Часть 25
Гран-при Абу-Даби,
Абу-Даби, ОАЭ
18-20 ноября
Уход Себастьяна Феттеля из Формулы 1 стал настоящей драмой для многих людей, и Шарль чувствовал себя одним из них. Он искренне любил Себастьяна и относился к нему с неподдельным уважением.
Разумеется, Шарль понимал, что рано или поздно они все вынуждены будут завершить карьеру и перевернуть эту страницу в своей жизни. Но в двадцать пять подобное будущее казалось далёким и туманным. Да и сам Себастьян по меркам современной Формулы вполне мог позволить себе ещё погоняться. В пелотоне были пилоты и старше. И сдаваться они не собирались, уверенно планируя не только следующие сезоны, но и борьбу за титул.
С другой стороны, в отличие от Хэмилтона и Алонсо, у Феттеля была семья: жена и дети, которые наверняка хотели видеть отца чаще, чем пару недель зимой, в перерыве между сезонами. К тому же, далеко не каждый вчерашний чемпион мог долго справляться с давлением со стороны фанатов и хейтеров на том лишь основании, что не мог десятилетиями выдавать чемпионские результаты.
Тему давления Шарль понимал особенно хорошо, потому что и сам весь сезон не мог толком расправить плечи во всех смыслах этого слова.
Прощальный ужин стал для мира Формулы 1 событием, едва ли не более впечатляющим, нежели сам факт окончания сезона. И хотя финальная гонка должна была расставить по местам не только Шарля и Серхио, но и большую часть команд за пределами первого места, внимание СМИ было приковано к торжественным и наполненным грустью проводам четырехкратного чемпиона мира Себастьяна Феттеля.
Инициатором ужина выступил семикратный, но при этом всё ещё голодный до титулов чемпион мира и принципиальный соперник Макса - Льюис Хэмилтон. Само собой разумеется, что подобное событие привлекло интерес, как бы пилоты не стремились сохранить всё в тайне хотя бы до момента, как ужин подойдёт к концу.
К ресторану Хаккасан пришлось буквально пробиваться с боем. Шарль едва ли не впервые пожалел, что команда не предусмотрела увеличение штата охранников для подобных ситуаций.
А ведь основная часть толпы была представлена журналистами, ошалевшими от возможности увидеть всех пилотом разом в неформальной обстановке Мишленовского ресторана Абу-Даби. Оставалось только надеяться, что у владельца заведения охрана была, и гонщики могли не волноваться, что в разгар вечера в приватный зал ворвутся самые ярые папарацци.
— Местечко в стиле Льюиса, — тихо заметил Макс, когда Шарль вошёл в довольно скромный зал, рассчитанный на небольшую компанию.
— Думаешь? — Шарль невольно повёл плечами, потому что близость Макса волновала его с каждым днём всё сильнее. И даже тот факт, что они возобновили отношения, ничуть не помогал держать себя в руках.
— Ты тоже начнёшь так думать, когда откроешь меню, — Макс продолжал держаться у Шарля за спиной. — Впрочем, найти что-то съедобное здесь можно. И реверансов в сторону азиатской кухни много, так что тебе может даже понравиться.
— Если останусь голодным, поедем потом в другое место, — самоуверенно пообещал Шарль, для себя решив, что непременно доведёт дело до второго ужина. Даже если потом ему придётся провести на тренажёрах несколько суток без перерыва, отрабатывая свой гастрономический разгул.
— Ты становишься провокатором, — заметил Макс, но продолжить не успел, потому что к ним приблизился Карлос:
— Я смотрю, вы вообще не расстаётесь.
— Иногда расстаёмся, — Макс ответил Карлосу с улыбкой. — Но сегодня такой вечер... Что хочется побыть вместе подольше.
— Когда вы ведёте себя как влюблённая парочка, вы меня бесите, — Карлос как будто успел где-то выпить, а оттого утратить контроль за языком.
