𝗧𝗛𝗘 𝗙𝗟𝗔𝗥𝗘 𝗖𝗨𝗥𝗘 | Minho

Я думала, что проснусь после сна. Разве не так это должно работать? Разве не нормально для подростков засыпать в своей кровати, проваливаться в сладкие сны, а потом просыпаться под утренний свет, лениво потягиваясь, слушая далекие голоса родителей или шум улицы? Разве не так должно было быть? Они просыпаются, идут гулять, смеются, сидят в кафе, строят планы на жизнь.

Но не в моем случае.

Первое, что ударило меня, прежде чем я осознала себя, - запах. Едкий, пронзительный, обжигающий ноздри, запах горелого пластика. Он резал легкие с каждым вдохом, вызывал тошноту, оставляя во рту горький привкус. Горелый пластик, расплавленный металл, химическая гарь, застрявшая в легких. Я не сразу поняла, что задыхаюсь. Грудь сдавило, как будто кто-то вдавливал меня в землю. Я сделала судорожный вдох, и боль вспыхнула в ребрах. Меня вырвало кашлем.

Я не знаю, как долго была без сознания, но как только этот запах прорвался в мои чувства, что-то внутри меня сработало. Я резко вдохнула, так глубоко, что в груди словно лопнула боль. В тот же миг меня скрутил кашель. Густой, дерущий горло, заставляющий глаза слезиться. Они предательски не хотели раскрываться полностью, будто вековая усталость наложила на них груз. Но все же, сквозь пелену и резь, я увидела не привычный потолок комнаты, который ожидала увидеть.

Темнота. Нет. Это не просто темнота.

Надо мной простиралась шахта, металлические стены уходили вверх, куда-то в бесконечную черную пустоту. Железные стены покрыты копотью и чем-то еще..чем-то липким. Я не сразу поняла, что двигаюсь. Все вокруг немного покачивалось, металлический гул отражался от стен, и тогда до меня дошло - я в лифте. Он поднимался вверх, но зачем? Куда? Там ведь темно.

Я попыталась приподняться, но ноги подогнулись, руки соскользнули по грязному полу. Меня качнуло в сторону, и тело снова рухнуло на металл. В ушах стучала кровь. Меня трясло - то ли от страха, то ли от нехватки воздуха. Сделав еще один глубокий вдох, я закашлялась сильнее, пытаясь привыкнуть к запаху. Он въедался в кожу, в волосы, оставался в горле противной пленкой.

-Боже мой.

Я перевернулась на бок, сжимая глаза и еле шипя, от невыносимой боли, будто меня накачали наркотиками. Хватаясь за холодный металлический пол, и тут же потеряла равновесие. Лифт двигался слишком быстро.

Сквозь слабый свет я наконец увидела его изнутри: железная решетка вместо стен, грубо сколоченные, вдавленные в решетчатые стены. На них что-то написано, черными, размазанными буквами. Я сморгнула, пытаясь прочитать. Но надпись была стерта, а в глаза летели искры, разрезая темноту короткими вспышками. Одна вот-вот прилетит в меня, так что мне пришлось закрыть лицо согнутым локтем. Запах гари усиливался. Лифт трясся, с шестерен летели искры, плавили воздух призрачными огненными линиями. Металл скрипел, а цепи дрожали, натягиваясь все сильнее.

Лифт был завален коробками. Они не двигались, несмотря на скорость, и выглядели так, словно их специально закрепили. Я протянула руку, чтобы сдвинуть одну, но она не сдвинулась. Закреплена. Но я даже не успела толком рассмотреть, что на ней написано. Только темные буквы: "ПОРОК"

Я задержала дыхание. Что это значит? Что за ПОРОК? Что это за место?

Я дернула коробку сильнее, надеясь найти за ней что-то - люк, выход, хоть какую-то подсказку. Но ничего. Глухой металл. Я не могла позволить себе просто лежать и ждать. Я должна что-то сделать. Должна понять. Должна спасти себя.

Но пока я боролась с паникой, пока моя голова металась в поисках выхода, я заметила то, что раньше не видела.

Я была не одна.

