мне нужно быть здесь
Ты просыпаешься поздно.
На подоконнике — чашка с недопитым кофе, которую ты не можешь убрать уже пару дней, распечатанные тексты, карандаш, застрявший между страниц.
За окном — влажный воздух, город дышит после дождя. удивительно. лето настало, но весна никак не отпускает. середина июня была промозглой и серой. а возможно, так просто казалось.
Ты сидишь на кровати, босиком, и чувствуешь, как утро растягивается внутри тебя, будто тихая пауза после длинной сцены.
Школа осталась позади.
Никаких расписаний, звонков, контрольных.
Только ты и неделя впереди — для того, чтобы просто жить.
На кухне ты наливаешь воду в чайник, слушаешь, как он начинает шуметь.
Открываешь ноутбук.
Занятие по актёрскому мастерству.
— Почувствуй это, не просто произноси слова, — голос педагога звучит спокойно, но твёрдо.
Ты смотришь в экран, киваешь, но чувствуешь, как внутри всё чуть дрожит.
Ты читаешь текст.
Бунин. Потом — Цветаева.
Каждое слово становится ближе, почти телесным.
Как будто всё это не о герое, а о тебе.
После занятия ты долго сидишь молча.
Смотришь в окно.
На мокрые ветви, на людей с зонтами, на отражения фар.
Ты достаёшь сигарету, закуриваешь.
Дым мягко растворяется в утреннем воздухе.
Не спешно.
Всё впервые не требует от тебя скорости.
Когда телефон завибрировал в руке — ты тоже вздрогнула. на секунду закралась мысль о том кто же это мог быть, но ты быстро опомнилась.
Уведомление.
Результаты ЕГЭ.
Ты не спешила открывать. долго смотря на кнопку ты понимала. сейчас решится многое.
Секунды тянулись вязко, как густой мёд.
Щелчок.
Литература — 91.
Русский — 89.
Математика — 72.
Ты долго смотришь на экран.
Пальцы дрожат.
Несколько секунд — ничего.
Ни радости, ни разочарования.
Просто белый свет экрана и собственное отражение в нём — спокойное, собранное.
А потом, внезапно, будто изнутри, подступило что-то похожее на слёзы.
Не от боли. От осознания, что всё действительно позади.
Она села на пол прямо под балконной дверью, обняла колени.
Не плакала. Просто позволила себе быть живой.
Прошло, наверное, минут десять.
Потом она встала, стерла каплю с экрана и шепнула:
с: Спасибо.
А потом просто улыбаешься — не широко, а как-то тихо.
Ты справилась.
Без аплодисментов, без свидетелей.
Просто — справилась.
Ты откидываешься на спинку стула.
Вдыхаешь.
Кажется, впервые за всё это время в груди становится по-настоящему светло.
по просьбе мамы ты пишешь баллы. без восклицаний и смайликов.
м: молодец. успехов!
все так, как и должно быть. ты не ждала ничего другого. сейчас тебе было этого достаточно.
Вечером снова шёл дождь.
Ты читала монолог — тихо, вслух, почти шёпотом.
В комнате пахло свечой и мокрой бумагой.
С каждым словом становилось легче.
ты чувствовала, что больше не ребёнок, не актриса, не ученица — просто человек, стоящий перед началом своей жизни.
Ты снова решилась открыть дневник.
Почерк был уверенным, немного уставшим:
«Результаты пришли. Всё честно. Всё моё. Через неделю РГИСИ.
Я больше не боюсь».
ты положила ручку, закрыла блокнот и посмотрела в окно.
Дождь всё ещё шёл, но теперь казалось — уже не над тобой, а где-то в стороне.
Мир двигался дальше.
И ты — вместе с ним.
Вечером город был прозрачный.
Свет не уходил, даже когда часы показывали полночь.
Ты вышла на улицу.
Белая ночь ложилась на камни, отражалась в окнах, в глазах прохожих.
Воздух был свежим, чуть солёным.
Ты шла без цели — просто слушала, как шумит Невский, как мягко скользят редкие машины.
Адмиралтейская.
Ты проходишь мимо, чувствуя под ногами холод мостовой.
Ветер треплет волосы, ты засовываешь руки в карманы.
Поворачиваешь на Моховую.
И вдруг видишь — впереди здание.
РГИСИ.
Ты останавливаешься.
Ноги будто сами привели.
Тяжёлые деревянные двери, бронзовая табличка, лепнина над аркой.