— Не тебя одного, — к ним подошёл ещё и Серхио, и со стороны могло показаться, что представители обеих команд ведут задушевную беседу и вообще относятся друг к другу с уважением. — Я не понимаю... — мексиканский темперамент Серхио не поддавался никаким ограничениям. — Мы же в одной команде. Зачем так делать, чтобы преимущество получили другие?
— Твоё преимущество в твоих руках, — Макс первым решил, что с него достаточно этого затянувшегося противостояния. Он отошёл в другой угол зала, где его почти сразу же втянул в разговор Алекс Албон, ещё один бывший напарник, который, однако, то ли не успел накопить претензий, то ли просто смотрел на многие вещи под другим углом.
Шарль же остался в эпицентре страстей, правда, при этом стараясь не прислушиваться к разговору. Он не собирался как-то оправдываться или возражать Карлосу или Серхио. Они имели право негодовать, равно как и Шарль имел право делать своё дело и игнорировать чужое негодование.
— По какому поводу грусть? — к Шарлю подошёл Себастьян, и все разговоры в радиусе метра сразу стихли. — Уделишь пенсионеру пару минут своего времени?
— Если ты пенсионер, то я балерина, — усмехнулся Шарль, позволяя увести себя подальше от бедных угнетаемых напарниками пилотов.
— Да ладно, мы все понимаем, что я уже вышел в тираж, — Себастьян вывел Шарля на террасу, где, к счастью, не было ни журналистов, ни посторонних. — И лучше бы уже всё закончить, чем продолжать эту агонию.
— Скажешь тоже, — Шарль закатил глаза. — Или у тебя просто настроение такое тоскливое?
— Да нет, настроение нормальное, — Себастьян задумчиво пожал плечами. — Хотя есть, конечно, некоторая тоска... Теперь будет новая жизнь. И я пока не знаю, с какой стороны к ней подступиться. Знаешь, вроде я могу жить без особых забот... А чувствую себя при этом так, как будто я школьник какой-то, который понятия не имеет, что ему делать со своим будущим.
— Может, не строить пока глобальных планов? — Шарль понимал, что советчик из него так себе, а потому тщательно взвешивал каждое слово. — Посмотри на Кими. Я помню, как все говорили, что он не выдержит, снова вернётся, будет тосковать... А он занят детьми, женой. Может, скоро третьего ребёнка родят.
— У меня уже трое, — Себастьян опёрся на перила ограждения террасы. — Но с ними, в основном, Ханна. Я не так хорош в воспитании.
— Ну вот и научишься, времени ещё полно. Не хочешь сына в картинг отдать? Робин Райкконен уже лет через восемь будет перспективным гонщиком. Может, и твой мальчик будет стараться побить твой титул самого молодого чемпиона. Раз уж Макс не смог, — Шарль не смог удержаться от упоминания Макса даже в таком отвлечённом от него разговоре.
— Может, — Себастьян повернулся и с интересом взглянул на Шарля. — А ты, я смотрю, всё так же без ума от Макса?
— Не знаю, так же или даже больше, — Шарль решился довериться Себастьяну. — Но без ума, это точно.
— Это заметно, — Себастьян шутливо толкнул Шарля в плечо. — Когда вы смотрите друг на друга, вокруг искры летают. Одно удовольствие наблюдать за вами.
— Тоже мне, нашёл удовольствие. К тому же, Карлос или Серхио тебя не поддержат. Они буквально пять минут назад на эту тему выступали, — Шарль в глубине души надеялся, что проницательность Себастьяна на других пилотов не распространялась. Меньше всего ему хотелось бы стать объектом пристального наблюдения для своих коллег.
— Это их проблемы, не обращай внимания, — Себастьян обнял Шарля за плечи и чуть встряхнул. — Лучшее, что ты сейчас можешь сделать, — это завоевать титул вице-чемпиона. Я понимаю, что это совсем не то же самое, что победа в чемпионате, но ты сам видел: этот сезон за Максом.
— Да я и не спорю, — Шарль вздохнул. — У Макса и характер соответствующий, и амбиции... И команда.
