Преодоление преград
День близился к вечеру, женщина шагала в расстроенных и растерянных чувствах во временное место проживания. Сначала, она кинулась искать этот знакомый и родной запах, но позже он привел её в тупик. Как бы прискорбно не звучало для неё, но ей снова нужно забыть об этом и жить дальше, думая себе, что это было временное помутнение. Но запах был настолько чёткий, что он смог вернуть ей давно забытые воспоминания, тогда, когда она была ещё молода. Тогда, когда она даже не подозревала, что с ним придётся расстаться.
***
Шагая по траве с покрасневшим лицом, Чонгук думал себе, что они с Тэхеном упустили один немаловажный разговор.
— «Он кончил в меня! Кончил!!! Какого чёрта это вылетело у меня из башки?! — сгрызая последние ногти, ошарашено, лепетал Гук у себя в мыслях».
— Гук, ну чего ты плетёшься так долго? Нам нужно успеть к главе до того, как потемнеет, — останавливаясь, поворачиваясь к нему, спрашивал Тэ, подмечая про себя, что он что-то скрывает, раз не пускает в свои мысли.
— «Нужно успокоиться, всё хорошо, если бы это было так, то я почувствовал бы какие-то изменения ведь... — поднимая глаза, Гук встречается с взглядом Тэхена».
— Что такое, Гуки? — проходясь ладошкой по его щеке, продолжил альфа, — почему ты не пускаешь меня в свои мысли? Ты такой тихий с тех пор, как мы закончили свои игры, не понравилось? Может, переживаешь из-за чего-то?
— Н-нет, Тэ. Мне очень понравилось, — отводя глаза, тихо лепетал он, — меня волнует один вопрос...
— Какой?
— Тэхен, с чего вдруг ты кончил в меня два раза? — неожиданно выдал Чон.
— Что, переживаешь теперь? — улыбаясь, переплетая их пальчики, интересовался Тэ.
— Если бы я не переживал, то не спрашивал бы об этом.
— Прости, не удержался, я хотел заполнить тебя собой, хотел, чтобы ты это почувствовал. Просто не думай об этом, — наклоняясь к его уху, он прошептал, — и ещё, не смей больше закрывать мне доступ к своим мыслям, а то накажу. И поверь мне, ты точно тогда сорвёшь голос от своих стонов.
Положив руку ему на грудь, Чонгук ощутил, как там бьётся сердце, улыбнувшись, он скрестил их пальчики на обеих руках и чмокнул его в губы, сразу ощущая, как внизу живота растекаются какие-то щемящие и тягучие колики.
— Пойдём, мы же спешили, не так ли? — отпуская одну руку, он ухватился за вторую своими двумя и положил голову ему на плечо.
— Знаешь, Гук. В такие моменты я хочу зацеловать тебя до смерти, — продолжая идти в одну ногу, улыбчиво тянул Тэ.
— Знаю, с недавних пор я и сам хочу это сделать, — оставляя свои переживания на потом, отвечал он.
***
— Что, ещё не привык? — задавал вопрос Чимин.
— Нет, он шугается всех и сразу, он думает, что его заперли в ещё одной камере, — в обескураженном состоянии, произносил сидящий на столе Хосок, — я не знаю, что должен делать.
— Да не переживай ты так, всё образуется, — пытался утешить его Чим.
Хотя навряд ли он понимал, что творилось с омегой Хосока всё это время, Хо даже не стал этого рассказывать, ибо, зачем вообще его посвящать в такие подробности, пусть ещё живет со своими детскими тараканами в голове.
— Персик мой ненаглядный, ты чего здесь попу свою отсиживаешь? — заходя в подобие кабинета Намджуна, увлекательно глаголил Юнги.
— Нет, ну ты это слышал? — запрокидывая рыжие пряди волос назад, ошарашено, выпалил омега.
— Вроде не глухой, не парься, скоро привыкнешь к его заскокам, — на автомате ответил Хо, продолжая погружаться в свои мысли.
