Наблюдатель

От лица Максима.

Я сидел у себя в кабинете, наконец-то закончив с работой. День был напряжённый, и мысли уже уносили меня в сторону отдыха — я хотел пойти к своей девочке, провести с ней вечер, просто быть рядом. Но вдруг вспомнил о таблетках. Тех самых, что помогали мне держать себя в руках, не срываться на окружающих. Я обязан был их принять, если не хотел испортить нам вечер.

Я начал искать таблетки по ящикам, надеясь, что они не закончились. Мне нужно было быть в норме. Ради неё. Ради нас. Я не мог позволить себе снова стать тем, кем был раньше — агрессивным, вспыльчивым, опасным. Я должен лечиться. Обязан вылечиться. Чтобы Таисия могла мне доверять. Чтобы я сам мог доверить себе ребёнка.

Мысль о том, что я стану отцом, до сих пор казалась нереальной. Неужели кто-то будет называть меня папой? Неужели у меня появится маленькая копия меня самого? Это пугало и вдохновляло одновременно. Я не имел права облажаться. Не имел права всё испортить.

Наконец, я нашёл коробочку. Внутри осталось всего две таблетки. Без раздумий я проглотил обе. Почти сразу ощутил, как внутри становится немного тише. Словно гаснут внутренние пожары.

В этот момент в кабинет зашёл Лукас.

— Не помешал? — спросил он с порога.

— Нет. Я уже закончил. Сегодня хочу отдохнуть. И, кстати, закажи мне ещё этих препаратов, — я протянул ему пустую коробку.

Он молча взял её и убрал в карман. Но следующее его замечание заставило меня напрячься до предела:

— Ты отпустил Таисию с Назаром по магазинам?

— Что?! — я резко поднялся из кресла. — Я никого никуда не отпускал.

Я подошёл к нему, схватил за шиворот и прижал к стене.

— Куда ты её отпустил?! — сорвался я.

— Назар сказал, что ты разрешил им поехать. Я решил уточнить... Я сказал им подождать возле беседки, Тая сказала, что подождёт... — пробормотал он, заметно взволнованный.

Я резко отпустил его и бросился на улицу, надеясь увидеть её здесь, дома, в безопасности. Но на дворе меня встретил только Вольт. Он бегал по двору, скулил и явно искал свою хозяйку.

— Таисия! — крикнул я, но в ответ — тишина.

— Что случилось? — спросил Карл, заходя во двор.

Я резко повернулся к нему и, не сдержавшись, схватил за ворот куртки, потряс его.

— Как вы могли выпустить их без моего разрешения?! — крикнул я. Это был тот я, которого все боялись. И я видел это в его глазах.

— Я только что вернулся, я не знал… — растерянно ответил он.

— Макс! — вмешался Лукас, пытаясь оттащить меня от Карла.

Я развернулся и со всей силы ударил Лукаса по лицу. Тот пошатнулся, но не упал.

— Найдите её. Немедленно! Или я убью вас обоих! — прошипел я, сжав кулаки до боли.

Лукас, вытерев кровь с губы, просто кивнул. И уже через минуту все пришли в движение.

Я быстрым шагом направился обратно в дом. Мне нужно было хотя бы немного успокоиться. Но в голове пульсировала только одна мысль: он сделал это специально. Мстит мне за прошлое. За силу, которую я над ним имел. Он осмелился забрать то, что принадлежит только мне.

Я стоял у окна и смотрел, как четыре машины выезжают со двора. Пускай сметают всех на своём пути. Пускай найдут её. Привезут мою принцессу. Целой. Невредимой. И с моим ребёнком под сердцем.

19:30.

Таисия очнулась от нестерпимой боли в голове. Её веки тяжело поднимались, как будто каждая ресничка была из свинца. Её тело лежало на холодном бетонном полу, где-то в сыром, тусклом подвале. Вокруг пахло плесенью, железом и страхом.

Она с трудом села, держась за голову. Мир плыл перед глазами, а в ушах звенело. Где она?

За стеной слышались приглушённые голоса. Один из них принадлежал Назару. Второй... Второй показался ей знакомым, вызывая где-то в глубине души первобытную тревогу. Тот самый мужчина... Да, она его уже видела. Он приходил к Максу.

Внезапно дверь распахнулась, ослепив девушку ярким светом. Она прижалась к стене, зажмурилась, заслоняясь рукой.

— О, проснулась, красавица, — сказал с ухмылкой мужчина, входя в помещение.

Это был он. Тот самый человек, чьё появление в доме Макса предвещало беду.

Следом за ним зашёл Назар.

— Такая же красивая, как на портрете, — протянул мужчина, улыбаясь. — Неудивительно, что Макс так ею дорожит.

— Ещё налюбуешься, — спокойно бросил Назар. — А теперь — мои документы и деньги. За неё... и за картину.

— Ты достал бумаги, что я просил? — деловито спросил мужчина.

Назар вытащил папку и протянул её.
— Здесь всё. Её биография, медкарта, даже кое-что из личных дел. Украл со стола у Макса.

Мужчина, довольный, взял документы, мельком пролистал.
— Превосходно.

Он обернулся, и в подвал вошли двое мужчин. Один нёс ещё один пакет с бумагами, другой — металлический чемоданчик. Эльдар раскрыл его, внутри оказалась аккуратная стопка купюр.

