Twelve
5 seconds of summer - Young blood
One ok rock - Giants
В помещении играет приятная медленная музыка, и, к моему счастью, ни один столик в этом ресторане не занят. Мы с Генри на протяжении всего вечера будем абсолютно одни, если не считать официантов и работников кухни.
Ресторан не совсем такой, каким я ожидала его увидеть. Это действительно не место для свидания. Обстановка и общая атмосфера навивает мысли о деловых встречах и переговорах в неформальной обстановке, нежели о романтических свиданиях о танцах под медленную и красивую музыку о любви. Скорей всего, Клею пришлось заплатить не малую сумму, чтобы ресторан закрыли лишь для нас двоих.
Генри, отодвигая для меня стул, и я сажусь за стол, на котором, помимо столовых приборов и пустых тарелок, лежит серая папка, что тут же привлекает мое внимание.
- Сначала сделаем заказ, - говорит Генри, останавливая движение моей руки в сторону этой самой папки. Он слегка касается своими пальцами тыльной стороны моей ладони. Я резко отдергиваю руку, словно, обожглась. Там, где его пальцы коснулись моей кожи, я чувствую легкое покалывание. Хочется дать себе пощечину из-за того, что мыслю и ощущаю себя, как глупые героини фильмов и книг, которых я, похоже, посмотрела и прочитала чересчур много.
Генри садиться напротив меня и смотрит так, словно, пытается распознать мои чувства и прочитать мои мысли. Я вдруг задумываюсь о том, что если бы он мог услышать о чем я сейчас думаю - нам обоим было слишком не ловко. Я смущенно отвожу взгляд и чувствую, как щеки покрываются румянцем.
- Ты любишь рыбу? - спрашивает Клей, жестом подзывая официанта.
- Терпеть не могу, - с отвращением отвечаю я.
- Я так и думал, - Генри весело улыбается, заставляя меня нахмуриться. - Я вот просто обожаю рыбу, и был уверен, что ты её терпеть не можешь.
- Вот видишь, какие мы разные. Ты сам это понимаешь, но продолжаешь считать, как и твоя мама, между прочим, что мы идеальная пара.
- Я и не говорил, что мы идеальная пара, я лишь сказал, что ты хорошо подходишь на роль моей жены, - с улыбкой отвечает Генри.
К нашему столику подходит официант, которому Клей называет два самых обычных блюда: жареную форель с овощами и стейк средней прожарки. Меня не особо удивляет, что Генри знает даже то, какой стейк я предпочитаю. Когда официант уходит, наш разговор продолжается. Мы говорим о вещах, которые могут изменить всю нашу жизнь с ног на голову, но говорим мы об этом так не принужденно, словно обсуждаемых погоду.
- Я считаю, что в паре мужчина и женщина должны дополнять друг друга, - говорит Генри, когда к нам подходит второй официант, только уже с бутылкой вина и двумя бокалами. Официант молча разливает красное вино в бокалы, пока я смотрю на Генри, ожидая продолжения сказанного. - Знаешь, обычно, когда мужчина и женщина интересуются одним и тем же, любят одни и те же вещи и черты их характеров очень схожи - они быстро друг другу надоедают.
- Не намекаешь ли ты сейчас на ту самую фразу, которой пользуются школьницы, чтобы оправдать свой ужасный выбор парней?
- «Противоположности притягиваются»? - Генри делает глоток из бокала, ухмыляясь. - Именно это я и подразумеваю.
Я ничего не отвечаю, потому что понимаю, что в его словах есть смысл. Взять хотя бы моих маму и папу, да они похожи своей любовью к книгам, своим желанием продвигать чтение, но их характеры - абсолютно противоположны. Мама - настоящий вулкан чувств и эмоций, импульсивная, чувствительная, раздражительная. Папа - в любой ситуации спокоен, как скала, его трудно разозлить, рассмешить, заставить нервничать или ещё чего - плакать. И они действительно дополняют друг друга. Но вся суть в том, что они любят друг друга, и любовь эта не стихла, хоть они и женаты уже почти тридцать лет.
- Ну что, давай ты, для начала, скажешь - чего хочешь. - Говорит Генри, когда нам, наконец, приносят блюда. - Твои условия, Мел? Я хочу их услышать.
- Все предельно просто, - отвечаю я, взяв в руки прибор. - Моя семья не должна ни в чем нуждаться. Ты должен будешь оплатить лечение моей матери, учёбу моей сёстры, и выкупить папин магазин.