А Хорс был уверен в том, что эти заскоки, что сейчас проскальзывают у Юна это лишь цветочки. Не станет же он объяснять Чимину, что он серьёзно влип, когда стал его омегой. В этот момент в кабинет зашёл собственно владелец этого дома.
— Хосок, ты не видел где бродит Джин? Я его никак найти не могу, — поправляя свои съехавшие обрезанные перчатки, любопытствовал Джун.
— Нет, я не видел его, — встав со стола, Хо прошёлся к выходу и остановился плечом к плечу с Намом, — Хён, не зазнавайся, он тебе не игрушка, — сверкая своими краснеющими глазами, ожесточенно выпалил альфа.
Взяв это себе на заметку, Джун решил перетереть с ним этот вопрос позже, ведь он смекнул почему тот был так зол. Видимо Джин успел осведомить своего братца о внезапном поцелуе.
— Омежка моя, греби своими булочками отсюда, мне нужно поговорить с Джуном, — облокачиваясь на тот же самый стол, Юн ударил Чима по заднице как только тот слез.
— Может, хватит мне напоминать о моей пятой точке? — замечая ухмылку на лице альфы, раздраженно дерзил Чимин.
— Да он просто хочет тебя нагнуть, вот и намекает на это, — складывая руки на груди, с прикрытыми глазами, вздыхая, изъяснял Нам.
— Да что ты говоришь, мне в мыслях он прямым текстом это говорит, — покидая помещение, напоследок ведал омега.
Чимину всё это время пришлось не сладко, потому что он не выспался и нормально не поел. Всему виной, конечно, Юнги, а кто же ещё. Всё потому, что ночью тот лез к нему, прижимая его тело к своему возбуждению. За столом, Юн так вообще, говорил, как тот сексуально берёт ложку в рот, представляя себе далеко не ложку. Омега сомневался, что он выживет в таких условиях, ну или то, что выживет его девственное тело.
— О чём ты там поговорить хотел? Уж тем более со мной? — отвлекая Юна от извращенных мыслей, осведомлялся Джун.
Приобретая серьёзное выражение лица, Юнги начал свой допрос издалека.
— Как я понял, тебе ведь Джин приглянулся, не так ли? — получая кивок, он продолжил, — что ты будешь делать, если встретишь свою истинную омегу? Бросишь Джина, или останешься с ним?
— Не ожидал я таких вопросов. Что ж, дело в том, что моей омегой является Джин.
— Что? Но он же альфа, — не понимал Юн.
— Он пахнет, от него исходит аромат лепестков сакуры. Для того чтобы он стал омегой я должен изменить его, так же как изменили Тэхена.
Для Юна стало понятно, что теперь разговор с ним потерял весь смысл. Ему нужен был похожий случай, ведь с тех пор, как они шли по лесу, его всё не покидало чувство, которое заполняло его лёгкие. К тому же, альфа был уверен, что Чимин это заметил.
— Ты что встретил истинного и разрываешься меж двух омег? — в лоб спросил Ким.
— Я её не встретил, лишь ощутил запах. То, чего боялся Чимин, случилось. И я действительно не знаю, что мне теперь делать.
— А чего тут гадать? Насколько я знаю, ты из этой компании самый обезбашенный и не думаешь о таком. Не заметил? Твоя теперешняя омега меняет тебя. Я думаю лучшей кандидатуры тебе не найти. Или же ты оставишь его? — вскидывая бровь, лепил Намджун.
— Нет, я... Чёрт возьми! Да пошло оно всё, — зарываясь в свои волосы, бредил Юнги.
— Ты полегче с выводами, не бросай это и разберись совсем. Доведи это до конца, иначе всё повторится. Ты снова убежишь, так же как и от своей семьи...
— Откуда ты...
— Знаю? Поверь мне, я знаю намного больше, чем ты думаешь, — оставляя его в одиночестве, изрёк Джун.
