3 глава
Как и предполагал Юнги, жизнь хосок с переводом в другую школу особо не изменилась. Его всё так же окружает множество людей, которые пытаются добиться его расположения к себе. Альфы поддерживают любую начатую Чоном тему, всеми силами стараясь показать, что они с ним на одной волне.
А красивые (и не очень) омеги только и делают, что осыпают парня самодельными подарками, смеются над его шутками и нелепо пытаются флиртовать. Ничего нового, ничего необычного и ничего интересного. Ну почти. Пак чимин. Только от одного имени в хосок просыпается неудержимая ненависть.
Она кипит где-то глубоко внутри, и сдерживать её практически невозможно. Хочется всё крушить и ломать на своём пути. А ещё больше хочется сломать Чимина. Ведь как так? Из миллиардов милых омег его истинным оказывается альфа. Грёбанный альфа, от вида которого у Чона появляется только одно желание — уничтожить. Чтобы этот отброс знал своё место.
— И снова. Ты мне даже не ответишь? — усмехается хосок и рассматривает порядком избитого Пака. — Неужели ты не просто мерзкий, но ещё и такой слабый?
Чимин лишь на секунду прикрывает глаза и старается выровнять своё дыхание. Чон перевёлся около двух недель назад, однако уже всё тело Пака в страшных гематомах. На руках, на ногах, плечах и рёбрах — они повсюду, даже на лице. Кажется, происходящее доставляет Хосок особое удовольствие. Поймать чимина, избить Чимин, наговорить гадостей чимину,и с широкой улыбкой уехать домой, оставляя своего истинного валяться где-то на заднем дворе школы.
Пак окидывает хосок презирающим взглядом и кривится. Может быть, он и слабее Чона, Только это вовсе не означает, что он слабак. Наивно думать вот так.
— Конечно, слабый, — впервые за долгое время подаёт голос чимин, что вызывает недоумение на лице старшего. — Такой же, как и ты.
Хосок хмурится, но ответить не успевает — Пак резко поддаётся вперёд, хватает его за рубашку и со всей силы тянет вниз, на себя. Чон почти успевает среагировать, вот только чимин, схватив на этот раз чужое плечо, сильно толкает Хосок, заставляя его упасть на спину.
— Какого… — рыкает альфа, жмурясь от боли, а после распахивает глаза, когда понимает, что Пак забрался на него сверху, прижимая к земле его руки и его самого. — Что ты…
Хосок не договаривает. Чимин ударяет его куда-то в скулу, заставляя больно закусить язык. На этом парень не останавливается. Он продолжает наносить удары по чужому лицу и груди, не давая Чону предпринять хоть что-то.
Чимин устал. Устал от почти каждодневных побоев и синяков. Устал чувствовать унижения от человека, которому он ничегошеньки не сделал. Устал придумывать оправдания для мамы, ведь та волнуется не на шутку, замечая на любимом сыне страшные гематомы. Просто устал. Он человек добрый и терпеливый на самом-то деле, но… не сейчас.
Пак прекращает свои действия, ставя свои руки по разные стороны от чужой головы. Он осматривает чоново лицо и понимает, что слегка переборщил. Чёрт.
— Отстань от меня, — сипло проговаривает Чимин, смотря прямо в тёмные глаза, в которых плещется гнев. — Я, блять, не виноват, что так вышло, понимаешь? Я тоже не хочу иметь ничего общего с таким, как ты, так что просто не лезь ко мне.
С угрожающим рыком хосок пытается вырваться из-под альфы, но тот не поддаётся, концентрируя все свои силы в ногах.
— Я без тебя знаю, что мне делать, — всё так же рычит Чон, а после сплёвывает кровью в чужое лицо.
Чимин вздыхает и качает головой. Кажется, у его истинного есть всё: внешность, деньги и статус, да вот мозгов, увы, не хватает. Как жаль.
— Глупый ребёнок. Пак ударяет парня в солнечное сплетение, а после резко срывается с места, стараясь игнорировать тянущую боль в лодыжке. Он успевает убежать до того, как Хосок более или менее приходит в себя.
— Ты пожалеешь, что родился, Пак чимин, — шепчет Чон, принимая сидячее положение. Кожа лица неприятно жжётся, а дышать стало как-то тяжело. Альфа достаёт телефон и включает фронтальную камеру, осматривая своё лицо.
— Блять, — сквозь зубы рычит хосок, в полной мере осознавая, что Чимин от души постарался
— Точно пожалеешь.
— Отец! Мне нужно срочно с тобой поговорить! Джина очень удивляет тот факт, что сын пришёл к нему по своей воле, но всё же от своих бумаг он не отвлекается — работы навалом.
— Говори. Я внимательно тебя слушаю, — чуть кивает головой и подписывает очередной договор.
— Для начала посмотри на меня. Мужчина раздражённо закатывает глаза, но когда всё же поднимает взгляд, почти сразу же подскакивая с места.