Сердце болезненно сжалось. По другую сторону лифта, на полу, лежала девочка. Она лежала у стены, ее тело безжизненно покачивалось от движения лифта. Грудь еле заметно поднималась и опускалась. Значит она дышит и все еще в сознание. А может из-за нее я тут? Кто знает, может она мне враг. Бледное лицо, растрепанные волосы, пальцы сжаты в слабый кулак, в котором была записка. Я не знаю ее. Я не помню, как она здесь оказалась. Я не знаю, как я ее не заметила. Ее темные волосы были спутаны, лицо бледное, дыхание почти незаметное. Я замерла. На ней не было следов крови, но она не двигалась.

-Эй.. - мой голос прозвучал слишком слабо.

Она не отозвалась. У меня не было времени будить ее. Думая что же мне делать, я запутала пальцы в волосы, пытаясь убрать боль в голове. Я снова рванулась, пытаясь раскачать лифт, выбить хоть какую-то лазейку. Он содрогнулся, но не остановился. Я бью по стенам, врезаюсь в коробки, толкаю дверь. Ничего. Все намертво заперто.

Я вскинула голову вверх. И поняла, что потолок шахты был уже в нескольких метрах. Страх сжал меня ледяными пальцами. Если лифт не остановится..Если он продолжит подниматься..

Я зажмурилась, готовясь к удару. Но в последний миг все резко замерло. Так же внезапно, как началось. И через пару секунд, я услышала голоса по ту сторону лифта.

?: Лифт? Он ведь только вчера поднялся! - услышала я чей-то заглушенный голос.

Дверцы люка над лифтом распахнулись, а затем и лифт. Свет хлынул внутрь, пронзая меня насквозь, обжигая, ослепляя. Я не могла ничего видеть, первые десять секунд. Только белый свет.

Я не знаю, что они увидели первым. Меня - стоящую посреди ржавого, пропахшего гарью лифта, с диким взглядом и кашлем, разрывающим грудь. Или ее - бесчувственное тело, все еще не подающее признаков жизни. Или им было плевать. Может, они уже все решили. Может, для них мы просто неудачники. Обреченные. Те, кого выбросили сюда. А самое страшное, что они могли быть теми, кто это и устроил. Может стоит их убить?

Когда зрение наконец адаптировалось, я вцепилась взглядом в лица тех, кто стоял снаружи. Пыльные силуэты, тени, очерченные жестким светом. Их было десяток. Или больше? Все казались разными - исхудавшие, загорелые, одетые в останки одежды, покрытые следами сажи, грязи, усталости.

Я моргнула, напряженно щурясь, и кто-то усмехнулся.

?: Эй, что это с ней? - голос принадлежал светловолосому парню, стоявшему ближе всех. - Надеюсь, не ты ее вырубила?

Он говорил легко, но в его голосе сквозило что-то другое. Я посмотрела на девочку, после того как закатила глаза на слова парня. Она все еще не двигалась. В один момент захотелось, чтобы она вообще не очнулась. Может из-за того, что тогда она бы не увидела где мы.

Как она могла не очнуться? Как ее не разбудил этот адский запах шахты? Вся моя кожа насквозь пропиталась этой гарью, этот запах застрял в моем горле, впился в волосы. Но она..даже не дрогнула.

Светловолосый худой парень прыгнул в лифт, его ботинки гулко ударились о металл. Он присел рядом с ней, перевернул ее руку и увидел что-то в кулаке.

?: Что это?

Его пальцы аккуратно разжали ее ладонь. Бумажный клочок, скомканный, покрытый отпечатками грязи и пота. Он развернул его и прочитал вслух:

?: "Они будут последними..из остальных."

Тишина. Мне не нужно было повернуть взгляд, чтобы узнать, что они все смотрят на меня. Какого хрена. Записка у нее в руке, а обвинят меня. Я даже не знаю кто она. Я не понимала, что это значит. Но меня сюда отправили. Почему?

?: Эй, помогите достать ее.

Голос другого парня, темнокожего, резкий, чуть хриплый. Они назвали его Алби. Я это услышала тут же, уловив его имя среди голосов. Двое шагнули вперед, подхватили девочку и вынесли ее из лифта.

