МОЯ МИЛАЯ ОДЕРЖИМОСТЬ

Весь день я не находила себе места. Думала о том, как не сболтнуть чего лишнего и не показаться тупой малолеткой на сегодняшнем вечере. Ещё я никак не могла выбрать наряд. Хорошо, что вспомнила о платье, которое мама подарила мне на прошлый день рождения. Я совсем забыла про него и ни разу не надевала, потому что не было повода. Сегодня настал его звёздный час.

Заколов передние пряди двумя широкими заколками с жемчужинками, я подвела глаза и нарисовала тонкие острые стрелки. Каждый раз, когда вспоминаю, куда иду, волна страха накатывает снова, и ладони покрываются потом. Я пытаюсь себя успокоить. Ну что страшного может произойти? Хотя, если подумать, там будет столько богатых людей... А я ведь самая обычная. Не буду ли я выглядеть на их фоне какой-то деревенщиной? На какие темы они разговаривают? Как себя ведут? Матерятся или нет?.. Я не знаю. Совсем не знаю, как себя держать.

Но пути назад уже нет.

Я медленно натянула на себя чёрное, элегантное, обтягивающее платье, со спущенными пышными плечами и красивым декольте. Ниже колен, с аккуратным разрезом сбоку. Чёрный цвет и ничего лишнего. К нему я надела классические лодочки и маленький клатч, расшитый крошечными жемчужинами, как и заколки в волосах.

Я посмотрела в зеркало.

Если не знать, что мне восемнадцать, можно подумать, что я старше. В этом наряде, с макияжем и причёской, я выгляжу по-взрослому. Не знаю, хорошо это или плохо. Наверное, в данном случае — хорошо.

За окном уже стемнело. Дует сильный ветер. Обожаю такую погоду.

Попрощавшись с родителями, я вышла из дома. Мустанг Джейсона уже стоит на обочине.

— Привет, — сказала я, садясь в машину.
— Привет. — Он наклонился и поцеловал меня. — Ты выглядишь сногсшибательно. — Он улыбнулся, проведя взглядом по моему наряду, и прикусил нижнюю губу.
— Спасибо. И ты ничего, — улыбнулась я в ответ.

На нём был чёрный костюм и такая же рубашка — без галстука, без бабочки, но это только добавляет ему притягательности. Пара расстёгнутых пуговиц, лёгкая небрежность — и в то же время идеальный образ.

— Готова?

Я кивнула, и мы тронулись с места.

— Слушай, — начала я, — а они вообще о чём разговаривают?
— Кто?
— Друзья твоего отца.
— О, поверь, обо всём подряд. Или ты думаешь, что у богачей какие-то особые темы? — он усмехнулся.
— Просто я не знаю, как себя вести в их окружении.
— Я понимаю. Веди себя как обычно. Они не боги и не президенты. У них просто много денег — и это не делает их особенными, поверь.
— Хорошо, — кивнула я.

Он взял мою руку, не отрывая взгляда от дороги.

— Я же буду рядом, — сказал он тихо. — Не беспокойся ни о чём.

Я откинулась на спинку сиденья и глубоко выдохнула.

Да, всё будет супер.

                                            ***

Через двадцать минут мы подъехали к какому-то высокому стеклянному зданию. Джейсон галантно открыл мне дверь, подал руку, и я вышла.

Название прочитать так и не удалось, ведь буквы уходят куда-то под небо. К длинным тёмно-серым ступенькам, ведущим ко входу, мы поднялись под чёткое цоканье моих каблуков.

Нас встретил просторный холл, залитый мягким золотистым светом. Всё вокруг в тёплых золотых и коричневых тонах. Слева и справа — длинные диванчики и аккуратные столики, а между ними — вазы с искусственными цветами и сухоцветами. На полу лежит расписанный в бельгийском стиле коричневый ковёр, тянущийся от входной двери до стойки ресепшена. Это оказался отель. И, судя по всему, один из самых дорогих, какие я когда-либо видела.

Джейсон уверенно идет вперёд, держа меня за руку.
Мы подошли к лифту и через несколько секунд двери с лёгким звоном разошлись. Внутри висит зеркало в пол и играет тихий джаз.

— Сколько здесь этажей? — спросила я.
— Пятьдесят. Нам ещё несколько минут подниматься.

Я посмотрела на горящую кнопку под номером «47».

— Ого. Так высоко.
— Боишься? — Джейсон чуть приподнял уголок губ.
— Высота и пауки — мои два главных страха.
— А у меня трипофобия, — сказал он, кладя руку мне на талию.

Пальцы начали спускаться ниже.

— Мы же скоро приедем, — сказала я и мягко убрала его руку.

Он вдруг запустил пальцы в мои волосы и поцеловал. Внезапно и дико. Мне понравилось, но я боюсь, что двери лифта распахнутся прямо сейчас.

Я попыталась отстраниться, но мы оба засмеялись. И ровно за секунду до звонка — он всё же отпустил меня. Я шлёпнула его по груди тыльной стороной ладони.

