("Наруто и все мужчины")

Прошло несколько дней с тех пор, как Наруто и Джирайя покинули Коноху и отправились в тренировочное путешествие, и пока что они в основном просто шли. В конце концов, впереди у них было ещё два с половиной года и не было конкретного пункта назначения, так что не было смысла торопиться и прыгать через деревья.

Уже вечерело. Солнце садилось за горы вдалеке, заливая тропинку перед парой шиноби своим тёплым светом, словно оставляя им прощальный подарок. Они были далеко от главных дорог. Под деревянными гета Джирайи была только утоптанная земля, и, если не считать старого торговца маслом, они не встретили ничего, кроме небольших святилищ и каменных столбов, отмечавших путь, — всё это было вкопано в землю и покрыто мхом. В лёгком дуновении ветерка и угасающих сумерках мир казался Джирайе до боли знакомым, как старый друг. Он глубоко вдохнул через нос, наслаждаясь ощущением единства, которое охватило его, когда он переставлял ноги одну за другой.

В нескольких шагах впереди Наруто карабкался по краям тропы. Он осторожно перепрыгивал между скальными образованиями, торчащими из земли, словно гигантские носы. Мальчик вытянул руки, чтобы сохранить равновесие, и высоким звонким голосом напевал себе под нос. Джирайя улыбнулся при виде этого.

Наруто развернулся, ухмыльнулся и открыл рот, прежде чем его нога поскользнулась на покрытом мхом камне. Он замахал руками, комично вытаращив глаза, и пошатнулся на одну... две секунды. Это не помогло. Он упал и едва успел обхватить руками и ногами камень, чтобы не приземлиться на задницу. Джирайя расхохотался, когда юный ниндзя стал похож на обезьянку, цепляющуюся за спину матери.

— Эй, эй, Эро-сэнсэй! — закричал Наруто. — Куда мы вообще идём? Мы уже пришли?

— Мы почти на месте, — в четвёртый раз сказал Джирайя, проходя мимо. Наруто занялся тем, что забирался обратно на свой насест, подтягиваясь на заднице, как гусеница. Его маленький розовый язычок высовывался между губ, а на лице читалась детская сосредоточенность.

— И мы идём в баню, — бросил мужчина через плечо.

— А? Поднявшись наверх, Наруто подпрыгнул раз, другой, а затем присел на корточки на следующем камне, чтобы посмотреть вниз на своего сенсея. — Баня? Но бани — это скучно, а в прошлые выходные я уже принимал ванну.

Выражение лица старого шиноби стало страдальческим. — Д-да. Я так и подумал.

— Что это значит? Наруто поднёс рукав к носу и провёл тот же тест на запах, который всегда использовал, чтобы проверить, не пора ли ему снова принять ванну. Подняв голову, он увидел, что Джирайя снова оставил его позади. — Эро-сэнсэй? Что это значит? Эро-сэнсэй? Эй, эй, подожди!

Банный домик примостился у нависающего над ним утёса и был совсем не похож на банный домик. На самом деле это была просто высокая бамбуковая стена вокруг горячего источника с входом, который также служил раздевалкой. Перед входом стояла будка, где Джирайя заплатил за них обоих.

Несмотря на свои недавние протесты, Наруто быстро разделся. Его это нисколько не смущало, да и с чего бы? В жаркие, душные летние дни в Конохе большинство детей не выдерживали и до утра, сбрасывая с себя одежду, чтобы поиграть или поплавать в реке. В ней было жарко и душно, и, кроме того, у мальчиков и девочек из бедных семей или сирот, таких как Наруто, часто был всего один комплект одежды. Голым было лучше, чем испортить её.

У них остались только небольшие полотенца, свисавшие с запястий, и маленький деревянный ящик, который Джирайя решил взять с собой. В воздухе пахло серой и другими минералами, а камни под их босыми ногами были скользкими и влажными. Горячий источник был размером с большой пруд, окружённый с одной стороны природными камнями, а с другой — отвесной стеной утёса. Деревянная труба, закреплённая где-то на утёсе, проходила над входом в пещеру и извергала в бассейн ещё больше нефритово-зелёной воды. Там была лишь горстка других купающихся. Они сидели по углам бассейна, их лысые головы поникли, как древние каменные колонны, мимо которых ранее прошли Джирайя и Наруто.

Наруто зашипел, когда опустил ногу в воду: она была горячей, намного горячее, чем вода в бане Конохи. Однако этот факт, похоже, не беспокоил его сенсея, поскольку Джирайя уже направлялся к свободному месту, и Наруто ничего не оставалось, кроме как сделать храброе лицо и проскользнуть вслед за ним. Он всё же бросил на Джирайю сердитый взгляд, просто чтобы напомнить ему, что бани — это скучно и глупо.