Я вновь посмотрела на светловолосая парня, чтобы увидеть замечательство в его глазах. Как тут резкий звук вдоха, пронзил наше внимание. Девчонка очнулась. Правда не на долго.

?: Томас! - она уставилась на одного парня из остальных, стоящий над нами.

После этого все повернулись в его сторону, как и я. Теперь видимо не одна я в замешательстве. И тут же она вновь откинулась, закрыв глаза. Я просто стояла и смотрела, как ее уносят к шаткой палатке из рваного брезента.

Только тогда я начала замечать, где я.

Они стояли в обширном дворе, размером в несколько футбольных полей. Двор окружали грандиозные стены, сложенные из серого камня и кое-где покрытые густым плющом. Стены, наверно, были в несколько сот футов высотой. Они образовывали идеальный квадрат, в каждой стороне которого, точно посередине, сиял проем, высотой равнявшийся стенам. За проемами виднелись какие-то длинные коридоры и переходы.

?: Гляньте на этого огонька. - прохрипел кто-то, я не видела кто. - Щас шею сломает, никак не врубится, куда попала. - раздались смешки.

?: Заткнись, Галли, - оборвал его другой голос, пояснее и поглубже. - Эй, я Томас..

Томас, тот самый кого назвала девчонка. Я вновь переключила свое внимание на окружающих меня чужаков. На меня уставился с улыбкой не высокий паренек со светлыми волосами, тот что прыгнул в лифт. Лицо незнакомца было непроницаемо. Другой мальчик, маленький и пухлый, нерешительно топтался на месте, глядя на Томаса широко раскрытыми глазами. Я увидела что с далека прибежали два парня. Один рыжий, а второй - массивный мускулистый парень азиатской внешности, сложил на груди руки и пытливо, не отрывая глаз, смотрел на меня, а потом вновь на Томаса.

?: Так быстро? Не прошло даже двух дней. Еще и двое. - сказал он задыхаясь, видимо от того что только прибежал.

Что происходит, почему после того как девчонка с которой я поднялась, назвала имя Томаса, все стали переглядываться.

Я сощурила глаза, смотря на азиата. Плотные рукава его рубашки были закатаны, выставляя на всеобщее обозрение выпуклые бицепсы. Остальные просто молча пялились на происходящее.

-Где я? - спросила я, смотря на них с хололным взглядом.

Удивившись звучанию своего голоса, ведь я его не помнила его, будто слышала впервые. Отчего-то мне казалось, что голос какой-то не такой - мягче, чем я ожидала. Наконец собрав силы в кулак, пока мои руки медленно нащупали кинжал в моем кармане. Если я заранее знала где буду, и положила его намеренно, то я огромная молодец.

Алби: В чертовой дыре, вот где, - отозвался темнокожий. - Так что расслабься.

?: А к кому из стражей его приставят? - выкрикнул кто-то из толпы.

Галли: Говорю ж тебе, тупица, - ответил пронзительный, трескучий голос. - Раз она такая жалкая, то быть ей садовником, на что еще она годна? - и хохотнул, словно сказал лучшую шутку в своей жизни.

Я сощурила глаза, и моя хватка на кинжале стала крепче, еще вот вот и я убью его. Опять я оказался в тисках мучительного непонимания. Столько странных и непонятных слов.. "садовник", "меддяк", "бегун", "мясник". Они слетали с уст парней так естественно, что я сама удивилась, почему это я их не понимаю. Словно провал в памяти стер из мозга и значительную часть языка. Все это попросту сбивало с толку.

Во мне боролись самые разные эмоции: любопытство, недоумение, паника, страх - пронизанные одни общим чувством, чувством полной безнадежности. Для меня мир как будто прекратил существовать. Все, что я помнила, стерли из памяти, а в освободившуюся пустоту вложили что-то отвратительное. Мне хотелось убежать и спрятаться от этих людей. Я завидовала девочке, что она знает хотя бы Томаса.

Галли: Ей и это не под силу будет, ставлю на свои потроха.