Когда двери открылись, передо мной сразу возникла толпа людей — все в белом. Стоило нам выйти, как несколько пар глаз обратились на нас. Понятно... контрастный чёрный среди белого.

— Как же я давно не был на подобных тусовках, — сказал Джейсон.

Под потолком висят оригинальные круглые люстры, мягко отражая свет в зеркальных стенах. В углу стоит барная стойка, где бармен ловко взбалтывает разноцветные жидкости в шейкере. По краям расположены квадратные высокие столики, и на каждом — по одной красной розе в чёрной вазе. Всё выглядит дорого и со вкусом. Но больше всего меня поразил вид — из огромных панорамных окон открывается ночной город.

— Вау, — только и смогла сказать я, сжимая руку Джейсона.
— И красиво, и страшно, — ответил он, и мы подошли ближе.

От высоты захватывает дух. Я быстро отступила назад, а Джейсон засмеялся.

— А ты, как всегда, в своём репертуаре, — раздался позади мужской голос.

Мы обернулись. К нам подошёл темноволосый мужчина спортивного телосложения, чуть ниже Джейсона.

— Не люблю белый цвет, — сказал Джейсон и приобнял его. — Это Хэйли, — представил он меня.
— Та самая?

— Здравствуйте... видимо, да, — ответила я с лёгкой улыбкой.
— Мистер Морреро, — представился он, протягивая мне руку.

Мы обменялись рукопожатием.

— Чёрный — цвет власти и богатства, — сказал он и тут же перевёл взгляд куда-то за наши спины. — Сейчас сюда идёт человек, который очень любит задавать вопросы. Будьте готовы.

Через секунду появился лысый невысокий мужчина в белом поло.

— Джейсон, дорогой! Как же я рад тебя видеть! — воскликнул он, заключая Джейсона в объятия.
— И я вас, мистер Браун. Как дела? Как жена? — спросил Джейсон.
— Не спрашивай. Мы развелись месяц назад. Она оттяпала у меня квартиру и красный кабриолет. А у тебя как дела? — он перевёл взгляд на меня.

— Знакомься, дорогой друг, — вмешался мистер Морреро, — это Хэйли, спутница Джейсона.
— Спутница? Но он же женат... или я чего-то не знаю?
— Многого не знаешь, — спокойно ответил Морреро. — Та женщина была брачной аферисткой. Морочила ему голову годами, а потом обворовала и сбежала.

На мгновение я замерла.

— Да ты что? Нашли её потом? — спросил мистер Браун.
— Нашли. И она за всё ответила, — твёрдо произнёс Морреро.

Теперь стало ясно, как отец Джейсона действительно хотел «урегулировать» историю с Адрианой.

— А ведь у моего знакомого тоже была похожая история, — добавил мистер Браун. — Сейчас таких, как они, пруд пруди.Лучше бы моя бывшая оказалась аферисткой — с ней хотя бы было бы проще, — хмыкнул он, и все засмеялись.

Мистер Морреро подмигнул Джейсону.

Браун оказался весёлым мужичком — с немного писклявым голосом, который добавляет ему комичности. Через пару минут он кого-то заметил и поспешил прочь.

— Хоть бы предупредил, — тихо сказал Джейсон.
— Да ладно, — усмехнулся Морреро. — Всё равно теперь все узнают. Он растреплет все за пять минут.

— Пусик, ну куда ты ушёл? — к нам подошла рыжеволосая девушка с коротким каре. Она невысокая и чем-то напомнила мне актрису Эбигейл Коуэн.

Мы с Джейсоном посмотрели друг на друга.

— Я скоро приду, иди, — сказал отец Джейсона, но девушка не собиралась уходить и пристально смотрела на нас.

— А вы круто выглядите, — улыбнулась она. — А вот мне Пусик сказал одеться во всё белое. И зачем это всё?
— Это дресс-код.
— Ой, брось. Напридумывали себе ереси. Пару недель назад, в Сиэтле, мы с Пусиком были на подобной пенсионерской тусе — там все оделись в красное. Вот он и свистнул идею, чтобы повыпендриваться перед своими друзьями. А вы, ребят, выглядите просто охренительно стильно, — сказала она. — А вы, кстати, кто?

— Это Джейсон, — ответил мистер Морреро.
— А вы? — спросил Джейсон.
— Меня зовут Микаэла. Я его невеста.

Ну ничего себе невеста.

— Невеста? Ну тогда я рад познакомиться со своей будущей мачехой, — сказал Джейсон и улыбнулся, глядя на отца.
— Мачехой? Ах да, точно! Ты ведь его сын, — Микаэла прищурилась.
— Верно.
— Я тебя по-другому представляла, а ты такой... — она указала на его габариты.

— Да, это точно, — усмехнулся мистер Морреро. — Сынок, не хочешь выпить? — его голос стал мягче.

— Джейсон, а это твоя девушка? — спросила Микаэла и подошла ко мне.
— Да.