— Да, команда — это важно. Так что я даже не могу тебе уверенно сказать, что в следующем сезоне что-то изменится, — Себастьян задумался ненадолго, а потом добавил: — Хотя, кое-что всё же изменится, да. В твоей любимой команде.
— Может, скажешь уже? Я достаточно нервничал в этом сезоне, — Шарль знал, что Себастьяну было что сказать.
— Бинотто увольняют, — Себастьян подмигнул опешившему Шарлю. — Официально объявят через неделю, но всё уже решено. По крайней мере, от него точно избавятся.
— А кто вместо него? — Шарль даже обернулся, чтобы убедиться, что их никто не подслушивает.
— Вот этого не знаю. Предложили вакантное место многим сразу, даже Хорнера, по-моему, пытаются заполучить, — Себастьян задумчиво посмотрел вдаль. — Но я сомневаюсь на его счёт.
— У Хорнера есть свежий Кубок Конструкторов, двукратный чемпион мира, вполне сносный второй пилот, безжалостный доктор Марко и гениальный Эдриан Ньюи. Не думаю, что алая футболка с логотипом Феррари того стоит, — заметил Шарль. — Я бы точно не купился.
— Да я уверен, что Кристиан не купится, — Себастьян кивнул. — А вот насчёт тебя я уже не так уверен.
— Что ты имеешь в виду? — Шарль взглянул на бывшего напарника и наставника с удивлением. — Ты думаешь, мне предложат?
— Я бы не удивился, — Себастьян хмыкнул. — Я не про должность руководителя, разумеется. Но вот в Мерседес или в Рэд Булл тебя вполне могут пригласить. И будут правы, потому что ты лучший кандидат. Другое дело, что станет не ясно, кто будет вторым пилотом... Если вас с Максом в одну команду включить, вы же вообще забудете, что за вами ещё восемнадцать пилотов есть. Так и будете только друг с другом гоняться.
— Ты преувеличиваешь, — Шарль неловко засмеялся. — То, что я люблю Макса, ещё не значит, что я не способен...
— Я ничего не слышал, а ты ничего не говорил, — Себастьян улыбнулся с пониманием. — Но я не удивлён...
— Перси? Ты чего тут... О, я прошу прощения, — Макс явно заметил Себастьяна не сразу. — Там уже все собрались, так что подтягивайтесь.
— Без меня не начнут, — Себастьян расправил плечи и горделиво вздёрнул подбородок, а когда Макс отошёл, добавил шёпотом: — Он зовёт тебя Перси? Это мило. Я люблю всякие интимные прозвища.
— Меня зовут Персеваль, — напомнил смущённый Шарль. — Шарль Марк Эрве Персеваль Леклер. Мне казалось, я тебе говорил.
— Даже если и говорил, я слишком старый, чтобы это помнить, — Себастьян с таким удовольствием шутил на тему своего преклонного возраста, что Шарль даже не стал тратить силы на возражения. — Но это и правда мило. Ты ему подсказал? Или сам придумал?
— Сам, — Шарль поймал себя на мысли, что следит за Максом взглядом.
— Молодец, с фантазией. А ты его как называешь? У него же тоже, наверное, есть запасные имена, — продолжал любопытствовать Себастьян.
— Только одно, — Шарль притормозил у входа в зал, а вместе с ним остановился и Себастьян. — Эмилиан. Макс Эмилиан Ферстаппен.
— И как ты его называешь? — Себастьян бы отлично вписался в кружок подруг его мамы. Шарль почувствовал себя как на семейном празднике, когда каждая милая женщина норовила выяснить, есть ли у него девушка и сколько ему платят.
— Макс. Я называю его Максом. Ему идёт это имя, коротко, ёмко, жёстко, — Шарль невольно улыбнулся и поделился ощущениями: — Мне кажется, так чувствуют себя девушки, когда у них появляются отношения. Отец строг и пытается узнать всё.