Алби: Я сказал, заткнитесь! - проорал темнокожий. - Не прекратите орать - следующий перерыв будет сокращен наполовину! Будете бегать, пока я не отдохну.

Должно быть, это их вожак, сообразила я. И моя рука на кинжале ослабла. Я не одна хочу их заткнуть, так что, меня успокаивало что хоть кто-то может их усмирить. Но меня воротило от того, как на меня все глазеют, судя по всему я и та девчонка - единственные тут. Остальные - глазеющие придурки.

Парень на которого я обратила внимание вначале, азиат, увидел что тот наконец заткнулся и протянул мне руку, встречаясь со мной взглядом. Он увидел мое недовольство, которое я и не пыталась скрыть.

?: Дай руку, тебя о большем не просят.

Он прав, не просят, но явно издеваются. Но я не собиралась оставаться в этой коробке вечно, я молча протянула ему руку, пытаясь зацепиться ногами за коробки, чтобы было легче подняться. Когда он потянул меня, я тут же упала на колени, касаясь голой кожей земли. Как я могла залезть в этот лифт в шортах?

Острая трава покаливала ноги, но я не обратила внимания и тут же выкарабкалась из коробки, уже сама. Я на пару секунд зависла, думая, не достать ли мне кинжал, но убрала эту мысль далеко. Я тут чужая, мне нужны друзья, а не враги.

?: Помощь нужна?

Я тут же поднялась, на ноги, я затем фыркнув, приподнимая верхний уголок брови, отвернулась от него. После того парня, что нахамил мне, мне казалось что все тут такие. Я всмотрелась в лица столпившихся вокруг ребят, пытаясь проникнуться их выражением, понять их. Глаза одного из юношей, пылающие ненавистью, приковали к себе мое внимание. Парень, который постоянно задевал и говорил о том что я гожусь только в садовники, был так взбешен, что я не удивилась бы, если бы он меня ножом пырнул.

Когда наши взгляды встретились, парень встряхнул головой и отвернулся, а потом направился в сторону палатки. К которой унесли девчонку. Рядом стояла деревянная скамья, а наверху в недвижном воздухе вяло повис многоцветный флаг. Что это за флаг - было трудно сказать, поэтому я сосредоточилась на том, чтобы рассмотреть место, куда меня занесло. Место, которое темнокожий назвал дырой. Пару ребят уже ушли, так что мне стало легче.

Покрытие двора было сложено из огромных каменных блоков, многие из которых растрескались, и в трещинах проросли трава и сорняки. Странное, неряшливого вида деревянное строение в одном из углов квадрата выделялось на сером каменном фоне. Его окружало несколько деревьев, их узловатые корни, как жадные иссохшие руки, впивались в каменный пол. В другом углу двора, по всей видимости, был расположен огород, я узнала кукурузу, помидоры и фруктовые деревья.

По другую сторону двора находились деревянные загоны для скота: овец, свиней, коров. Четвертый угол занимала большая роща, деревья на опушке были, как казалось, засохшие, а может, и совсем зачахли. Если они сами все выращивали, то было понятно, что долго они не продержаться.

Небо над головой безоблачно-синее, но как я ни старалась, я не смогла найти на нем солнца, хотя день был в разгаре. Длинные тени, отбрасываемые стенами, ничего не говорили ни о времени дня - могло быть как раннее утро, так и вечер перед наступлением вечера.

Я глубоко, ровно задышала, пытаясь таким образом успокоить расшалившиеся нервы. И тогда со всех сторон меня аттаковали запахи: свежевырытой земли, сосновых иголок, чего-то сладкого.

Темнокожий парень тут же, коснулся моего плеча, отвлекая мое внимания от природы. Я тут же повернулась, и мне пришлось зашагать за ним.

-Куда мы идем?

Я ошеломленно посмотрела через плечо, когда увидела что Томас, вроде его так зовут, я забыла, шел позади меня. Он нас опередил, пока я не повернула голову и он уселся на скамью. Тогда я быстро отвела взгляд. Внезапно вожак группы - ему было на вид лет двадцать - сделал шаг вперед. Одет он был весьма круче остальных: черная футболка, джинсы, теннисные туфли, на руке электронные часы. Волосы Алби были коротко острижены, лицо чисто выбрито. И если не считать постоянного хмурого прищура, больше в его лице не было ничего угрожающего.

