Глава 18.🎲
На следующий день Джисон особо не разговаривал с коллегами. Он не был обижен, но доверие к ним немного потерял.
Вечером он вышел из полицейского участка и через некоторое время оказался у Минхо.
— Привет, проходи, — сказал Хо, как Джисон показался из-за двери.
— Привет.
— Что-нибудь выпить желаете? — выглянул Сухён.
— Позже.
— Понял. Свистнешь.
Хан сел напротив, пока Минхо доставал бумаги.
— Отлично, это все?
— Да.
— А твоей подписи нету.
— Так и должно быть.
— Получается, что у генерала есть тоже эти бумаги? Ты же понимаешь, что рискуешь.
— Нет. Потому что он сжёг бумаги с моей подписью, чтобы коллеги не заподозрили его махинации. Там и его подпись была.
— Отлично.
Минхо хмыкнул, откладывая документы в сторону. Он задумчиво посмотрел на Джисона.
— Мы слишком долго молчали. Если я продолжу подыгрывать, мы все утонем вместе с ним.
Сухён подошёл ближе, прислонившись к дверному косяку, с кружкой в руке.
— И что теперь? Ты хочешь, чтобы мы передали это в прокуратуру? — спросил он.
— Ёмаё, напугал, — вздрогнул Хан.
— Прошу прощения, подполковник.
— Не сразу, — ответил и покачал головой Джисон. — Сначала мы должны убедиться, что генерал не уничтожил остальные улики. Если мы ударим сейчас, он может выкрутиться.
— Ты хочешь шантажировать его? — прищурился Минхо.
— Нет. Я хочу заставить его сделать ошибку.
В комнате повисло напряжённое молчание. Сухён глотнул кофе и усмехнулся:
— Это начинает напоминать игру. Опасную игру.
— Мы уже в ней, — тихо сказал Джисон. — Просто пора перестать быть пешками.
Минхо взглянул на него пристально.
— Тогда нам нужен план. Подробный. Без права на ошибку.
— Я уже начал писать его, — кивнул Хан. — Но нам нужно будет доверять друг другу. Полностью.
— Немного нету к тебе доверия. Но если Ксенон доверяет, то мы тоже.
— У нас есть только один шанс, — сказал Джисон. — И он не должен нас подвести.
— А генерал? — спросил Минхо. — Он явно не глуп.
— И именно поэтому мы должны быть умнее.
Минхо встал, прошёлся по комнате, разминая плечи.
— Значит, единственное доказательство его махинаций сейчас у нас.
— Почти, — поправил Джисон. — Есть ещё цифровая копия. На внешнем жёстком диске, который, как я предполагаю, он хранит у себя. Либо в кабинете, либо у кого-то из доверенных. Там есть другие данные, которые рассказывают о его грязных делах.
Сухён приподнял брови.
— Думаешь, получится вытащить?
— Я знаю, как туда попасть. У него охрана сменяется в среду вечером – пару часов кабинет остаётся без наблюдения. Это наш шанс.
Минхо обернулся:
— Это уже звучит как ограбление.
— Это не ограбление, — спокойно ответил Джисон. — Это восстановление справедливости.
Минхо усмехнулся, но кивнул.
— Ладно. Значит, в среду. Кто пойдёт?
— Я. Один, — сказал Джисон. — Вы прикроете. Снаружи. И проследите, чтобы не было лишних свидетелей.
— А если всё пойдёт не по плану? — спросил Сухён.
— Тогда у нас будет второй план. — Джисон достал из папки маленький конверт. — Здесь копии свидетельств и отчётов, которые он не успел уничтожить. Если со мной что-то случится – отдадите это прокурору Ким. Только ей. Она всё знает.
Минхо взял конверт, тяжёлый на ощупь, и кивнул:
— Не подведём.
Сухён улыбнулся, но в глазах его скользнуло беспокойство:
— Ладно, капитан. Теперь ты наш главный игрок. Только не забывай – шах и мат быстро наступает, если зазеваться.
Джисон встал.
— Я не зазеваюсь. В этот раз – нет.
Комната снова наполнилась тишиной.
Слишком многое было поставлено на кон.
В течение следующих двух дней они действовали осторожно, почти незаметно. Каждый выполнял свою часть плана, не вызывая подозрений.
Минхо начал собирать информацию о графике охраны, сверяясь с внутренними документами, имея при этом необходимую информацию, которую дал Джисон.
Сухён, снаружи казавшийся всё тем же беззаботным аналитиком, начал прослушивать радиоэфир между охраной генерала. Сигналы были зашифрованы, но он быстро подобрал ключ – старый, по привычке не сменённый. Он знал: если охрана начнёт действовать вне плана, они должны узнать об этом первыми.
Джисон же оставался в тени. Днём он вёл себя спокойно, словно ничего не происходит. Но каждую ночь он возвращался домой и методично перечитывал план, до мелочей. Он дважды проехал к зданию штаба, где находился кабинет генерала, чтобы просчитать маршрут отхода, возможные камеры и слепые зоны. У него было два варианта входа: через окно архива на втором этаже или через старый технический тоннель, который давно никто не использовал.