— У меня две дочери подрастают, я должен потренироваться, — Себастьян расхохотался. — А ты лучше начни с того, что съешь лимон. После разговора о Максе у тебя слишком довольное лицо.
— Ой, да иди ты! — Шарль отмахнулся от Себастьяна и вошёл в зал, теперь уже довольно тесный от того, что в нём собралось двадцать человек.
Шарль опустился на первый попавшийся свободный стул и только потом огляделся по сторонам. Справа от него располагался Ландо, один из лучших друзей Карлоса, а слева — Вальттери Боттас, флегматичный бывший напарник Льюиса Хэмилтона. Макс сидел практически за другим концом стола, рядом с Алексом Албоном.
Шарль ощутил лёгкую тень разочарования, но тут же поторопился убедить себя, что это и к лучшему. Ещё не хватало, чтобы все заметили, как они с Максом не могут оторваться друг от друга даже за пределами трассы.
Хотя Себастьян вон заметил всё и так. Да и не только он. Так что могли сложить два и два и другие.
— Мне Карлос сказал, вы не ладите, — наклонился к Шарлю Ландо после двух или трёх кругов тостов. Сам Шарль решил сохранить трезвость, поэтому пил безалкогольный коктейль и с удовольствием наблюдал, как его соперники на трассе становятся веселее и бесшабашнее с каждой следующей порцией выпивки.
Конечно, некоторые другие пилоты также предпочли оставаться в ясном сознании, но Шарля интересовал только Макс. Тот о чём-то разговаривал с Алексом, а к коктейлю в своём бокале очевидно даже не притрагивался.
— Шарль, я здесь, — Ландо коснулся его плеча. — Так что у вас с Карлосом?
— А что у нас с Карлосом? — Шарль сделал вид, что не понял сути вопроса. — У нас ничего. А что, что-то случилось?
— Случилось, — Ландо даже в пол-оборота повернулся, чтобы видеть Шарля. — Он говорит, что ты совершенно его не ценишь и не уважаешь. Разве так можно обращаться со своими напарниками?
— Говорить можно всё, что угодно, — Шарль твёрдо решил для себя не скатываться в детский сад со встречными жалобами. — Ты его бывший напарник, Ландо. Утешь его как-нибудь.
— На что ты намекаешь? — Ландо нахмурился, а Шарль демонстративно сосредоточился на содержимом своей тарелки и оттого затянул паузу дольше, чем требовалось.
— Я ни на что не намекаю, Ландо. У меня жалоб нет. И если Карлито жалуется тебе, а не моему менеджеру или нашему общему руководству... То делай выводы сам, хорошо? — Шарль не удержался и исподтишка бросил взгляд на Макса. Тот крайне внимательно слушал Алекса, но смотрел при этом совсем не на него.
— Кстати, Карлос ещё говорил, что у тебя какие-то нездоровые отношения с Максом сложились, — Ландо явно был настроен на разговор.
— Примерно, как у Карлоса с гравием, — на секунду потеряв контроль, огрызнулся Шарль. — Как вижу, не могу мимо пройти.
— Не психуй, — попытался сгладить обстановку Ландо, но Шарль только нахмурился:
— А может, ты просто не будешь поддерживать Карлито в его стремлении совать нос в чужие дела? Обсуждайте свою жизнь, а меня не трогайте.
— Да никто тебя не трогает, — Ландо даже отодвинулся немного. — Просто реально видно же, что у вас с Максом...
— Вальттери, какие планы на Рождество? — Шарль повернулся к своему соседу слева, дав понять Ландо, что продолжать утомительный и неприятный разговор он не намерен.
— Грандиозные, — Вальттери довольно рассмеялся. — Мы с Тиффани планируем провести праздники в Австралии, вместе с её семьёй, — Вальттери держался расслабленно и откровенно получал удовольствие от всего происходящего. Было заметно, что, уйдя из Мерседес, он попрощался не только с высокими результатами, но и с непомерным давлением.