Мужчина лишь рассмеялся, сел, раскинул руки и откинул голову на камни. «Садись и терпи, сопляк. Считай это тренировкой», — сказал он. Наруто неохотно опустился на задницу, пытаясь привыкнуть к жаре, окутывающей его. Он подтянул колени к груди, обхватил их руками и приподнял подбородок, вызывающе фыркнув ещё раз.

Тогда ничего особенного не произошло.

Было тихо, только искусственный водопад плескался на заднем плане. Никто не разговаривал, и Наруто чувствовал, что ему тоже не стоит. Как будто это могло потревожить что-то большое, пушистое и дремлющее, что-то, что расположилось вокруг них. Это было скучно, но в то же время как-то… приятно. Тепло воды проникало в него, расслабляя мышцы одну за другой и заставляя веки тяжелеть. Пар окутывал его тело, лаская спину и грудь, успокаивая его до тех пор, пока ему не начало казаться, что его голова набита ватой, и даже его чёлка была влажной и поникшей.

— Не засыпай сейчас, ты даже не умылся как следует, — упрекнул его сенсей.

Наруто раздражённо наморщил нос. «Я тоже!» Прачечная находилась между шкафчиками и ванной. Наруто намылился и присел на корточки в углу, выливая на себя ведро воды, как и положено. Его сенсей просто не обратил внимания.

Но Джирайя покачал головой и отмахнулся от слов Наруто, вместо этого возразив: «Если вода для тебя слишком горячая, значит, ты недостаточно промок, прежде чем войти». Слова превратились в низкий рокот, омывший Наруто, словно ласковая волна. «Давай, вставай. Иди промокни себя. Цунаде с меня голову снимет, если я скажу ей, что ты потерял сознание и утонул в бане».

Наруто не хотел этого делать, но у него не было сил сопротивляться, когда Джирайя схватил его за руку и быстро подтолкнул к воде, бьющей из нависающей трубы. Сознание Наруто было затуманено, он едва мог стоять под струями воды и одновременно бормотать что-то о злобном сенсее. В таком состоянии он не замечал, что на него смотрят.

Джирайя снова откинулся на спинку стула, улыбаясь про себя, наблюдая и наслаждаясь. Обычно он не причислял себя к любителям мужчин. Такой доблестный воин-шиноби, как он, заслуживал нежных прикосновений красивой женщины, рассуждал он, но он многим жертвовал, принимая Наруто в качестве ученика на следующие несколько лет. Было бы глупо не ожидать какой-то благодарности, а среди благородных кланов и монахов было более чем принято считать, что некоторые мальчики должны выполнять обязанности, как если бы они были девочками.

Джирайя читал статьи о «Пути молодёжи» и действительно видел в нём привлекательность, когда изучал своего юного ученика. Наруто был спортивным и подтянутым благодаря почти постоянным тренировкам, но он был ниже ростом, чем его сверстники и даже некоторые мальчики, которых знал Джирайя и которые были на год или два младше. Джирайя размышлял, не стоит ли поблагодарить приют за то, что там его недостаточно кормили. То, что половое созревание было лишь где-то на горизонте, означало, что на теле Наруто не было ни неприглядных волос, ни других явных признаков мужественности. Вместо этого у него была мальчишеская грудь и стройные ноги, а также подтянутая и красиво округлая задница — единственное, что имело значение для такого мальчика, как он.

Его оживлённость и невинность поражали. Он плескался водой, растирая руки и ноги, и его загорелая кожа блестела. Наруто наклонился, затем выпрямился и поднял руки над головой, словно осознавая, какое представление он устраивает. Лопатки блеснули под его кожей, когда он провёл руками по своим светлым волосам, и когда он повернулся, чтобы взглянуть на своего сенсея, Джирайя увидел, что его привлекательность была откровенно женственной.

Вода была не очень глубокой, и Джирайе удалось мельком увидеть тонкий пенис Наруто, гладкий и маленький, лежащий на подушке его мошонки, которая всё ещё плотно прилегала к его телу. Он совсем не был похож на то, что с интересом набухало между его собственных ног, скрытое туманной водой.

— Я чистый, — фыркнул Наруто, вернувшись, и надул щёки, опускаясь духом.

— Ты уверен? — спросил Джирайя, беря его за руку, притягивая к себе и разворачивая.

— Я здесь! — сонно проворчал Наруто.

Джирайя проигнорировал его протест. «Ты не размял спину. Пусть твой сенсей разомнёт её за тебя».

Наруто заворчал, топнул ногой, чтобы обрызгать их обоих, но потом позволил Джирайе делать то, что он хотел.

