14
Лалиса
Слова Техëна выворачивают меня наизнанку. Я знаю, какую «услугу» муж хочет от меня получить. Если бы он обмолвился о подобном пять лет назад, я бы никогда не согласилась на фиктивный брак. Хотя в тот момент я была подавлена, а мои малыши - в опасности...
Не знаю, но... Условия Кима выглядели вполне безобидными. И стали для нас с близнецами единственным шансом выжить.
Гнусная идея крутится в больной голове Техëна последние полгода. Он одержим ею. Все это время я чувствую себя загнанной в угол. Муж ожесточился из-за моих постоянных отказов, контролирует каждый шаг.
О разводе не может быть и речи. От таких, как он, просто так не уходят.
Тем не менее, я собиралась попытаться. Имея образование, опыт работы в компании Кима и небольшие сбережения, я могла сбежать с детьми, начать жизнь с нуля. В другом городе... Но меня подставили. Теперь я под следствием, а мои близнецы беззащитны.
Давление мужа усиливается с каждым днем. И сегодня, кажется, достигло пика.
Сквозь пелену отчаяния, что застилает мой взор, едва различаю, как на плечи Техëна опускаются, сминая пиджак, мужские руки. Сильные, испещренные венами, что угрожающе вздулись под кожей от напряжения.
Я безумная идиотка, помешанная на одном мужчине, но я сразу узнаю эти руки. Такие ласковые со мной когда-то, в данный момент они готовы душить и убивать.
Не видя лица, уже знаю, кто вмешался в нашу ссору.
- Чонгук, нет! - кричу буквально за секунду до...
И не успеваю.
Рывок - и Техëн отшатывается от меня. Несмотря на то, что он крупнее и явно тяжелее Чона, уже в следующее мгновение некогда грозный муж отлетает, будто марионетка.
Гук вбивает грузное тело Кима в корпус одного из автомобилей. Техëн едва успевает вскинуть локти, чтобы смягчить удар. На всю парковку раздается громкий вой сигнализации. Следом присоединяется новая мелодия. Как раз после того, как Чонгук швыряет Техëна в соседнюю машину. Тяжело дыша, тот медленно сползает на землю, потирая ушибленные места.
Осознаю, что и это происшествие Ким занесет в свой черный список. И отыграется на мне, раз уж Чону противостоять не может.
Бросив Техëна, как нечто ненужное, Чонгук оборачивается ко мне. Почерневший от злости, надвигается на меня танком. Раздавит и не заметит.
Вжимаюсь спиной в закрытую дверцу машины мужа и мечтаю просочиться сквозь стекло и металл. Оказаться в салоне, спрятаться от зверя. Но мне остается лишь зажмуриться и неловко выставить руки перед собой. В знак обороны.
Но Чонгуку плевать.
Не обронив ни слова, он хватает меня за запястье и тащит за собой, несмотря на мои жалкие попытки сопротивления. Ловлю себя на мысли, что все повторяется. Происходит по тому же сценарию, что и пять лет назад. Тогда Гук уводил меня от пьяных подонков из клуба, а сейчас... спасает от собственного мужа. Вот только теперь я готова к тому, что цена его благородства - боль и моя разбитая жизнь.
- Во что ты вляпалась, птичка? - рычит он на ходу.
Не дожидаясь ответа, Чон напористо, но осторожно заталкивает меня в салон своего автомобиля. В нужный момент прикрывает мою голову рукой, чтобы я не ударилась, если буду брыкаться.
Чон действует быстро. Чуть ли не заскакивает в водительское кресло и, не пристегнувшись, заводит двигатель.
- Куда ты везешь меня? - с придыханием спрашиваю, пока машина трогается с места и выруливает прочь с парковки.
- Правильнее будет спросить: не куда, а зачем... - хмыкает Чон. - Нам нужно поговорить.