— Рождество без снега — это что-то новенькое, — Шарль дружелюбно улыбнулся. — Зато можно нарядить пальму.
— И запрячь овец вместо оленей, — Вальттери рассмеялся. — Нужно будет предложить Тиф, мне кажется, она оценит...
Разговор потёк дальше, и Шарль даже смог неплохо провести время. Он то и дело ловил на себе взгляды Макса и в какой-то момент осознал, что нуждается в нём прямо сейчас.
Шарль не стал вскакивать резко. Он убедился, что никто не обращает на него внимания, а Вальттери о чём-то беседует с Джорджем, и только потом отодвинул стул и пробормотал:
— Извините... Я скоро вернусь.
Выскользнув на террасу, опоясывавшую внутренний дворик ресторана, Шарль опёрся на перила ограды и выдохнул. Несмотря на крайне уважительную причину, эта встреча всех пилотов за одним столом неожиданно сильно его напрягала.
Ещё и Ландо подлил масла в огонь, зачем-то сунув нос не в свои дела. Шарль же не спрашивал у него, почему они с Карлосом, такие друзья на веки, не продолжили бороться бок о бок, а предпочли разойтись по разным командам. Чем не повод, кстати, поставить вопрос крепкой дружбы под сомнение? Но Шарль не любил вмешиваться в то, что никак его не касалось, а оттого злился, когда окружающие не проявляли подобного такта по отношению к нему.
— Я так и думал, что найду тебя здесь, — Макс подкрался совершенно бесшумно и встал рядом плечом к плечу. — Ты выглядишь одновременно разочарованным и печальным. Я понимаю, почему печальным. Ты был близок с Себастьяном... Даже мне грустно, что в следующем сезоне его не будет на решётке. Но явно что-то ещё случилось, — Макс не переставал удивлять Шарля своей проницательностью и вниманием к деталям.
— Я не хочу об этом говорить, — Шарль сжал перила так, что даже костяшки пальцев побелели. — А мы не можем уже свалить? Или хотя бы я... Вам там весело с Алексом.
— С Алексом как обычно, — Макс накрыл его руку своей. — Но я думаю, что нужно дождаться окончания ужина. Доброе дело без фото — деньги на ветер.
— Ты как всегда прав, и меня это уже даже не бесит, — признался Шарль, которому стало легче дышать сразу же, едва Макс к нему прикоснулся. — Почему ты сел так далеко?
— Потому что рядом с тобой уже не было места. А начать пересаживать Ландо или Вальттери — это привлекать ненужное внимание, — Макс оставался собой в любой ситуации. — Если что, сидеть рядом с Эстебаном удовольствие крайне сомнительное.
— Руки чешутся? — Шарль припомнил тот давний инцидент и усмехнулся.
— Не без этого, — Макс хмыкнул. — Но сейчас, мне кажется, он и сам бы с радостью мне втащил.
— Я думаю, не он один, — Шарль наконец смог расслабиться настолько, чтобы перестать цепляться за перила.
— Может, и ты тоже хочешь? — Макс удивлённо приподнял бровь.
— Я хочу кое-чего другого, — Шарль позволил себе вольность — коснулся распахнутой на груди белой рубашки Макса и провёл пальцем линию до ремня джинсов.
— Тогда нам лучше найти место более укромное, чем эта терраса, — Макс огляделся по сторонам, а потом за руку потянул Шарля за собой. Впрочем, Шарля не нужно было уговаривать. Он всё ещё не удовлетворил свою потребность в близости с Максом и был рад любой возможности побыть с ним рядом.
— Самое ужасное, что я понимаю, что в этой стране нельзя ничего подобного... — выдохнул Шарль, когда они оказались в тёмном, не просматриваемом с террасы закутке. — Но если ты сейчас не поцелуешь меня...
— Ш-ш-ш-ш, Перси, я всё сделаю, — шёпотом пообещал Макс, прежде чем прижать Шарля к стене, буквально спрятав его за собственным телом. — Только не шуми.