— Меня зовут Хэйли, — сказала я.
— Ты такая красотка! Сколько тебе лет?
— Мне восемнадцать, — резко выдала я.
— Да? Так мы с тобой почти ровесницы. Мне двадцать, — сказала она, и Джейсон удивлённо посмотрел на отца.
— Правда? Круто, — я не знала, что ещё сказать, ведь мистер Морреро старше неё больше чем на тридцать лет.

— Ты, кажется, хотел выпить? — спросил Джейсон.
— Да. Пойдём, — сказал его отец, и они ушли.

Мы остались у свободного столика. Я смотрю на длинные дороги, освещённые фонарями, и на поток машин, которые с этой высоты кажутся совсем крошечными. К нам подошёл официант, и мы взяли с подноса по бокалу шампанского.

— Я так хотела шикарную свадьбу, но Пусик сказал, что из-за его работы отпраздновать не получится, — сказала Микаэла, нарушив молчание. — Поэтому мы просто распишемся. Но я всё равно надену шикарное белое платье, хочет он этого или нет.
— А давно вы знакомы?
— Уже год. Поначалу он подкатывал к моей маме, а потом я ему понравилась.

Охренеть.

— И вот, скоро поженимся.
— Поздравляю вас, — я улыбнулась, и она приобняла меня.
— А вы давно вместе? Пусик говорил, что Джейсон женат.
— Джейсон женился на аферистке, а потом развёлся, и мы начали встречаться, — соврала я.
— Ого. Ничего себе.
— Да, а знакомы уже давно.
— Ну круто! Вы подходите друг другу. Так гармонично смотритесь.
— Спасибо, — я засмущалась.

— Дамы, скучаете? — к нам подошёл мистер Браун.
— Уже нет, — ответила Микаэла, улыбаясь.

Джейсон и мистер Морреро медленно возвращаются к нам, увлечённо разговаривая. Интересно, что они так воодушевлённо обсуждают?

— Приятно, однако, быть свободным, — сказал мистер Браун. — Если бы моя жена была здесь, она бы уже вынесла мне мозг за то, что я стою рядом с вами.
— Да, женщины очень ревнивы. И даже если отрицают — это не так, — промолвила Микаэла.

Да, я это понимаю. Каждый раз, когда видела Джейсона с Адрианой, злость брала надо мной верх.

— Ты снова кого-то окучиваешь? — спросил мистер Морреро, подходя ближе.

Джейсон поцеловал меня в макушку и положил руку мне на талию.

— О чём ты говоришь? Мы просто разговариваем, — возмутился мистер Браун.

— В юности как-то раз Бенджамин увёл у меня девушку, — сказал отец Джейсона.
— Брось! Она сама увелась. Я не виноват, что ей нравились низкие, коренастые парни.
— Низкие и толстые парни, — поправил его Морреро.
— Я был в самом соку, как и сейчас! Просто время другое. Сейчас девушкам нравятся высокие, широкоплечие машины-убийцы, да, Джей? — он засмеялся и посмотрел на Джейсона.

Джейсон улыбнулся, глядя исподлобья.

— Они с отцом похожи, — заметил Бенджамин. — Хоть и не родные.

Мистер Морреро закатил глаза.

— Алекс в молодости был точно таким же. Один в один. Сейчас, конечно, немного остепенился, но характер — тот же.

Серьёзно? Мне стало интересно. По словам Джейсона, они никогда не ладили.

— Алекс тогда был очень серьёзным, — продолжил Бенджамин. — Когда наши однокурсники выпрашивали деньги у родителей, чтобы сходить в игровые комнаты, он ночами сидел в гараже, собирая машину своей мечты. И собрал — буквально по крупицам. Помню, как он хотел впечатлить одну девушку и решил участвовать в гонках с местными парнями. Над его машиной смеялись, но он выиграл. После этого стал самым популярным парнем на районе и в школе. От девушек отбоя не было, но любил он одну.
— Так, всё, Бенджамин, хватит. Тебя понесло не туда, — сказал мистер Морреро.
— Да брось, Алекс, мы же взрослые люди. Так вот. Её звали Дженни. Они проводили вместе каждое лето, а потом она исчезла. Он не выходил из дома и ждал хоть какой-то весточки. А через год пришло письмо. Оказалось, она была смертельно больна и уехала, чтобы его не терзать. Письмо пришло уже после её смерти...

Я в шоке. Между нами повисла тишина.

— Но хорошо, что был я, — продолжил Бенджамин. — Его любимый и лучший друг. Я помог ему оправиться. До твоей мамы, Джейсон, он больше ни с кем долго не встречался.

Друзья обнялись, и я невольно улыбнулась. После этой истории отец Джейсона уже не кажется таким грозным. Я перестала верить в то, что он мог как-то повлиять на смерть его матери. Похоже, его жёсткость — просто броня. На самом деле, он хочет быть счастлив. И, наверное, просто боится, чтобы Джейсон не обжёгся так же, как он сам когда-то после Дженни.