Эпилог
Прошло 4 месяца
Гриша
С тех пор как мои родители узнали о внуке, они всерьез начали конкурировать с родителями Кристины за его внимание.
Теперь у Марка - два полноправных комплекта любящих бабушек и дедушек, которые с радостью готовы баловать его круглосуточно. Вот и сегодня, согласно установленному расписанию, он уехал к ним с ночевкой.
А мы с Крис остались одни.
Они с Марком переехали ко мне два месяца назад, и я до сих пор не могу поверить в свое счастье. Она здесь.
Рядом. Вернулась ко мне. Простила. И теперь каждый мой день наполнен смыслом.
Теперь я не просто существую - я живу.
Я знаю, ради чего просыпаюсь по утрам, знаю, что больше никогда не позволю себе потерять ее.
Сегодня у нас особенный вечер. Во всех смыслах. Я был чертовски терпеливым, сдерживал себя, ждал, когда врач наконец-то подтвердит, что нам можно снова заниматься любовью.
И этот момент настал.
Я смотрел на нее - такую родную, нежную, мою.
Кри стояла у окна, задумчиво вглядываясь в ночной город. Свет фонарей мягко очерчивал ее силуэт, отражался в длинных прядях волос, создавая золотистый ореол.
Я подошел ближе, едва коснулся талии, впитывая тепло ее тела.
- О чём задумалась? - прошептал я, склоняясь к ее уху.
Она медленно повернула голову, ее голубые глаза встретились с моими, отражая что-то теплое, сокровенное.
- О нас, - тихо сказала она. - О том, как сильно всё изменилось.
- В лучшую сторону?
Она кивнула, ее губы тронула мягкая улыбка.
Я провел ладонями по ее спине, ощущая, как под пальцами дрогнула ее кожа.
- Ты даже не представляешь, как я ждал этого момента, Кри, - мой голос хрипло сорвался, выдавая слишком многое. - Как сгорал от желания снова почувствовать тебя.
Она не ответила, но ее пальцы медленно скользнули по моей груди, вверх, к шее, зарылись в волосы. Я чувствовал ее дыхание на своих губах, видел, как в глазах разгорается огонь.
Я наклонился ближе, мягко коснулся ее губ своими, сдерживая рвущуюся наружу жадность. Сначала осторожно, медленно, словно пробуя, насколько она готова. А потом - глубже, настойчивее, со всей страстью, что копилась во мне все эти месяцы.
Ее руки сжались на моих плечах, пальцы дрогнули.
Она прижималась ко мне, не отстраняясь, не убегая. Я чувствовал, как ее сердце стучит в унисон с моим.
Я нужен ей так же, как и она мне.
- Гриша... - едва слышно прошептала она, а я больше не мог ждать.
Подхватив ее на руки, я понес в спальню, ощущая, как ее тело доверчиво прижалось ко мне.
Стоило нам зайти в нашу комнату, я перестал сдерживаться. Крис стояла передо мной, такая близкая, такая желанная, и я просто не мог больше терпеть. Я обхватил её лицо руками, чувствуя, как её кожа горит под моими пальцами, и снова впился в губы. Это был не просто поцелуй - это было что-то большее. Я жаждал ее, ее вкуса, ее дыхания, ее тепла. Мой язык нагло вторгся в ее рот, и она отвечала мне с той же страстью, запустив пальцы в мои волосы. В этот момент я понял: она моя. Целиком и полностью. Всегда была моей.
- Как же я соскучился по тебе, - прошептал я, едва отрываясь от мягких губ.
- Я тоже, - ее голос был тихим, но в нем слышалась такая же тоска, что и во мне.
Мы пережили сложный период, и сейчас я хотел наверстать упущенное время. Я снова прижался к ее губам, и мир вокруг нас исчез. Мы превратились в двух безумцев, охваченных необузданным желанием. Мои руки сами нашли ее рубашку, я расстегнул ее одним движением, и ткань упала на пол. Лифчик последовал за ней, и я не смог удержаться, чтобы не прикоснуться к ее груди. Она была такой мягкой, идеальной, моей. Я поцеловал ее в шею, оставляя влажные следы, покусывая и подсасывая кожу, пока она не застонала.