Мужчина начал осторожно, сначала просто удивляясь тому, какими широкими казались его руки по сравнению с хрупким телом Наруто, и проводя большим пальцем по изгибам его рёбер, пока они не обхватили бок мальчика. Следуя изгибу позвоночника Наруто, Джирайя провёл пальцами вниз, пока они не оказались прямо над выпуклостью его задницы, упругой и манящей, как у любой девушки. Джирайя снова провёл вверх, слегка надавливая, и мальчик глубоко вздохнул. Он продолжал массировать его в таком положении несколько минут, пока голова Наруто не опустилась, а глаза не закрылись.

— Наруто? — Слова прозвучали тихо, как шёпот. Единственным ответом было невнятное бормотание, похожее на вопрос.

“Просто проверяю”.

Джирайя положил руки на бёдра Наруто, задержав их там на секунду. Не услышав возражений, он осторожно, ритмично сжал их, плавно двигая тазом мальчика вперёд. С губ Наруто сорвался хриплый стон. Его тело было словно пластилин: мягкое, тёплое и нуждающееся в заботе.

“Наруто?”

“Мх?”

— Ты знаешь, как мастурбировать?

Веки Наруто отяжелели, как свинцовые гири, когда он приоткрыл их, чтобы посмотреть через плечо, и неуверенно улыбнулся своему сенсею, возможно, ожидая шутки. Он заметил, что мужчина стоял очень близко.

— Не женат? — Его невинный вопрос заставил сенсея усмехнуться.

— Да. Придурок.

— О. От этих слов что-то в голове Наруто затрепетало в предупреждении, но мысль ускользнула от него и исчезла, едва он сделал вдох. — Да, — вздохнул он. Его бёдра задвигались в руках Джирайи, но он просто откинулся назад, прижимаясь к изгибу руки мужчины, словно всегда был там. Его глаза снова закрылись.

— Саске сказал мне, что я должен это сделать.

Одна из белых бровей Джирайи поползла вверх, но он решил пока придержать эту информацию. — И как это было?

— М-м-м, странно. Странно и… — Наруто попытался подумать. Покачал головой и повторил: — Странно.

— Всё в порядке. — Джирайя похвалил его, крепко обнял и покачивал бёдрами вперёд-назад. — Тебе было хорошо? Наруто вспомнил, как лежал в постели на животе, одной рукой прижимая подушку к груди, а другой крепко сжимая пижаму.

Тонкое плечо лениво приподнялось в ответном жесте. — Немного.

— Знаешь, это может быть очень приятно. Это может быть самое лучшее чувство на свете.

— Саске тоже так сказал, — пробормотал Наруто.

— Наруто. Джирайя перестал его массировать, обнял его и притянул к себе, проведя пальцами по заросшим щетиной щекам, всё ещё таким пухлым от юности. Всё остальное отошло на второй план. Теперь были только они вдвоём, только их тела и осторожные прикосновения.

Голубые глаза приоткрылись, и Наруто увидел лицо Джирайи всего в нескольких сантиметрах от своего. Он улыбался, нежно и почти с любовью глядя на Наруто. Никто раньше не смотрел на него так. Никто раньше не был с ним так добр и не давал ему почувствовать себя в безопасности, и именно поэтому что-то внутри мальчика-сироты раскрылось навстречу его сенсею. Он сжал руку мужчины, которая обнимала его, внезапно испугавшись, что Джирайя исчезнет и никто больше никогда не посмотрит на него так.

Джирайя улыбнулся ещё шире. «Наруто, ты мне доверяешь?»

Наруто сглотнул, услышав этот вопрос, чувствуя его тяжесть, даже несмотря на то, что его глаза сияли от доверия, которое было глубже, чем синее летнее небо. «Я тоже!» — пискнул он. — «Ты взял меня с собой, чтобы найти Цунаде, и… и ты позволяешь мне призывать жаб и учишь меня расенгану!»

— Я рад, — успокоил его Джирайя. — Как думаешь, ты мог бы помочь мне почувствовать себя хорошо? Я могу показать тебе, как сделать меня очень счастливым. Наруто кивнул. Мысль о том, чтобы отказать этому человеку в чём бы то ни было, была очень далека от него.

Джирайя выбрался из воды и сел на камни, окружавшие его. Он раздвинул ноги и потянул за свой член, который теперь стоял между ними, как незваный гость в их интимной обстановке. Наруто инстинктивно скрестил руки за спиной, наблюдая, как член растёт и дёргается. Большая рука легко обхватила его бицепс, притягивая его к мускулистым бёдрам мужчины.

— Ч-что мне делать?..

— Я научу тебя. Ты просто должна мне позволить.

Наруто снова кивнул, глядя в лицо своего сенсея, глядя до тех пор, пока не опьянел от любви, которую, как ему казалось, он видел.

— Приложи к нему свой рот.

