Зимородок. Эра Корхан (РЕДАКТИРУЕТСЯ)

Всем доброе утро. Глава получилась короткой, но эмоциональной. Приятного чтения.

«Иногда вам просто нужно смириться с тем фактом,
что ваша жизнь более не будет такой, как раньше.
Просто нужно напомнить себе, что окончание чего-то старого
влечёт за собой начало чего-то нового».

Сейран не хотелось, что бы этот вечер не заканчивался. Никто не знает, что будет завтра. Стоит ли доверять плану Тарыку? Получится ли все так, как запланировано. А если нет? Сейран потеряет Ферита навсегда.
- Я люблю тебя, Ферит. – Тихо прошептала она.
-Я люблю тебя, Сейран. – Так же тихо он проговорил ей в ответ.
- Люби меня, только меня.

Четверг, утро

Ферит наблюдал за спящей женой. Сегодня все закончится. Весь этот кошмар завершится. Кто бы мог подумать, что за полутора месяца жизнь Ферита изменится. Из бабника и любителя шумных тусовок, он превратиться в любящего мужа. Его фисташка рядом. Женщина, которая нежная снаружи, но может показать свои коготки. Ферит чуть не сошел с ума, когда узнал о ее похищение. Они вместе прошли этот этап. И сегодня нужно поставить жирную точку в конце этой истории.
Сейран поморщила нос от проникающих лучей солнца.
- Доброе утро. – Она улыбнулась.
- Доброе. - Ферит коснулся ее губ в поцелуе.
- Сегодня нас ждет трудный день. Ферит, я боюсь.
- Не бойся, я всегда рядом с тобой. – Ферит поцеловал ее руку. – Идем, примем душ вместе.
Ферит потянул жену к себе. Он подхватил ее под ягодицы. Сейран обняла его руками за шею, а ногами за торс. В душевой, он настроил воду и отпустил фисташку на пол. Струи воды обволакивали их тела. Сейран прижалась к мужу. Он гладил ее по волосам, спускаясь вдоль позвоночника к пояснице и назад.
- Я хочу стоять так вечно. – Сейран прильнула губами к пульсирующей вене. – Хочу вечно находиться в твоих объятиях.
- Почему ты так говоришь, Сейран? – Ферит немного отстранился от нее и заглянул в глаза.
- Я боюсь, что сегодня что-то пойдет не плану. Я чувствую это. Я боюсь потерять тебя. – На ее глазах появились слезы.
- Ты не потеряешь меня, любимая. – Ферит начал вытирать ее слезы. – Слышишь? Не смей так думать. – Он взял ее лицо в свои ладони.
Сейран закивала головой. Ферит притянул ее к себе, хватаясь за затылок. Его подбородок упирался ей в макушку. Он слышал ее всхлипывания. Когда же это все закончиться?

Четверг, незадолго до презентации, номер отеля

Сейран надела то самое платье, которое она выбрала вместе с Феритом в одном из бутиков торгового центра Стамбула. Ферит надел на себя классический черный смокинг и белую рубашку. Ярким аксессуаром был галстук в тон платья Сейран.
Из внутреннего кармана, Ферит достал капсулу и протянул жене.
- Ее нужно спрятать под платье. – Сказал Ферит.
- На мне кроме нижнего белья и платья ничего нет.
- Значит, кладем его вот сюда. – Ферит немного отодвинул вырез на платье. Потянув край бюстгальтера, он поместил капсулу между правой грудью и тканью. – Не раздави раньше времени, фисташка. – Подмигнул он ей.
- Постараюсь. – Подмигнув ему в ответ, проговорила Сейран.