- Останови, пожалуйста, - шепчу, с опаской поглядывая в боковое зеркало на Техëна, оставшегося далеко позади. - Нам не о чем разговаривать.
- Мне так не кажется, - нагло осекает меня, поворачивая на дорогу. - Близнецы где? - спрашивает резко. - Откуда их забрать?
- В детском саду. До вечера, - выпаливаю, а мозг вопит об опасности, цепляясь за угрожающе «забрать». - Я не скажу тебе адрес. Не трогай их.
- Значит, вечером заберем, - бросает безапелляционно, словно все решено.
- Никакого вечера! Отпусти меня! Сейчас! - пугаюсь не на шутку, ведь речь заходит о детях.
Дергаю на себя ручку пассажирской двери, но Чон блокирует центральный замок.
- Ненормальная, - срывается он и крепче сжимает руль.
Остаток пути я слышу лишь его тяжелое дыхание. Гук сжимает губы в тонкую линию, скрипит зубами. Уверена, он хочет отчитать меня, высказать все, что думает, но сдерживается.
Моя очередь вспоминать известные мне ругательства наступает, когда мы подъезжаем к элитной многоэтажке, один лишь вид которой разрывает мне сердце. Верхний этаж, просторная квартира, окна в пол. Весь город у твоих ног.
Почему мы все время возвращаемся сюда? Словно маньяк на место преступления. Наслаждаемся своей же болью.
Гук выходит из машины, открывает пассажирскую дверцу и протягивает мне ладонь.
- Какого черта ты привез меня сюда? - шиплю, как смертельно ядовитая змея.
- Леди так не выражаются, - цокает Чон. - Особенно, бизнес-леди.
Оставляю его издевку без внимания. Демонстративно складываю руки на груди и вжимаюсь в спинку кресла.
- Лиса, - выдыхает укоризненно.
Наклоняется, сгребает меня в охапку и вытаскивает из салона. Бью нахала кулаками в грудь, но он будто высечен из камня. С места не двигается, лишь смотрит на меня с легкой улыбкой.
- Все такая же маленькая и глупая, - говорит с обезоруживающей нежностью. - Не понимаю... - хмурится.
Обдумывает что-то, медлит, а потом вдруг со словами: «Ты все мне расскажешь, птичка», - хватает меня под бедра и одним легким движением взваливает мое хрупкое тело себе на плечо. Ударяю его кулаками в спину, но тут же замираю, поймав на себе заинтересованные взгляды случайных прохожих. Чон посмешище из меня делает! И подставляет. Если Техëн узнает...
- Пожалуйста, Чонгук, - хнычу я. - Хватит, - обмякаю в его руках.
Чон непоколебим. Шагает быстро и уверенно, словно на его плече нет никакой «лишней ноши». Опускает меня на ноги только у дверей своей квартиры. Открыв, тут же подталкивает внутрь.Не замечаю, как оказываюсь в его кухне. Не кричу больше и не сопротивляюсь, будто под гипноз попала. Слишком разбита сейчас.
- Проходи, птичка, чувствуй себя как дома. Нам предстоит долгий разговор, - постановляет Чон. - Чай?
Кивает на стул, приглашая меня, и я слушаюсь машинально. Видимо, последние дни «дрессировки от Авдеева» дают о себе знать.
- Нет. Да, - теряюсь я. - Какой чай, Чон! Мне домой нужно.
- Если мне не изменяет память... - подходит к кухонному шкафу. - Зеленый. С саусепом? Или его тоже Техëн тебе запретил? - небрежно добавляет, словно насквозь меня видит.
Достает нужную пачку. Нераскрытую. Мельком скольжу по этикетке и удивляюсь: тот самый чай, мой любимый.
- Зачем он на твоей кухне? - искренне недоумеваю. - Ты его терпеть не можешь!
«И покупал только для меня, а сам кривился... Когда мы жили здесь вместе», - добавляю мысленно, и внутренности сжимаются от острой боли.