Наруто сглотнул. Большая ладонь легла ему на голову, направляя его вниз. От Джирайи пахло сильно и тепло, как от воды. Широко раскрыв рот, Наруто обхватил губами эту штуку. Он посмотрел вверх, не зная, что делать дальше.

— Оближи губы, — прошипел Джирайя. — Сделай несколько глотков. Твой язык шершавее, чем у кошки.

Наруто делал это до тех пор, пока его рот не стал влажным, и когда рука надавила ему на шею, предмет плавно скользнул внутрь. Джирайя застонал, заставив Наруто в тревоге поднять взгляд, но выражение лица его сенсея должно было его успокоить, и когда рука снова надавила, он постарался быть хорошим мальчиком и взять ещё.

Джирайя был большим, и Наруто едва успел просунуть внутрь голову, как начал задыхаться, давясь слезами, которые наворачивались на глаза. Сэнсэй прищёлкнул языком и ослабил давление, когда маленькие руки начали толкаться в его бёдра, чтобы мальчик мог глотнуть воздуха. Он похлопал его по голове, нетерпеливо прошептал, чтобы тот попробовал ещё раз, и сказал, что, по его мнению, у него получится лучше. Схватив мальчика за ухо, он притянул его обратно к себе. Наруто пытался, пытался и ещё раз пытался, но всё равно глотал и давился, борясь за то, чтобы его отпустили, а его красивые голубые глаза блестели от слёз.

Джирайя позволил ему сделать ещё несколько отчаянных вдохов, взял мальчика за руки и обхватил ими свою плоть. «Потри ту часть, которую ты не можешь взять в рот», — проинструктировал он, застонав, когда Наруто нерешительно потянул его за себя. Маленькие руки образовали плотный туннель вокруг этого предмета, и наружу торчала только его головка, направленная на маленького блондина, который с трепетом смотрел на него.

— Снова возьми его в рот. Оближи. Не останавливайся. Он был солёным и горячим. Сначала Наруто лишь слегка коснулся его языком. Ему пришлось сосредоточиться на дыхании через нос и растирании руками, стараясь не подавиться, когда сенсей потянул его за ухо.

Наруто не знал, как долго ему ещё придётся идти. У него начали болеть ухо и челюсть, а также спина из-за того, что он всё это время был согнут пополам. Он почувствовал огромное облегчение, когда тёплая рука снова легла ему на шею и оттолкнула его.

Он высвободился, и Наруто чуть не упал навзничь, задыхаясь от нехватки воздуха и упрямо вытирая глаза. Руки подхватили его под мышки, прежде чем он успел прийти в себя, и опустили прямо на колени Джирайи, широко расставив его ноги по обе стороны от бёдер мужчины.

Наруто был схвачен в крепкие объятия, чтобы его сенсей мог наградить его поцелуями в макушку. Неприятные ощущения, которые он испытывал несколько мгновений назад, быстро забылись, и Наруто сумел криво улыбнуться в ответ на чрезмерную ласку Джирайи. Наруто хотел сказать своему сенсею, что не нуждается в опеке, но не успел: чья-то рука взяла его за подбородок, а широкие губы прижались к его собственным.

От неожиданного и шокирующего поцелуя Наруто вздрогнул, его глаза расширились, как блюдца. Это было не так, как он себе представлял: губы Джирайи были мягкими, и от их прикосновения по его телу пробежали мурашки. Большой язык проник ему в рот, исследуя его. Голова Наруто пошла кругом. Он был слишком отвлечён, чтобы что-то сделать, когда руки Джирайи заскользили по его телу, прикасаясь везде, пока он не обхватил упругую задницу Наруто, игриво сжимая её, в то время как другая его рука мяла маленький член мальчика. Его средний палец скользнул между ягодицами Наруто, а затем он — он стал тыкать в дырочку Наруто ногтем.

Наруто застонал, выгибая спину и прижимаясь к прикосновению. Он покраснел и занервничал, испытывая незнакомые ощущения, пока они не охватили его целиком, и он не смог бы вспомнить своё имя, даже если бы его спросили. Всё, что он мог делать, — это извиваться, как котёнок.

Их губы разомкнулись с влажным чмоканьем, и голова Наруто бессильно упала на широкую грудь мужчины. «М-м-м, это идеально, Наруто, мне так хорошо». Джирайя нежно погладил его по спине. «Есть кое-что, что ты можешь сделать, чтобы мне стало ещё лучше, самая удивительная вещь. Но я не знаю, готов ли ты».

Тяжело дыша, бедный Наруто метался из стороны в сторону, охваченный новыми чувствами, пока пальцы ласкали его мужское достоинство и массировали задницу. Он знал, что сделает всё, что угодно, если это будет означать, что чувства не прекратятся, — если это будет означать, что его сенсей продолжит быть таким милым и поймёт, как сильно Наруто его любит. — Пожалуйста, — захныкал он, уткнувшись в широкую грудь. — Я буду хорошим. Я х-хочу попробовать. Я так сильно этого хочу.