Четверг, презентация коллекции

Сейран и Ферит вошли в просторный выставочный зал. Небольшая сцена была украшена дорогими гирляндами, которые светились нежно – бирюзовым цветом. Перед сценой стояли шесть выставочных витрин с украшениями из новой коллекции.
Взгляды присутствующих людей были устремлены на одну хрупкую, но невероятно женственную даму. Именно эту даму к себе прижимал Ферит. Наверное, Ферит мог бы солгать кому-то, что не ревнует свою жену. Но это не так. Ему не нравились голодные взгляды мужчины. Хотя многие из них пришли со своими женами, подругами, невестами или любовницами.
Все что хотел сейчас сделать Ферит, так это перекинуть свою фисташку через плечо и увезти отсюда куда подальше. Чтобы ни один мужчина не мог на нее смотреть, кроме него самого. Его женщина – только для его глаз.
Сейран уверенно двигалась в толпу людей, среди которых находилась ее семья. Прошлая и настоящая. Мама Эсме и папа Кязым весело смеялись, слушая очередные рассказы о похождениях молодого Халиса. Кайя и Суна рассматривали мольберт с картиной, которая стояла на сцене справа в переднем углу. Гюльгюн прижалась к плечу Орхана и попивала дорогое вино. Ифакат заметив Сейран, поспешила к ней.
- Сейран, мы можем поговорить? – Спросила рыжеволосая бестия.
- Конечно, госпожа Ифакат.
Две женщины пробирались сквозь толпу людей, пришедшие посмотреть собственными глазами на первое творение внука великого и могущественного Халиса Корхана. Среди них были бизнесмены, миллиардеры, чиновники, даже ходили слухи, что главы стамбульских мафий тоже присутствуют. Правда это или нет – не известно. Мир полон слухов. Пока не столкнешься, не узнаешь.
- Сейран, дочка, я еще раз хочу попросить у тебя прощение за разговор тогда на лестнице. Помнишь?
- Разве такое забудешь? – Сейран ухмыльнулась краешком рта.
- Я была не права. – Ифакат взяла ее руку в свою. – Я действительно в тот момент так думала. Зная Ферита, я была уверена, что он не изменится после женитьбы.
- Почему же? Вы считали, что я слишком проста для его круга общения?
- Нет. – Секундное замешательство. – Да. – Призналась Ифакат. – Ты не вписывалась в его круг и его образ жизни.
- Что заставило вас поменять свое мнение? – Продолжала Сейран, гордо держа голову.
- Твой характер. Он заставил меня поменять.
- Хм, характер. – Задумчиво произнесла фисташка, слегка приподнимая брови. – Хорошо. Что-то еще? Мне нужно спешить. Скоро нам с Феритом нужно сказать несколько слов гостям.
- Да. Дочка, прости за то, что я тебя отдала Кязыму и Эсме. – Ифакат убрала руку. – Я не хотела этого, но у меня не было выбора.
- Выбор есть всегда. – Четко и немного строго произнесла Сейран. – Вы обменяли свою кровную дочь на статус в обществе. Чтобы империя Корхан процветала, вы избавились от собственного ребенка. Что вы сейчас от меня хотите? Правда. Я искренне этого не понимаю. Вы думали, я обрадуюсь открывшейся правде? Нет. Эта фамилия ничего кроме боли мне не принесла. Ферит вам все рассказал, не так ли?
- Все до последнего слова. – Ифакат внимательно слушала дочь.
- И вы знаете, что сейчас ставки в игре очень высоки?
- К сожалению. – Глаза Ифакат начинали заполняться слезами.
- И сейчас цена победа империи Корхан – это моя жизнь. МОЯ, ни ваши, ни самого Халиса Корхана, ни кого-либо другого из семьи. МОЯ жизнь. Не пытайтесь себя оправдать отсутствием выбора 19 лет назад, госпожа Ифакат. Для вас моя жизнь теперь такая же ничтожная, как и тогда в Антепе.
Не став больше слушать оправдания Ифакат, Сейран развернулась и направилась к мужу.
- Все хорошо? – В тоне Ферита звучала тревога. – О чем ты с ней говорила, что на тебе сейчас лица нет?
- Ни о чем. – Сейран взяла бокал вина у проходящего мимо официанта и залпом его осушила.
- Ого! – Удивился Ферит. – И это ни чего?
- Именно. – Сейран поставила пустой бокал на поднос второго проходящего официанта. – А где твой отец?
- Не знаю, он был тут. – Ферит огляделся по сторонам. – Идем, нам пора на сцену.
