МОЯ МИЛАЯ ОДЕРЖИМОСТЬ

Сейчас я думаю только о том, как сделать спокойное лицо и войти в номер так, будто ничего не случилось. Три минуты назад произошло то же самое, что и вчера, и я не понимаю, почему мы снова это сделали. Мне становится плохо... я чувствую себя ничтожеством.

Я поворачиваю ручку и захожу в номер. Закрыв за собой дверь так, будто прячась от маньяка, бегущего следом, я упираюсь в неё лбом.

— Что с тобой? — я не сразу замечаю Джима и резко оборачиваюсь.
— Ничего, — говорю я, вытирая слезу, которую даже не почувствовала.
— Ты плачешь?
— Нет.

После нескольких секунд тишины он снова заговорил:

— Ничего не хочешь мне сказать? Ты какая-то странная со вчерашнего дня.
— Всё хорошо.
— Ну, раз ты не хочешь говорить, начну я.

Только не это...

Я села на кровать, стараясь делать вид, что ничего не понимаю.

— Только что заходила Миранда.
— Миранда?
— Блондинка с каре, организатор свадьбы.
— И?

Джим начал ходить туда-сюда с руками за спиной, будто детектив, готовящийся обвинить меня в серьёзном преступлении.

— Пять минут назад она пришла к номеру Адрианы и Джейсона, чтобы кое-что отдать, но никто не открыл. Тогда она решила заглянуть ко мне — всё-таки я брат Адрианы и её самый близкий человек.
— И зачем же?
— Она принесла дорогущую золотую запонку от костюма Джейсона.
— Ничего не понимаю.
— Миранда видела, как отец Джейсона подарил ему эти запонки перед свадьбой, когда он собирался. Она точно не могла их перепутать. А сегодня утром один из работников особняка убирался в комнате с цветами и нашёл её там, на полу.

Моё сердце бешено заколотилось. Кажется, Джим это заметил.

— Он отдал находку Миранде, чтобы та вернула её хозяину. Миранда знала, чья это запонка, и пошла к Джейсону. Но он не открыл. Она решила, что никого нет, и пришла ко мне. Отдала запонку мне, — Джим показал её. Квадратная, золотая, с множеством крошечных бриллиантов по краям. Вчера я их даже не заметила... хотя и некогда было.
— Очень красивая, — сказала я, устраиваясь на кровати поудобнее.
— Такая же красивая, как и твоё вчерашнее порванное платье.

Мой организм будто отказался воспринимать информацию. Тело перестало слушаться, дыхание сбилось, и стало жарко. Я чувствую себя ребёнком, которого отчитывают за плохое поведение, только вместо ремня — грёбаная запонка.

— Порвалось, скорее всего, именно об эту дорогущую хренотень, — сказал он, положив её на тумбочку.
— С чего ты взял? Как это связано?
— Только не оправдывайся. Я всё уже сопоставил.
— Что? На что ты намекаешь?
— Я видел, как ты вчера пошла в особняк вместе с Джейсоном. Видел, сколько вас не было, и видел, какая ты вернулась. Сейчас ты снова сорвалась и ушла. Думаешь, я поверил, что за водой? Тебя не было примерно столько же, сколько и вчера. И вернулась ты с тем же видом.

Он говорит спокойно, но каждое слово бьет по мне, как удар.

— Вчера Джейсон пошёл с тобой, может, просто за компанию — или под каким-то предлогом. Проведя там немного времени, вы... потрахались в комнате со свадебными цветами. В порыве страсти Джейсон зацепился запонкой за твоё платье — она отлетела, а платье порвалось. Потом всё закончилось, вы вышли. Джейсон начал заливать в себя скотч и самбуку, которую терпеть не может. А ты выглядела как девушка, которую оболгали ведьмой и уже разожгли костёр.

Я не могла поверить, что он всё понял так точно.

— Сегодня ты пошла к нему поговорить о вчерашнем — узнав от меня, что Адрианы нет в номере. Поговорила. И снова всё закончилось тем же. И ты снова пришла с тем же лицом — лицом оболганной ведьмы.

Я распахнула глаза так, что они начали болеть. Я просто в шоке.