Наруто был прекрасен: лицо раскраснелось, подбородок был покрыт слюной от их поцелуев, а глаза широко раскрылись. Он прижался к Джирайе, как младенец. Старый шиноби подумал, что не помнит ни одной девушки, которая смотрела бы на него с такой отчаянной преданностью.

— Хороший мальчик, — проворковал Джирайя, возобновляя их поцелуй. Наруто потянулся, чтобы обнять Джирайю за шею, а его пальцы нашли маленькие соски Джирайи. В них было что-то странно притягательное, как в двух капельках розовой краски на плоском холсте груди Наруто. Джирайя провёл большим пальцем по маленькому бугорку, сжимая его, пока Наруто не застонал ему в рот, настолько потерявшись в удовольствии, что поначалу даже не отреагировал, когда другой палец, теперь смазанный маслом, нашёл его скрытую дырочку и вошёл внутрь — в его задницу — вот так просто.

Это было больно. Это было так приятно. Наруто прервал их поцелуй, покусывая губу и тяжело дыша. — Ч-что — это грязно…

— Ш-ш-ш, — успокаивающе прошептал Джирайя, слегка раскачивая его и отстраняясь, хватая Наруто за бедро, чтобы отвести его ногу в сторону и ослабить напряжение. Его пальцы оставили скользкий след, прежде чем один из них снова погрузился в жаркую глубину.

Первый палец, второй палец, Наруто чувствовал, как они проникают внутрь, и от смущения его лицо покраснело до самой груди. Джирайя двигался внутри, и они снова целовались, и, возможно, это не так сильно беспокоило Наруто.

Затем Джирайя вытащил палец и начал вводить внутрь второй, и Наруто понял, что это уже слишком. Было больно! Он сжал бёдра, и Джирайя вытащил пальцы, помассировал напряжённые мышцы между лопатками Наруто и покрутил его бёдрами в своей руке.

Вскоре Наруто снова расслабился и обмяк, прильнув к губам своего сенсея. Усмехнувшись, Джирайя полез в принесённую им деревянную коробку. Перед глазами Наруто появилась маленькая красная ягода, зажатая в его пальцах.

— Вот, это поможет. Тебе нужно будет только вдохнуть через нос, когда я скажу. — Джирайя чмокнул Наруто в щёку, чтобы привлечь его внимание, а затем повторил инструкции. Наруто сделал, как ему было сказано, когда Джирайя раздавил ягоду в пальцах.

— О, о боже. Это… — слова Наруто прервал приступ хихиканья. То, что он вдохнул, было похоже на ветер, который дул ему в голову и щекотал спину, распространяясь по его конечностям, пока он не прижался к груди Джирайи. Его мышцы, казалось, больше не слушались его.

Они обнимались и тёрлись друг о друга. Палец снова вошёл в Наруто, хотя это было страшно, и он не знал, как это поможет его сенсею почувствовать себя лучше. Один палец превратился в два, но на этот раз Наруто не смог сжаться в ответ на эту попытку. Он пробормотал в грудь Джирайи, что это не поместится, что будет больно, поэтому его голову запрокинули, чтобы влажный поцелуй заставил его замолчать.

Пальцы действительно болели. Наруто чувствовал, как они растягивают его, чтобы он хотя бы поместился внутри. Джирайя говорил ему, когда нужно расслабиться, а когда попытаться вытолкнуть, и это помогало, но было слишком тесно. Стало лучше, когда они снова вышли, но потом Джирайя шлёпнул его по заднице и велел высоко поднять ноги.

Наруто попытался. Его ноги были похожи на тёплую лапшу рамен, и он просто дрожал, когда делал это, но Джирайя снова шлёпнул его по заднице, а потом ещё раз, смеясь и говоря ему поторопиться. Наконец, когда его задница уже горела, Наруто неуверенно завис над коленями Джирайи, держась руками за его плечи для равновесия. Наруто тяжело дышал и дрожал, его мысли были заняты тем, что он с нетерпением ждал, когда сенсей снова начнёт с ним играть. Вместо этого мужчина сделал кое-что другое: он снова полез в коробку, а затем положил руки себе на колени. Наруто посмотрел через плечо, вниз, на свою блестящую от скользкого масла задницу, и увидел...

— Он не поместится мне в задницу, — просто заявил Наруто, потому что так и было, верно? В ответ Джирайя хмыкнул и продолжил поглаживать свою эрекцию. Наруто увидел её совсем другой: красной, твёрдой и возбуждённой, и она была в десять раз больше двух пальцев. Он уставился на неё широко раскрытыми испуганными глазами.