Алби: Постепенно все сама поймешь. Завтра начнешь работать, А до тех пор..смотри, ничего не сломай, иначе Галли отправит тебя в яму на ночь - он протянул руку. - Меня зовут Алби, как ты уже поняла.

Он ждал, явно желая обменяться рукопожатием. Но я не оправдала его ожиданий. Какой-то инстинкт овладел всеми моими действиями и заставил без единого слова отвернуться от Алби и направиться к ближайшему дереву, возле скамьи. Алби кивнул Томасу, и ушел. Мне было интересно откуда та девчонка знала имя Томаса. Я стала смотреть со сторонам, с раздраженностью в глазах. Какого хрена я в какой-то закрытой коробке, с стертой памятью.

Я стояла, прислонившись спиной к шершавой коре. Снова меня охватывала паника, страх становился почти невыносим. Но я глубоко вдохнула и постаралась взять себя в руки.

-"Успокойся, - мысленно приказала я себе. - Ты ничего не добьешься, если будешь так трусить".

Томас: Не обращай внимания на Галли, он со всеми новичками такой. - голос Томаса резко прервал мои мысли.

-Будто он ожидал, что ему пришлют гения, а не простого смертного.

Видимо парень, тоже не ожидал что я отвечу, думая что я так и буду держаться в стороне.

Томас: Меня он тоже возненавидел. Я появился тут вчера. Был так же напуган как и ты.

-Да ладно, ты не знаешь какого мне.

Томас: Странно что лифт так быстро поднялся, сразу после того как я появился..Они говорили, лифт поднимается раз в месяц. Может поэтому они и бесятся. К тому же, вы первые и последние девочки тут. Может ты..помнишь как тебя зовут?

Я тут же посмотрела на него, как на идиота. Я была уверена что знаю свое имя, но как только я открыла рот, я не могла ничего сказать. Почему я не помню своего имени. Я тут же испуганно нахмурилась, и отошла от дерева.

-Ты тоже не помнил? - спросила я с надежной, что я не одна такая. Ведь чувство страха тут же окинуло меня.

Томас: Да, но потом вспомнил, после драки с Галли. - он промолчал пару секунд, а затем повернул взгляд на палатку в которую повели девочку. - Ты ее не знаешь?

-Нет. Я очнулась в лифте, а она уже была там без сознания.

Томас: Я понял.. - он немного помолчал, но решил сменить тему. - Здесь они живут, едят, спят. Это место они называют глейд. А себя называем глейдеры. Ну, вот и все, что ты..

?: Томас, может хватит нагружать ее, тебя то я так не мучил. - я обернулась когда увидела того парнишку, который запрыгнул в лифт.

Томас: Ей нужно знать правила. - он поднялся с скамьи, и теперь они вдвоем посмотрели на меня. - Ты почти ничего мне не рассказал, не думаю что ты захочешь второй день подряд говорить одно и тоже.

?: Она, по крайней мере, сможет понять хотя бы половину из того, что я ей скажу. - он посмотрел на меня и улыбнулся, он был ниже чем Томас, но выше, чем я. - Я Ньют.

Он был первым человеком, кому я протянула руку в ответ. Не потому что я наконец стала вежливой, а потому что он единственный казался мне нормальным тут. Остальные же думают, что я должна их слушаться с первой секунды.

Ньют: Старая жизнь кончилась, начинается новая. Чем скорее выучишь правила, тем лучше. Лучше не высовывайся, как этот, - он кивнул в сторону Томаса, - салага.

-Бред это все, это ад, в который нас засунули специально, я уверена.

Ньют: Эх, огонек, мы все прошли через то же самое. Каждый выполз из этого темного лифта, у каждого был свой день первый. Дела, конечно, не хороши, а скоро они покажутся тебе вообще хуже некуда - вот в чем правда. Но постепенно ты прорвешься. Я сразу увидел, что ты не слабачка, так что не переживай, прорвешься.

