48||
Зима пролетела совсем незаметно - будто её и не было. В это время у парней не проходило ни одного полноценного концерта. Только Артём пару раз выступал на клаб-шоу, а в остальном всё было довольно спокойно. Мы постепенно начали готовиться к их большому совместному концерту, который планировался уже давно. Ребята часто ездили в офис: обсуждали организационные моменты, репертуар, технические детали.
Сегодня предстоял важный день - утверждение площадки для концерта. Именно поэтому мы решили поехать все вместе, всей командой. В машине, как и всегда, спереди шло бурное обсуждение: парни делились мыслями, спорили, что-то решали. А я, сидя сзади, уютно устроилась и задремала под их голоса.
Когда мы наконец подъехали к площадке, Артём мягко разбудил меня:
- Нестле, просыпайся, мы приехали, - сказал он, тронув меня за плечо.
Я потянулась, стараясь окончательно проснуться, и мы вместе направились внутрь. Нас сопровождали Лёха Рожок, Петя-диджей, второй фотограф и ребята-звукари. Около двух часов мы ходили по площадке: осматривали зал, сцену, технические помещения, и пытались понять - подходит ли это место нам по всем параметрам.
- Лёх, слушай, площадка в целом классная, атмосфера приятная, но... - я задумалась, оглядываясь по сторонам, - мы вдвоём с тобой с таким масштабом не справимся. Тут нужен хотя бы ещё один фотограф.
- Я понял тебя, Арин, придумаем что-нибудь, - отозвался Рожок, глядя на сцену.
- А давайте Яну попрошу? - внезапно предложил Петя. - Она же фотограф, и довольно неплохая, к тому же точно не откажется, думаю.
- Отличная идея, - согласился Лёха. Мы все переглянулись, и на этом вопрос был решён.
Пока мы обсуждали детали, звукари осмотрели всё, что нужно, и тоже дали добро. Площадка была утверждена. После этого вся команда начала разъезжаться по домам.
Мы с Артёмом возвращались вдвоём, потому что Грише нужно было заехать по делам. В машине царила приятная тишина. На фоне тихо играла расслабляющая музыка, Артём вёл машину одной рукой, а второй, как всегда, лениво гладил мою коленку. Я молча наблюдала за ним, с какой-то внутренней теплотой.
- Ариш, может заедем покушать куда-нибудь? - предложил он, не отрывая взгляда от дороги.
- Не, Тём, давай лучше сами что-нибудь приготовим, - предложила я, немного скривившись, - как раньше. Так уютнее.
Артём только кивнул, соглашаясь. По дороге я снова задремала - будто у меня с его машиной и дорогой была какая-то особая связь, убаюкивающая. Уже возле дома он разбудил меня лёгким касанием. Мы вышли и вместе пошли домой, уставшие, но довольные: один важный шаг к концерту был сделан.
Дома было тихо. Артём первым открыл дверь, пропуская меня вперёд. Мы разулись в коридоре, и я сразу направилась на кухню, включая свет. Ощущалась приятная усталость - такая, когда день был насыщенным, но всё шло по плану. Артём зашёл следом, поставил телефон на зарядку и подошёл ко мне.
- Что будем готовить, шеф? - с лёгкой усмешкой спросил он, обняв меня сзади за талию.
- Что-то простое, но вкусное... Может, пасту с соусом и салат? - предложила я, открывая холодильник.
- Поддерживаю. Только ты режешь овощи, а я займусь пастой, договорились?
- Договорились.
Мы включили музыку на колонке - тихий фон из треков, которые у нас уже ассоциировались с домашними вечерами. Парень иногда подпевал свои треки, что вызывало у меня улыбку.Артём занялся плитой, а я, в майке и домашних шортах, порезала помидоры, огурцы и листья салата. Между делом мы шутили, обсуждали идеи для концерта, вспоминали забавные моменты с прошлых выступлений.
Ужин получился уютным и вкусным. Мы поели прямо на кухне, не заморачиваясь на сервировку - просто сели рядом, облокотившись локтями о стол. После ужина Артём убрал посуду, а я налила нам по кружке чая и прошла в комнату.
Я устроилась на диване, поджав под себя ноги. Артём сел рядом, потянулся за пледом и укрыл нас двоих.
- Хороший день, - тихо сказала я, положив голову ему на плечо.
- Очень. Рад, что ты всегда рядом, - ответил он, поцеловав меня в макушку.
В комнате горел только тёплый ночник. За окном начинал идти мелкий весенний дождь. Мы сидели в тишине, слушая капли и друг друга. В этот момент всё казалось на своём месте - дом, мы, наши планы и то, как складывается жизнь. Без лишнего шума. Без суеты. Просто настоящее.
Мы не стали включать фильм. Телевизор остался чёрным экраном, а колонка замолчала. Всё стало как будто очень тихим - но не пустым, а наоборот, наполненным чем-то тёплым. Мы просто лежали, укрывшись пледом. Артём устроился на спине, а я, повернувшись к нему боком, прижалась ближе, положив ладонь на его грудь. Его рубашка давно осталась на стуле, кожа была тёплой и пахла чем-то домашним, родным - его парфюмом и нашей постелью.
Он водил рукой по моей спине - медленно, будто не торопясь никуда, как будто у него было бесконечно много времени на то, чтобы просто касаться. Кончиками пальцев, так нежно, что от каждого движения по позвоночнику мурашки разливались волнами. Я закрыла глаза, затаив дыхание, и просто слушала его дыхание. Оно было ровным, спокойным. Безмятежным.
Я подняла голову и посмотрела на него. В полумраке его лицо было мягким, расслабленным, глаза полуприкрыты. Я протянула руку, чуть дрогнувшими пальцами провела по его плечу и начала обводить татуировки на его руке - те, которые я уже знала почти наизусть. Где-то линии были резкими, где-то тонкими, и под моей рукой Артём чуть улыбался.
- Тебе не надоедает? - спросил он, глядя на меня с той своей кривоватой улыбкой.
- Нет, - ответила я тихо. - Они - это ты. Я будто касаюсь твоих мыслей.
Он ничего не ответил, просто подтянул меня ближе, прижал к себе и поцеловал в макушку. Долго, с какой-то особенной нежностью, от которой в груди защемило. Как будто именно в этом моменте было всё: забота, молчаливое «я рядом», и целый мир, в котором не нужно было слов.
- Знаешь... - прошептала я, всё ещё пряча лицо у него на груди, - вот сейчас я в безопасности. Совсем. Это редкое чувство, но с тобой оно всегда приходит.
- И будет, - ответил он спокойно. - Пока ты со мной - я никому не позволю тебя тронуть. Никогда.
Он продолжал водить рукой по моей спине, а я - рисовать пальцем по его коже. Где-то на границе между сном и реальностью, тишиной и дыханием, мы просто были. Вместе. Настоящие.