— Всё в порядке. Джирайя гладил его по щеке и отворачивал голову, продолжая играть с его телом, чтобы отвлечь его. — Ты будешь идеальным для меня, я знаю. Мой идеальный мальчик заставляет меня чувствовать себя так хорошо. Будет немного больно, но недолго. Я поверил тебе, когда ты сказал, что хочешь этого. Ты веришь мне, когда я говорю, что всё будет хорошо?

Джирайя смотрел на него так же, как и раньше, — нежно и с любовью. Наруто поймал себя на том, что кивает в ответ на каждое слово, на все похвалы, которыми осыпал его мужчина. Рука взяла его за бедро, направляя вниз. Другой рукой Джирайя придерживал его член, направляя его.

Наруто застонал, когда твёрдая штука скользнула между его ягодицами, головка потерлась о его скользкую дырочку. Там всё было скользким, и всё остальное тоже было скользким: от пота, пара и жара их тел. Наруто знал, что они каким-то образом попали в другое место, где он мог сохранить всю эту любовь и заботу о себе, а взамен ему нужно было быть скользким и делать то, что хотел Джирайя, независимо от того, имело ли это смысл. Он вытолкнул его, как велел ему сенсей, и с помощью Джирайи головка его члена вошла внутрь.

— О! — Выражение лица Наруто менялось от одной эмоции к другой, слишком сильным, чтобы поместиться в таком маленьком мальчике, и застывало где-то между храбростью, болью и недоверием. Растяжение было невообразимым. Он хотел умолять своего сенсея подождать и дать ему немного времени, но Джирайя уже хватал его за задницу, за бёдра, за его собственную твёрдость, чтобы проникнуть ещё глубже. Это было больше, чем что-либо другое. В Наруто не оставалось места ни для чего, кроме того, чем сенсей его наполнял. Губы Наруто приоткрылись, издав тихий стон, глаза закрылись. Его лицо покраснело, он запрокинул голову, словно пытаясь улететь и сбежать. Джирайя зашипел от удовольствия. Задница мальчика почти душила его.

Теперь внутри было уже почти всё, Наруто дрожал, как натянутый лук, на каждом скользком сантиметре, отчаянно хватая ртом воздух. Пока напряжение внезапно не спало, и Наруто не обмяк, брошенный на произвол судьбы. Джирайя подхватил его, прижал к груди, и тонкие руки, обвивавшие его шею, бессильно повисли.

— Идеально для меня. — Джирайя хвалил его сквозь стиснутые зубы, но он говорил искренне. Маленький мальчик перестал сопротивляться, и Джирайя смог ввести в него последние несколько сантиметров члена. Наруто, ошеломлённый и балансирующий на грани потери сознания, застонал от боли, полностью сидя на коленях у своего сенсея. Проведя руками под задницей мальчика, Джирайя немного приподнял его, толкая бёдрами, чтобы начать трахать своего драгоценного ученика — пока что медленно и осторожно.

— Ун... ун... ун, — простонал Наруто. Его ноги дёргались, широко раздвинутые вокруг сэнсэя, пальцы на ногах сжимались и разжимались каждый раз, когда эта штука занимала своё место внутри него. Теперь он был слишком слаб, чтобы сдерживаться, и икал, стонал и вздыхал от долгого, осторожного скольжения внутрь и наружу.

Джирайе это нравилось: пронзительные крики Наруто ничем не отличались от девичьих, а его тело было мягким, тёплым и достаточно маленьким, чтобы Джирайя мог обхватить его целиком. Он ускорился, кровь закипела, когда он наконец-то получил желаемое, и вскоре Наруто уже подпрыгивал вверх-вниз, его голос пронзал окутывавший их пар. Оргазм Джирайи поразил его, как удар молнии, и он погрузился глубоко внутрь, достигнув кульминации в тесном, принимающем его теле Наруто.

— О. — Наруто слабо поёрзал, ощущая растекающееся по телу липкое тепло. — Мерзко, — сонно пробормотал он. Джирайя не смог сдержать смех, довольный и сытый.

Он положил подбородок на макушку Наруто и вздохнул. Его руки снова заскользили по телу мальчика, вверх и вниз по его рукам, прежде чем он начал успокаивающе поглаживать его между лопатками. — Тише. Всё закончилось, Наруто. Ты был так хорош. Я так счастлив. Всё уже закончилось, разве ты не рад, что доверился своему сенсею?