Джим выдохнул и сел рядом.

— Скажи мне, что я брежу, — сказал он уже спокойнее.

Во мне всё перевернулось. Вспомнив вчерашнее, мне стало мерзко... и в то же время в животе шевельнулись бабочки. Ужасное и прекрасное чувство чего-то необъяснимого.

— Всё, что ты сейчас сказал... правда. До последней детали, — наконец выдохнула я, и будто камень упал с плеч.

Джим тяжело вздохнул и взялся за голову.

— Я просто... я не знаю, что сказать. Я в шоке. Что между вами? Вы вместе?
— Нет. Между нами ничего нет, не было и не будет.
— Тогда почему вы... два раза? Или больше?
— Всего два. И больше этого не повторится. Зря я к нему сейчас пошла.

Я повернулась к Джиму. Его взгляд стал мягче.

— Что бы ни случилось, я всегда буду тебя поддерживать. Даже если кто-то скажет тебе убить меня. Это всё очень странно... и я не знаю, что думать.
— После того как мы познакомились с Джейсоном, мы стали чаще видеться, общаться... ну, не прямо общаться-общаться, а просто разговоры. Потом в этих разговорах начали появляться личные темы. Я и не заметила, как быстро мы стали откровенничать. Потом — разные встречи, эта свадьба...
— Не скажу, что знаю Джейсона на все сто, но на него это не похоже.
— Он говорил мне то же самое.
— Странно всё это. Видимо, он влюбился в тебя.

Его слова заставили меня вздрогнуть.

— Что?
— А ты не знаешь, как это бывает у парней?
— Что?
— Мы не всегда понимаем, что влюблены.
— У него вчера была свадьба. Если бы он был в меня влюблён, он бы не женился. Или я чего-то не понимаю?
— Не понимаешь. Я же говорю: мы не всегда осознаём, что влюблены. Вот и женился, и... два раза, тоже поэтому.
— А как насчёт меня? Я его не люблю.
— Ну-у, — протянул Джим, приподнимаясь. — Тогда зачем ты пошла с ним говорить о вчерашнем, вместо того чтобы забить и просто забыть, будто ничего не было?
— Я не знаю... просто хотела поговорить и понять, почему так случилось.
— И что? Поняла? Помогло?

Я замолчала. Он прав. Зачем я пошла? Разве не ясно, почему всё произошло? Мы понравились друг другу, остались наедине, эмоции взяли верх, и мы... Да, он мне нравится.

— Ты прав во всём.
— Ура! — сказал Джим и снова плюхнулся на кровать.
— И что ты думаешь обо всём этом? Это же твоя сестра, а Джейсон теперь твой родственник.
— Ну, во-первых, ты тоже моя сестра, — сказал он, и мы улыбнулись друг другу. — А во-вторых, мы уже не дети. Способны сами отвечать за свои поступки и принимать решения. Я, конечно, не в восторге от того, что муж моей сестры ей изменил... но посмотрим, что будет дальше.
— В смысле — посмотрим, как будет дальше, когда она об этом узнает? Разведётся она с ним или нет?
— Слушай, я вижу, как она его любит. Правда любит. Он — её первый парень во всём, понимаешь? И думаю, даже если она узнает, то, скорее всего, простит.
— Я не хочу, чтобы они разводились из-за меня.
— Почему из-за тебя? Тут уже не в тебе дело. Ты ведь не заставляла его прыгать на тебя, правильно?
— Я могла бы его оттолкнуть.
— Сомневаюсь, что ты смогла бы в такой момент. Я бы точно не смог. Да, вы оба виноваты, но если копнуть глубже... может, всё это из-за проблем в их отношениях. А ты просто оказалась рядом — как спасательный круг.
— Они не похожи на пару, у которой проблемы. Тем более, если бы всё было так плохо, они бы не женились.
— У всех есть проблемы. А они столько лет вместе — могли просто надоесть друг другу. Впрочем, здесь может быть всё, что угодно.
— Что же мне делать?
— Ничего. Если он тебе действительно нравится — поговори с ним. Если нет, забудь всё, как страшный сон.
— Ты прав. Ты снова прав.