Глава 28 - Ты не можешь быть с другим
На следующий день я не встретила Эша в универе, как и всю последующую неделю. Как выяснилось, он в другом городе, занимается делами. Об этом я невзначай спросила у друзей Эша, Майкла и Брэда. Хотя я врать и притворяться не умею, мне кажется, что они поняли, что я не из любопытства спросила. И попросила ребят не рассказывать Эшу, что я интересовалось им. Хоть я им не доверяю, надеюсь, на их понимание.
Время подходило к пятнице, и Мишель потянула меня на очередную вечеринку. В этот раз я согласилась без уговоров, так как действительно мне нужно развеяться и забыть об Эше.
Автор
Вечер, особняк на окраине города гудит музыкой. Гостей много, огни гирлянд на террасе мерцают, в зале перемешались студенты с разных курсов. Натали с Мишель заходят внутрь — та сразу растворяется в компании друзей, а Натали чувствует себя неуютно. Она цепляется за стакан с соком, стараясь не обращать внимания на навязчивые взгляды.
Через полчаса к ней подходит высокий парень с третьего курса — симпатичный, с открытой улыбкой. Он непринужденно начинает разговор, Натали впервые за долгое время позволяет себе расслабиться: смеется над его шутками, поддерживает беседу, даже слегка флиртует. Всё бы ничего, но она не замечает, как за её спиной появляется Эш. Он смотрит на неё и парня так, будто готов испепелить их на месте.
Эш не выдерживает, подходит и властно кладёт руку на её талию:
— Мы можем поговорить? — его голос звучит низко и опасно.
Парень хмыкает:
— Мы вообще-то болтаем. А ты кто?
Эш не отвечает, просто смотрит на него с таким холодом, что тот теряется и пятится назад. Натали в ужасе понимает, что назревает что-то страшное, но не успевает ничего сделать — Эш хватает парня за ворот рубашки. Секунду спустя они уже валяются на полу, кто-то орет, музыка резко стихает. Друзья подбегают, пытаясь разнять их.
— Прекратите! Вы что, с ума сошли?! — кричит Натали, вцепляясь Эшу в руку и таща его к выходу.
На свежем воздухе она хватает его за ворот кожанки:
— Ты что творишь?! Ты вообще в своём уме? — рычит она, голос срывается от напряжения.
Эш тяжело дышит, лицо мрачное:
— Ты не будешь так с кем попало разговаривать. Не будешь с кем попало смеяться. Ты поняла? Ты не можешь так поступать.
— А с чего ты решил, что можешь указывать мне, что делать и с кем общаться?! — кричит она, лицо горит от злости и обиды. — Ты кто мне такой?!
Эш на секунду закрывает глаза, потом делает шаг к ней, почти вплотную:
— Я... я хочу, чтобы ты была только со мной. Я не могу видеть тебя с другими. Мне плевать, как это выглядит. Мне нужно, чтобы ты... — он запинается, тяжело сглатывает. — Чтобы ты стала моей. По-настоящему.
Его голос хрипнет на последних словах, в глазах сверкает то ли бешенство, то ли отчаянная мольба. Натали застывает, не веря своим ушам. В груди больно сжимается — ведь это звучит почти как признание, но вместе с тем в его стиле, грубо и властно.
— Ты с ума сошел... — выдыхает она. — Ты реально думаешь, что после всего я просто соглашусь?
Он смотрит на неё так, словно не видит ничего вокруг:
— Я не прошу ответа сейчас. Но знай: я не отступлю. Никогда.
Он берёт её ладонь в свою, прижимает к своим губам и, не дожидаясь ответа, уходит, оставляя её на крыльце в оцепенении. Слышится удаляющийся рев мотора его машины. В голове Натали только его слова и бешеное биение сердца.