- Еще недавно я был уверен, что тебя тоже, - окидывает серьезным взглядом. - Но вот ты здесь.
- Не по своей воле, - прячу глаза.
- Хорошо, Лиса. Опустим элементарное гостеприимство. Сразу перейдем к делу.
Гук подходит и, оперевшись рукой о спинку моего стула, нависает надо мной. Смотрит пристально, с прищуром. Побуждает сглотнуть ком в горле и шумно вздохнуть, отчего сам заметно напрягается. Его ладонь перемещается на мое плечо, как бы невзначай проводит вниз.
- Чонгук! - возмущенно выдыхаю и краснею невольно.
Получаю очередной изучающий взгляд. Врагов будто узнает меня заново.
- Птичка, твоя золотая клетка оказалась полным говном, не так ли? - выдает неожиданно. - Ким бьет тебя? Угрожает?
Взрагиваю от одного лишь слова «бьет». Мне морального давления с лихвой хватает в так называемой семье. Я научилась сглаживать углы, подстраиваться под мужа, ловить его настроение. Ради спокойствия близнецов. Они должны думать, что у нас все в порядке. Если бы Техëн еще и бил меня, я бы точно сошла с ума...
- Нет, он и пальцем меня не тронул, правда! - отрицательно качаю головой.
- Значит, угрожает, - делает вывод Чон и попадает в цель. - Запугивает тем, что детей отберет? - продолжает вести свое «расследование». - Несмотря на то, что он отец, закон на стороне матери, Лис. Всегда. Я помогу с юристом. Ким богат, но не всесилен.
Чон сейчас такой же, как раньше. Защитник. Мой мужчина, с которым чувствуешь себя в безопасности. Однако в этот момент желаю лишь одного: чтобы Чон вернул себе образ циничного наглеца и прекратил рыться в моей душе.
- Зачем ты это делаешь? - сипло лепечу.
Предатель и личный враг опускается передо мной, берет мои руки, покоящиеся на коленях, в свои широкие ладони. Целует.
- Не знаю, маленькая, - произносит так, что мгновенно покрываюсь мурашками. - Хочу верить, что ты ошиблась тогда. Оступилась, - говорит, но я слышу лишь голос, купаюсь в интонациях, не понимая сути. - Я частично слышал, что этот урод говорил тебе. И заметил, как ты его боишься. Я помочь хочу, Лис, - сжимает мои кисти. - Тебе, мальчикам. Не спрашивай, почему. У меня нет ответа. Видимо, близнецы очаровали, - усмехается тепло.
Растерянно хлопаю ресницами, не в силах ничего вымолвить. Ищу объяснение внезапным переменам. И... ничего не понимаю!
Чон чуть приподнимается, заключает мое лицо в ладони, бережно проводя большими пальцами по щекам. Легко касается горячим дыханием моих губ. Будто испытывает меня на прочность. Но стоит мне промурыкать что-то невнятное, как он обхватывает одной рукой мой затылок, а другую опускает на шею.
Жду, что поцелует, а я обязательно влеплю ему пощечину. После...
Чон невесомо чмокает меня в висок, проводит носом по ушку, щекоча горячим дыханием, слегка касается губами шеи.
- Что ты делала в том клубе, Лиса? - шепчет в то время, как его поцелуи набирают обороты, обжигают кожу, простреливают всю меня разрядами тока. - Пять лет назад.
- Пела, - отвечаю срывающимся голосом и чуть запрокидываю голову.
- Нет, не в том, где мы познакомились, - сжимает волосы на моем затылке. - В «особом» клубе. За городом...
Задерживаю дыхание и отгоняю прочь сладкую негу. Пытаюсь собрать разбежавшиеся мысли воедино. Замираю, анализируя то, что сказал Чон. Он не может знать! Это закрытая информация. По крайней мере, мне так говорили тогда.
Но что если...