Движения Наруто были вялыми, измождёнными. Пальцы обхватили его шею и слегка сжали, пока в голове не прояснилось. Наруто подтянул ногу, чтобы повернуться и сесть боком на колени к своему сенсею. Так он мог слышать мощное биение сердца мужчины, хотя и поморщился от того, что из-за его движений что-то мягкое в его заднице двигалось. Он пожал плечами, прижимаясь к Джирайе. Наруто тоже чувствовал странную гордость за себя. От этой мысли его плечи расправились, и он опустил голову, потому что… потому что это было глупо. На самом деле он ничего не сделал, кроме как много ныл. Горячее смущение смешалось с растущей гордостью, и он больше не мог смотреть в глаза своему сенсею, боясь, что вот-вот расплачется. — Я… всё было не так уж плохо… в конце концов, — солгал он.

Услышав его слова, Джирайя торжествующе улыбнулся. Всё было именно так, как он и предсказывал. Большую часть своей жизни Наруто был более или менее одинок. У него никогда не было никого, кто заботился бы о нём так, как нужно мальчику, и теперь, когда у него появился такой человек, он понял, как сильно ему этого не хватало. Джирайя использовал бы этот факт, чтобы учить его, вознаграждал бы его добротой и любовью каждый раз, когда Наруто предлагал бы себя, пока он не стал бы для Джирайи просто хорошим мальчиком. Хорошим и послушным мальчиком, а также симпатичной девочкой, которую можно использовать, когда Джирайе нужно выпустить пар.

— Ты очень хорошо справился. — Джирайя смахнул несколько влажных светлых прядей со лба Наруто, чтобы поцеловать его, и заметил, что мальчик смотрит вниз, на их тела. Джирайя задумался о том, что он видит, когда сравнивает их. Когда они сидели вот так, две горизонтальные линии пересекали живот Наруто: детский жир прилипал к нему, как тающий снег к веткам сосны.

Наруто протянул руку к животу Джирайи. «Ты очень сильный. Как герой».

Они продолжали обниматься, и Джирайя начал шептать Наруто на ухо, называя его своим милым, красивым учеником и говоря, как он гордится тем, что Наруто был достаточно смелым, чтобы доставить ему удовольствие. Он повторял эти нежные слова снова и снова, нежно поглаживая живот Наруто.

На них обоих снизошло почти медитативное настроение, которое длилось до тех пор, пока Джирайя наконец не заставил Наруто встать. Тонкие ноги дрожали от напряжения, когда Наруто вцепился в плечи своего сенсея, смирившись с тем, что придётся сделать то, что ему велят, и приподнимая зад, пока член мужчины не вышел наружу со странным звуком и облегчённым стоном, сорвавшимся с губ Наруто. Джирайя тоже встал, срывая завесу, опустившуюся на мир, существовавший вдали от них двоих. Колени Наруто подогнулись, и он едва смог удержать свой вес. Он чувствовал себя слабым, измотанным и ужасно уязвимым теперь, когда тепло тела его сенсея исчезло. Чьи-то руки взяли его за плечи, поддержали и развернули.

Наруто испуганно отпрянул от Джирайи: остальные купальщики всё ещё были здесь. Он забыл о них, но теперь до него внезапно дошло, что они всё это время наблюдали за ними. Они ухмылялись, тяжело дышали, их руки работали под водой. Это было ужасно, и Наруто покраснел как рак, пытаясь скрыть свою наготу. Впервые в жизни он стеснялся своего незрелого тела.

Но его сенсей был рядом и не оставил его один на один с этими людьми.

— Всё в порядке, — сказал он, поглаживая Наруто по плечу. — Им просто нравится на тебя смотреть. Они тоже считают тебя очень красивой.

Взяв его за руку, Джирайя повёл яростно краснеющего мальчика к выходу. Несколько мужчин удивлённо приподняли брови, безмолвно спрашивая. Но Джирайя не собирался продавать своего ученика. Дело было не в этом.

В раздевалке Наруто ждал, прикрывая руками интимные места, пока Джирайя одевался. Одежда мальчика лежала рядом, и он с тоской смотрел на неё, но в то же время не мог пошевелиться. Он чувствовал себя неуверенно, словно земля уходила у него из-под ног. Наруто ждал, что его сенсей скажет ему, что делать.

Наруто не получил свою одежду обратно. Сэнсэй держал её, свёрнутую в комок, под мышкой, а их рюкзаки — в руке. Наруто ничего не оставалось, кроме как пройти за ним голышом мимо мужчины в кабинке у входа, всё ещё прикрывая руками интимные места и втянув голову в плечи. Когда он взглянул на незнакомца, тот лишь понимающе улыбнулся, потому что, как понял Наруто, он знал: он знал, что Наруто сделал в ванной. Стыд и унижение горячей волной поднялись в груди Наруто, и он побежал прятаться за спину своего сенсея.