***
Пока в доме Намджуна творилось непонятно что, Тэхен с Чонгуком дошли к зданию главы. Временно всё проходило именно так, как задумывалось. Перед тем, как покинуть хоромы Лиена, Тэхену пришла в голову мысль: — «Его папаша будет искать его сердце, так почему бы не спрятать это сердце в хоромах этого же главы?» — идея бредовая и не имеет смысла, но по-другому Тэхен не умеет. Поэтому он поручил это дело своему новоиспеченному другу Намджуну, а тот уже и своим пешкам, которые работали на отца Лиена. Независимо от того, что он узнал от Ёна, Джун решил пока встать на их сторону, а там уже как пойдёт. Для него пост сейчас был не самым главным.
— Тэхен, ты уверен, что получится? — переживая, спрашивал Гук.
— Я надеюсь на это, не волнуйся, тебя уж я точно в обиду не дам, — кинув ему обнадеживающую улыбку, отвечал Тэхен.
Вот только альфа не думал, что Чон беспокоится не за себя, а за него. Чонгук даже не знает что это такое — «переживать за себя». Шагая по коридору, их провожали неодобрительные взгляды, некоторые охранники смотрели на них с сожалением. Они знали, что задумал глава. Как только они дошли к главным дверям, подручные Со Шина тут же схватили их, держа руки за спиной.
— Руки убрал, — с презренным взглядом заявил Тэхен.
— Нам приказали тебя схватить, поэтому стой и не рыпайся, — пресёк альфа, сжимая его руки крепче.
Заведя их в одно из помещений, их неожиданно начали развязывать.
— С чего это вдруг? — не понимая, выпалил Чон.
— Мы от Намджуна, нам нельзя себя раскрывать, — доставая сердце Лиена, которое они поместили в колбу, отвечал один из парней.
— Ладно, сейчас некогда всё разъяснять, пойдем к главе, вы же знаете где он? — забирая сердце, спрашивал Тэ.
— Да, мы как раз собирались провести вас, — выпалил вскоре второй.
Выпроваживая Чона с Тэхеном, они продолжили свой путь. С каждым пройденным шагом напряжение росло, Гук чувствовал, что разговор их не будет простым. Наконец достигнув той самой двери, они вошли внутрь и им представился сам Со Шин. Он стоял около окна и был повёрнут к ним спиной. Обстановка вокруг него заставляла вызывать отвращение, потому что в отличие от дома Лиена, здесь было всё в темных тонах.
— Уже пришёл? Неужто мне представился сам Ким Тэхен. Тот, кто убил моего сына, — поворачиваясь к ним, бросил обвинение тот.
— Как видишь не призрак, я пришёл к тебе, дабы заключить договор, — впиваясь в него взглядом, вымолвил сквозь зубы альфа.
— И каков же он? — стоя от него уже на вытянутую руку, переводя глаза на Чона, задавал вопрос глава.
— Это сердце твоего милого сыночка, я готов обменять его на то, чтобы ты больше нас не преследовал, чтобы никто больше этим не занимался.
Шин начал медленно обходить его кругами, держа обе руки у себя на пояснице. Останавливаясь за его спиной, он внимательно разглядывал Чонгука. Оголяя один коготь, Со хотел дотронуться до его подбородка, но коготь Тэхена не дал этого сделать, потому что он уже находился у его шеи.
— Только попробуй к нему прикоснуться, я тебе точно глотку разорву, — сверля его красными очами, буравил он.
Медленно разворачиваясь в его сторону, он заметил, что сердце, которое держал Тэ, находилось уже у одного из приспешников. Это заставляло задуматься его о том, все ли подданные ему верны? Ответ говорил сам за себя. Чтобы уклониться от его когтя, ему пришлось поменять свой цвет глаз. Поворачиваясь обратно, Со видел, как в теле Чона зарождается эмбрион. Его глаза были очень необычными. Не такими как у всех истинных альф, они могли видеть оборотней насквозь, будь то тело или же их чувства. Это его не на шутку напугало, поэтому он машинально впился рукой омеге в грудь, задевая сердце.