Предупреждение было более чем своевременным, потому что Шарлю нестерпимо хотелось стонать во весь голос, вскрикивать и вообще быть максимально громким.
— Макс, — полушёпот-полустон всё равно сорвался с губ Шарля, когда Макс стал целовать его шею. — Макс... Я так сильно соскучился по тебе...
— Я уже с тобой, — мягко напомнил Макс, оставив короткий поцелуй на губах Шарля. — И я буду с тобой так долго, как ты захочешь.
— Тогда ты не сможешь уйти никогда, — пробормотал Шарль, полностью потерявшись в ощущениях. Он не рассчитывал на нечто большее, но даже того, что сейчас между ними было, ему хватило, чтобы окунуться в подобие забытья, когда весь окружающий мир кажется подёрнутым лёгкой дымкой, а реальность сосредотачивается в одном конкретном человеке.
— Мне нравится, — Макс говорил так тихо, что Шарлю приходилось напрягать слух, чтобы разобрать слова. И это буквально спасло их от принудительного разоблачения, когда в закутке стало слишком людно, чтобы продолжать.
— Ну что, ты поговорил с ним? — акцент Карлоса звучал тем отчётливее, чем пьянее был сам Карлос.
— Я попытался, — Ландо, как и большинство британцев, говорил по-английски совсем не так, как учили иностранцев на школьных уроках, а потому о значении некоторых слов приходилось догадываться по контексту. — Но он просто отвернулся! И сказал, что это не моё собачье дело.
— Так и сказал? — шепнул Макс прямо в ухо, и Шарль вздрогнул от неожиданности.
— Не так, — ответил Шарль одними губами. — А надо было бы так.
— Охренеть просто! — Карлос не скрывал своего глубочайшего разочарования. — И что теперь делать? Бинотто уже точно уволят. Вернее, уже уволили, просто объявят после официального завершения сезона...
— Ну и что? Можно подумать, на нём свет клином сошёлся, — Ландо пожал плечами. — Твои спонсоры же знают, что надо делать, чтобы понравиться новому боссу. Тем более, кто знает ещё, кто придёт на замену.
— Говорят, что Хорнер, чтоб его! Сидел бы в своей газировке! — Карлос от возмущения даже под ноги себе плюнул.
— Да не придёт Хорнер, не парься, — Ландо рассуждал значительно менее эмоционально. — У Хорнера в Рэд Булл есть всё, что надо. Поверь, далеко не все готовы бросить чемпионскую команду ради красной машинки. Тем более, у Хорнера есть Ферстаппен. А у Ферстаппена контракт до 2028.
— Можно подумать, контракт нельзя перекупить, — Карлос вздохнул. — А если придёт Ферстаппен, то от кого-то из нас придётся избавляться.
— И почему ты думаешь, что избавятся от тебя? Хорнер же работал с тобой в Альфа Таури. А Леклера он не знает, — Ландо всё ещё старался сохранять адекватность.
— Вот именно. Он со мной уже работал. И оставил меня в запасе, хотя я заслуживал места в Рэд Булл, а не этот выскочка Ферстаппен. Я до сих пор не понимаю, почему Хорнер так над ним трясётся.
— Мне кажется, сейчас как раз уже всё понятно даже самым закоренелым скептикам, — заметил Ландо, но подогретый спиртным Карлос не обратил на его слова внимания. — Так ты думаешь, что Хорнер выберет Леклера?
— Я в этом уверен, — страдальческим тоном заявил Карлос.
— А Макс? Разве он не захочет выступать в одной команде с кем-то знакомым? — уточнил Ландо, а Макс прошептал Шарлю на ухо:
— Я хочу выступать в одной команде с любимым, если тебе интересно.
— Помолчи, — Шарль извернулся и ткнул Макса кулаком под рёбра. — Любимый...
— Ну вот и будет с Леклером выступать в одной команде. Они же с горшка знакомы, — Карлос вошёл во вкус и разыгрывал мученика по полной программе. — И кто бы что ни говорил, они явно нормально общаются. Я весь сезон на них натыкаюсь. Не понимаю, о чём можно постоянно говорить.
