Всегда вместе
IKEA встретила их, как всегда, запахом шведских фрикаделек и тихим гулом людей, бесцельно бродящих по выставочным залам. Диана тут же оживилась, схватила тележку и закатила её с такой скоростью, что почти сбила рекламный стенд у входа.
— Ты реально думаешь, что сможешь что-то собрать? — с недоверием спросил Данон, догоняя её.
— Конечно! — она обернулась, сияя. — Не собирала — не жила.
— Это ты придумала?
— Нет, но буду говорить, что это моя фраза, — она хихикнула и резко повернула в отдел мебели, не глядя на него.
— Эй, подожди, у нас есть план? — Данон догнал её, хватая за ручку тележки.
— У нас? План? Серьёзно, Данон? — она подняла брови, изображая полное удивление. — Мы импровизируем, как всегда.
Он закатил глаза.
— Ладно, давай хотя бы договоримся: мы берём только мелочь. Никаких шкафов, диванов и прочего хлама, который я потом буду тащить.
— Ты так говоришь, как будто я не могу ничего собрать сама, — она наигранно обиделась.
— Потому что ты не можешь, — сухо ответил он.
— Ах так? — Диана прищурилась и бросила в него пластиковую линейку, которую схватила с ближайшей полки.
— Диан! — он пригнулся, пока линейка пролетала мимо.
— Ну всё, ты напросился, — она развернулась и, схватив ещё пару мелочей, кинулась в атаку.
Они промчались через несколько отделов, и Данон поймал себя на мысли, что половина людей в зале смотрит на них, словно на детей, потерявшихся в супермаркете.
— Ладно, хватит, хватит, — он поднял руки, пытаясь остановить её. — Мы пришли за мебелью, а не за твоими линейками!
Она остановилась, тяжело дыша, но с победной улыбкой.
— Так-то лучше, — сказала она, поправляя свой пучок. — Итак, кто быстрее соберёт три вещи, выигрывает.
— Хорошо. Но если ты проиграешь, ты признаешь, что не можешь даже стул собрать без инструкции.
— А если выиграю?
— Тогда... я неделю монтирую твои ролики, не жалуясь.
Её глаза загорелись.
— Согласна!
Они разделились. Диана схватила каталог и, почти не глядя, начала указывать на вещи, которые ей казались достаточно лёгкими.
— Вот это! — она ткнула в картинку табуретки.
Данон, который двигался с противоположного конца зала, заметил её суету и хмыкнул.
— Ты знаешь, что инструкции читать не обязательно? — крикнул он через весь отдел.
— Ты знаешь, что умничать тоже не обязательно? — парировала она.
Он проигнорировал её ответ и начал складывать в тележку свои три предмета: небольшой стол, стул и какую-то странную лампу, которая, по его мнению, выглядела проще, чем что-либо ещё.
Диана, тем временем, уже пыталась удержать коробку с комплектом для полки, балансируя её на одной руке, пока другой листала каталог.
— Диан, тебе нужна помощь? — ехидно спросил он, подойдя ближе.
— Нет, — она прищурилась, отодвигая коробку в тележку. — Я справлюсь.
— Конечно, справишься. Главное, чтобы потом не было "Данон, помоги!"
— Посмотрим, кто кого попросит о помощи, когда начнём собирать, — она показала ему язык и толкнула тележку вперёд.
Когда они добрались до зоны самосборки, Данон поставил перед собой все коробки, спокойно разложил инструменты и начал работать.
Диана, напротив, устроила настоящий беспорядок: она разорвала коробки, раскидала детали по всей площади стола и выглядела так, будто только что объявила войну IKEA.
— Эй, осторожнее, а то потеряешь половину деталей, — заметил он.
— Не учи меня жить! — буркнула она, пытаясь вкрутить шуруп.
— Я не учу. Я наблюдаю, как ты проваливаешься.
— Ах ты! — она прищурилась и кинула в него отвёртку, которая упала рядом с его ногой.
— Отличный бросок. Уверен, Икея это оценит.
Она тяжело вздохнула, но всё же вернулась к своей табуретке.
Прошло минут пятнадцать. Данон уже закончил собирать свой стол и стул, а Диана всё ещё возилась с первым элементом.
— Эй, может тебе помочь? — предложил он, глядя на её неудачные попытки прикрутить ножки.
— Нет! Я сделаю это сама! — упрямо ответила она.
— Ладно, но ты сама это выбрала, — он пожал плечами, улыбаясь.
В какой-то момент она уронила деталь, а затем сдалась, присев на коробку.
— Всё, сдаюсь. Давай сюда отвёртку.