Сейран чувствовала тревогу. Кровь внутри начинала закипать, уши закладывало, она слышала биение своего сердца, вена на шее нервно начала пульсировать. Поднявшись на сцену, Ферит и Сейран встали справа, перед картиной, посередине стоял Халис и Ифакат, а справа встала Гюльгюн. Ее глаза искали в толпе Орхана.
- Друзья! – Начал свою речь Халис. – Наша семья рада приветствовать вас на презентации новой коллекцией. Ювелирные украшения бренда, выпускаемые под именем Халиса Корхана известны не только в Турции, но и за рубежом. И нам приятно, что в Париже мы открываем магазин с нашими фирменными украшениями. Но сегодня мне вдвойне приятно находиться в Париже, так как сегодня в производство поступает коллекция под именем моего внука – Ферита Корхана.
В зале раздались аплодисменты.
- Всем спасибо. – Ферит подошел к микрофону, держа за руку свою фисташку. – Мне очень приятно, что моя первая коллекция будет запущена именно в Париже. В городе любви. – Он повернулся к Сейран. – Эскизов этих всех украшений коснулась рука моей жены – Сейран Корхан. Поэтому будет не честно считать, что я работал над ней один. Еще хочу поблагодарить своего кузена Кайя. – Он посмотрел в толпу людей. – И его супругу – Суну. Без вас работа была бы не законченной. Но больше всего хочу поблагодарить свою жену. Сейран. – Он вновь повернулся к ней. – В тот день, когда я тебя впервые увидел в магазине фисташек господина Вакаса, я не мог представить, что мое сердце будет навсегда похищено. Похищено тобой. Влюбился с первого взгляда. И ни на секунду я не пожалел об этом. Сейран, моя антеповская фисташка – ты мое солнце, которое светит только для меня; ты мой компас, который указывает путь; ты мое сердце, которое заставляет меня жить; ты моя муза, вдохновляющая творить. Я люблю тебя!
Толпа вновь разразилась аплодисментами.
- Как трогательно! Прямо сейчас слезу пущу. – Раздался голос и толпа начала расходиться.
Сейран прижалась к мужу. Голос казался всем знакомым.
- Ты загнала меня в угол, Сейран Шанлы. – Голос продолжал звучать в толпе. – И ты за это сегодня заплатишь.
Среди толпы начал появляться силуэт мужчины. Семья Корхан прекрасно узнали эту фигуру и голос.
- Единственная наследница и внучка Халиса Корхана! – Голос начал смеяться. – Вся слова достается Фериту, а я вновь в тени! Не хорошо, Ферит! Очень не хорошо, Халис. – Фигура вышла из толпы.
- Орхан? – Халис безмолвно произнес его имя.
- Да, папочка – я. А ты думал, кто-то другой? А нет – это я. – Орхан засмеялся в голос.
Он достал пистолет. Толпа людей начала быстро покидать зал, оставляя семейство Корхан и Шанлы один на один. Ферит встал перед женой, заграждая ее своей спиной.
- Я для тебя, отец, никогда не был ценным. Ты меня не любил. Даже сейчас, ты готов передать нашу империю, в которую я тоже внес не малое, своему внуку, который тебе не внук. Ха! – Орхан продолжал держать пистолет, направленный на Сейран. – Как бы это парадоксально не звучало бы.
- Убери пистолет, папа. – Произнес Ферит.
- Нет, сегодня все закончиться. Сейран, а ты знаешь кто твой отец? – Вдруг спросил Орхан. – Нет, конечно, ты знаешь кто. Я про то, кем он является на самом деле.
Сейран перевела взгляд на Кязыма. Ни один мускул на его лице не дрогнул.
- Давай, Кязым, расскажи своей дочурки кто ты. – Усмехался Орхан. – ДАВАЙ!
Орхан направил на него пистолет.
- А может ты, Халис Корхан, уже признаешься всем, кем являешься? Ювелирный бизнес это только прикрытие.
- Папа Орхан. – Сейран начала выходить из-за спины мужа. – О чем вы говорите?
- Не смей ей говорить. – Прошипел Халис.
- А что? Пусть знает! – Крикнул Орхан и вновь направил оружие на Кязыма. – Твой отец, Сейран …
Выстрел! Сейран вздрогнула. Заметив, что Кязым стоит на своих ногах, она кинулась к нему. Еще один выстрел! И Сейран застывает на месте. Сильная боль пронзает ее грудь. Она опускает голову и видит кровь. Дрожащими руками дотрагивается на кровавого места, и падает на колени.
- Сейран! – Она слышит голос любимого. – Нет! Нет! Нет! Не сейчас! – Он падает с ней рядом на колени, ловя ее тело.