— Что с тобой случилось? Кто сделал это с тобой? А я всегда был против того, чтобы ты занимался танцами. — старший начинает быстро тараторить, не давая сыну и слово вставить.
— хосок, это ненормально, ты понимаешь?
— Отец, танцы не причем, хватит! — парню всё же удаётся прервать джина.
— Меня избил парень из моего класса. Вообще-то Хосок не хочется говорить это, ведь так он выставляет себя слабым. Но по-другому сейчас не получится — нужно придерживаться задуманного плана.
— Поэтому я хочу, чтобы ты мне дал доступ к базе данных. Я знаю, что он у тебя есть.
— Погоди. Причём тут база данных? — джин хмурится. — Зачем она тебе? — Хочу кое-что узнать про этого парня и… подружиться, — хосок невинно улыбается (насколько позволяет его внешний вид). — Поможешь? — Подружиться? — старший хмурится сильнее, не понимая в чём заключается смысл просьбы сына.
— С человеком, который тебя избил?
— Да, — парень воодушевленно кивает головой.
— А за что он избил тебя?
Хосок, закусывает губу, судорожно пытаясь придумать причину. Из-за чего же?
— Да он… просто мы неправильно друг друга поняли, — неестественно смеётся альфа. — Вот он и налетел на меня.
— Звучит неубедительно, знаешь ли, — цокает Джин, заставляя теперь уже сына хмурить брови, копируя тем самым его же выражение лица.
— Почему же это?
— Сомневаюсь, что кто-то бы осмелился избить тебя из-за простого недопонимания. Ты ведь довёл этого человека, да? Довёл, и он просто не сдержался? А теперь ты собираешься как-то отомстить ему?
— То есть ты не веришь мне? — вопросом на многочисленные вопросы отвечает младший. Отец, конечно, прав, но хосок не собирается признавать этого.
— Не верю.
— Вот значит как, — хмыкает Хосок и зло смотрит на Джин. — Получается, что ты на стороне того, кто избил твоего сына. Класс, спасибо, самый лучший отец.
— Я всегда на твоей стороне, — уже злится мужчина. — Но я знаю тебя и твои заскоки, так что могу делать определенные выводы.
— Да пошёл ты со своими выводами, — рыкает хосок и уходит из кабинета.
Настроение скатилось ниже плинтуса, хотя, казалось бы, куда ниже.
— Я дома. Чимин разувается и ставит обувь в угол. Он стоит на пороге некоторое время, пытаясь собраться и выглядеть менее помятым, но выходит у него не очень. Пак проходит на кухню, где за плитой во всю хозяйничает Пак Джухён, его любимая и неповторимая мама. Кажется, женщина слишком увлеклась, так как она до сих пор не заметила присутствия сына в доме. Чимин неслышно подходит к матери и мягко обнимает её со спины, располагая свой подбородок на чужой макушке.
— Боже, чимини! Ты меня напугал,
— Джухён хватается за сердце и прикрывает глаза.
— Хочешь, чтобы я прям здесь коньки отбросила?
— Прости, мамуль, — тихо посмеивается альфа, чувствуя приятное тепло от нахождения рядом любимого человека. Все проблемы будто бы отходят на дальний план.
— Больше так не буду.
— Ты всегда так говоришь, негодник, — вздыхает омега, а после разворачивается в объятиях сына. Её глаза расширяются, а маленькая ладонь ложится на чужую щёку. — Это что такое, Чимин?
Парень мягко улыбается, стараясь успокоить этим взволнованную женщину. Хосок сегодня разбил ему губу, так что неудивительно, что Джухён так отреагировала. — Мам, не волнуйся,
— чимин накрывает чужую ладонь своей и нежно сжимает её.
— Просто неудачная тренировка, ничего такого.
— Но…
— Ты же его слышала, Джу, не лезь к сыну.
— Привет, пап, — здоровается младший альфа и благодарно улыбается, получая кивок в ответ. — Но Джун! Я не хочу, чтобы какая-то глупая борьба так вредила Мини ! — громко возмущается омега, чуть топая ногой.
— Это закаляет меня, мам, всё в порядке, — уверяет парень, но женщина всё так же смотрит на него недоверчиво.
После самых первых побоев Чимин ляпнул родителям первое, что пришло в голову. «Да друг затащил меня на кружок вольной борьбы. У него там связи, так что всё просто и бесплатно, не волнуйтесь».
Папа тогда одобрительно показал большой палец, но попросил быть более осторожным. А мама лишь покачала головой, стараясь сдерживать непрошенные слёзы, — страшно за сына, но перечить двум альфам она не сможет.
— Чимин, родной, иди переодеваться. Я обработаю тебе рану, а после будем все вместе ужинать. Чимин кивает и счастливо улыбается. Как бы сложно ни было, он рад, что живёт в семье таких прекрасных людей.