Магия и шрам, который открылся.
Весна превращалась в май, и занятия в Хогвартсе шли полным ходом. Ивлин продолжала учёбу, наслаждаясь временем с друзьями — Люциусом, Эдгаром, Серафиной, Феликсом, Джулианом и Лидией. Летние каникулы были наполнены отдыхом дома: они вместе играли, устраивали небольшие соревнования, исследовали магию, смеялись и просто радовались жизни.
Снова школа, новые зимние каникулы, лето — и вот уже Ивлин на четвёртом курсе. Теперь она чувствовала, что её магические способности готовы к более сложным задачам. После долгих раздумий она приняла решение изучать обе магии одновременно — светлую и тёмную.
Первые месяцы были напряжёнными. Заклинания и ритуалы светлой магии сочетались с опасными приёмами тёмной. Ивлин тренировалась днём и ночью, изучала древние тексты, проводила эксперименты. И вот, однажды, во время практики с мощным сочетанием заклинаний, на её грудной клетке возле ключиц проявился шрам.
Шрам был одновременно шедевром и символом её магии:
• Череп и змея тёмного цвета — символ тёмной магии.
• Волшебная палочка со звёздочками светлого цвета — символ светлой магии.
Ивлин сначала испугалась. Шрам был ярким, магическим, почти живым. Она прикоснулась к нему, ощущая энергию обеих магий одновременно. Сердце её забилось сильнее, но вскоре она поняла: это часть её, часть её силы. Она приняла шрам как знак своей уникальности.
Никто в школе не знал о шраме, даже близкие друзья. Ивлин скрывала его, пока однажды, решив немного удивить всех, не пришла на занятия в короткой юбке и рубашке с расстегнутыми тремя верхними пуговицами, позволяющими увидеть форму и шрам. На ней ещё был полу-свисающий галстук Слизерина, причёска — длинные волосы чёрного цвета с оттенками коричнево-рыжего, а глаза светло-янтарного цвета светились решимостью. На лице была довольная, уверенная улыбка.
Когда она вошла в зал, старшекурсники буквально замерли: форма, шрам, уверенность, взгляд — всё было невероятно.
Люциус и Эдгар, стоя рядом, мгновенно покраснели, не ожидая такого откровенного появления Ивлин.
— Ивлин... — тихо выдохнул Люциус, едва сдерживая смущение.
— Она... — Эдгар покраснел ещё сильнее, с трудом подбирая слова.
Все остальные смотрели на неё с изумлением и восхищением: шрам, форма, уверенность, магическая энергия — всё вместе производило сильное впечатление.
Ивлин, видя их реакцию, слегка приподняла подбородок и улыбнулась шире. Она знала, что это момент её признания как волшебницы, готовой сочетать светлую и тёмную магию, и что теперь никто не сможет недооценивать её силу и решимость.
Шрам стал её тайной силой и одновременно символом внутреннего выбора — магии, которую она выбирала сама. Никто ещё не знал, насколько глубоко он связан с её магией, но теперь реакция всех показывала: Ивлин стала настоящей силой, которую невозможно игнорировать.