Я медленно спустился ниже, к ее груди, и легкий укус за сосок заставил ее вскрикнуть. Я тут же успокоил свою девочку, облизав и аккуратно втянув затвердевший сосок в рот. Ее стон стал музыкой для моих ушей. Я чувствовал, как она дрожит под моими прикосновениями, как ее тело отвечает мне.
- Ты сводишь меня с ума, - прошептал я, целуя ее кожу, чувствуя, как она горит под моими губами.
Я сбросил свои брюки и уложил ее на кровать. Мои руки дрожали, когда я снимал с нее штаны и трусики. Она лежала передо мной, такая красивая, такая желанная, что я едва мог сдерживать себя.
- Какая же ты красивая, Лиз, - пробормотал я, целуя ее то в губы, то в шею. - Я так скучал по тебе.
Стараясь держать себя в узде, я снова опустился к ее груди, поцеловал место, где остался шрам после операции, а мои пальцы скользнули ниже, к лону. Она вздрогнула, когда я прикоснулся к чувственной горошинке, и стон сорвался с ее губ.
Я должен быть осторожным.
Должен!
Усилием воли я замедлился, спускаясь поцелуями все ниже и ниже. Безумно хочу попробовать свою девочку на вкус. Я ласкал ее языком, целовал нижние губы, доводил ее до криков от наслаждения.
- Как же я хочу тебя, - прошептал я, чувствуя, что она уже готова для меня, но я боялся сделать что-то не так.
- Хватит со мной осторожничать, Гриш. Я не хрустальная, - страстно прошептала она. - Иди сюда, я не могу больше терпеть.
Я подтянулся выше, поднял ее руки над головой, переплел наши пальцы и посмотрел в затуманенные страстью глаза.
- Я люблю тебя, моя Кри, - прошептал я, глядя ей в глаза, медленно вошел в нее и остановился, давая ей время привыкнуть.
Она была такой узкой, такой горячей и влажной, что я едва не кончил.
- И я тебя, - тихо ответила она.
Я осторожно начал двигаться, чувствуя, как ее тело отвечает мне. Мы потерялись в этом моменте, в этом безумии страсти. Наши языки переплетались, разжигая между нами дикий огонь. Дыхание смешалось, став одним на двоих - горячим, тяжелым, прерывистым. Сердце колотилось так, будто хотело вырваться из груди, а кровь кипела, словно лава в вулкане.
Я нарастил темп, чувствуя, как каждый мой толчок задевал ту самую точку внутри неё. Её всхлипы, стоны, а затем и крики от наслаждения сводили меня с ума.
Сколько ночей я мечтал снова ее почувствовать?
И вот Лиза здесь, со мной.
Она извивалась подо мной, дрожала, судорожно хватая ртом воздух, превращаясь в единый сгусток чувств.
Просторная спальня мгновенно исчезла, остались только мы - наши тела, сплетенные воедино, наша страсть, которая пожирала всё вокруг.
Мои руки жадно скользили по ее телу, вспоминали каждый изгиб. Она прижалась ко мне, её пальцы впились в спину, ощущая каждую напряженную мышцу.
Стоны, прикосновения, учащенное дыхание - всё это безумно заводило. Я чувствовал, что она приближалась к пику, и ускорил движения, желая, чтобы мы достигли его вместе.
- Давай, родная. Вместе, - прошептал я, почувствовав, как её тело задрожало подо мной.
Она в крике изогнулась, крепко сжимая меня внутри.
Перед глазами взорвалась яркая вспышка, и я, не сдержав рык, последовал за ней в открытый космос. Тяжело дыша, я прижался лбом к ее лбу и медленно выдохнул.
Какой кайф.
Я аккуратно вышел из нее, лег рядом и подтянул к себе, заключая ее в крепкие объятия.
Кристина осторожно провела пальцем по шраму на моей груди, ее прикосновение было легким, почти невесомым, но чертовски приятным.
- До сих пор не верю, что ты лёг под нож ради меня, - едва слышно прошептала она.
Я накрыл ее ладонь своей и сжал пальцы.
- Я бы жизнь отдал за тебя, Кри. Я просто очень сильно тебя люблю.
