Тайна заблудшей дороги. | 18+

Лиана

Утро. Голова жутко болела, нос был заложен, а в груди трещит.

— Подъем. — заорал Никита открывая шторы. — начинается, твой ад, Линочка.

— Чего? — в недоумении спросила я.

— Знаешь, Лина, я любил ведь тебя. До потери сознания любил, но как дядя донес мне, что ты мутишь с тем чёртом, во мне словно демон проснулся. Я думал, это не правда. Я думал он что-то напутал. Но увы, он оказался прав. — улыбнулся тот. — помнишь да, как мы сына хотели назвать? А помнишь как на поле лежали и мечтали о нашем будущем, но скоро все закончится, никакого будущего у тебя не будет. Я сяду за твое убийство. Расчленю твое тело к чертям.

— Кем ты стал, Никита? — с отвращением сказала я.

— Тот день когда ты приехала, я начал разрабатывать план. Теперь тебя точно никто не спасёт, Линочка.

Я не знаю, видно ли по моему лицу, что я напугана, но внутри меня дикая тревога. Он правда готов убить меня? А что если вдруг я больше не увижу своего Льва?

— Ты уверен, что он не спасет меня? — призирая его взглядом, сказала я.

Он лишь посмеялся мне в лицо.

Он приблизился ко мне, а я лишь отодвигалась назад. Мне было страшно, очень страшно.

Один удар в лицо, следующий в живот.

Из носа пошла кровь, но я вновь не дала слезам пойти. Не дам, не дам ему показать, что я слабая.

— Не трогай меня! — кричу я.

— Тебе уже никто не поможет.

Я резко встала, и побежала вниз, у меня есть шанс убежать, есть.

Но моя самая главная надежда, он. Он обязательно приедет спасти меня. Он не оставит меня тут.

Дверь была заперта, и я поняла, что я в тупике. Ничего больше, кроме как Льва меня не спасет.

Либо я умру прямо сейчас, другого выхода нет.

Я слышу его шаги. Он рядом.

— У тебя ничего не выйдет. Я убью тебя прямо сейчас. — смеется он.

Вновь удар, а за ним другой.

Но он остановился, пошел в комнату, но я уже не могла не сдержать слёз, мне было очень больно, но не больнее того дня.

Я отодвинулась к дивану и слезы потекли ручьём.

Мои плечи сотрясались от рыданий, как осиновый лист на ветру. Слезы текли по щекам, оставляя за собой мокрые дорожки. Я прижимала руки к лицу, словно пытаясь заблокировать весь мир, но не могла унять дрожь, пронзающую все мое тело. Дрожь была не только физическая, но и эмоциональная. Я была настолько сильна, что казалось, будто вот-вот разлечусь на части. мой взгляд, полный страха, блуждал по сторонам, пытаясь найти укрытие, от которого, как ей казалось, не было нигде. Губы шептали нечленораздельные звуки, полные ужаса и отчаяния. Я была, словно птица, загнанная в угол, беззащитная и ранимая.

А Никита, сидел и пил водку.

Он подсел рядом со мной. Взял меня за щеку, а я вся тряслась.

— Я тебя так любил, до изнеможения. Ценил тебя больше всех. Даже Сашку так не ценил, как тебя, а ты взяла и предала меня. Растоптала мою любовь, честь и достоинство. — ухмыльнулся тот. — чем он лучше меня? Денег больше?

— Он любит меня, уважает мое мнение, терпел, уделял внимание. А самое главное, никогда не понимал на меня руку! — заорала я.

— Ты врешь, ты по-любому из-за денег на него повелась, он тебя подкупил, а ты сразу в постель к нему прыгнула. А ко отвращение имеешь да? — сжимая мои щёки, сказал он. — не целуешь меня, не лезешь обниматься, сучка! — кричит блондин, вставая.

Он просто встал и пошел на кухню, он крушил там все. Бил посуду, ударил в телевизор, сломал мой телефон пополам.

А я просто рыдала, не переставая плакала.

Мой бы Лев никогда при мне так себя не повёл.

Если бы я так разревелась при Льве, он бы сразу побежал ко мне. Начал успокаивать, гладил, обнимал, целовал.

У меня началась паника. Руки, ноги тряслись, рот дрожал. Голова кружилась. В голове было много разных голосов. Я не могла успокоиться.

Я взялась трясущимся руками за голову, я ничего не понимала.

В глазах плыло, но я видела, что он подходит ко мне.

Он взял меня за волосы, начал душить, бить, но я ничего не чувствовала. Это мой конец.

Мой последний день?

Последний день, когда я буду помнить своего Льва. Последний день, когда я вспомню его губы на своих. Вспомню каждый день проведённый с ним.

Моя любовь к нему будет до гроба.

— Я убью тебя, дура! — орет тот. — проси меня помиловать тебя! Ори, что любишь только меня!

Этот гребённый Никита не сможет заставить меня полюбить другого.

Я готова отдать жизнь за эту любовь. Готова пожертвовать всем, лишь бы увидеть его последний раз.

Он вновь взял меня за волосы, тоскал так по всему дому.

И тут я услышала как в дверь ломятся.

— Никита, мама пришла, успокойся, иначе она напишет на тебя заяву, а я останусь в живых. — кричу я.

Он резко успокоился.

— Ты не думай, что я оставлю это просто так. Как только тетя Ариэлла покинет дом хоть на минуту, я сразу задушу тебя! — кричит никита.

Я лишь кивнула. Тело болело, ноги не держали. С носа лилась кровь.