Он усмехнулся и протянул инструмент.
— Ну что, признаёшь, что я лучше?
Она закатила глаза.
— Просто молчи и помогай.
И в этом было что-то правильное: он всегда был рядом, готовый подхватить, даже если она делала вид, что справляется сама.
Прошло ещё полчаса. Диана наконец закончила собирать свою табуретку, хотя ножки всё равно шатались, и ей пришлось признать поражение.
— Ладно, ты выиграл, — проворчала она, усаживаясь на свою неустойчивую конструкцию.
— Это было очевидно с самого начала, — с усмешкой ответил Данон, отодвигая в сторону свой идеально собранный стол.
— Знаешь, ты иногда бываешь невыносимо самодовольным, — сказала она, качая ножку табуретки.
— Ты просто не умеешь проигрывать, — парировал он, сев напротив неё.
Она замолчала, попивая из своей бутылки воды. Но на её лице появилась странная задумчивость, которую он тут же заметил.
— Что такое? — спросил он, пытаясь понять, что крутится у неё в голове.
— Просто думаю... — она сделала паузу, подняв взгляд на него. — У нас что, всё вот так и будет?
— Что именно?
— Ты выигрываешь, я проигрываю, мы шутим... — она пожала плечами. — Это весело, но иногда кажется, что это всё, что мы можем друг другу предложить.
— Ты это серьёзно сейчас? — он нахмурился, чувствуя, как её слова задели что-то внутри.
— Да, — тихо ответила она. — Я просто... Не знаю. Мы делаем одно и то же уже несколько лет. А что, если однажды всё это надоест?
Данон опустил взгляд на свои руки, потом снова посмотрел на неё.
— Диан, что это за серьёзные мысли в последние пару дней? Творческий кризис?
Она слегка улыбнулась, но в её глазах промелькнуло что-то глубокое, почти болезненное.
— Просто начинаю задумываться о будущем, — призналась она.
Он замолчал, переваривая её слова.
— Знаешь, — наконец сказал он, облокотившись на собранный стол, — мне кажется, что ты слишком много думаешь.
— Да ну? — она прищурилась, явно ожидая, что он скажет дальше.
— Иногда стоит просто наслаждаться тем, что есть. Например, этой жутко шаткой табуреткой, — он указал на её мебель, вызвав у неё лёгкий смешок.
— Ты прав, — сказала она, но её голос звучал как-то странно.
Она откинулась назад, глядя на потолок.
— Всё-таки ты такой странный.
— Это ещё почему?
— Ты можешь раздражать, можешь быть слишком правильным. Но при этом ты всегда остаёшься рядом. Даже если я разрушаю всё вокруг.
Он не знал, как ответить. Внутри поднялось какое-то тепло, но оно смешивалось с лёгким страхом.
— Ну, кто-то же должен вытаскивать тебя из твоих авантюр, — сказал он, стараясь увести разговор обратно в привычное русло.
— И ты думаешь, что сможешь это делать всегда? — она повернулась к нему, в её глазах было что-то новое, что-то, чего он раньше не замечал.
— А ты думаешь, что я когда-нибудь перестану? — он посмотрел на неё в ответ, и эта фраза прозвучала намного серьёзнее, чем он ожидал.
На мгновение между ними повисла тишина, в которой было больше, чем просто пауза.
Диана улыбнулась, но это была не её привычная дерзкая улыбка, а какая-то мягкая, почти нежная.
— Ладно, хватит философии, — сказала она, резко вставая. — Помоги мне запихнуть эту дебильную табуретку обратно в коробку.
Он засмеялся, облегчённо вернувшись к их обычному тону.
— Ты даже не могла её собрать, а теперь хочешь обратно разобрать?
— Может и не хочу, но придётся, — парировала она, уже вытаскивая ножки.
_____
Они сидели в машине, окружённые коробками с мебелью, когда Диана вдруг нарушила молчание:
— Данон.
— Что?
— Ты когда-нибудь думал, что будет, если я вдруг исчезну?
Он бросил на неё быстрый взгляд, но её лицо оставалось серьёзным.
— В смысле?
— Ну, если я однажды решу всё бросить. Видео, стримы, нас.
Он был готов пошутить, как всегда, но её вопрос ударил по какому-то нерву.
— Я думаю, что этого не случится, — тихо сказал он, сосредоточившись на дороге.
— А если случится?
Он на мгновение замолчал, прежде чем ответить:
— Тогда я, наверное, исчезну вместе с тобой.
Она удивлённо посмотрела на него, но ничего не сказала.
И эта тишина оказалась громче всех их прошлых споров.