Генри ничего не отвечает, потому что в этот момент усилено, жует свою форель. Я беру с него пример и кладу в рот кусочек стейка, который пахнет просто нереально, да и на вкус оказывается просто потрясающим. Я прикрываю глаза, думая о том, что могла бы есть нечто подобное каждый божий день, если стану женой Генри Клея.
- Что ж, это хорошо и вполне выполнимо, но что насчёт тебя? - вопрос Генри выводит меня из гастрономического экстаза, и я заглядываю в его зелёные глаза. - Ты подумала о своей семье, но что на счёт твоих желаний, Мел?
- Моих?.. - Я почему-то удивилась его вопросу, а может даже тому, что сама об этом не подумала. Но я вдруг осознаю, что не знаю - чего хочу для себя самой.
- Да, Мел, я хочу знать - чего хочешь ты?
- Я не знаю... Наверное, просто быть счастливой.
И он вдруг начинает смеяться. Не слишком громко, наоборот, тише, чем любой нормальный человек, но выглядит и звучит это ещё более странно. Хотя чему я удивляюсь, ведь с первых минут нашей встречи я знала, что людей, страннее Клея не встречала.
- Но ведь у тебя наверняка есть список, - говорит Генри, когда перестает смеяться. Я смотрю на него, пытаясь понять, что все таки в его голове? Что этот человек из себя представляет? Я совсем не знаю его, но при этом, на полном серьезе, собираюсь согласиться выйти за него замуж, только для того, чтобы сделать его мать счастливой и вывести свою семью из кризиса. Я не понимаю саму себя, и уже несколько дней не могу ответить на несколько вопросов, на которые, пожалуй, не сможет ответить мне никто: «Что же меня ждет? И зачем я на самом деле иду на это? Готова ли я к этому?»
- Что еще за список?
- Ну, знаешь, где в ряд написаны все твои мечты и желания, твои планы на будущее. Уверен, ты из тех, у кого такой список есть. - Он говорит это, делая глоток из бокала с вином, ухмыляясь своей самой отвратительной улыбкой. Мной овладевают гнев и раздражение, потому что я терпеть не могу людей, которые думают, что знают меня слишком хорошо, и я, как открытая книга.
- Да, у меня был такой список, Генри, - я не скрываю раздражения в своем голосе. - Но мне тогда было двенадцать, а сейчас двадцать три. Боюсь, что этот список уже устарел.
- Что ж, самое время создать новый, Мелисса.
Генри Клей вызывает во мне бурю эмоций, которые я прежде не испытывала. И как бы романтично это не звучало - речь идет не о любовных чувствах. Генри заставляет меня слишком много злиться, иронизировать, лгать. Он открывает во мне черты которые я всегда в себе подавляла, я всегда была вежливой и терпеливой, но вдруг на моем пути появился Генри Клей, который буквально каждый день сбивает меня с толку и вызывает бурю, даже целый ураган чувств и эмоций.
- Я хочу, чтобы ты составила настоящий список своих требований. - Голос Генри отвлекает меня от самого вкусного стейка, из всех, что я пробовала в жизни, и моих запутанных мыслей. - Я хочу, чтобы ты написала то, что я должен выполнить, включая и то, что уже озвучила, плюс вещи, которые делать мне запрещаешь.
- Запрещаю? - с моих уст срывается смешок. - Я могу тебе что-то запретить?
- Это касается поведения в обществе, в основном. Я, например, хочу, чтобы ты прикасалась ко мне только тогда, когда я сделаю это первым или скажу, чтобы ты это сделала. - Он говорит это, глядя мне прямо в глаза. Он замечает, как я хмурюсь, Я не знаю почему, но в этот момент мне становиться жаль Генри Клея. - Я понимаю, что когда мы официально станем парой, нам придётся это делать, но в контракте прописано, что ты можешь трогать меня только, если я скажу тебе это сделать, или если я коснулся тебя первым.
-Знаешь, что мне кажется, Клей? - спрашиваю я, немного осмелев от бокала вина. Я слегка склоняюсь над столом, приближаясь тем самым к его лицу и заглядывая в его зеленые глаза. - Ты пересмотрел «50 оттенков серого», и возомнил себя Кристианом Греем.
- Ошибешься, Мел, - он улыбается моим словам. - Я не смотрел фильм, я прочитал все книги.
Он читал «50 оттенков серого» и не смотрел фильм. Даже я посмотрела все части, хотя еще на первой сказала: «Сценаристы и режиссер чертовы придурки, испортили всю суть книги, сотворив из нее порнографию».