Полностью вырвать его Шину не удалось, потому что Тэхен откинул его за воротник в стену, от чего та наполовину рассыпалась. Откидывая в сторону обломки, Со набросился Тэхену на спину, пытаясь свернуть ему шею. Перекидывая его через себя, Тэ размял шею, проговаривая: «Что ж, поиграем». Оголяя полностью свои когти, альфа изменил цвет глаз. Только Шин хотел замахнуться, чтобы продырявить ему живот, как Тэ ловко уклонился и заехал ногой тому по лицу. Глава снова отлетает в стену и полностью её разрушает.
Вправляя себе челюсть, он выпалил: «Малец, так с тобой нужно играть по-серьёзному». Вмиг, истинный начал приобретать обличье зверя. Тэ пришлось не просто, он уже не мог уклоняться от ударов Со Шина, из-за этого физически его тело сильно пострадало, но морально он был готов прикончить ещё сотню таких же, как этот Шин. С последних сил, он поднялся с плитки и резким движением заломил его нижние конечности своими ногами, продолжая наносить удары по лицу.
Пока Тэ срывало планку, Чонгук уже грохнулся на каменную плитку. Держась за раненое место, он уже думал, что ему конец. Только он начинал закрывать глаза, как сердце начало биться в бешеном темпе. Он не понял, что вообще произошло и почему его рана начала затягиваться. В отражении зеркала, Чон заметил, что его глаза приобрели алый цвет, это продлилось всего лишь миг. Поднимаясь, Гук также стоял в оцепенении от произошедшего. В таком же состоянии находился и глава, когда заметил поднимающееся тело.
— Что за бред, я же его...
Ослабляя хватку, Тэхен также стоял обомлевший, но вернув себе здравый смысл, он нанёс Шину последний удар. Проникая рукой в его грудь, альфа сразу же раздавил его источник существования, оставляя его на том же месте.
— Т-тэ, ты в порядке? — ошарашено смотря на него, спрашивал Гук.
— Между прочим, это я у тебя хотел спросить, — подходя к нему, Тэхен начал осматривать его рану, он не стал удивляться из-за того, что там ничего не оказалось, скорее альфа обрадовался этому, остальное для него уже не имело значения.
— Тэхен-хен, ты... убил главу, — сбивчиво отвечая, одному из парней, что стояли позади них, стало плохо, потому что они знали, что теперь его ждет.
— То есть, ты хотел, чтобы я никак не реагировал? Он сам виноват. Здесь нет моей вины, так что, пожалуй, мы покинем это место, — хватая руку Чона, альфа направился к двери.
— Раз ты убил его, значит, занимаешь его пост, у нас так принято. Именно из-за этого Со Шин и сделал своего сына пешкой, чтобы на него не нападали другие.
Остановившись, Тэ обернулся и посмотрел на него с пофигистичным выражением лица.
— Прости уж, но мне это побоку, — кинув напоследок обворожительную улыбку, он покинул это место.
Как только они вышли за дверь, все истинные, что стояли перед ними как стража, выстроились в группу и склонили перед ними голову. Они знали, что перед ними стоит новоиспеченный глава, ведь он остался в живых. Сам Чонгук осмотрел их кислым взглядом. Он всё ещё не мог отойти от ранее произошедшего, к тому же его взбесило то, что Тэхен начал кому-то улыбаться, и ещё больше его раздражало на данный момент собственное самочувствие.
— Что такое, Гук?
— Я сейчас блевану, — игнорируя его вопрос, омега не удержался и выдал всё своё одному из приспешников на новенькие отполированные туфли.
— Йаа! Это из последней коллекции! — фыркая, искореживаясь в лице, альфа хотел было уже вмазать Чонгуку, но тут же не стал этого делать, потому что он увидел его гримасу ненависти.
— Ты сейчас слизывать это будешь, попробуй ещё вякнуть, — подрываясь на ноги, он всё не мог допереть, что вообще произошло, и почему его так мутит. Но момент он всё же запечатлел в памяти, хоть как-то, но он, можно сказать, отомстил.
В своё время, Тэхен стоял рядом и всё ещё офигевал со слов Чона. Сглатывая накопившуюся слюну, альфа снова подхватил его руку и пошагал к выходу из здания. Пока они шли, их никто и пальцем не тронул, ведь как-никак он теперь их главный.