— Лучше бы Карлито об этом и дальше не знать, — теперь уже от комментария не удержался Шарль, а Макс только усмехнулся, обдав кожу Шарля теплом.
— Мне всё же кажется, что ты зря беспокоишься, — Ландо обернулся и всмотрелся в темноту, но, похоже, никого не заметил. — Я уверен, что Хорнер останется в Рэд Булл. Там у него полная свобода действий. А угодить вашим многочисленным начальникам практически невозможно.
— Всё равно мне кажется, что я в заднице окажусь в следующем сезоне, — Карлос пьяно всхлипнул. — Если Леклер ещё и вице-чемпионом станет, никто и не вспомнит, что в прошлом сезоне я его сделал.
Услышав это, Шарль закатил глаза, а Макс игриво куснул его за мочку уха:
— Сколько там было? Пять с половиной очков? Мы его порвём!
— Я уверен, что ты зря переживаешь, Карлито, — Ландо дружески похлопал Карла по плечу. — Может, в следующем сезоне ты станешь вице-чемпионом.
— Может... Эй! — Карлос ткнул Ландо в бок. — Ты что ли чемпионом станешь?
— Стану! — Ландо выпятил грудь. — Пойдём, выпьем за это!
— О нет, за это я пить не стану. Я сам хочу стать чемпионом, — Карлос повис на Ландо: было видно, что алкоголь добрался до узла, контролирующего движения, и теперь Карлос не слишком уверенно держался на ногах. — Хочешь — станешь. Только после меня, — Ландо потащил его обратно в зал, а Макс тихо рассмеялся Шарлю в шею:
— Придумали, конечно. Сейчас мы в стороны разойдёмся и будем ждать, пока Ландо дотолкает свой пепелац до финиша. И так двадцать раз с хвостиком.
— У меня терпения не хватит, — Шарль уверенно сунул руку под рубашку Макса и потянул ткань наверх. — Я уже еле сдерживаюсь.
— А надо бы, — Макс снова поцеловал Шарля в шею. — Если нас застукают здесь, боюсь, одним скандалом мы уже не отделаемся.
— Думаешь, камнями закидают? — Шарль погладил поясницу Макса.
— Точно не знаю. Но проверять как-то не тянет, — Макс даже не пытался скрыть, что ему приятны эти прикосновения, равно как и неприкрытое желание Шарля. — Продержись до отеля...
— Ты уже подсуетился, да? — Шарль запретил себе задавать вопросы в духе "а как же Келли?" В конце концов, та могла сама принять решение, как ей быть в сложившейся ситуации. А Шарль должен был отвечать за себя.
— Разумеется, — Макс кивнул. — Ключ у тебя в заднем кармане.
— Да, шпион бы из тебя вышел что надо, — восхищённо присвистнул Шарль и тут же сунул руку в задний карман. Помимо ключ-карты там обнаружился и ещё какой-то пакетик из плотной бумаги. — Что там?
— Потом посмотришь, когда время будет, — Макс поцеловал Шарля в лоб. — Возвращайся, я подойду через пару минут.
— Ладно, — Шарль кивнул. — Но я вытерплю ещё максимум час. А там пусть фотографируются без меня.
— Договорились, — Макс наконец разжал руки и позволил Шарлю выбраться из их укрытия. Шарль ещё немного постоял у балюстрады, заглянул в уборную, чтобы убедиться, что Макс не оставил на нём следов, а потом медленно, откровенно нехотя вернулся в небольшой зал, где было слишком душно и шумно.
— Ты где пропадал? — тут же заинтересовался Пьер. — Льюис хотел сфотографировать всех за столом, а народ разбежался. Макса до сих пор нет...
— А никак без показухи нельзя? — Шарль приуныл. — Потом надо будет ещё на улице сфотографироваться, потом ещё...