- Иногда ты пугаешь меня, Генри, - слова срываются с моих уст непроизвольно. Мы смотрим друг другу в глаза, и в какую-то секунду, я вижу на его лице сожаление. Но он слишком хорош в том, чтобы носить непроницаемую маску. - Я хочу знать о тебе больше, а ты не даешь пробиться сквозь свою броню.
- Тебе незачем пробираться глубже, тебе достаточно видеть то, что видят все.
- Я собираюсь стать твоей женой, Клей! - со злостью произношу я. - Мы будем заниматься сексом, у нас будет ребенок, как ты сказал! Так что, я точно должна знать больше. Можешь считать это одним из пунктов, которые я вписала в контракт.
- Но это нарушает мой пункт, который уже вписан, Мел. Я не хочу, чтобы ты знала больше, чем тебе положено знать. Я итак уже рассказал тебе больше, чем своей матери или сестре. Что ты еще хочешь знать?
- Для начала я хочу знать элементарные вещи, которые обычно узнают на первых свиданиях.
Из-за всего происходящего я чувствую опустошение. Я жалкая, беспомощная, лишенная того, о чем мечтала больше всего на свете. И никто, кроме меня в этом не виноват. Люди сами делают выбор, и поэтому мы не имеем права винить кого-то, кроме себя, когда в нашей жизни что-то идет не так. Мы решаем - по какому пути идти, мы решаем подняться после очередного падения или продолжить лежать и жалеть себя. И если я выбрала этот путь - выйти замуж за Генри Клея-младшего, то я должна сделать все, чтобы вынести из этой ситуации как можно больше плюсов.
- Должен признаться... - начинает Генри смущенно, но я тут же его перебиваю.
- Я знаю, Клей, что прежде у тебя не было серьезных отношений, и что ты даже на свидания не ходил. Поэтому позволь мне все взять в свои руки.
Конечно, мой опыт общения с противоположным полом не так уж и велик и разнообразен, однако, его точно больше, чем у Генри. Адам был единственным парнем в моей жизни, с которым у меня были отношения, и иногда мне кажется, что с того времени прошла целая вечность. Но на самом деле, все дело в том, что я стала другим человеком.
- Итак, - говорю я, отложив столовые приборы и отодвинув от себя тарелку, с недоеденным блюдом. - Какой твой любимый цвет?
- Вау! - Генри смеется над моим вопросом, и повторяет проделанное мной: откладывает прибор и отодвигает тарелку. Вот только он доел свою рыбу до костей. - Какой сложный вопрос, Мел, я не думал, что в тебе есть задатки сыщика.
- Просто ответь, - я закатываю глаза, стараясь сдержать улыбку, и делаю глоток из только что наполненного вином бокала. Так, нужно немного притормозить с выпивкой, ведь это уже второй.
- Черный и синий, наверное, - он пожимает плечами, тоже делая глоток. - А твой?
- Синий и красный, - я отвечаю на автомате, потому что мне часто задают этот вопрос, когда пытаются познакомиться. Я не раз пыталась завести отношения с парнями, но всё всегда выходило боком. Попытки завести отношения обычно заканчивались на вопросе о любимой книге, который я задавала каждому, и никто не отвечал, потому что те парни, которых я встречала, считали чтение занятием для девочек.
- Вот видишь, как мы похожи, Мелисса, - Генри улыбается.
- Что на счет любимого фильма?
- О, это куда труднее, чем предыдущий вопрос, но я отвечу - «Бойцовский клуб».
- О, нет! - возмущенно восклицаю я, прикрывая лицо ладонью. - Ты что - серьезно? Не мог придумать что-то лучше? Это так предсказуемо для парня.
- Но мне правда нравится, простите, мисс Холли. Ох, ну еще мне нравиться экранизация «Гарри Поттера», но я терпеть не могу первую часть, не знаю почему.
- Я тоже не люблю первую, да и вторую часть тоже. Хотя книга мне нравится.
- А твой любимый фильм?
- «Форест Гамп», - и снова ответ на автомате. - О, ну еще, пожалуй, что бы не выделяться: «Титаник» и «Дневник памяти».
Генри смеется над моим ответом, и я отвечаю на его смех улыбкой. Такой Клей нравится мне больше, чем тот, которого я видела прежде слишком деловым и серьезным.
- Что на счет любимого места? - спрашиваю я, замечая, что он хмуриться. - Ты ведь наверняка путешествуешь, ты ведь директор туристической фирмы, Клей?