Я усмехнулась удивляясь своей реакции. Неужели после всего что произошло сегодня, я еще могу улыбаться.

Ньют: Я скажу Чаку подготовить тебе и той девчонке палатку, чтобы никто из этих придурков не приставали.

Я тут же кивнула им, и отошла от них. Мои ноги в кроссовках зашагали по нескошеной траве. Я шла к огромным каменным стенам, что окружали глейд. Я обхватила себя руками, закрыла глаза и глубоко вздохнула. Внутри меня царила разъедающая пустота, быстро сменяющаяся такой печалью, что от нее болело сердце. Слишком много всего навалилось: где я? Что это за место? Ребята говорили на странном языке и похоже, никому из них не было дела до того, страшно мне или нет. Если ты не играешь роль смелой, тебя прикончат. На глаза снова навернулись слезы, но я не позволила им пролиться.

Воздух здесь был тяжелым, словно пропитанным чем-то незримым, удушающим. Он тянулся к коже, цеплялся за легкие, оставляя вкус металла на языке. Все казалось застывшим, не настоящим.

Мой взгляд приковала она. Стена. Гигантский монолит, возвышающийся над нами, давящий на сознание. Она тянулась ввысь, а в ее сердце зиял разрез - узкий проход, ведущий вглубь. Меня накрыла волна ледяного беспокойства, но я шагнула вперед.

?: Эй, стой! - чей-то голос прорезал тишину, дрожащий, задыхающийся.

Я обернулась. Пухлый мальчишка с круглым, по-детски наивным лицом смотрел на меня с ужасом. Ему, наверное, даже не было четырнадцати, но в глазах уже плескался страх, слишком взрослый для такого возраста. Мне стало его жаль. Его заперли тут, такого маленького, ничего не объяснили.

?: Тебе туда нельзя, - выдохнул он.

Смешно. Как будто здесь вообще что-то можно. Я двинулась дальше, камень был холодным, но в глубине заросших плющом стен я видела, как они расходятся.

?: Говорю же, тебе нельзя туда!

Резкий удар в плечо. Меня отбросило назад, я рухнула на колено, ощущая, как кожа на ладонях рвется об землю. Боль вспыхнула, но это лишь подстегнуло гнев. Кинжал оказался в моей руке, быстрее чем я думала, острие уперлось в чью-то ногу. Передо мной стоял парень - высокий, с темными глазами и усмешкой, которая не таила в себе ничего хорошего. Галли, опять этот засранец.

Галли: Воу-воу, спокойнее, огонек, - его голос был хрипловатым, пропитанным тенью чего-то незримого. - Какого хрена ты делаешь?

-Отвали, придурок.

Клинок дрожал в моей руке, дыхание сбилось. Я сжала рукоять сильнее, отбросив внутренний голос, что шептал: "режь, покажи им что не боишься". Раз он такой смелый, когда я проткну ему ногу - явно успокоится. Толпа как раз сгущалась. Шепоты. Взгляды.

Галли: Будешь нарушать правила - тебя здесь не будет, - произнес Галли. В его голосе не было угрозы. Только уверенность. Будто я вообще хочу тут находится.

-Может тогда нормально объяснишь? Почему туда нельзя?

Но ответа не последовало. Вместо него - гул. Вибрация прошла сквозь землю, будто сердце этого места вдруг пробудилось. Я повернула голову в сторону стены. Каменные плиты содрогнулись, затрещали, и проход начал сжиматься, я дернулась назад, страх обжег кожу. И стены с хлопком закрылись. Пыль заволокла воздух, превращая его в удушающий туман.

Галли медленно выдохнул.

Галли: В следующий раз будь благодарна, что я спас тебе жизнь.

Я убрала нож, но пальцы все еще дрожали. Ко мне подошел Ньют - его глаза были полны чего-то, чего я пока не понимала. Он знал больше, чем я. Он протянул руку, помогая мне встать, а потом заговорил. Он рассказывал о каждом здесь, до конца дня. Об их жизнях, страхах, потерях. Но мне не нужны были его слова. Я уже знала главное: это место не спасение.

Это тюрьма.

А стена - лишь дверь в нечто худшее.