Истинные альфы

- Больно, - шипит Хосок, когда Чимин в очередной раз прикладывает мокрую вату к его рассечённой брови. - Ты можешь быть немного понежнее?

- А ты можешь иногда думать головой, а не быть таким импульсивным?

Чон не успевает ответить - лишь снова шипит и жмурится, когда младший намеренно брызгает перекисью на чужие отбитые костяшки.

Тогда, находясь в школьном дворе, Пак откровенно испугался. И дело даже не в чужих осуждающих и боязливых взглядах, пробирающих до костей. К ним парень (почти) привык, поэтому и не придавал им особого значения.

Чимин испугался за Хосока. Тот выглядел почти безумно и неуправляемо, когда продолжал наносить всё новые и новые удары по чужому лицу и телу, игнорируя едва слышные мольбы о помощи.

Кто-то из толпы попросил позвать учителей, и это будто бы стало сигналом для Пака. Он подскочил к старшему и тут же оттянул его в сторону, хотя тот явно этому сопротивлялся.

- Хён, пойдём отсюда, - повторял из раза в раз парень, и всё же Хосок поддался. Не сразу, конечно. Но в один момент у него что-то щёлкнуло в голове, и он безвольной куклой стал следовать за Паком.

Осознание произошедшего пришло не сразу тоже. Чон в полной мере понял, что произошло только тогда, когда младший начал обрабатывать его раны, предварительно усадив его на лавочку в парке и сходив в ближайшую аптеку.

- Я не импульсивный, - бурчит Хосок, но, встретившись с пессимистичным взглядом, вздыхает. - Он просто выбесил меня! Этот придурок, как он посмел трогать тебя и говорить эти ублюдские вещ... больно!

Чимин вновь заливает несчастные пальцы перекисью, будто бы это как-то поможет скрыть его смущение. Однако Чон, которого на данный момент волнуют лишь собственные пальцы, не обращает на это внимания. Пока что не обращает.

- Но это не значит, что ты должен был... доводить его до такого состояния. Ещё и на людях, - Пак начинает аккуратно наматывать бинты на чоновы пальцы и костяшки.

- Я должен был. Ты мой парень, Чимин. Мой, - Хосок замечает чужой румянец, а потому самодовольно улыбается. - А он мусор. Так что он заслужил, не смей жалеть его, понятно?

Чон придвигается к пакову лицу и кротко чмокает заалевшую щёку. Если Пак всегда будет реагировать на его поступки подобным образом, то Хосок не против побить ещё парочку (не)желающих.

- Дурак ты, Хосок, - вздыхает младший и всё же впервые улыбается.

- Эй, я старше.

- Дурак ты, хён.

Чон притворно дует губы и, когда истинный заканчивает с бинтами, вновь придвигается к нему, крепко обнимая и укладывая голову на крепкое плечо.

- Знаешь, - начинает тихо говорить Хосок и улыбается, когда чувствует мягкие поглаживания по спине, - как бы это странно ни было, я рад, что всё так сложилось.

- Так?

- Ага. Я про ситуацию с тем мусором. Если бы не он, то не знаю, когда бы у меня выдалась возможность... представиться твоим парнем.

Хоть Хосок и не видит эмоций младшего, он буквально чувствует его удивление и растерянность. Это вызывает тихий смешок.

- С чего вдруг такая тяга к раскрытию наших отношений?

- Помнишь Юнги-хёна? - Чимин сразу же кивает. - Он хороший советчик и... может вовремя вправить мне мозги. Теперь, конечно, для этого у меня есть ты, но всё же.

- Интересно. Я запомню это.

Широкая улыбка сама так и просится на лицо, и Хосок даже не пытается её сдержать. Сейчас он чувствует себя счастливым, как никогда. Хочется буквально кричать об этом всему миру, но он подавляет этот порыв.

Кто бы мог подумать, что Чон будет сидеть в объятьях другого парня и думать о том, как он счастлив. Жизнь и правда интересная штука.

- Чим. Кажется, я...

Собственный телефон неприятно вибрирует в кармане штанов, и Хосок вздрагивает, так и не решаясь закончить фразу. На дисплее высвечивается сухое 'отец', и Чон уже хочет сбросить входящий звонок. Но что-то внутри скребётся и настаивает, чтобы альфа ответил.

Хосок выдыхает и, когда истинный мягко переплетает с ним пальцы, тем самым показывая свою поддержку, всё же принимает вызов.

- Чон Хосок, какого чёрта происходит? - прикрикивает Джин, и даже Чимин чуть дёргается от чужого голоса. Старший альфа явно очень зол. - Почему мне звонят из школы и говорят, что ты избил и довёл кого-то до обморочного состояния?