- Конечно, я путешествую, и конечно у меня есть любимые места на земном шаре... Просто я не ожидал этого вопроса. Я обожаю Австралию, там можно быть, кем захочешь, и мне нравятся кенгуру. Я нырял с аквалангом недалеко от Большого Кораллового рифа - это просто невероятно, Мел. Каждый человек, живущий на этой планете должен хоть раз увидеть то, что видел я.
- Я видела Коралловый риф только по телевизору, - смеюсь я.
- Еще я обожаю Аризону, и мне очень понравился Будапешт. О, и я был в России, там невероятно добрые, эмоциональные и правдивые люди, а какая там природа - ты себе представить не можешь. Один Санкт-Петербург и его архитектурные сооружения чего стоит!
Генри говорит об этом с таким воодушевлением, и его глаза сияют огнем приключений. Такие глаза я видела только однажды, когда мама рассказывала об их с папой кругосветном путешествии, которое они затеяли перед тем, как узнали, что мама беременна мной. Мама провела все путешествие в приступах тошноты, отеках ног и странных желаниях, которые папе приходилось исполнять. Но мама всегда рассказывала об этом приключении семьи Холии с таким воодушевлением, что я завидовала тому, что никогда не была за границей, и мама в шутку говорила: «Нет, дорогая, ты была там же, где и мы, ведь ты была в моем животе».
- Хотела бы я побывать хоть в одном из этих мест, - мечтательно говорю я, глядя в его блестящие восторгом зеленые глаза.
- Ты никогда не была за границей?
- Однажды ездила в Чикаго, провожать лучшую подругу в колледж.
- Что ж, будет сделано, мэм. Ты увидишь мир, Мел, обещаю тебе.
- Хорошо, а что насчет любимой книги? - задаю я свой самый главный вопрос с замиранием сердца
- О, да ты меня убить хочешь? - смеется Генри. - С каждым вопросом становиться все сложнее и сложнее!
Он молчит некоторое время, отводит глаза в сторону.
- Я боюсь показаться банальным, но назову, пожалуй: «Гордость и предубеждение», «Грозовой перевал» и «Старик и море», и «Три товарища».
- А что насчет современной литературы? - интересуюсь я, услышав названия нескольких своих любимых книг.
- Мне нравится книга «Если я останусь», а еще «Девушка в поезде» и «Дом странных детей», и куда же без «Голодных игр», конечно.
Я замолкаю, после услышанного, потому что он назвал те книги, которые я просто обожаю, и перечитывала не один раз. Я задумываюсь над тем, что, может, мы живем в разных мирах и у нас разные взгляды на жизнь, но книги мы любим одинаковые - а это веский довод для начала дружбы.
Генри берет ту самую серую папку, что все это время лежала на столе между нами и протягивает ее мне. Я беру ее и открываю, собираясь начать читать, но голос Генри меня останавливает.
- Прочтешь, когда будешь дома, одна, Мел.
Я киваю, закрывая папку, пытаясь оценить количество страниц. Думаю, здесь не меньше десяти двухсторонних листов, вдоль и поперёк исписанных запретами и требованиями.
- Завтра жду тебя к пяти на работе, мне нужна помощь в организации банкета в честь объединения моей турфирмы с турфирмой «Эннберд», - говорит Генри, делая последний глоток вина и жестом подзывая официанта. - Организация таких мероприятий лежит целиком на тебе, но так как ты в этом новичок, я буду тебе помогать и попрошу Венди о помощи.
- Ты совсем не веришь в мои способности, Клей, - посмеиваюсь я, поднимаясь на ноги, когда он кладет деньги в счет, который по его просьбе принес официант. - Я справлюсь и сама.
- Я не сомневаюсь, но хочу подстраховаться, это важное событие для моей фирмы.
Я ничего не отвечаю, беру в руки папку, и мы вместе идем к выходу. Машина уже ждет нас у входа, и к моей радости за рулем сидит знакомый мне Саймон.
Возможно, я смогу вклиниться в ритм жизни семьи Клеев, смогу стать её частью.
*******
Дорогие мои, хочу поздравить вас с Новым годом и пожелать исполнения всех ваших мечт и желаний! Пусть этот год принесет вам чтото волшебное, что-то,чего вы с нетерпением ждали. Но никогда не забывайте: ваша жизнь в ваших руках - действуйте, никогда не сдавайтесь и принимайте решения, которые ВЫ считаете правильными. Я вас очень люблю. Не забудьте оставить отзыв. М.