Кристофер

"Каждые семь секунд один человек в мире сходит с ума.
я думаю, скоро настанет моя седьмая секунда."

М. Фрай

Пора вернуться в настоящее. То самое настоящее, в котором я пытаюсь жить, каждый раз, словно беспомощная рыба, ища воду, чтобы не исчезнуть без следа, без напоминания о том, что когда-то я был здесь.

Мои ноги устало вели меня вдоль городских улиц. Холодный ветер заставлял мои волосы кружась, превращаться в солому. Я, дрожа, замерзшими пальцами высоко поднимал воротник своей старой куртки, прикрывая горло, дабы не подхватить ангину. Осенние ночи в Готэме удивительно прохладные и сырые.

Пересекая знакомые перекрёстки, я вновь находился в поисках очередного ночлега. Жаль, люди здесь отличаются сильной завистливостью и злобой, поэтому, проситься переночевать к какому-нибудь работнику —  чистой воды самоубийство. Незаметно проскользнув в малознакомый городской переулок, я заметил небольшую кирпичную арку. Мой шаг вскоре превратился в лёгкий бег, и наконец мои ноги ощутили острые концы, поломанных плит бетона. Быстро оглядываясь по сторонам, я увидел небольшое пыльное покрывало, лежавшее в углу. Схватив ткань за один из концов, я с силой притянул её к себе. Постелив покрывало под собой, сложив в два раза, я попытался лечь, подложив руку под голову. Я мысленно благодарил Бога за подаренное мне место не под открытым небом, как было в прошлый раз.
Холод постепенно начал отступать, давая теплу занять его расположение.

Мои глаза начали устало слипаться, а тело вмиг обмякло и расслабилось. Я готов было прямо сейчас провалиться в крепкий сон, но вдруг послышался лёгкий шорох. Тяжелые шаги, направляющиеся в мою сторону, наполнили всё пространство вокруг арки. Моё сердце начало быстро биться, с силой ударяясь в ребра. Я чувствовал, как моя кожа начала бледнеть, отчего стал выступать холодный пот. Мои мышцы стали сильно дрожать, а дыхание участилось вдвойне. Сухость рта вмиг дала о себе знать, а голос будто пропал. Страх за свою жизнь быстро овладел мной. Я хотел встать и убежать, но моё тело стало словно парализованным. Неожиданно, включился свет, а фигура, направляющаяся в мою сторону, стала отчётливей. Это был мужчина пожилых лет. В его руках было что-то, напоминающее ружьё. Я начал мысленно вспоминать голубоглазку и все те моменты, которые, хоть как-то украшали мою никчемную жизнь. Я стал думать, что вот-вот и моё существование здесь оказалось совершенно напрасным, поэтому сейчас, через минуту я покину этот мир и предстану перед другим.

— Ты в порядке? — спросил мужчина, осторожно наклонившись ко мне, убирая ружьё за спину.

Я начал медленно открывать глаза. Моему взору представилось мягкое лицо старика с седыми, взъерошенными волосами, слегка спадающими на уши. Его добрые глаза начали неспеша блуждать по моему жалкому облику.

— Давай руку. — он протянул мне свою большую ладонь, помогая встать.

— Спасибо. — еле протянул я, поднимаясь с покрывала.

Старик начал бережно отряхивать пыль и небольшие куски бетона с моих штанов. Сняв с себя длинную куртку, он аккуратно надел её на мои плечи. Вещь была вдвое больше меня, и я с лёгкостью мог полностью поместиться в ней.

— Пойдём, — улыбнулся мужчина, указывая рукой в сторону своего небольшого домика, — тебе нужно согреться.

Сделав пару шагов, я понял, что куртка старика волочится по земле, собирая грязь. Я начал быстро поднимать её вверх, но из-за размера вещи это было почти невозможно.

— Брось, — сказал мужчина, махая рукой вниз, — её легко почистить.

Незаметно пожав плечами, я кивнул старику, следуя за ним в сторону дома.

Переступив порог жилища мужчины, я очутился в небольшой прихожей. Несколько пар обуви аккуратно стояли в полуоткрытом шкафу. Чуть выше висели различного вида куртки и шерстяные кофты.

— Снимай обувь и проходи в гостиную, — вновь улыбнулся старик, покинув прихожую.

Аккуратно сняв свои дырявые ботинки и убрав их под шкаф, я последовал за мужчиной.

— Присаживайся. — произнёс он, указывая на стул, стоявший рядом со столом. — Как тебя зовут? —   достав из серванта бутылку белого вина, он поставил два бокала.

— Нет, что вы, мне неудобно. — заикаясь, произнёс я.

— Не обижай старого хрыча, — улыбнулся он, усаживаясь на такой же стул. — Так, всё-таки, какое твоё имя? — открыв вино, он неспеша разлил его по нашим бокалам.