Рядом с баней в лесу была поляна, где Наруто наконец разрешили остановиться. «Расстели свою спальную сумку», — приказал Джирайя, с удовольствием наблюдая за тем, как его милый ученик бросился выполнять приказ. Закончив, Наруто вернулся и встал перед своим сенсеем, старательно глядя на свои босые ноги. От обычной бравады мальчика не осталось и следа, она исчезла, обнажив скрытую уязвимость, и ему не за что было ухватиться, кроме как за Джирайю. В тот момент Наруто казался очень маленьким. Он начал дрожать от ночного холода. Джирайя знал, что это ненадолго. Он ожидал, что к завтрашнему дню Наруто вернётся в своё обычное состояние, но они сделали первый шаг вместе. Наруто никогда не забудет, как приятно было чувствовать заботу и внимание Джирайи.

“Ложись”.

Наруто лёг на живот, поджав под себя руки, чтобы защититься от холода. Но потом ему стало не холодно, потому что сверху на нём лежал сенсей, придавливая его и накрывая их обоих тёплым одеялом.

Наруто изогнулся, чтобы прижаться к нему, и уставился на него огромными глазами. — С-сэнсэй?

— Я бы хотел, чтобы ты с этого момента спал со мной в одной постели, — объявил Джирайя с широкой улыбкой на лице, поглаживая Наруто под одеялом.

Сердце Наруто ёкнуло. Он не возражал, в тот момент ему казалось, что он вообще ни на что не будет возражать. — Э-э, о-окей, — покраснел он. Руки крепко обняли мальчика, и ему пришлось вытянуть шею, чтобы смотреть на улыбку и добрые глаза своего сенсея.

— Тебе бы это тоже понравилось? Спать вместе? По тому, как Наруто вспыхнул, Джирайя понял, что мальчик не уловил истинного смысла вопроса.

— Я бы тоже хотел, — признался Наруто, хотя ему было стыдно за это. — Ты… ты мой сенсей, и ты очень сильный… — Голос Наруто дрогнул, когда он продолжил: — Ты самый добрый человек из всех, кто когда-либо был рядом со мной.

— Ты тоже милый, Наруто. Ты был очень мил со мной сегодня вечером, — успокаивающе сказал Джирайя. Под одеялом его пальцы снова скользнули к заднице мальчика. Джирайя уловил момент, когда Наруто понял, в какой момент он нервно сглотнул, осознав, что может быть милым для этого мужчины.

— Было хорошо? Это было самое лучшее чувство на свете? — нерешительно спросил Наруто, на его лице читались противоречивые эмоции. Он пошевелил ягодицами, и Джирайя заметил, как он поморщился от этого движения. Несомненно, Наруто было очень больно.

— Это было так вкусно.

— Лучше, чем рамен? — Джирайя выдохнул в мокрую копну золотистых волос Наруто, устало усмехнувшись.

— Это было лучшее. Это было просто идеально. От этих слов у Наруто загорелись уши, а широкая улыбка расплылась на его лице, когда сердце затрепетало в груди.

— Конечно, конечно! — хвастался Наруто, кивая Джирайе в грудь. — Я лучший. Я лучший во всём, даже в… — он на мгновение запнулся, а затем просто махнул рукой, охватывая их обоих. — Даже в таких вещах! Это легко, если ты такой крутой, как я!

— Это действительно что-то. Большинство мальчиков не такие смелые, потому что думают, что это страшно и слишком больно, — с ухмылкой заметил Джирайя, наблюдая за тем, как Наруто прихорашивается в ответ. И вот так боль, пульсировавшая в спине Наруто, превратилась в мальчишеский знак гордости, который Наруто носил бы на груди, чтобы все видели.

— Глупо, — хихикнул Наруто, хотя усталость уже начала сковывать его конечности. Он на мгновение прикрыл глаза. — Ты совсем не страшный, а шиноби не могут пострадать. Я думал, что это будет сложная миссия для ниндзя, а ни одна миссия не может превзойти меня, поверь мне!

Мгновение спустя мальчик уже был где-то в стране грёз; последние капли его сил были наконец исчерпаны. Джирайя приподнялся, чтобы посмотреть на ночное небо. Светлые волосы Наруто лежали на его груди, выглядывая из-под толстого одеяла. Джирайя тихо удивлялся тому, как сильно он ощущает свою страсть к своему милому маленькому ученику теперь, когда она разгорелась. Это было доказательством того, что он сделал правильный выбор и что Наруто был создан для этого. Джирайя уже мог представить себе это: он сам, доблестный мастер шиноби, рядом с Наруто. Молодой и милый, мальчик был бы похож на цветок, зажатый в его пальцах, подчёркивая мужественность Джирайи. Другие мужчины будут бросать на них завистливые взгляды и что-то бормотать, и в кои-то веки девушки будут преследовать его, гоняясь за тем, чего, как им казалось, они не могли получить. При этой мысли улыбка Джирайи стала похотливой. Взять Наруто с собой действительно было лучшим решением для них обоих.
______________________________________

5382, слов