- Потому что это так? - спокойно отвечает Хосок и чувствует, как отец на той стороне начинает закипать ещё больше.

- Где ты? Немедленно возвращайся домой, нам предстоит серьёзный разговор.

Джин сбрасывает звонок, а Хосок закатывает глаза, цокая. Он не планировал ехать к отцу в ближайшее время.

- Ты ведь поедешь домой? - осторожно интересуется Чимин, всё ещё не отпуская руку старшего.

- Не хочу, но... я знаю, что должен, - парень вздыхает и вновь льнёт к Паку, утыкаясь носом прямо в яркую метку.

- Постарайся не ссориться с ним. Просто поговорите и разрешите всё мирно. Пожалуйста?

- Я постараюсь.

- Ну и как ты объяснишь это?

Хосок даже слова не успевает вставить. Он переводит взгляд с напряжённого отца на экран дорогой плазмы, на которой можно заметить несколько видео, снятых в школьном дворе.

- Что именно? - младший альфа присаживается на кресло перед столом Джином и смотрит нейтрально. Он постарается закончить всё мирно, как того хотел Чимин. - Говори конкретнее, отец.

Мужчина нажимает пару кнопок на пульте, и теперь Хосок слышит отчётливое:

« Пак Чимин - мой парень. И если кто-то из вас, ублюдков, посмеет хотя бы пальцем его тронуть, я, блять, выбью душу из каждого.»

- И? - парень продолжает смотреть всё также невозмутимо.

- И? Что это значит, Хосок? Это шутки такие? - по лицу Джин становится понятно, как вновь в нём просыпается гнев. Младший сглатывает, но говорит вполне уверено.

- С чего бы? Я всё по факту сказал.

- По факту, значит.

Мужчина как-то неестественно усмехается и глядит теперь куда-то в потолок. Он молчит долго, Хосок даже думает просто уйти и оставить отца одного, но Джин всё же переводит на удивление беззлобный взгляд на сына.
- То есть... из-за твоего парня. Из-за него ты буквально нарушил закон. За это сажают, Хосок, ты это понимаешь? Ты чуть не убил человека из-за своего парня, а мне пришлось это разгребать. Пришлось заплатить кругленькую сумму родителям пострадавших и полиции, чтобы это дело закрыли без последствий, а все свидетели удалили доказательства. Из-за твоего парня все мои усилия могли обесцениться, а пост мэра помахал бы мне ручкой... и это просто из-за какого-то парня. Я знаю, гормоны шалят, хочется попробовать что-то новое, даже встречаться с альфой, но ты понимаешь, что из-за этого короткого влечения...

- Нет, - рыкает Хосок, больше не выдерживая. Ему не нравится, что отец фактически не воспринимает Чимина всерьёз. Не воспринимает их всерьёз. - Он не просто влечение. Мы истинные.

- Так и знал, - Джин сминает какой-то лист со стола в своей руке и тут же отбрасывает его в сторону. Ему тогда и правда не показалось. - Произошла ошибка, с этим ничего не...

- Нет! - Хосок вновь перебивает отца, замечая его потемневший, не сулящий ничего хорошего взгляд. - Никакой ошибки, я... я люблю его, отец. И мне плевать на всё остальное.

Парень чувствует настоящее облегчение. Он озвучил то, что давно вертелось у него на языке, но смелости не хватало, чтобы произнести слова вслух. Но он сделал это. И теперь точно уверен в том, что всё происходящее - не ошибка. Всё именно так, как и должно было происходить с самого начала.
- Любишь? - переспрашивает Джин и мгновенно морщится. - Шутишь, что ли?

Весь внешний вид мужчины так и говорит о том, что ему неприятно. Ему просто мерзко от мысли о том, что Хосок, его единственный сын, является не таким. Неправильным и жалким.

- Скажи же, блять, что ты шутишь? - кричит Джин, и Хосок крупно вздрагивает от такой реакции. Он не ожидал, что отец не поддержит его. Не ожидал увидеть прямую ненависть на лице мужчины снова. Прямо как в детстве.

- Не шучу, - младший говорит без единой эмоции. - Чимин - тот, кого я люблю и тот, ради кого я сделаю всё, что угодно. Даже уйду из этого дома.

- Выметайся.

Хосок горько усмехается и действительно уходит, забрав с собой только самое необходимое и важное.

- Чимин-и, - тихо обращается, когда уже сидит в своей машине.

- Хён? Как всё прошло?

- Могу я приехать?

- Жду тебя.

Больше слов и не требуется.