- Тоже... пела... - говорю истинную правду, однако дрожу, как в лихорадке.
Чон мрачнеет на глазах. Не верит. С трудом, но ему удается совладать с гневом, чтобы продолжить наш разговор, на котором он сам и настаивал.
Успокаивается, проводит костяшками пальцев по моей щеке, затягивает в синюю глубину пристального взгляда. Я почти готова открыться ему. Несмотря на то, что Ким уничтожит меня, если я проболтаюсь.
Но рядом мой Чонгук пятилетней давности, а значит, все будет хорошо. Или нет?
Спасает меня звонок смартфона в кармане. И тут же загоняет в могилу, когда я вижу имя контакта.
- Я должна ответить, - отталкиваю Чонгука и вскакиваю со стула.
Подхожу к окну, поворачиваюсь к Чону спиной.
- Ма-ам! - доносятся из динамика радостные голоса близнецов.
Последняя ниточка надежды натягивается и обрывается внутри, полосуя все на своем пути. Надо было послушаться Чона и заехать за мальчиками.
Теперь я в капкане. И Чон не поможет. Ему не под силу.
- Представляешь, нас Техëн из детсада забрал, - тараторит Феликс. - Сказал, можно английский прогулять.
Зажмуриваюсь, мечтая, чтобы все оказалось лишь страшным сном.
- Классно! - соглашается Хëнджин . - Мам, ты домой уже едешь?
Дом... Которого у меня никогда не было. Но я обрела его в моих мальчиках.
Давлюсь слезами. Стараюсь, чтобы ни близнецы, ни Чон не заметили моего состояния.
- Да-да, конечно, скоро буду, - отвечаю как можно бодрее.
Слышу в трубке щелчок и шорохи. После - строгий голос Техëна:
- Мы не договорили.
И тишина.
Срываюсь с места и, ничего не объясняя Чонгуку, бегу к выходу. Ошеломленный, Чон нагоняет меня лишь в коридоре.
- Подожди, птичка, не улетай, - обхватывает меня за талию и притягивает к себе. - Ну, что случилось?
Бархатный голос заставляет терять бдительность, теплые объятия убаюкивают. Однако я больше не имею права на чувства. Это тоже часть нашего с Техëном договора.
Пытаюсь выбраться из рук Гука, но он не отпускает. Отчаяние и паника смешиваются во мне в гремучий коктейль.
Нельзя! Меня дети ждут, а Чон своей импульсивностью только усугубит наше положение.
- Хватит! - шиплю ему в лицо, а у самой сердце рвется на части. - Отпусти.
От неожиданности он ослабляет хватку. Вырываюсь из крепких рук и буквально вываливаюсь на лестничную площадку.
- Не иди за мной! Не трогай меня! Исчезни из моей жизни, как поступил пять лет назад! - каждое мое слово насквозь пропитано горечью.
- Птичка, - зовет чуть слышно.
Обволакивающе. Совсем как раньше. Отчего меня разрывает на осколки.
- Нет ее больше, - тихо, на выдохе. - Ты убил ее тогда. Конвертом с деньгами, - всхлипываю и прикрываю рот ладонью.
- Что? - непонимающе качает головой.
Лицемер! Как и его мать!
- Лис, прошу тебя, - протягивает ко мне руку, а на его лице читается столько боли, что мне становится не по себе. - Давай поговорим спокойно.
- Прости, Чонгук, нет времени. Я не могу остаться, - вздергиваю подбородок, открывая мокрое от слез лицо.
Разворачиваюсь и шустро бегу вниз по лестнице. Слышу за спиной сдавленные ругательства, а потом звон стекла, доносящийся из квартиры Чонгука. Но не придаю этому значения.
Я заточена между двух огней. Позади - предатель, которого я люблю, но не могу простить. Впереди - собственник, которому я принадлежу официально.
И я делаю выбор...
Спешу к детям. Это единственное, что важно сейчас. И всегда.