейский, протирая запотевшие очки. — Двадцать лет… целая вечность. И кто бы мог подумать, что это дело снова всплывет? Да еще и в связи с «Масками»…
Он замолчал, переваривая услышанное. В голове не укладывалось, как эти, казалось бы, не связанные между собой события могли сплестись в один тугой узел. Ограбления ювелирных магазинов, пропажа девушки, таинственный Предвестник… Слишком много вопросов, и слишком мало ответов.
— Слушай, а ты веришь в этого Предвестника? — спросил он, переводя взгляд на своего напарника. — Ну, что он на самом деле существует? Может, это просто чей-то розыгрыш?
— Розыгрыш? — переспросил первый полицейский, скептически поднимая бровь. — Ты видел информацию, которую он нам предоставил? Это тебе не шуточки. Слишком много деталей, слишком много совпадений… Нет, тут что-то другое.
Он замолчал, задумавшись. В его голове роились догадки, предположения, версии… Но все они разбивались о стену неизвестности. Кто такой Предвестник? Откуда он все это знает? Почему решил помочь полиции? Вопросов было больше, чем ответов.
— Ладно, хватит гадать, — сказал он, решительно вставая. — Нам еще кучу дел переделать надо. Надо проверить все связи компании с похищениями, опросить свидетелей, подготовить засаду…
— Да, ты прав, — согласился второй полицейский, тоже поднимаясь. — Работы невпроворот. Но… я все равно не могу отделаться от мысли, что мы упускаем что-то важное. Что-то, что связывает все эти события воедино.
Они переглянулись, и в их глазах отразилось общее чувство тревоги. Они оба понимали, что это дело – не просто очередное расследование. Это что-то гораздо большее, что-то, что может изменить их представление о справедливости, о добре и зле, о мире, в котором они живут.
— Пошли, — сказал первый полицейский, кивая в сторону двери. — Нам нельзя терять ни минуты.
И они вышли из кабинета, растворившись в суете полицейского участка, став частью единого механизма, который должен был остановить «Масок» и раскрыть тайну, которая вот уже двадцать лет скрывалась во мраке.
***
Первые лучи солнца, пронзая плотные облака дыма, острыми лезвиями кромсали хмурое небо над Мустафой. Город, еще недавно утопавший в ночной мгле, нехотя просыпался, обнажая раны, оставленные минувшей ночью. Улицы, пустые и безжизненные, хранили зловещую тишину — затишье перед бурей, которая неизбежно разразится с приходом темноты.
Изуку не сомкнул глаз. Он бесцельно бродил по комнате, словно зверь, запертый в клетке собственного отчаяния. Секунды тянулись мучительно долго, каждая отзывалась тупой болью в висках. Изредка он останавливался, хватаясь за голову, пытаясь унять душный комок тревоги, застрявший где-то в груди.
Взгляд часов, брошенный в отчаянии, лишь усиливал давящее ощущение безысходности. Время в этой комнате, некогда служившей ему тихой гаванью, теперь текло с невыносимой медлительностью. Мысли, словно рой разъяренных пчел, не давали покоя, рисуя в воображении один мрачнее другого сценарии будущего.
В углу, полускрытая тенью, лежала коробка. Крышка была приоткрыта, и в проеме виднелась улыбка Всемогущего. Улыбка, которая раньше дарила надежду, сейчас казалась жестокой насмешкой над его сломанными мечтами.
— Я не герой… — пробормотал Изуку, опуская голову словно в немом укоре. – Я просто жалкая пародия …
Тишина опять поглотила комнату нагоняя мрачные мысли, которые под взглядом героя номер один словно сгущались в густой натянуть узел. Напряженное ожидание было подобно пытке, где с каждой утекающей секундой в голове рождались все новые ужасающие сценарии. В которых он зеленоволосый школьник играл роль главного виновника.
Секунды длились часами, а терпения с каждым мгновение утекает сквозь пальцы. Подросток резко вскочил с кровати словно натянутая пружина двинулись к двери своей комнаты, ведомый круговоротом мрачных мыслей.
— Нет, я так больше не могу… — заявил Деку, прикасаться к холодной ручке двери. — Я пойду туда… и проверю. Нет… это же глупо…
Деку опустил ручку чувствуя исходящее, от неё бессилие. Он ничего… ничего не сможет поменять. Чувство напряжённого ожидания давало на него словно десяти точный груз, смешиваясь с чувством вины и стыда. Он хотел помочь … правда хотел, но в итоге казалось словно он просто скинул на других свою собственную ответственность.
— Глупости … — пробормотал Изуку, сжав кулаки от собственных беспощадных мыслей. – Почему я решил, что они поверили мне? Возможно они … просто надо мной смеются …
Совсем скоро будильник прозвенел на телефоне подростка, предупреждал того о времени пробуждения. Только тот уже давно не спал пытаясь собраться с мыслями когда те утекали сквозь пальцы уступая место тревоге и самобичеванию. Минутная уверенность и предчувствие кричащее о необходимости немедленных действий растворились в воздухе, оставляя за собой волну сомнений.
Надо иди в школу. Теперь когда солнце взошло над горизонтом время Предвестника вышло, открывая взор на жизнь Мидории Изуку — беспричудного неудачника.
Солнце било в окно, но Изуку не замечал его тепла. Он механически одевался, словно робот, выполняя привычные действия без всякого энтузиазма. Каждый шаг, каждое движение отдавалось эхом в пустой голове. Зеркало отразило его бледное лицо с темными кругами под глазами – красноречивое свидетельство бессонной ночи.
На кухне его ждал завтрак, приготовленный мамой, но аппетита не было совсем. Инко смотрела на него с тревогой, но он лишь выдавил слабую улыбку, стараясь скрыть свое состояние. Он не хотел ее волновать, не хотел, чтобы она видела его таким – разбитым и неуверенным.
Дорога в школу казалась бесконечной. Каждый знакомый поворот, каждый прохожий лишь усиливали его чувство изоляции. Он чувствовал себя невидимым, словно призрак, скользящий по улицам города. Голоса одноклассников, доносящиеся из-за угла, заставили его съежиться. Он знал, что его ждет. Насмешки, презрительные взгляды, возможно, даже толчки. Обычный день в Альбедо для беспричудного Деку.
В классе царила обычная суета. Бакуго, как всегда, сидел, закинув ноги на парту, и о чем-то громко спорил со своей компанией. Его взгляд скользнул по Изуку с привычным презрением. Учитель еще не пришел, и атмосфера была расслабленной.
Изуку занял свое место у окна, стараясь не привлекать внимания. Он достал учебник, но буквы перед глазами расплывались. В голове крутились мысли о предстоящем ограблении, о «Масках», о полиции, которая, возможно, уже готовится к засаде. Он гадал, поверили ли ему? Не посчитали ли его очередным фантазером?
Внезапно дверь распахнулась, и в класс вошел учитель. Суета стихла. Начался урок. Но мысли Изуку были далеко от теоремы Пифагора. Он представлял себе центральный ювелирный магазин, сверкающий витринами, полными драгоценностей. Представлял себе «Масок» в их звериных масках, дерзко врывающихся внутрь. Представлял себе полицейских, прячущихся в засаде, готовых к схватке.
Он нервно постукивал ручкой по парте, не в силах усидеть на месте. Ему хотелось выбежать из класса, помчаться к ювелирному магазину, убедиться, что все в порядке. Но он понимал, что это глупо. Что он может сделать? Он всего лишь Деку, бесполезный и слабый.