Эпизод: Рождество в поместье Малфой
Снег мягко ложился на черепичную крышу поместья Малфой, закутывая его в белоснежное покрывало. Из окон лился тёплый янтарный свет, и внутри, как в сказке, царило настоящее Рождество.
Эльфы носились по дому, развешивая хвойные гирлянды, следя за тем, чтобы в камине не угасал огонь, а в бокалах всегда был подогретый сидр с корицей.
В центре гостиной стояла высокая ёлка - украшенная в зелено-серебряных и золотых тонах, с миниатюрными метлами, зельями и снежинками, что светились мягким волшебным светом.
Гарри, в уютном белом свитере и любимой накидке с капюшоном, как всегда прикрывавшей лицо, стоял у окна, наблюдая, как снежинки сливаются с тьмой ночи. Его кулон мерцал, как звезда, отражаясь в стекле. Он не переставал светиться - но сегодня это был не знак тревоги, а покой.
- Папа! - Астория подбежала, держа в руках магическую открытку. - Ты забыл подписать письмо Северусу. Он наш дядя, ты обещал!
Гарри усмехнулся, беря у неё перо. - Конечно, принцесса. Как я мог забыть?
Скорпиус тем временем уже вытащил Драко на улицу - запускать светящиеся снежные шары, заколдованные так, чтобы взрываться радужным фейерверком над поместьем. Их смех был слышен даже через окна.
- Тебе идёт улыбка, - сказал Драко, возвращаясь и приближаясь к Гарри, слегка касаясь рукой его талии. - Особенно под Рождество.
- А тебе - то, как ты носишь этот смешной красный шарф. Мама бы оценила, - ответил Гарри, целуя мужа в висок.
Позже, под звуки рождественского хора из радиоприёмника, семья устроилась у камина. Скорпиус и Астория читали сказки, Гарри и Драко обнимались на диване, укрывшись одним пледом.
Северус Снейп вошёл позже, неся подарки и закатав глаза на слишком «милую атмосферу», но даже он не смог скрыть лёгкой улыбки, когда Астория назвала его «дядя Сев» и вручила им обоим по рисунку - на одном были Гарри и Драко, на другом - он с двумя детьми.
- Не знаю, кто из вас хуже, - буркнул он, - вы или они. Но... я рад, что вы счастливы.
Гарри поднял взгляд на всех и подумал, что в эту зиму, в этот вечер, в этом поместье, они обрели не просто дом - они обрели вечность. Вечной была их семья. Вечной - их любовь. А кулон сиял, словно подтверждая: свет сильнее всего.