Москва
Аэропорт Шереметьево гудел, как улья. Зал прилёта был переполнен: кто-то встречал родственников, кто-то с цветами стоял у ограждения, а ближе к выходу из зоны прибытия собралась небольшая группа болельщиков — с плакатами «Ева, ты лучшая!» и «Суперниндзя навсегда».
— Ого, — протянул Макс, выглядывая из-за Юры, — кажется, мы прилетели не просто так. Тут целый фан-клуб.
— Да ладно, это всё ради Евы, — заметил Вадим, — и, возможно, чуть-чуть ради Юры.
Юра фыркнул, поправляя рюкзак на плече:
— Ага, «чуть-чуть». С такими плакатами мне теперь только в фан-зону идти.
Ева смущённо улыбалась, но её глаза светились. Она остановилась, увидев в толпе девчонку лет десяти, которая держала самодельный постер с её фотографией. Ева подошла и расписалась прямо на картоне, а девочка радостно вцепилась в мамину руку.
— Ну всё, звезда, — шепнул Юра, подойдя ближе, — теперь тебя точно будут узнавать даже в метро.
— А ты ревнуешь? — Ева улыбнулась, слегка приподняв брови.
— Конечно, — ответил он с притворной серьёзностью. — Вдруг у тебя появится новый фанат, который будет шутить лучше меня.
Позади них судьи уже вовсю веселились. Стас громко сказал:
— Так, команда, внимание! Мы официально подтверждаем: Ева — народный любимец, Юра — хранитель очереди, а мы — комиссия по юмору.
— Ага, — добавил Игорь, — комиссия по юмору и контролю чемоданов.
Толпа болельщиков ещё долго аплодировала, пока Ева вместе с Юрой и всей компанией пробиралась к выходу. Юра чувствовал, как крепко она держит его руку, и это значило больше, чем все плакаты и аплодисменты.
— Ну что, — тихо сказал он, наклонившись к её уху, — Москва встречает нас с овациями. Дальше будет только интереснее.
Ева взглянула на него и с улыбкой ответила:
— Главное, чтобы ты был рядом.
На улице у выхода из аэропорта их накрыл свежий московский ветер — прохладный, но бодрящий. Водители такси наперебой махали руками, предлагая свои услуги, а около парковки стоял автобус, заказанный специально для всей команды.
— О, это наш новый «ниндзя-мобиль», — заявил Вадим, указывая на автобус. — Думаю, он выдержит и фанатов, и чемоданы, и даже Олега с его энтузиазмом.
— Эй! — возмутился Олег, но тут же расплылся в улыбке. — Я вообще-то чемпион. Меня автобус обязан выдержать.
— Конечно, — хмыкнул Макс, — особенно если ты не попытаешься карабкаться по его крыше, доказывая своё мастерство.
Смех прокатился по группе. Судьи шли рядом, обмениваясь шуточками, а Юра и Ева чуть отстали, наслаждаясь коротким моментом тишины.
— Ну вот, — сказал Юра, глядя, как Маша и Олег спорят о том, кто быстрее пробежит до автобуса, — мы снова в Москве.
— Кажется, будто прошла целая вечность, — тихо ответила Ева. — Но я рада, что теперь всё будет по-другому.
— По-другому? — Юра прищурился. — Это как?
— Ну... без трасс, но с новыми планами, — она улыбнулась, делая вид, что не договаривает.
— Звучит как секретный проект, — подколол он, подражая Максу.
— А ты готов участвовать в нём? — спросила она, бросив быстрый взгляд из-под ресниц.
Юра наклонился ближе и тихо ответил:
— Если проект связан с тобой — я первый в очереди.
В этот момент дверь автобуса открылась, и изнутри раздался голос Стаса:
— Так, голубки, не задерживаем очередь! У нас по расписанию — юмор, песни и обсуждение планов на вечер.
— Видишь? — Ева рассмеялась. — Даже здесь у нас строгий контроль.
Юра покачал головой и помог ей подняться по ступенькам. Внутри автобуса уже царила суета: Игорь пытался рассадить детей, Макс шутил про «проверку ремней безопасности», а Вадим фотографировал группу на телефон.
Юра и Ева устроились у окна. За стеклом промелькнули огни трассы и высокие здания Москвы. Всё казалось знакомым, но одновременно новым — ведь теперь они возвращались не просто участниками шоу, а чем-то большим, чем команда.
Ева положила голову ему на плечо и прошептала:
— Я готова к этому «новому проекту».
Юра улыбнулся и ответил так же тихо:
— Я тоже.
Автобус тронулся, и за окнами проплывали московские улицы, подсвеченные вечерними огнями. В салоне сразу же установилась привычная атмосфера: шумная, весёлая, но с оттенком усталости.
— Друзья, — торжественно заявил Стас, вставая посреди прохода и ухватившись за поручень, — предлагаю отметить наше славное возвращение!
— Только не караоке, — взмолился Макс. — У меня ещё в прошлый раз уши не оправились.
— Да ладно, — вмешался Вадим, — я помню, как ты сам орал «мы чемпионы» громче всех.
— Я доказывал точность дыхания, — серьёзно сказал Макс и вызвал новую волну смеха.
Игорь тем временем пытался наладить динамик, чтобы включить музыку. Но вместо торжественного гимна прозвучала реклама стирального порошка.
— Кажется, — прокомментировал Юра, — это знак: пора всем стирать форму.
— Особенно Максу, — добавил Вадим, — его худи уже можно ставить в угол.
— Эй! — возмутился Куклин. — Это не запах, это дух победы!
Автобус взорвался смехом. Даже Маша и Олег, сидевшие на заднем ряду, хохотали, перекидываясь шуточками о том, кто из судей «пахнет героизмом» сильнее.
Юра наклонился к Еве и тихо сказал:
— Знаешь, я начинаю понимать, почему это шоу так любят. Здесь даже дорога домой — как маленькое приключение.
— Да, — согласилась она. — И самое удивительное, что в этой «команде» уже нет чужих.
Они посмотрели друг на друга, и Юра вдруг ощутил, что это её слова идеально описывают то, что происходит. Ведь ещё недавно Ева казалась для него просто яркой участницей, а теперь он уже не представлял всей этой истории без неё.
— Так, — голос Стаса снова отвлёк всех. — По прибытии у нас три варианта: пицца, сон или ночная прогулка. Голосуем!
— Пицца! — крикнул Макс.
— Сон! — почти одновременно сказал Вадим.
— Прогулка! — выкрикнули дети.
— Отлично, — подытожил Стас. — Тогда мы делаем всё сразу.
Все снова рассмеялись. Автобус мчался по освещённому проспекту, и внутри царила та самая атмосфера дружбы, которая делает даже обычное возвращение в Москву незабываемым.
Юра посмотрел в окно и подумал: Да, шоу закончилось. Но для нас всё только начинается.