Глава 10 Шёпот океана
***
Вечернее небо окрасилось в оттенки лаванды и янтаря, когда Джису и Дженни остались вдвоём на корме яхты. Лиюн уснула раньше обычного, убаюканная сказкой о русалках, которую Дженни рассказывала с неподдельной страстью. Теперь, под плеск волн и трепет парусов, Джису налила в бокалы гранатовый сок, смешанный с газированной водой — их «взрослый» напиток для особых вечеров.
— Сегодня звёзды будто ближе, — проговорила Джису, откидываясь на подушки.
— Потому что они наконец видят нас вместе, — Дженни улыбнулась, поправляя плед, накрывавший их ноги.
Она замолчала, глядя на горизонт, и Джису почувствовала: за этим молчанием скрывается что-то важное.
— Расскажи, — мягко попросила она, касаясь руки Дженни. — Как ты жила все эти годы?
Дженни вздохнула, её пальцы переплелись с пальцами Джису.
— Первые два года я пряталась. Меняла города, паспорта, даже имя. Жила в рыбацкой деревне на Филиппинах, потом в горной хижине в Швейцарии. Но это было... пусто. Как будто я снова стала той, кем была до тебя — машиной, которая только борется.
Она замолчала, а Джису придвинулась ближе, чувствуя, как дрожит её рука.
— Потом я встретила старуху в Непале. Она читала судьбы по звёздам. Говорила, что моя жизнь изменится, когда я перестану бежать от себя. — Дженни усмехнулась. — Я тогда подумала: «Какая чушь». Но однажды, глядя на горы, поняла — я устала. Устала быть призраком.
Джису поймала себя на том, что гладит её ладонь большим пальцем, словно пытаясь стереть следы прошлых ран.
— Я начала помогать детям в приютах. Тех, кого бросили, как когда-то чуть не бросили Лиюн. — Голос Дженни дрогнул. — Одна девочка... её звали Мира. Она рисовала море, хотя никогда его не видела. Я обещала, что когда-нибудь покажу ей океан.
— Что случилось с ней? — прошептала Джису.
— Она умерла. От той же болезни, что была у меня. — Слёзы блеснули на ресницах Дженни. — Но перед этим я успела свозить её на берег. Она сказала, что вода похожа на мои глаза.
Джису притянула её к себе, и Дженни уткнулась лицом в её шею, сдерживая рыдания. Они сидели так, пока луна не поднялась выше мачт.
— Я построила клинику в её память, — продолжила Дженни, когда эмоции отступили. — А потом ещё одну. И ещё. Использовала остатки своих ресурсов, связи... Всё, что осталось от семьи Ким, превратила в помощь тем, кто её никогда не видел.
Джису нежно поцеловала её висок:
— Поэтому ты исчезла... Чтобы спасти других, как когда-то спасла меня.
— Нет. — Дженни отстранилась, чтобы посмотреть ей в глаза. — Чтобы стать достойной тебя.
Их губы встретились в поцелуе, который был слаще вина и глубже океана. Дженни медленно опустила Джису на подушки, её пальцы дрожали, расстёгивая пуговицы на рубашке.
— Я столько лет мечтала об этом, — она прикоснулась губами к обнажённому плечу Джису. — О том, как буду касаться тебя, не боясь, что завтра нас разлучат.
— Тогда не бойся сейчас, — Джису приподнялась, снимая с Дженни шёлковую блузку.
Их тела слились в танце, который вёл сам океан. Каждое прикосновение было обещанием, каждый вздох — признанием. Дженни целовала каждую родинку, каждый шрам, словно собирая историю Джису по крупицам. А когда волны страсти отступили, они лежали, сплетённые как корни деревьев, слушая, как бьются их сердца в унисон.
— Я купила остров, — внезапно проговорила Дженни, рисуя узоры на коже Джису. — Маленький, с пляжем и старым маяком. Там никто не найдёт нас.
— Ты хочешь снова спрятаться? — Джису приподняла бровь.
— Нет. Хочу построить дом. Наш дом. С окнами в пол и гамаком на веранде. Чтобы Лиюн бегала босиком по песку, а мы с тобой встречали рассветы...
— И закаты, — добавила Джису, целуя её в нос.
— И штормы, — улыбнулась Дженни.
...
Утром, когда Лиюн ворвалась на палубу с криком: «Вы опять целовались вместо завтрака?!», Дженни вручила ей карту.
— Что это? — девочка развернула бумагу, испещрённую пометками.
— Наш новый маршрут. — Дженни обняла Джису за талию. — Там есть остров с розовым песком и пещерами, полными светящихся кристаллов.
— И маяк! — добавила Джису, подмигивая.
— А ещё там водятся дельфины! — Лиюн запрыгала, но вдруг остановилась. — А... мы вернёмся?
Дженни присела перед ней, серьёзная:
— Дом — это не место. Это люди. И мы всегда будем вместе, даже если океан унесёт нас на край света.
Лиюн задумалась, потом крепко обняла обеих:
— Тогда я беру своего кролика. Ему тоже нужен дом.
Смех разнёсся над волнами, а Дженни поймала взгляд Джису. В нём не было больше вопросов — только уверенность, что их путь, наконец, обрёл направление. И пока «Ханами» брала курс на новую жизнь, Джису знала: самые важные истории пишутся не словами, а сердцем.