Глава 26
Как только в обед вернулась на связь, восстановив свой номер, телефон сразу зазвонил. Напряглась, поскольку это мой тайный босс.
– Здравствуйте, Сергей Эдмундович.
– Здравствуйте, Варвара. Вы почему не на связи?
– Телефон старый случайно утопила. Только восстановила номер.
– А, ну ясно. Я хотел узнать, вы ведь вчера были с Владом, что он там с дочкой решил? Будет оставлять? Или сплавить хочет?
Ого.
– Вы в курсе ситуации с внучкой?
– Конечно в курсе. Ее мать-вертихвостка уезжать за границу собралась, а ребенка здесь оставить хотела на даче непонятно с кем и дальше из нас деньги тянуть. Я решил, что хватит. Влад вроде получше себя вести стал, так что я рискнул, поговорил с этой девицей строго. Но учтите, Влад о моей роли в этом деле знать не должен. Так что он думает?
– Мне показалось, что он хочет взять заботу о девочке на себя. Сейчас подыскивает дом для переезда, чтобы у малышки был и свежий воздух, и просторное жилье.
– О, неожиданно. Но замечательно. Может, и гулянки свои, наконец, бросит. Следите, Варвара. Через три дня я уезжаю, вся надежда на вас.
– Сергей Эдмундович, скажите, если вы знали, что ее родная мать о ней не заботится и вообще отселила, почему не забрали внучку к себе? Я ведь правильно понимаю, что вы все-таки переживаете за ее судьбу.
– Во-первых, какое-то время мать все же держала ребенка при себе, кое-как заботилась, но быстро остыла, пошли гулянки, поиски богатых ухажеров, ребенок скоро и вовсе стал мешать. Я не вмешиваюсь, потому что не хочу, не я этого ребенка заводил, чтобы расхлебывать, а направить, проследить – еще ладно. Влад взрослый, принял решение – пусть несет за него ответственность.
Как все строго, вот чисто по-мужски, а страдать в итоге ни в чем не повинной малышке.
– Варя, вы уж там постарайтесь, – тяжко вздохнув, Сергей Эдмундович отключился.
Отправилась обратно на рабочее место в раздумьях. Взаимодействовать с Кавериным все же придется, но теперь это будет для меня куда тяжелее, поскольку у Влада появились вполне определенные желания в мою сторону.
Опасения подтвердились уже после обеда. Зашла к начальнику, чтобы быстро подписать сметы и дальше идти с ними на согласование в бухгалтерию, а шеф задумчиво склонился над бумагами, изучает, подписывать не торопится, хотя обычно, когда я ему что-то даю, подмахивает почти не глядя.
– Вам что-то не нравится в сметах? – сухо уточняю я.
– Да. Я их не подпишу.
– Почему?
– Пока вы меня не поцелуете, хотя бы в щеку, не подпишу.
Ага, на шантаж пошел, значит.
– Хм, я надеялась подписать все быстро и идти в бухгалтерию, но ладно, отдам документы Юлиане. Мне передать ей, какую плату вы назначили за подпись?
– Нет, это мне нужно только от вас. Пока не поцелуете, не подпишу даже через Юлиану.
– Если вы не подпишете документы ни сегодня, ни завтра, ни через месяц, год и даже десятки лет, к вам, как к руководителю, могут возникнуть вопросы у вышестоящего начальства. Не боитесь смещения с должности?
– Забава, неужели я похож на человека, который боится потерять работу? Мне глубоко безразлична карьера в этой компании. Я остаюсь здесь только потому что иначе было бы скучно, да и отец упрашивал – он все еще лелеет мечты, что я втянусь и когда-нибудь займу его место.
Заинтересовалась.
– Но вы же получаете за работу деньги, они вам не нужны? Стабильный серьезный заработок. С вами ведь теперь и Мила.
– Варенька, вы что, всерьез полагаете, что эта работа – мой единственный способ заработка?
– Я не интересовалась этим вопросом.
– У меня есть несколько пассивных вложений, стабильно приносящих мне доход. Ну и небольшой бизнес ради забавы.
– Какой? – спрашиваю не из меркантильного интереса, а просто любопытно.