***
Ступая уже по траве, Чон остановился и снова очистил свой желудок. Он был бледный как поганка. Тэхен и сам уже начал переживать за него, мало ли что с ним ещё может случиться.
— Гук, может, лучше будет, если я тебя понесу? — присаживаясь рядом с ним на корточки, поглаживая по спине, спрашивал альфа.
— Не нужно, я и без тебя справлюсь, — рассиживая на камне, не смотря в его сторону, вредничал тот.
— Что опять? Что я уже не так сделал?
— А с какого перепуга ты другим улыбаешься? Может с такими успехами скоро и вовсе меня замечать не будешь? — презрительно одаривая его взглядом, пыхтел омега.
— Гук, ты что это, ревнуешь? — ехидно улыбаясь, разглядывал его Тэ.
— А что если и так? — высокомерно отвечая, Гука выбило из колеи, когда Тэхен его притянул к себе и смачно поцеловал.
— Эй, Тэхен, блин! Меня только недавно вывернуло, а ты целоваться лезешь! — протирая уста, возмущался он.
— Если ты уже об этом заговорил то, не кажется ли тебе, что это я должен сейчас вытирать губы? Брось, Гук, мне всё равно.
Только он начал лезть к нему, как неподалеку услышал хруст ветки. Отстраняясь от него, альфа хотел пойти посмотреть, кто их преследует. Осмотрев поблизости местность, он с подозрительным взглядом начал возвращаться.
— Ну что, кого-то встретил? — рассиживая на том же камне, устало интересовался тот.
— Я далеко не заходил, поэтому ни на кого не наткнулся. Но я точно был уверен в том, что за нами кто-то шпионит, — почёсывая затылок, ведал Тэ.
— Что ж, видимо твоё чутье тебя подводить стало, — вставая на ноги, предполагал Чонгук.
Поворачиваясь, Гук увидел незнакомую женщину, которая стояла в пяти шагах от него.
— Это, правда, ты? — с ошарашенными глазами, медленно подходя, вслух говорила она.
— Женщина, вы кто? Я вас знать не знаю, — с серьёзным выражением лица, задавал вопрос Чон.
— Чонгук, ты не помнишь меня, ты был совсем маленький.
— Что это значит? — не понимал Гук.
— Если хотите что-то сказать, то говорите прямо, — замечая то, что она истинная омега, выдал Тэхен.
Он был честно сказать поражён тем, что на свете всё ещё остались такие, как она. Истинных омег всех изничтожили, потому что они были равны по силе альфам.
— Чонгук, я твоя настоящая мама, меня зовут Чон Мин И, — опуская голову вниз, отвечала она.
Сказать, что Гука это ошарашило, так ничего не сказать. Ничего не подозревая, ему заявляют, что у него, оказывается, есть семья, семья, которая его бросила. Не поверить он не мог, не станет же посторонняя женщина попросту такое заявлять, к тому же она знает его имя, хотя сомнения всё ещё посещали голову Чона. Неужели он горевал над своими не настоящими родителями? Не зря они не уделяли ему должного внимания. Но, всё же они обеспечивали его на протяжении всей его жизни, так что жаловаться ему права нет. Может то, что он ничего не помнит до десяти лет, что-то значит?
— Настоящая мать? И где же ты тогда пропадала? — с болью в сердце, бредил Гук.
— Я расскажу, только не здесь, нужно найти другое место, ко мне идти очень далеко.
— Мы собирались идти к своему знакомому, думаю, там найдётся тихое место. Меня интересует сейчас лишь один вопрос: Как вы выжили? — засовывая руки в карманы на штанах, спокойно спрашивал Тэ.
— Я всё расскажу на месте, мне нельзя здесь что-либо говорить.
После этого, Чонгук с Тэхеном больше ничего не спрашивали у неё, они продолжали идти молча впереди. Весь путь Чонгук крепко сжимал руку Тэ, он не понимал, что с ним сейчас происходит. Лишь благодаря Тэхену, Чон держит себя в рамках, он знает, что тот может прочесть его как книгу, поэтому не дает себе упасть духом.