— Тебе же не привыкать, — Пьер хлопнул Шарля по плечу. — Ты же любишь наряжаться, позировать, по модным показам шляться... Считай, что это из любви к искусству.
— Тебе как-то мешает, что у меня есть интересы помимо Формулы 1? — Шарль нахмурился. — Почему ты говоришь об этом в таком тоне, словно я собой торгую в центре Милана. Или где ты там обычно свободное время проводишь?
— Ой, всё, — Пьер махнул рукой. — С тобой невозможно разговаривать, когда ты не в духе. Хотя, казалось бы, шикарное место, ещё и счёт кто-то другой оплачивает... Наслаждайся!
— Непременно, — Шарль бросил взгляд на часы, чтобы убедиться, что хотя бы несколько минут из отмеренного им часа прошло, а потом проверил содержимое заднего кармана. Бумажный пакет разжигал его любопытство, но Шарль не собирался вскрывать его сейчас. Он слишком давно и близко знал Макса, чтобы понимать, что там кое-что очень личное.
И Шарль не ошибся.
В плотном бумажном пакетике, явно сделанном своими руками, обнаружились целая коллекция самых разных браслетов: из металла, из кожи, из ниток, из бусин. Кое-какие браслеты Шарль даже опознал на предмет принадлежности к известным брендам. С другими оказалось не так просто, поэтому, оказавшись в отеле, Шарль пристал с расспросами к Максу.
— Что это? В смысле, расскажи, что это за браслеты.
— Разные, — Макс сунул Шарлю в руки обычный стакан из тех, что стояли в каждом номере, наполненный вином. — Узнаёшь вкус?
— Узнаю, — пригубив вино, Шарль вскинул глаза на Макса. — Это то самое вино, что мы с тобой пили в первый раз... В Бахрейне, во время тестов. Ты говорил, тебе его подарили.
— Это я уже сам купил. И дома целый ящик... — Макс чокнулся своим стаканом с Шарлем.
— Я возьму у тебя пару бутылок, — Шарль с удовольствием пил самое вкусное вино в его жизни. — Так ты расскажешь?
— Я собираюсь с мыслями, — Макс сел рядом с Шарлем и одним движением руки разрушил горку из браслетов. — Вот этот я купил на первые призовые. В смысле, на первые нормальные призовые. Просто чтобы осознать, что могу теперь покупать дорогие вещи. Вот этот, — он взял браслет из ниток, — я носил в детстве. Вернее, когда развелись родители... Его мне Вик подарила. Тот, что из бусин, мы делали с Пи недавно. Она очень захотела, чтобы я подарил его тебе.
— Мне? — Шарль удивился. — Я думал, она про меня уже забыла.
— У нас в гостиной стоит твоё фото, — Макс усмехнулся и сделал глоток вина. — И даже не одно. Потому что Пи, как выяснилось, чувствует себя ближе душой к Монако, нежели к Нидерландам.
— Ты на что намекаешь? — Шарль наклонил голову к плечу.
— Я не намекаю, я прямым текстом говорю, что Пи болеет за тебя. Так что ты просто обязан в воскресенье подняться как можно выше, — Макс допил вино и поставил стакан на тумбочку.
— Какой ты тактичный, я не могу, — Шарль потянул Макса за рубашку на себя. — Победить я должен. Но ты же сам мне не дашь.
— Я буду бороться с тобой, — Макс кивнул. — Но если ты будешь быстрее, то я не стану тебе мешать.
— И на том спасибо, — Шарль упал спиной на постель и уронил Макса на себя. — Может, ты уже поцелуешь меня нормально? У нас вообще есть время? Или надо спешить?
— Келли прилетит только в воскресенье, так что... До воскресенья я в твоём распоряжении. С перерывами на работу, — улыбнулся Макс, а Шарль нетерпеливо облизал губы:
— Времени, конечно, мало, но мы постараемся использовать его эффективно...
Положение в чемпионате мира:
Макс Ферстаппен – 454 очка (#1)
Шарль Леклер – 308 очков (#2)