– Помните, где мы с вами вместе первый раз ужинали? Это заведение принадлежит мне. Как раз нужно было съездить проверить его работу.
– Что-то не верится, – с большим сомнением произношу я.
– А мне не верится, что вы всерьез могли думать, будто я живу на одну зарплату, – Каверин весело хмыкнул. – Ну так что насчет документов? Мне их подписывать, или будем доводить до моего смещения с должности? – начальник смотрит с вызовом. – В принципе, вам ведь и хорошо – мое место освободится, и у вас будут все шансы его занять.
Угу, только до этого мне папа Сережа голову открутит. Смешно, но ситуация у меня получается безвыходной. Каверин закусил удила. Хочет меня срочно к себе в постель. Это сейчас каждый раз за подписи будет плата поцелуями. Если буду на это соглашаться, то либо Влад подумает, что я в нем заинтересована, либо поймет, что я против его увольнения. Целовать, получается, нельзя, но если не сделаю этого, Каверина могут уволить. А может быть так, что Влад догадывается о назначенной его отцом мне роли? Поэтому Влад и ставит такое требование.
Надо что-то решать.
– Ну и увольняетесь, – фыркнула я, приняв решение играть до конца. – Действительно, мне, возможно, место освободится. Чем плохо?
Каверин хмыкнул и все-таки начал подписывать бумаги.
– Нет, Варенька, я не могу вас лишить своего общества. А то здесь Михаилы разные настырные бродят. Приставать к вам с поцелуями и прочими непотребствами можно только мне.
Документы забрала и быстро вышла из кабинета. Для себя решила, что теперь весь документооборот только через Юлиану, и желательно как можно реже видеть шефа.
Ну и, соответственно, прогадала со своими планами. За полчаса до окончания рабочего дня ко мне заходит начальник. Он явно сразу оценил расположение волков на столе, весело улыбнулся.
– Варвара Олеговна, я зашёл, чтобы пригласить вас к себе домой.
– Ноги моей больше не будет в вашем доме, Владислав Сергеевич.
– Варенька, давайте не будем так категоричны? Светлану Семеновну надо отпустить, а мы могли бы вместе погулять. Боюсь, что пока сам я не справлюсь со сборами и кормлением Милы. И она вас будет рада видеть.
– Вам нужно было думать об этом до того, как вы меня поцеловали.
– Я ведь пообещал, что этого больше не повторится. Вы до сих пор дуетесь? А я, тем не менее, ни о чем не жалею. В таком случае, всего вам хорошего, Варвара, и приятного вечера.
Стало грустно. Домой не хочется. Хочется к веселой милой и звонкой лапочке с ее чудесным детским смехом и озорством. Играть в прятки, баловаться, тискать ее. Вместо серого скучного вечера. Но там будет Каверин, а это большой жирный минус.
Колеблюсь пару минут, но потом все-таки звоню начальнику, сообщив, что подойду к его дому, но только после окончания рабочего дня. В ответ Влад очень тепло заверил, что они будут меня ждать.
Это неправильно, наверное, нельзя привыкать к малышке, но ничего с собой сейчас не могу поделать. На новом телефоне нет возможности подключиться к видеоняне, и я за весь день извелась, переживая, как там Мила.
Но прежде, чем идти к Владу, забежала в торговый центр и быстро купила себе, не померив, новую рубашку и простенькое удобное домашнее платье. Рубашку – чтобы не вызвать на работе у самых глазастых вопросы, чего это я уже третий день в одном и том же прихожу. А так рубашка другая, и ладно. Ну а платье взяла, чтобы больше халат Каверина не надевать, все равно мне домой тоже что-нибудь нужно было купить. А уже у самого выхода из торгового центра не удержалась, завернула в маленький магазинчик со всякими мелочами, и купила гелиевый шарик в виде белого пони с цветной гривой.
Звоню в дверь. Щелчок замка. Открывает Влад, и в открывшийся проем тут же выглядывает любопытная Милина мордашка. Я почувствовала, как мое сердце буквально тает от нежности. Тут же зашла, присела, обняла, поцеловала малышку в пухлую маленькую щёчку.
– Эх, а меня никто не целует, – весёлым тоном посетовал Влад, закрывая за мной дверь.