Все взгляды направлены на Орхана, который безмолвно упал на пол, истекая кровью. Затем их взгляды переместились на фигуру человека, который выстрелил. Это был Тарык. Он бросил пистолет и побежал к Сейран.
-Сейран, сестренка, прости. – Его глаза были полными слез.
Ферит ничего не понимал.
Кто-то из семьи набрал скорую помощь.
-Сейран, открой глаза! – Молил Ферит, но Сейран не реагировала. – Не оставляй меня, Сейран!!!
Говорят, перед смертью у человека проноситься вся жизнь перед глазами. Нет, у Сейран точно не так. Ферит – вот чей образ промелькнул у нее перед глазами. Их проведенное время, отдых в Мармарисе, страстная близость, их близкие и интимные часы, проведенные за рисованием. Его глаза, губы, сильные руки, его жаркое тело, прикасания и ласки – вот что было у Сейран. А дальше? Дальше пустота.

Четверг, больница в Париже

- Ты, почему ты не действовал по плану! – Ферит ударил Тарыка в лицо в больничном коридоре. – Почему? – Ещё один удар. – Почему? – Вновь удар.
Тарык выдерживал каждый удар Ферита. Он понимал, как сильно он облажался. Нет, Сейран не должна была пострадать, все должно было быть по-другому.
-Это я представлял для нее угрозу? – Еще один удар. – Я!
Ферит был в ярости. Он наносил удары один за другим. Никто не решался его остановить. Никто не хотел попасть под его раздачу. В больничном коридоре собрались все. Ифакат, Гюльгюн, Кайя, Суна и Халис стояли в одном конце коридора, а Кязым и Эсме в другом.
- Здравствуйте. – В коридоре раздался голос врача. – Кто муж?
Ферит оторвавшись от Тарыка, подошел к доктору.
- Я. Как моя жена? Скажите, с ней все в порядке?
- Мы сделали все возможное. Но мы не смогли сохранить жизнь вашей жене. Извините. Примите наши соболезнования. – Доктор направился в сторону Тарыка.
Подойдя к нему, он наклонился и что-то сказал на ухо. Затем поднялся и направился к выходу.
«Примите наши соболезнования» - Пульсирующим эхом отдавалось в голове Ферита. Он упал на колени, схватился за голову.
- НЕЕЕЕТ! – Прокричал Ферит, совершенно обессиленный он упал на колени, припадая лбом к полу.
Гюльгюн бросилась к сыну. Кайя и Суна подхватили Халиса под руки и усадили на скамейку. Ифакат закрыла рот рукой, стараясь подавить в себе боль утраты.
Кязым был спокоен. Он прижал к себе Эсме, которую разрывала боль изнутри. Тарык медленно встал на ноги и, шатаясь, направился к Кязыму.
-Мы должны поговорить с Халисом и убедить его. – Сказал Тарык, вытирая кровь с губ.
Кязым кивнул головой и вместе с Тарыком направились в сторону Халису.
- Нужно поговорить, Халис. – Никакой официальности и вежливости в голосе Кязыма не было. Только боль и пустота.
Трое мужчин зашли в свободную комнату и долго о чем-то разговаривали. Никто не знал содержания их разговора. Вышли они оттуда с неким облегчением в душе.

Суббота, Стамбульское центральное кладбище

Ферит долго стоял у свежей могилы. Последние пристанище его любимой женщины. Не в силах сдерживать слезы, он дал им волю. Ферит умер сам, ровно в тот момент, когда он потерял Сейран. Что теперь ему делать? Как дальше жить? Его солнце погасло, компас сломался, душа умерла, а муза навеки останется под могильной плитой. Ферита больше нет. Он потерял смысл жизнь. Зеленоглазая фисташка, заполонившая его душу, покинула его. Навсегда.
Ферит засунул руку в карман и достал несколько фисташек сорта, названого в честь ее - «Шансей». Слезы упали на его дрожащие руки. Ферит протянул руку к могильному холмику и оставил на нем фисташки.

Фисташки из Антепа для антеповской фисташки…

Дорогие мои, вот и конец этой истории😢. Завтра выйдет короткий эпилог. Эта часть должна закончиться именно так, и никак иначе😢😢😢. А в воскресенье вас ждет первая глава истории Абидина и Ясемин. История будет короткая, но интересная. Буду очень рада, если вы оставите комментарии под этой последней главой.