Она подняла на меня свои восхитительные голубые глаза, полные теплого света.
- И я люблю тебя, - прошептала она.
Но почти сразу её взгляд потух. Она отвернулась, не убирая руку, но пальцы дрогнули.
- Кри? - напрягся я. - Что не так?
Но отвечать она не спешила.
Что с ней происходит?
Плохо себя почувствовала? Не понравился секс?
Что?
Я взял ее за подбородок и осторожно повернул лицо к себе.
- Скажи мне, Крис.
- У меня шрам... - глядя в глаза, едва слышно ответила она. - Он некрасивый. Наверное, тебе неприятно на него смотреть.
Уф, блин, я-то подумал...
Я провел рукой по ее плечу, затем скользнул пальцами вниз по спине и крепче притянул к себе.
- Крис, у меня такой же, - мягко сказал я.
Она посмотрела на меня с недоверием.
- Считай, что теперь у нас парные шрамы, - я улыбнулся. - Как у влюбленных, которые носят одинаковые кулоны или делают парные татуировки. Только у нас - своя, особенная метка.
Она глубоко вздохнула, прикрыла глаза, а потом осторожно прижалась ко мне.
Я провел пальцами по ее щеке, заглянул в глаза - в этих голубых глубинах было всё: и любовь, и сомнения, и страх. Кристина опустила взгляд, снова осторожно провела рукой по моему шраму, словно пытаясь запомнить каждую линию.
- Да уж... особенная метка. Мы смогли это пережить, - тихо сказала она.
- И теперь я не собираюсь тебя терять, - ответил я, чуть крепче сжимая её ладонь в своей.
Она подняла глаза, а я глубоко вдохнул. Сердце билось так сильно, что, казалось, грохот разносился на весь мир.
- Крис... - голос немного дрогнул, но я не позволил себе отступить. — Я люблю тебя. Всегда любил и буду любить, сколько бы лет ни прошло. Ты - мой воздух, моя жизнь. Я хочу заботиться о тебе, быть рядом каждый день, защищать тебя и видеть твою улыбку.
Она замерла, ее губы чуть приоткрылись, словно она хотела что-то сказать, но не могла найти слов.
— Я хочу, чтобы мы снова официально стали семьей, Кри. Ты, я и наш сын, - я чуть крепче сжал ее ладонь, чувствуя тепло кожи. - Вы — мое всё. Позволь мне быть рядом. Позволь мне каждый день доказывать, как сильно я вас люблю.
Она судорожно вдохнула, ее пальцы дрогнули в моей руке, но не отдернулись. Во взгляде мелькнула растерянность, смешанная с надеждой, но она не произнесла ни слова.
Я быстро выбрался из постели, достал из прикроватной тумбы красную бархатную коробочку и повернулся к ней.
- Ты серьезно? - хриплым голосом спросила она, словно она не могла поверить в происходящее.
- Абсолютно, - я улыбнулся и шагнул ближе. - Я больше никогда не отпущу тебя. Никогда не сделаю тебе больно.
Я опустился на одно колено, ощущая, как сердце стучит где-то в горле. В ее глазах заблестели слезы, но я не знал, что пряталось за ними - счастье или боль воспоминаний.
- Кристина... - я открыл бархатную коробочку, в которой сверкало новое кольцо, - ты выйдешь за меня?
Она прикрыла рот рукой, задержала дыхание, словно пыталась удержать лавину эмоций, но слезы всё же прорвались.
Несколько секунд тянулись целую вечность.
- Да, - ее голос был тихим, но твердым, не оставляющим сомнений.
Я на секунду прикрыл глаза и шумно выдохнул.
Оказалось, что в ожидании ответа, я не дышал.
Никогда бы не подумал, что делать предложение во второй раз будет так же волнительно.
Я достал кольцо, надел на изящный безымянный пальчик и поцеловал его.
Затем поднялся, осторожно прижал её к себе, вдыхая родной запах.
- Теперь всё будет так, как должно быть, - прошептал я, скользя губами по ее губам. - Ты была и будешь моей, пока смерть...
- Ну уж нет! - положив палец на мои губы, возразила она, а потом добавила: - Пока мы оба живы.
The end