***
Завидев верхушку здания, они ускорили шаг, чтобы поскорее избежать напряжённой обстановки. Чонгуку было не очень приятно возвращаться сюда, потому что всё это напоминало ему, когда его схватили и прижали в клетке. Настроение сразу изменилось на положительное, когда он вспомнил дальнейшие события. Чувствуя, что его руку сжимают крепче, Чон улыбнулся. Тогда он первый раз поцеловал его, Гук посмотрел на Тэхена.
— «Спасибо, что спас меня, — улыбчиво, прошептал он в мыслях.
— Чонгук, вот ты прям, напрашиваешься посетить моего дружка, не забывай, что твоя течка никуда не испарялась.
— Тэхен, ну ты как всегда всю романтику портишь, неужели так сложно мне ответить без пошлости?
— Я люблю тебя, — широкой улыбки и этих слов было достаточно, чтобы Чона унесло в мягкие как вата облака, где прыгают кролики, — а сердечко так и бьется, — притягивая его за талию к себе, Тэ хотел его поцеловать, но им помешал Хосок, который сверлил их взглядом все это время».
— Давайте вы оставите свои нежности на потом, лучше расскажите, что получилось и кто эта женщина, — облокачиваясь на дверь, бубнил Хо.
— Мне нужно набраться смелости, чтобы поговорить с ней, — тихо мямлил Чон в губы Тэхена, только альфа хотел обратить внимание на Хорса, как Гук повернул его к себе и накрыл его уста своими, чувствуя, как по его телу прошёлся разряд возбуждения, — вот и набрался смелости, я пошёл разговаривать с мамой.
Всё время Чонгук не думает, что делает, ведь совсем не важно, что сейчас два парня стоят в полном шоке, один поцелованный, и второй, почти привыкший к заскокам своих друзей.
***
Подходя к названной беседке, Чон заметил, как Мин И сильно нервничала. Она сидела и перебирала свои чёрные пряди волос, ей было от чего-то не спокойно. Присев рядом, Гук сложил руки на груди и принялся слушать её рассказ.
— До твоих десяти лет, мы жили в небольшом поместье, твой отец и я очень любили тебя, мы боялись, что с тобой может что-то, случится, поэтому мне пришлось отдать тебя в другую семью. Всё из-за того, что ты был человеком, я не думала, что ты станешь оборотнем. Ты не должен был становиться одним из нас. Чонгук, я хотела уберечь тебя, чтобы тебя не коснулось всё это.
— Да, и вместо того, чтобы просто продолжать меня растить, ты отдала меня совсем в чужую семью? Тебе не кажется, что это слишком жестоко по отношению ко мне? Мои, не настоящие родители, погибли, ты хоть представляешь, что мне пришлось вынести? И после этого, ты хочешь, чтобы я принял тебя как свою мать? Нет уж, не так просто.
— Гук, пойми же меня, тебе угрожала опасность, твой отец, он...
— Он что? — вскидывая бровь, вымогал ответ омега.
— Он не такой как мы, поэтому нам всем было трудно. Особенно когда охотники начали действовать, мы хотели тебя защитить любыми способами. Если бы я этого не сделала, тогда они бы убили тебя.
— Причём здесь вообще охотники? — не вникал Чон.
— Твой отец... он один из них. Он среди них самый главный. Сейчас он на их стороне, поэтому...
— Хочешь сказать, что он человек?
— Да.
***
После их разговора, Чон прогуливался один недалеко от дома Намджуна. Он хотел, чтобы ему никто не мешал с размышлениями. Гук понимал, что его мама рассказала далеко не всё. И то, что самое главное она так и не выдала. В голове каша, ничего как обычно непонятно. Одним словом — стабильность.
Расширяя глаза, он почувствовал что-то неладное, но, не успев сообразить, ему в шею попал какой-то дротик, от чего омега сразу рухнул на землю.