— Крис. — тихо сказал я, наблюдая за действиями старика.

В камине ярко пылал огонь, и мягкий свет электрических лампочек, ввинченных в серебряные лилии, переливался в наших бокалах. Стул, будто ласкался ко мне; в комнате царила та блаженная атмосфера, когда мысль, свободная от строгой определенности, легко скользит с предмета на предмет.

— Мистер Харрис, — улыбнулся мужчина, жестом, предлагая удариться бокалами.

Отчетливый звон наполнил гостиную, а по моему горлу осторожно разлилось вино, заставив ощутить лёгкое жжение.

Фамилия мужчины вмиг залезла в мою разум, начав словно вихрем вскрывать моё подсознание. Я будто понимал что-то, словно знал, но невидимая оболочка не позволяла мне докопаться до истинного значения.

— Ты о чем-то задумался? — его голубые глаза искрились и сияли, — Поделись.

— Да нет, всё нормально. — не умеючи солгав, ответил я.

— Хорошо. — подмигнул старик, поднимая бокал вверх, — Тогда, расскажи мне о себе, в частности о том, как ты в такой поздний час оказался под моей аркой. — лёгкая ухмылка озарила его лицо.

— Я... — замялся я, пытаясь увильнуть от взгляда мужчины. — просто искал ночлег. — опустив голову вниз, ответил я.

— Хорошо, я понял, что эта больная тема для тебя. Тогда, не будем её затрагивать. — он вновь подмигнул. — Что ж, значит, тебе негде переночевать, поэтому, можешь остаться у меня, а утром решим, что будет дальше.

— Ещё раз большое спасибо, — лёгкая улыбка появилась на моём лице, — Но, можно вопрос?

— Несомненно, парень. — ответил старик.

— Почему Вы добры со мной? Я ведь обычный бродяга, а у Вас, как мне кажется, хоть какой-то, но есть достаток, поэтому, Вы должны презирать меня... — каждое, произнесённое слово, давалось мне с огромной силой.

— Ты привык к такому отношению со стороны общества, и поэтому, уверен в том, что все ненавидят тебя, даже не зная, тебя и твою историю. — мягко ответил старик, негромко вздохнув, — Мне искренне жаль тебя, Крис, и я попытаюсь помочь тебе, но если ты откажешься, я приму твой выбор.

— Спасибо. — наконец выдохнув, ответил я.

Неожиданно мужчина встал изо стола, и прихрамывая, вышел из комнаты. Странно, но до этого, я не замечал его хромоты.

— С твоего позволения, я закурю. — вернувшись в комнату, старик сел обратно за стол, вытащив одну сигарету из пачки.

— Да, конечно. — замялся я, поудобнее усаживаясь на стул.

Я сидел тихо, аккуратно сложив руки на коленях. Мой взор неспеша бродил по гостиной, ненадолго останавливаясь на некоторых предметах декора. Старик курил сигарету, и прищурившись, будто изучая, незаметно наблюдал за мною.

— Простите, — тихо произнёс я, посмотрев на старика, тот положительно кивнул, — какова причина Вашей хромоты? — я наконец отважился задать вопрос.

— Ничего особенного, — отмахнулся мужчина, — утром тесак упал мне на ногу, к счастью, ручкой, а то сейчас бы я сидел не здесь с тобой, а занимал почётное место в травмпункте. — он негромко засмеялся, затянув сигарету.

Улыбнувшись, я направил свой взгляд в сторону окна. Вид был удивительным: небо окрасилось в ту удивительную синеву, приобрело тот чудесный оттенок, который появляется в ранние сумерки; солнце превратилось в огненную полосу, дугой сверкавшую от востока до запада, а луна — в такую же полосу, слабо струившегося света.

— Пора на боковую. — произнёс мужчина, убирая бокалы. — Пойдём в соседнюю комнату, я тебе постелю.

Аккуратно поднявшись со стула и задвинув его обратно под стол, я направился за стариком. Мы вошли в небольшую комнату, увешанную старыми коврами, которые придавали помещению уютный облик.

— Располагайся, — сказал мужчина, стянув покрывало с небольшой кровати.

— Спасибо, — сказал я, ложась на постель.

— Слишком много вежливости. — улыбнулся он, — То, что я делаю для тебя сейчас, это минимум моих возможностей. Спокойной ночи. — нажав на выключатель света, старик вышел из комнаты. Его шаги начали медленно отдаляться, а вскоре и вовсе прекратились.

Вначале я чувствовал напряжение в теле, ведь не каждый день мне выпадала возможность ночевать у кого-то, а не на каком-нибудь покрывале или прямо на земле под открытым небом.

Вся усталость, скопившаяся на протяжении всего дня, будто разом взвалилась на мои плечи. Разум начал отключаться и вскоре, чёрная тьма окутала моё тело, забрав в свой бесконечный плен.