Ты садишься на поребрик напротив, поджимая колени.
Молча смотришь.
В окнах темно, но кажется, что кто-то там есть.
Что внутри живёт что-то, ради чего ты проходила все эти месяцы.
с: Пожалуйста, — шепчешь.
с: Мне нужно быть здесь.
Голос едва слышен, но слова звучат как молитва.
Ты закрываешь глаза, прислушиваешься к себе.
Всё внутри тихо, ровно.
Без сомнений, без суеты.
Ты просто знаешь — это твоё место.
издалека слышны нарастающие шаги. красивая девушка в пальто присела рядом.
— будешь поступать сюда?
ты посмотрела на нее. длинные каштановые волосы, коричневая помада и красивое бежевое пальто.
с: да. через неделю прослушивание.
— вот я смотрю на тебя, и думаю что у тебя все получится. - девушка не улыбалась, лишь с интересом рассматривала лицо.
с: спасибо. хочется верить. учишься тут?
— да. вот, третий курс будет. я когда поступала, тоже приходила сюда и смотрела. на людей выходящих из здания. такие все необычные, уставшие но счастливые. любила прислушиваться. видимо, силы меня услышали. - девушка усмехнулась.
с: тоже кажется что здесь как то по особенному.
— такое не все чувствуют, значит это точно твое.
ты в первый раз за много лет невольно улыбнулась.
л: я лина.
с: соня. рада знакомству.
л: взаимно. прости, надо бежать. жду тебя уже на курсе в сентябре.
с: хорошо. - ты рассмеялась.
девушка быстрым шагом начала удаляться.
Ветер чуть сильнее качает деревья, где-то гулко проезжает трамвай.
Ты поднимаешься, бросаешь последний взгляд на здание —
и чувствуешь, как белая ночь будто улыбается тебе в ответ.
Ты идёшь домой.
Лёгкая, спокойная.
И впервые не боишься завтрашнего утра.
лина появилась внезапно, но очень в нужный момент. сумка чуть спадает с плеча, пальцы холодные, но тебе впервые хорошо. проходя канал Грибоедова ты заглянула в воду — огни фонарей расплывчато отражаются в небольших волнах. ты вдруг подумала:
«Наверное, именно отсюда все и начнётся.»
тихо зайдя в квартиру, будто боясь спугнуть спокойствие ты зашла к себе в комнату. на столе лежали стопки учебников и конспектов. на душе стало легче. это ушло в прошлое, а с этим и старая ты. выкинув половину бумаг в мусорку ты с облегчением выдохнула. оглядев комнату взгляд остановился у стула, на котором висела толстовка никиты. поджав губы ты снова открыла пустой чат.
с: я больше не жду, но все равно помню.
ты не отправила это. не было смысла. это было похоже на убеждение, которое ты навязывала самой себе на протяжении последних двух лет. в прошлом ты ждала и надеялась до последнего, сейчас тоже, но уже тихо. почти незаметно. чтобы отвлечь себя от этих мыслей ты вновь встала у зеркала и начала оттачивать один из своих стихов. после прочтения взглянув на себя в зеркало ты снова увидела в нем его. ты смотрела долго, вглядывалась и изучала острые черты лица. не выдержав долгого зрительного контакта самой с собой ты отошла от зеркала и снова села за изучение истории театра и толстые томики Станиславского. казалось, этой учебой ты могла заниматься вечно. она не изнуряла как школьная, а наоборот - затягивала. заглушала все, что должна была.
Часы показывали почти три ночи.
В окне — серое небо, в котором не было ни тьмы, ни света.
Белая ночь стояла над городом, как обещание.
Ты закрываешь книгу, медленно проводишь ладонью по обложке.
Всё становится будто яснее.
Больше не страшно, что впереди неизвестность — страшнее было бы, если бы всё осталось как прежде.
Ты гасишь свет, приоткрываешь балконную дверь.
Город дышит.
Издалека доносится гул машин, где-то щёлкает трамвай.
Ты прислоняешься к раме, чувствуешь прохладный воздух на коже.
И вдруг — лёгкая улыбка.
Ничего особенного, просто тихое ощущение: всё идёт как должно.
Ты не знаешь, что ждёт тебя через неделю,
но впервые за долгое время это «не знать» не пугает.
Оно — живое.
Ты шепчешь — не громко, скорее себе:
с: Главное — не потерять это чувство.
Потом закрываешь глаза.
И кажется, будто город шепчет в ответ:
«Не потеряешь».