Во вторник вечером, когда солнце уже садилось, они снова встретились у Минхо.
— Всё готово, — сказал Минхо, расстелив перед ними схему здания. — Охрана сменяется ровно в восемь часов. С восьми десяти в коридоре у кабинета никого не будет. По моим расчётам.
— Камеры? — спросил Джисон.
— Две. Одна смотрит на вход, вторая – на лестницу. У Сухёна будет доступ к сигналу, он вырубит их на пять минут. Этого хватит?
— Хватит, — кивнул Джисон. — Доступ к сейфу у меня есть. Я видел, как он вводит код. У него привычка держать руку закрытой, но одну цифру он всегда набирает дважды – шестёрку. Остальные я подобрал по частоте нажатий.
Сухён покачал головой, усмехаясь:
— Ты не капитан. Ты чертовски терпеливый хакер.
— Я просто внимательно смотрю, — пожал плечами Джисон. — Завтра я войду, возьму диск и выйду. Вы прикроете снаружи, Сухён будет следить за камерами. Если что-то пойдёт не так – по плану Б.
Минхо взглянул на него строго:
— А ты точно готов?
— Я не могу не быть готовым, — твёрдо сказал Джисон. — Если мы промедлим, он вычистит всё.
Они переглянулись. В комнате снова наступила тишина. На этот раз – решающая.
Завтра был день Х.
Снаружи штаб выглядел спокойно. Обычный вечер, ничего необычного. Прохожие шли мимо, охрана у входа стояла расслабленно, не ожидая подвоха. Но внутри, в одном из припаркованных авто, царило напряжение.
Минхо сидел за рулём, взгляд цеплялся за часы на панели.
— Пятнадцать минут, — сказал он тихо.
На заднем сиденье Сухён возился с ноутбуком, подключённым к перехваченному каналу видеонаблюдения.
— Вижу камеры. У меня есть контроль. Можем ослепить их ровно на четыре минуты, максимум четыре с половиной. Потом система автоматически перезапустится.
— Этого хватит, — раздался голос Джисона, когда он открыл заднюю дверь машины. На нём был тёмный свитер, тонкие перчатки, с рюкзаком за спиной. Ни одного лишнего движения. В глазах – холодный фокус.
— Ты знаешь, что делать, если...
— Знаю, — перебил Джисон, глядя прямо на Минхо. — Если меня поймают, вы просто исчезаете. План Б – в конверте. Отдаёте прокурору Ким.
— Не забывай, — сказал Сухён, не отрываясь от монитора. — Как только камеры вырубятся, у тебя будет ровно двести семьдесят секунд. Потом они перезапустятся, и тебя увидят.
Джисон кивнул.
Он стоял у задней стены здания, в тени. Прямо перед ним – старая вентиляционная шахта. Решётка легко поддалась – он уже ослабил крепления заранее. Быстро проскользнул внутрь и начал двигаться по схеме, в памяти у него было всё – до мельчайших деталей.
— Камеры глушу... сейчас, — сказал Сухён.
На мониторе потухло изображение. Минхо крепко сжал руль.
Джисон уже был в коридоре второго этажа. Он двигался быстро, но бесшумно. Дверь в кабинет генерала была заперта электронным замком. Он ввёл код. Лёгкий щелчок – замок открылся.
Внутри всё было так, как он помнил. Стол, шкафы, старый сейф у стены.
Он стоял перед сейфом. Ввёл ещё один код, медленно, не спеша. Сейф открылся. Внутри – тот самый внешний диск и несколько папок с бумагами.
Он достал диск, сунул в рюкзак. Быстро пролистал бумаги – убедился, что копии отчётов уже есть. Одну тонкую папку он всё же взял – та, где были указания по переводу средств. Это могло быть полезно.
— Одна минута, — прошипел Сухён в наушнике.
Джисон аккуратно закрыл сейф, вернул комнату в прежнее состояние. Вышел. Прошёл мимо камеры – пусто. Добрался до шахты, проскользнул обратно.
— Камеры включаются… Сейчас, — сказал Сухён.
На экране снова появилось изображение коридора. Пусто.
Минхо вздохнул с облегчением.
Через пару минут дверь машины открылась. Джисон сел на заднее сиденье, молча передал диск Минхо.
— У нас есть всё, — сказал он спокойно. — Теперь надо двигаться быстро.
Сухён закрыл ноутбук и повернулся к ним:
— Этот диск – взрыв. Его хватит, чтобы посадить генерала и его людей. Если они есть, конечно.
— Вряд ли он один это проворачивал.
— Только если доберётся до нужных рук, — сказал Минхо. — Прокурор Ким ждёт?
— Завтра. Рано утром. Без лишнего шума.
Джисон откинулся на сиденье и закрыл глаза.
— Сегодня... мы сделали первый ход. Осталось сыграть до конца.
И где-то глубоко в ночи, среди улиц города, уже начиналась новая партия. Партия, где победит только тот, кто не боится жертвовать. Даже собой.