— С этими документами ты сможешь уехать под другим именем. Макс тебя не найдёт. Деньги — на первое время. Как и договаривались.

— С тобой приятно иметь дело, Эльдар, — сказал Назар и пожал ему руку.

Он уже собирался выйти, как вдруг слабый, дрожащий голос раздался с пола:

— Назар... Я же верила тебе… Я ведь ничего тебе не сделала…

Назар остановился, не оборачиваясь.

— Ты — единственный способ сделать больно Максу, — прошипел он.

— Он же твой брат! — со слезами на глазах воскликнула Таисия. — Ты даже за племянника не думаешь?..

Назар напрягся. Его кулаки сжались так, что побелели пальцы.

— Племянника? — возмутился Эльдар. — Она беременна?

— Срок маленький, — глухо ответил Назар. — Можно убрать. Она всё равно работать сможет.

— Нет! — закричала Таисия, прижавшись к животу. — Я не позволю! Макс вас всех найдёт! Он землю перевернёт, но найдёт! Если вы тронете моего ребёнка…

Эльдар усмехнулся.
— Вот за это я и люблю работать с тобой, Назар. Ты намного удобнее, чем твой брат.

Назар промолчал. Он просто развернулся и ушёл, даже не взглянув на девушку.

Эльдар остался. Он подошёл ближе, медленно, с оценивающим взглядом. Таисия отпрянула в угол, сжавшись, как раненый зверёк.

— Я вам не нужна! Я беременна! У меня проблемы с сердцем! — дрожащим голосом выговорила она.

— Ребёнка уберём — не волнуйся. А сердце... жаль, продать не получится. А вот остальное... — он хмыкнул, разглядывая её, будто товар.

— Прошу вас… Не надо… — заикаясь, пробормотала она.

— Успокойся. Сделаем тебе операцию. Будешь работать — либо на фабрике, либо в борделе. Глава решит. А пока... отдыхай, — с этой фразой он захлопнул за собой тяжёлую стальную дверь.

Таисия медленно скатилась по стене на пол. Закрыла лицо руками и тихо зарыдала. В груди сжалось, в животе пронеслась резкая боль. Она закричала от страха и боли — и потеряла сознание.

Через мгновение дверь снова отворилась. Вернулся Эльдар.

— Эй, — он толкнул её ногой.

Таисия не двигалась.

— Врача сюда! — раздражённо бросил он кому-то за дверью и вышел.

От лица Назара.

Как и договаривались, меня отвезли в аэропорт. В машине я молчал. Всё внутри горело — не от страха, нет, а от ярости. Я знал: Макс уже всё понял. Он уже в бешенстве, уже сломал пару ребер кому-то из своих, уже бросил своих псов на поиски. И теперь охотится. На меня. Ищет Таисию.

Пускай вспомнит тот день. День, когда он заставил меня убить девушку, которую я любил больше жизни. Я был готов жениться на ней, хоть она и была сиротой, без связей, без состояния. Максу это показалось позором. Он думал, я просто играюсь. Но когда я сказал, что хочу сделать её женой — он взбесился.

Я никогда не забуду тот ад.
Я, она — на коленях передо мной. Макс рядом. Пистолет в моей руке, её слёзы, дрожащие пальцы, и его голос — шепчущий, словно змеиный.
"Стреляй. Она тебе не пара. Ты заслуживаешь лучшего."
Я умолял отпустить нас. Он не слушал. Только сильнее давил, только громче кричал, унижал.
"Слабак. Неудачник. Ты — ничтожество, если не сделаешь этого."
А она… она улыбалась сквозь слёзы. Смотрела так, будто прощала меня уже тогда.
Я дрожал. Потом — хлопок. Выстрел. И всё.

С тех пор я перестал быть собой.

Теперь всё иначе. Новое имя. Новые документы. Новый я.
Он меня не найдёт. Не выследит. Всё продумано до мелочей.

Я вышел из машины, натянул капюшон и быстрым шагом направился к стойке регистрации. Взял билет. Поддельный паспорт сработал — ни малейшего подозрения.
Потом — в зал ожидания.
В голове уже рисовалась новая жизнь: солнце, дом у моря, никакого Макса, никакой боли. Я даже улыбнулся. Всё, что было — позади. Таисия, портрет, Макс, все воспоминания. Всё это я продал, чтобы купить себе свободу и начать с нуля. С деньгами. Без страха.

И вдруг — шум. Крики. Паника.

Я поднял глаза. Люди бегали, охрана кричала. Прогремели выстрелы. Кто-то упал. Я вскочил, сердце стучало, как безумное. Я знал этот сценарий. И знал, кто его режиссёр.

Из хаоса вынырнули знакомые лица. Четверо. В чёрном, с автоматами, жёсткие, как гранит.

— Стоять! Назар Корнеев! — рявкнул один из них.

Я сжал кулаки.
Как?
Как он снова всё испортил?
Я выстроил всё идеально… Я исчез! Я…

Но было поздно. Меня схватили, заломили руки, выволокли, как мешок с грязью. Люди расступались, некоторые снимали на телефоны. Кто-то кричал. Но я уже ничего не слышал. Лишь гул крови в ушах. Лишь одно слово в голове:

Смерть.

Теперь точно. Он меня не пощадит.
Он сотрёт меня с лица земли.